Готовый перевод Socially Anxious Me Becomes a Flirty Sea King / Социофобка, ставшая сердцеедкой поневоле: Глава 18

Второго дня, ближе к вечеру, Линь Вань стояла у входа в кофейню «Просвет теней», чувствуя себя не гостьей на свидании, а участницей собственной панихиды — панихиды по её угасающему академическому достоинству.

На ней была всё та же неизменная мешковатая футболка, разве что, желая выглядеть «поприличнее», она выбрала ту, на которой ещё не успели образоваться катышки. Штаны — всё те же спортивки, на ногах — парусиновые кеды с вечно примятыми задниками. В таком виде она смотрелась в минималистичном, холодном интерьере кофейни как долька чеснока, случайно попавшая в изысканное французское блюдо.

Раз уж пришла... — Линь Вань глубоко вздохнула. В конце концов, быть публично казненной за дипломную работу или здесь, на глазах у всех, опозориться из-за неумения общаться — из двух зол приходится выбирать меньшее. Она это понимала.

Толкнув тяжелую стеклянную дверь, она окунулась в прохладу, пропитанную горьким ароматом кофе. Посетителей было немного, в зале стояла тишина, нарушаемая лишь низким гулом кофемолки за барной стойкой. Пространство было выдержано в черно-бело-серых тонах: строгие линии, мебель с острыми углами, на стенах — непонятные современные картины, излучающие высокомерное «не подходи ко мне».

Из угла ей помахали рукой.

Су Сяосяо сегодня была в пушистом кремовом свитере, из-за чего казалась похожей на крольчонка, только что выбравшегося из норки. Без капли косметики, с лицом, полным юношеской свежести, и милой прической, она выглядела совсем ребенком.

Увидев Линь Вань, она тут же вскочила, просияла своей фирменной улыбкой с двумя сладкими ямочками на щеках, подбежала и, как ни в чем не бывало, взяла Линь Вань под руку, увлекая за столик.

— Старшая сестра, ты пришла! Я так тебя ждала! — её голос звучал мягко и тягуче.

Линь Вань застыла. Когда её полусилой усадили на диван, она почувствовала себя мотыльком, прилипшим к паутине.

— Я... я... — она снова начала заикаться.

— Я уже всё заказала: фирменный пуровер и тирамису, он здесь просто невероятный! — Су Сяосяо захлопала своими влажными, оленьими глазами, отодвинула меню и, подперев щеки ладонями, с восторгом уставилась на Линь Вань. — Старшая сестра, ты вчера на сцене была такой крутой! Хотя и сфальшивила, но это выглядело так искренне.

Линь Вань выдавила из себя сухой смешок. Искренне? Это была предсмертная агония человека, переживающего социальную смерть.

Официант быстро принес заказ. Су Сяосяо взяла маленькую ложечку, зачерпнула огромный кусок тирамису и непринужденно протянула его к губам Линь Вань:

— Старшая сестра, попробуй же!

Линь Вань отпрянула так резко, что чуть не подпрыгнула на диване:

— Н-не нужно, я сама!

Су Сяосяо ничуть не смутилась, сама съела этот кусок, довольно прищурилась и, словно перейдя к обсуждению погоды, перевела взгляд на самую большую абстрактную картину на стене — ту самую, что она присылала Линь Вань в сообщении.

— Старшая сестра, как тебе эта картина? — спросила она.

Линь Вань ничего не смыслила в искусстве. Ей казалось, что у неё рябит в глазах, будто кто-то перевернул палитру с красками.

— Довольно... оригинально, — пробормотала она.

— Правда? — Су Сяосяо улыбнулась, но в её глазах промелькнуло нечто не по годам глубокое. — Эта картина называется «Заточенные желания», работа молодого художника K. Он никогда не выставляется публично, все его работы циркулируют только на закрытых частных аукционах. Говорят, тот, кто купил это полотно, увидел в нем точное описание противоречивого чувства: когда разум подавляет порыв, но в разрывах холста всё равно кричит безумие.

Рука Линь Вань, державшая чашку, замерла.

Эти слова... слишком профессионально. Слишком профессионально для девятнадцатилетней студентки музыкального факультета. Но важнее другое: «художник K», «частные аукционы», «подавленный разум и кричащее безумие»... Эти фразы, словно ключи, отворили запыленную дверь в глубине памяти Линь Вань. Она смутно припомнила, как Чжоу Мань, просвещая её насчет таинственного президента корпорации Шэнши, вскользь упомянула, что та «ледяная королева» — фанатичная поклонница художника K и скупила почти все его работы.

Холод пробежал по спине и ударил в затылок.

В этот момент раздалось:

【Дзинь!】

Механический голос в голове прозвучал холоднее, чем кондиционер в зале.

【Обнаружена цель: ключевой персонаж «Гу Цинхань» вошла в радиус действия. Подготовьтесь.】

Сердце Линь Вань сжалось, она чуть не раздавила чашку.

Гу Цинхань?! Что она здесь делает?!

Взгляд Линь Вань начал беспорядочно метаться по кофейне, как радар с неисправным мотором. Её радары — социальной фобии и системный — завыли одновременно. Уши покраснели до такой степени, что, казалось, вот-вот пойдет кровь, что на фоне бледного лица выглядело пугающе.

Наконец, взгляд зацепился за самый дальний угол кофейни, полускрытый крупным растением.

Там сидела женщина.

На ней был строгий черный плащ, солнцезащитные очки и черная маска, скрывавшие половину лица. Видны были лишь холодная линия подбородка и плотно сжатые тонкие губы. Она сидела совершенно неподвижно, перед ней стоял нетронутый кофе — словно ледяная статуя. Но взгляд Линь Вань намертво прилип к её лицу: дужки очков в золотой оправе под светом ламп отбрасывали холодный отблеск.

Это Гу Цинхань! Точно она!

Женщина смотрела в телефон. У Линь Вань было отличное зрение: она отчетливо видела, что на экране телефона Гу Цинхань красуется та самая «интимная» фотография, сделанная за кулисами шоу, где они с Су Сяосяо выглядели как парочка!

В голове Линь Вань что-то взорвалось.

Всё пропало. Теперь даже если прыгнуть в Хуанхэ, не отмоешься.

А хуже всего — задание системы: «Обеспечить, чтобы свидание увидел хотя бы один из свидетелей: Гу Цинхань или Цинь Яо».

Да это не свидетельство, это публичная казнь!

Внутри Линь Вань истошно кричала: «Убейте меня! Сейчас же! Немедленно! Я выбираю погибнуть вместе со своей дипломной работой!»

Но инстинкт выживания и ужас перед позором в академической карьере взяли верх.

Была не была!

Взгляд Линь Вань мгновенно изменился — в нем появилось отчаянное решение. Она посмотрела на наивно улыбающуюся Су Сяосяо, потом — на свою чашку с дымящимся кофе.

Дерзкий и подлый план созрел за долю секунды.

— Ой! — Линь Вань издала преувеличенно громкий вскрик, её рука «дрогнула», и чашка с обжигающим кофе выплеснулась прямо на кремовый свитер Су Сяосяо!

Темно-коричневое пятно быстро расплылось по мягкому мохеру.

— П-прости! Сестренка! Я не хотела! — Линь Вань вскочила, на лице отразились «паника» и «вина», хотя действовала она с пугающей скоростью. Она схватила со стола салфетки и, не заботясь о том, что они горячие, начала интенсивно тереть пятно на груди Су Сяосяо. — Я... я сейчас помогу!

Движения были неуклюжими и поспешными, скорее напоминавшими хаотичное ощупывание. Сквозь тонкую ткань свитера этот чрезмерно интимный контакт заставил Су Сяосяо замереть.

И эта сцена была полностью запечатлена ледяным взглядом из угла.

Пальцы Гу Цинхань, сжимавшие телефон, побелели. Она смотрела, как неуклюжая Линь Вань касается тела другой девушки в манере, граничащей с непристойностью. В её глазах эта паника выглядела лишь неубедительным оправданием.

— Хрусть...

В тишине кофейни внезапно раздался отчетливый треск.

Белая фарфоровая чашка в руках Гу Цинхань разлетелась вдребезги. Острые осколки глубоко вонзились в её ладонь, кровь мгновенно залила бледную кожу.

Но она, казалось, не чувствовала боли. Она лишь сверлила взглядом ту сторону, а в глазах за очками бушевал неистовый шторм.

Затем она резко поднялась и, не оглядываясь, широким шагом вышла из кофейни. Её фигура была окутана холодом, способным заморозить воздух.

【Дзинь!】

【Задание «Сладкий кризис» выполнено на 95%! Зафиксированы сильные колебания эмоций ключевой цели, вызванные ревностью. Засчитано как «взрыв арены Шюра»! Награда удвоена!】

【Получено: социальный авторитет +1000, осколок карты «Иммунитет к социальной смерти» x2.】

【Изменение симпатии: Гу Цинхань -50 (кипящая ревность), Су Сяосяо +30 (возросшее чувство собственничества).】

Слушая оповещения системы, Линь Вань продолжала неловко тереть пятно и чувствовала, что сейчас упадет в обморок.

В этот момент прохладная ладонь накрыла её руку, мягко останавливая движение.

— Старшая сестра, ничего страшного, это всего лишь одежда.

Голос Су Сяосяо был таким же сладким, но когда Линь Вань подняла глаза, то увидела, что та даже не смотрит на пятно у себя на груди. Она с интересом наблюдала за тем, как исчезает Гу Цинхань, а на её губах играла едва заметная, легкая улыбка. В этой улыбке читались расчет, торжество и... поза победительницы.

Затем она снова повернулась к Линь Вань, приняв прежний невинный вид, и, глядя на неё влажными глазами, тихо сказала:

— Старшая сестра, у тебя такие холодные руки. Ты, наверное, очень нервничаешь?

Кровь в жилах Линь Вань в этот момент окончательно застыла.

Она резко отдернула руку, словно от укуса гадюки.

Она знала... Су Сяосяо с самого начала знала, что Гу Цинхань здесь!

Эта кофейня, эта картина, это свидание и даже её собственная неуклюжая «случайность» — всё это было частью замысла этой младшекурсницы!

Она вовсе не наивный «щеночек», она — волк в овечьей шкуре, который подготовил ловушку. А Линь Вань оказалась той самой глупой и жалкой пешкой, которую использовали, чтобы точно и больно ударить Гу Цинхань!

http://bllate.org/book/23535/2546367