Фань Цзиньсянь теперь прекрасно понимал, почему Чжэн Юньцзе приложила столько усилий, чтобы затащить его в уездное управление — всё ради этого дела!
Он крепко запомнил слова Ли Дунцзэ и с негодованием произнес:
— Повторный наезд — явление, к сожалению, нередкое. Чтобы пресечь подобные попытки увильнуть от ответственности и использовать лазейки в законе, необходимо совершенствовать профильные нормы.
— Но... — Фань Цзиньсянь замялся, озвучивая свои опасения: — Начальник Чжао всегда был близок с заместителем уездного главы Сюй Кайда. Я всего лишь начальник отряда, и если они не дадут добро, я не смогу самовольно взяться за это дело.
— Не переживай, этим займемся мы с главой Чжэн.
Оба они принадлежали к лагерю Чжэн Юньцзе, поэтому лишний официоз за столом был ни к чему.
Сосредоточившись на еде, никто не заставлял друг друга пить.
Когда все вопросы были улажены, время перевалило за половину восьмого вечера.
После ухода Фань Цзиньсяня Ли Дунцзэ коротко обсудил с Чжэн Юньцзе итоги разговора, посидел еще двадцать минут и покинул банкетный зал.
Ближе к восьми вечера.
Закатное солнце догорало на горизонте, окрашивая небо в огненно-красные и золотистые тона. Белые, оранжевые и золотые облака, вытянувшиеся слоями, выглядели просто сказочно. Казалось, будто всё под небесным сводом присыпали золотой пудрой.
Ли Дунцзэ, слегка захмелевший от выпитого, решил дойти до гостиницы пешком, чтобы провести время с Чжэн Юньцзе.
Заодно и протрезветь по пути.
Он заметил, что всякий раз, когда он рядом с Чжэн Юньцзе, его беспокойное, мятежное сердце странным образом успокаивается.
Чжэн Юньцзе вела себя как старшая сестра: то подшутит над ним, то даст какой-нибудь дельный совет.
В душе Ли Дунцзэ смешались разные чувства: не просто симпатия к Чжэн Юньцзе, но и глубокое уважение к ней как к главе уезда, а также благодарность за её заботу.
Когда он почти подошел к гостинице, ему внезапно позвонили. Мать Сяо Жу, едва сдерживая эмоции, сообщила, что девушка пришла в себя.
Это была отличная новость.
Ли Дунцзэ уже не мог зайти к Чжэн Юньцзе и решил немедленно отправиться в уездную больницу, но тут вспомнил, что оставил электроскутер на парковке отеля Гуаньцяо.
Пришлось брать такси до Первой уездной больницы.
Ли Дунцзэ быстрым шагом направился в палату Сяо Жу.
К телу девушки всё еще были подключены трубки. Увидев Ли Дунцзэ, она часто заморгала, явно желая о многом рассказать.
Ли Дунцзэ поспешно произнес:
— Ты сейчас очень слаба, давай пока помолчишь. Я буду говорить, а ты просто кивай, если я угадал, хорошо?
Сяо Жу кивнула.
Ли Дунцзэ продолжил:
— Ты хочешь сказать, что те подонки, которые тебя избили, пытались заставить тебя прекратить расследование аварии и склоняли к примирению, но ты отказалась, верно?
Сяо Жу снова кивнула.
Значит, это действительно были люди Сюй Кайда.
Ли Дунцзэ, положив руки на колени, сжал кулаки так, что побелели костяшки.
Чтобы выгородить одного человека, приходится совершать всё новые и новые преступления. Правду говорят: одна ложь порождает бесконечную череду других.
Но ведь Сяо Жу — всего лишь студентка, как у них только рука поднялась?
Подавляя внутренний гнев, Ли Дунцзэ спросил:
— Ты готова идти до конца?
Когда он задал этот вопрос, мать Сяо Жу пристально посмотрела на дочь. Ей не хотелось, чтобы та продолжала расследование, но она знала, что упрямый характер дочери не позволит ей отступить.
Мать тоже ждала ответа.
Сяо Жу долго молчала, а затем медленно кивнула.
Ли Дунцзэ выдохнул с облегчением: раз она не сдалась, значит, шанс есть.
— Хорошо, я обещаю тебе: я добьюсь справедливости для твоей семьи. Пока поправляйся в больнице, а делом об аварии займусь я. Как только появятся новости, сразу дам знать.
Ли Дунцзэ поднялся, собираясь уходить, но у самой двери обернулся и сказал матери Сяо Жу:
— Если эти бандиты снова придут с угрозами, соглашайтесь на всё, что они скажут. Ваша безопасность — прежде всего. В конце концов, мы всегда можем передумать. С подонками не о чем разговаривать.
Выйдя из больницы, он обнаружил, что уже почти девять.
Вздохнув, Ли Дунцзэ позвонил Чжэн Юньцзе и решил ехать домой.
На следующий день после обеда Чжэн Юньцзе вызвала Чжао Вэйминя в свой кабинет, чтобы расспросить о ходе дела об аварии и тех фактах, которые вскрыл Ли Дунцзэ.
Чжао Вэйминь, как всегда, начал ловко уходить от ответов, используя бюрократические штампы: мол, расследование идет тяжело, нужно время.
Чжэн Юньцзе с улыбкой парировала:
— С момента проведения спецрейда прошло совсем немного времени, а пострадавшая подверглась жестокому нападению прямо на улице Синфу. Начальник Чжао, я считаю, что сложность дела — это одно, а защита безопасности граждан — совсем другое. Неужели так трудно обеспечить защиту хотя бы одного человека?
Чжэн Юньцзе притворилась рассерженной и заявила, что поручает вести это дело Фань Цзиньсяню — опытному бойцу, прошедшему через низы. Управлению нужна свежая кровь и люди, способные вернуть боевой дух.
— Прошло всего несколько дней, а преступники уже осмелели настолько, что творят беспредел средь бела дня! Это что, наш рейд был лишь показухой? Или сотрудники полиции расслабились? Начальник Чжао, я думаю, что если Фань Цзиньсянь займется этим делом, это станет хорошим пинком для тех, кто работает только из-под палки!
Эти слова были прямой пощечиной Чжао Вэйминю, секретарю Политико-юридической комиссии и начальнику Управления общественной безопасности.
Чжао Вэйминь пошел на попятную.
С тех пор как Чжэн Юньцзе перевела Фань Цзиньсяня в уездное управление, Сюй Кайда и Чжао Вэйминь понимали, что тот обязательно сунет нос в это дело. Если сейчас воспротивиться, можно не только открыто разозлить Чжэн Юньцзе, но и получить еще больше проблем в будущем.
Пусть Фань Цзиньсянь копает. Большинство сотрудников управления всё равно под их контролем. Что сможет сделать Фань Цзиньсянь в одиночку?
Глава 31. Поездка в город Дунцзян
Фань Цзиньсянь принял дело.
Расследование шло именно так, как и планировал Сюй Кайда.
Поскольку все вокруг тянули время и саботировали работу, Фань Цзиньсянь не мог привлечь к ответственности всех сразу — принцип коллективной безответственности Сюй Кайда и его люди использовали мастерски.
Приход Фань Цзиньсяня лишь добавил формальное право на расследование внутри Управления общественной безопасности. Все записи с камер видеонаблюдения были уничтожены, а сам Фань Цзиньсянь оказался в изоляции. Какими бы ни были его таланты и опыт, без поддержки он был бессилен.
— Эх... тяжело идет. Все улики уничтожены. Если бы дело попало ко мне в первые три дня, я бы еще мог что-то найти, но прошел почти месяц... — с горечью признался Фань Цзиньсянь во время обеда с Ли Дунцзэ.
Ли Дунцзэ понимал, что задача почти невыполнима, но это был единственный способ пробить брешь в системе безопасности.
— Неужели совсем нет выхода?
— Есть.
— Какой? — с надеждой спросил Ли Дунцзэ.
— Дайте мне несколько человек. Я сейчас физически не могу развернуть расследование. Если будут свои люди, я, возможно, смогу найти зацепку через тех самых хулиганов, что напали на Сяо Жу.
— Какова вероятность успеха?
— Процентов двадцать...
Ли Дунцзэ приуныл. Двадцать процентов — это несерьезно, это всё равно что играть в азартные игры. Стоит ли ради такого шанса просить Чжэн Юньцзе использовать свои связи?
Фань Цзиньсянь, видя сомнения Ли Дунцзэ, добавил:
— Может, я даже завысил цифру. Противник слишком хитер. Те хулиганы до сих пор в бегах, возможно, даже скрываются за пределами уезда. Найти их — уже подвиг, а выбить из них показания — задача еще сложнее.
Ли Дунцзэ знал, что Фань Цзиньсянь говорит правду. Не раздумывая, он спросил:
— Начальник Фань, когда вы были начальником участка в поселке Циншань, были ли у вас люди, которым можно доверять?
Глаза Фань Цзиньсяня блеснули. Ли Дунцзэ предлагал перевести его бывших верных подчиненных.
После повышения Фань Цзиньсяня его бывший заместитель полностью прибрал участок к рукам, и его преданным людям стало несладко. Фань Цзиньсянь планировал вытащить их к себе, как только прочно закрепится на новом месте, но, похоже, время пришло раньше, чем он ожидал.
— Есть! Если товарищ Дунцзэ сможет их перевести, думаю, дело сдвинется с мертвой точки!
Ли Дунцзэ кивнул, взял список имен и передал его Чжэн Юньцзе.
Дело было не таким уж масштабным, чтобы Ли Дунцзэ приходилось бегать самому — его авторитета было вполне достаточно.
Люди из поселка Циншань прибыли довольно быстро. Они были оформлены как специальная следственная группа по делу об аварии. Если удастся добиться успеха, их зачисление в штат уголовного розыска уезда станет лишь вопросом времени.
Фань Цзиньсянь намекнул об этом своим старым подчиненным, и те принялись за работу с утроенной энергией. Ведь это касалось их собственного будущего, кто же станет халтурить?
Ли Дунцзэ наконец-то мог передохнуть. Ему оставалось лишь изредка проверять прогресс и докладывать Чжэн Юньцзе.
В кабинете.
Чжэн Юньцзе, что случалось редко, в рабочее время заговорила о личном:
— Дунцзэ, у тебя есть время на выходных? Составишь мне компанию в поездке в город Дунцзян?
— Конечно.
Ли Дунцзэ согласился, не раздумывая. Дунцзян — столица провинции, экономический центр, который далеко ушел вперед по сравнению с другими городами. Он не стал спрашивать, зачем они туда едут — он знал, что Чжэн Юньцзе не причинит ему зла.
Он думал, что поедут в субботу, но в пятницу после обеда Чжэн Юньцзе позвала его:
— Дунцзэ, поезжай домой, собери вещи. Мы пробудем в Дунцзяне пару дней, выезжаем сразу после работы.
— Так срочно? — удивился Ли Дунцзэ, а затем улыбнулся: — Хорошо, я быстро соберусь, мне, как мужчине, многого не надо.
Он был человеком из окружения Чжэн Юньцзе, так что уйти с работы пораньше не составило труда.
Когда он был готов, Чжэн Юньцзе позвонила и сказала, что машина уже ждет на улице. Ли Дунцзэ вышел и увидел знакомый черный Пассат.
Закинув вещи в багажник, он привычно сел на пассажирское сиденье. И только тогда заметил, что за рулем сама Чжэн Юньцзе!
— Э-э... госпожа Чжэн, может, я поведу?
Возможно, из-за того, что рабочий день закончился, Чжэн Юньцзе была не такой строгой, как обычно. Она бросила на него взгляд и подшутила:
— Боюсь я тебе руль доверять. Признавайся, с тех пор как получил права, больше за руль не садился?
Ли Дунцзэ почесал затылок. И правда, так и было. Теперь садиться за руль было страшновато.
Чжэн Юньцзе рассмеялась:
— Ладно, шучу. Еще успеешь наездиться, но потренироваться тебе точно стоит.
Машина проехала по главной улице уезда Гуаньцяо, а затем показался шестидесятиметровый каменный мост. Это и был Гуаньцяо — мост, давший название уезду. Говорят, его построили еще при Китайской Республике, и в годы войны он был стратегически важным объектом.
Ли Дунцзэ, глядя на грязь на каменных перилах, с чувством произнес:
— Сколько героев отдали жизни на этом мосту ради нашей мирной жизни.
— Да, — отозвалась Чжэн Юньцзе, не отрывая взгляда от дороги. — Мы признаем, что в современном Китае есть свои недостатки, есть коррупция в системе, но нельзя из-за этого отрицать всё остальное, нельзя обесценивать ту счастливую жизнь, которую мы с таким трудом построили. Страна старается, народ старается, и в будущем Китай обязательно станет страной нашей мечты.
Миновав мост, машина выехала на скоростную трассу.
Город Хайдэ находится к югу от Дунцзяна, дорога занимает около четырех часов по трассе, а с учетом подъездов — все пять.
Ли Дунцзэ начал клевать носом, но спать не решался. Глава уезда сама ведет машину, а он будет спать? Некрасиво.
— Спи давай. Что, со мной рядом так тяжело? — подколола его Чжэн Юньцзе.
Ли Дунцзэ неловко улыбнулся.
Действительно, на работе она глава уезда, но в личном общении их отношения стали куда более двусмысленными.
С этими мыслями он провалился в сон.
Проспал он больше двух часов. Проснувшись, увидел, что машина стоит на парковке, и удивленно спросил:
— Госпожа Чжэн, мы уже приехали?
— Куда приехали? Дунцзэ, ты спросонья? Мы на заправке. Дальше остановок не будет. В туалет хочешь? Если сейчас не сходишь, потом придется писать в бутылку из-под минералки.
Чжэн Юньцзе смотрела на него с такой усмешкой, что Ли Дунцзэ покраснел до корней волос и пулей выскочил из машины.
Глядя ему вслед, Чжэн Юньцзе прошептала:
— Дунцзэ, надеюсь, ты меня не разочаруешь.
Глава 32. Красота
После получасового отдыха на заправке Чжэн Юньцзе больше не останавливалась.
Ли Дунцзэ сидел на пассажирском сиденье, любуясь идеальным профилем Чжэн Юньцзе, и всё больше поражался своей удаче.
Если бы тогда он не настоял на расследовании той аварии, Сюй Кайда не стал бы его преследовать, не было бы отстранения от должности. А значит, он не оказался бы в Хайдэ и не провел бы ту чудесную ночь с Чжэн Юньцзе.
Может, это судьба? Если бы он тогда не выпил, не оказался в том номере, не открыл дверь — всё сложилось бы иначе. Кто бы в уезде Гуаньцяо помнил обычного парня по имени Ли Дунцзэ?
Через какое-то время на лице Чжэн Юньцзе промелькнула усталость. Ли Дунцзэ твердо решил, что при первой же возможности начнет практиковаться в вождении — нельзя же позволить ей вечно быть водителем.
Съехав с трассы, машина проехала еще полчаса, и наконец показался указатель с надписью: Добро пожаловать в город Дунцзян.
— Снова здесь, — пробормотал Ли Дунцзэ.
Чжэн Юньцзе усмехнулась:
— Ты еще такой молодой, а уже такие философские мысли. Тебе всего год после выпуска, ты местный, съездить в родной университет не составит труда.
Ли Дунцзэ застенчиво почесал затылок:
— Просто такое чувство, будто вернулся в прошлое. Глядя на этот год работы, всё больше понимаешь, какими чистыми и простыми были чувства в студенчестве: не нравится человек — не общаешься, нравится — проводишь всё время вместе.
— Ого, Дунцзэ, так у тебя в университете был бурный роман?
— Нет-нет! — Ли Дунцзэ мгновенно напрягся. Чжэн Юньцзе сейчас улыбалась как лисица, а обсуждать прошлые отношения перед нынешней пассией — плохая идея, даже если их отношения еще официально не подтверждены. — До встречи с вами у меня вообще никого не было... — ответил он, а затем, любопытства ради, спросил: — Госпожа Чжэн, а вы где учились? Были ли у вас отношения?
Когда он задал этот вопрос, сердце Ли Дунцзэ сжалось в ожидании ответа.
Чжэн Юньцзе была в хорошем настроении и решила поделиться:
— Я училась в Пекинском университете, на факультете менеджмента. После выпуска сразу пошла на госслужбу, а потом семья устроила мне помолвку... — она намеренно сделала паузу, наблюдая за напряженным лицом Ли Дунцзэ, и продолжила: — Я не согласилась, устроила скандал, а заодно добилась перевода в провинцию Дунцзян.
— О-о! — в голосе Ли Дунцзэ послышалось явное облегчение.
Он узнал о ней еще немного. Чжэн Юньцзе стала главой уезда в двадцать семь лет, и он думал, что у неё есть связи в Хайдэ, но оказалось, что её корни в Пекине — месте, где каждый второй прохожий может оказаться чиновником министерского уровня. Что касается перевода — Ли Дунцзэ лишь слушал. В системе перевестись крайне сложно, если нет связей, велика вероятность проработать в одном отделе до самой пенсии.
Они замолчали. Чжэн Юньцзе сосредоточилась на вождении, а Ли Дунцзэ смотрел в окно. Всё здесь было таким знакомым. Четыре года в университете, все окрестности исхожены вдоль и поперек.
Машина въехала в центр города. Вокруг становилось всё оживленнее. Из-за пробок Ли Дунцзэ понял, что они почти на месте. По иронии судьбы, они проезжали мимо Дунцзянского университета, и Ли Дунцзэ задержал на нем взгляд.
Черный Пассат остановился у отеля в самом центре города. Звездность отеля была неясна. Как только машина остановилась, к ним подбежал швейцар в белой рубашке и черном жилете. Чжэн Юньцзе небрежно бросила ему ключи и достала багаж из багажника.
Ли Дунцзэ, катя чемоданы, направился к входу. Отель назывался Дунцзян и раньше был правительственной гостиницей. После начала реформ и открытия экономики его переименовали, часть номеров открыли для публики, а часть оставили для чиновников.
После регистрации их проводили в номера. Чжэн Юньцзе забронировала два смежных номера. Ли Дунцзэ прошел вслед за ней.
Это был люкс: гостиная, кабинет, спальня. Внутреннее убранство поражало качеством — было видно, что денег не пожалели.
Когда горничная ушла, Ли Дунцзэ восхищенно произнес:
— Да это ничем не уступает пятизвездочному отелю!
Чжэн Юньцзе, присев на диван, улыбнулась:
— Это государственная собственность, поэтому звездность официально не присваивают, но по оснащению и сервису здесь даже лучше, чем в пяти звездах. В конце концов, это лицо провинции Дунцзян!
Ли Дунцзэ кивнул. Верно. Дунцзян — столица провинции, здесь живут руководители всех уровней, приезжают важные гости. Если бы отель был плохим, это бросило бы тень на весь регион, заставив гостей усомниться в экономическом развитии провинции.
http://bllate.org/book/23706/2638905
Готово:
