В гостиной повисла короткая тишина. Чу Хэн отставил в сторону вазу и, помолчав ещё немного, произнёс:
— Пойдёшь со мной к деду.
Он не дал Су Цзиню возможности отказаться: поднялся, крепко взял его за запястье и повёл к лифту, направляясь прямо в спальню Чу Яньаня на третьем этаже.
Чу Яньань в это время подрезал ветки цветов на балконе. Услышав шаги, он обернулся, но прежде чем успел поздороваться, раздался голос Чу Хэна:
— Дед, из-за чего на самом деле пропал двоюродный дедушка?
От этих слов рука Чу Яньаня с секатором дрогнула, он крепче сжал инструмент. Его прежде добродушный взгляд мгновенно потемнел, и он перевёл глаза на Су Цзиня:
— С чего это ты вдруг вспомнил о своём двоюродном деде?
Чу Хэн не стал упоминать Су Цзиня, а лишь настойчиво повторил вопрос:
— Ты говорил, что он повёз партию антиквариата и с тех пор о нём ни слуху ни духу.
Су Цзинь тоже замер. Перевозка антиквариата... Если судить по возрасту Чу Яньаня, его старшие родственники как раз жили в ту эпоху.
Чу Яньань плотно сжал губы, отложил секатор и вошёл с балкона в комнату, став необычайно серьёзным:
— Это было в тридцать шестом году, твоему двоюродному деду едва исполнилось двадцать с небольшим. Я сам слышал это от отца: если выпадет шанс, мы обязаны найти его. Живым или мёртвым, но его останки должны вернуться на родную землю. Прошло восемьдесят восемь лет, а нет даже намёка, куда двигаться, искать просто негде.
Сказав это, он посмотрел на Су Цзиня, стоявшего рядом с Чу Хэном:
— Не стоило приводить сюда постороннего.
Чу Хэн хотел было сказать, что Су Цзинь, возможно, что-то знает, но понимал: чем меньше людей в курсе личности Су Цзиня, тем лучше. Поэтому он просто ответил:
— Та ваза эпохи Императорской Династии — подделка. Если судить по хронологии, она была в той партии, которую в тридцать шестом году отправили за границу. Если мы найдём подлинник, мы найдём и дедушку.
В глазах Чу Яньаня вспыхнул огонёк:
— Что ты сказал?
— Все эти годы мы искали антиквариат, вывезенный за границу, надеясь выйти на след деда. Мы сотни раз прочёсывали все вероятные маршруты. Но если та партия была поддельной, а дед вёз настоящие вещи, значит, они не покидали страну, и мы всё это время искали не там.
Чу Хэн нахмурился. Семья Чу десятилетиями искала следы, но всегда двигалась по маршруту из Пекина за рубеж, и это не приносило результатов. Но если Су Цзинь прав и антиквариат поддельный, а настоящий спрятан внутри страны, возможно ли, что они всё это время смотрели не в ту сторону?
Чу Яньань тоже осознал это. Его грудь тяжело вздымалась, он едва не задохнулся от нахлынувшего волнения. Чу Хэн тут же бросился к нему, помогая дышать, дал деду необходимые лекарства и усадил на диван, не сводя при этом глаз с Су Цзиня.
Он не знал, совпадение ли это, но если всё действительно связано с Су Цзинем, то через него семья Чу сможет найти те сокровища, а значит — и их родственника, чьи кости покоятся в чужой земле.
Су Цзинь, кажется, начал понимать суть дела: по всей видимости, старшее поколение семьи Чу имело к нему самое прямое отношение. В ту эпоху, когда речь шла о бесценных предметах, довериться могли только ему. Либо же люди из семьи Чу были военными и отвечали за то, чтобы культурные ценности не покинули страну.
Су Цзинь лишь не ожидал, что спустя восемьдесят с лишним лет их всё ещё не нашли. Неужели он спрятал их слишком хорошо? Он задумался над этим вопросом. Скорее всего, и правда глубоко. В те времена царил хаос войны: если не спрятать как следует, вещи либо выкопают, либо уничтожат, либо распродадут. Зачем отдавать что-то за бесценок иностранцам? Лучше закопать поглубже — глядишь, когда-нибудь и откопают.
Видя, что Су Цзинь долго молчит, Чу Хэн решил пока заняться дедом. Дождавшись, пока тот придёт в себя, он произнёс:
— Не волнуйся, дед. Теперь у нас есть верный след, и мы обязательно найдём их. Скорее всего, их спрятали там, где не было активных боевых действий, так будет даже легче искать.
Чу Яньань кивнул и крепко сжал руку внука, требуя непременно довести дело до конца.
Чу Хэн не хотел, чтобы дед узнал о загадочной натуре Су Цзиня — боялся, что тот снова разнервничается. Он уложил деда отдыхать, а сам повёл Су Цзиня в кабинет в конце коридора. Закипятив воду, он открыл чайный шкаф:
— Какой чай предпочитаешь?
Су Цзинь мельком взглянул на полки:
— Маофэн.
Чу Хэн кивнул, достал нужный сорт и, когда вода закипела, принялся за заваривание. Семья Чу когда-то была знатным родом, и Чу Яньань привил внуку хороший вкус, так что сейчас Чу Хэн был весьма искушён в чайной церемонии.
Су Цзинь взял чашку, подождал немного, сделал крошечный глоток и, слегка приподняв бровь, объективно оценил:
— Неплохое мастерство.
Чу Хэн тихо усмехнулся. Ему и вправду казалось, что в Су Цзине есть некая аура древности, что-то совершенно необычное. Сам он тоже отпил чаю и спросил:
— У тебя есть догадки? Где они могут быть спрятаны?
Су Цзинь поднял глаза. Он держал чашку, слегка постукивая пальцами по краю:
— Сейчас есть два вопроса.
— Каких?
— Во-первых, если этот твой двоюродный дед участвовал в транспортировке, а я могу подтвердить, что вещи надёжно спрятаны, значит, задание было выполнено. Твой дед должен был вернуться.
Взгляд Чу Хэна помрачнел:
— А могло ли что-то случиться в пути? В засаду попали?
— Возможно. Но если так, как ты их найдёшь? Прошло восемьдесят восемь лет, много ли людей осталось, кто хоть что-то помнит?
Чу Хэн опустил глаза. Он знал, что задача почти невыполнима, но у него были свои причины, по которым он не мог отступить. Су Цзинь, видя, что тот молчит, не придал этому значения и продолжил:
— Во-вторых, я смутно припоминаю, что вещей было немало, а значит, в транспортировке участвовало много людей. Если вы столько лет искали и ничего не нашли, то, скорее всего, вся группа была уничтожена.
Су Цзинь подпёр подбородок рукой и с улыбкой посмотрел на него:
— Обычно такие задания выполняются партиями, чтобы максимально обезопасить груз. И отходили они тоже разрозненно, так что вероятность полной гибели группы невелика.
Чу Хэн резко поднял голову и встретился взглядом с Су Цзинем:
— Ты... что ты хочешь этим сказать?
Су Цзинь приподнял бровь:
— Раз уж их нужно было защитить, как ты думаешь, кто может хранить секрет до конца?
Сердце Чу Хэна дрогнуло. Он с недоверием смотрел на Су Цзиня: только мертвецы могут хранить секреты. Этот взгляд Су Цзиню понравился. Он откинулся на спинку стула и безэмоционально ответил:
— Возможно, всех их убил я.
Услышав это, Сяо Цзинь, сидевший до этого тихо, попятился и плюхнулся на пол, с ужасом глядя на Су Цзиня.
Убил?
Всех убил?
Но ведь это была защита культурных ценностей! Да и какая вещь может быть дороже человеческой жизни? Как можно было убить всех, чтобы замести следы? Что он за демон такой?
Су Цзинь перевёл на него взгляд, безмолвно наслаждаясь его страхом — довольно милое зрелище. Он не удержался и слегка изогнул губы в улыбке, допил чай залпом и снова медленно перевёл взгляд на Чу Хэна.
В глазах того промелькнуло нечто странное: от шока и гнева к сомнению, а затем всё сменилось спокойствием.
Су Цзинь удивлённо приподнял брови:
— Я думал, ты бросишься на меня с кулаками.
Чу Хэн глубоко вдохнул, подавляя эмоции:
— Если ты смог подделать вещи, совершить подмену и обеспечить их перевозку, то убийство ради сокрытия следов — не факт, что ты на это пошёл. Если бы ты действительно это сделал, то не стал бы признаваться прямо мне в лицо.
Сяо Цзинь озадаченно посмотрел на Чу Хэна. Что это значит? Су Цзинь не убивал? Он просто решил над ними подшутить?
http://bllate.org/book/23623/2591224
Готово:
