Гулкий стук.
Массивная дверь кабинета генерального директора с грохотом захлопнулась.
Шан Сюйянь недовольно нахмурил брови, отложил в сторону контракт и перевел взгляд на помрачневшего Бай Канчжэ.
— Почему так долго? Работы невпроворот?
Он поднялся и подошел к Бай Канчжэ, первым решив заговорить в примирительном тоне. В конце концов, он ведь насильно сделал его пассивным партнером, да еще и дважды.
Бай Канчжэ был на взводе, а Шан Сюйянь, как назло, надавил на самое больное, задев за живое. Ярость вспыхнула мгновенно.
— Проваливай к черту!
Он с силой оттолкнул высокого, широкоплечего мужчину. С тех пор как в его жизни появился Шан Сюйянь, ничего хорошего не происходило! Сначала эта нелепая ситуация, когда он оказался снизу, потом — пренебрежение к его диплому, которым он так гордился, а теперь еще и слухи за спиной, будто он получил должность по блату.
И что самое обидное — это была правда. Крыть было нечем!
Бай Канчжэ швырнул свой рюкзак в Шан Сюйяня и в сердцах выпалил:
— С меня хватит! Я увольняюсь! И больше никогда не ищи меня, Шан Сюйянь. Убирайся куда подальше и не смей больше портить мне жизнь!
У него был прямолинейный характер: что на уме, то и на языке, и он не стеснялся в выражениях, отчитывая Шан Сюйяня. Если бы не этот человек, разве стал бы он объектом подобных сплетен и изгоем среди коллег?
Такая работа ему даром не нужна. В конце концов, он всегда может вернуться в Суйчэн, послушать родителей и стать учителем — там хотя бы не придется терпеть подобное унижение.
— Портить тебе жизнь? — Шан Сюйянь поднял упавший рюкзак, перехватил запястье Бай Канчжэ и втолкнул его на диван. — Бай Канчжэ, говори прямо.
Подумаешь, дважды использовал его как пассивного партнера, стоит ли устраивать такую истерику? К тому же, прошлой ночью он уделил достаточно времени прелюдии и подготовке, помог ему выплеснуть напряжение — разве тому самому человеку не было приятно? А теперь он ведет себя как клиент, который после удовлетворения выставляет монаха за дверь?
— Что тут говорить? Не о чем говорить! Я увольняюсь, я больше не буду здесь работать!
Бай Канчжэ разжал пальцы Шан Сюйяня и отодвинулся подальше.
— Я велел тебе…
Голос Шан Сюйяня стал холодным, а в ярких, как звезды, глазах промелькнула темная искра. Бросив рюкзак на диван, он резко навалился на Бай Канчжэ, пригвоздив его к спинке дивана и заблокировав путь обеими руками.
— Говори прямо.
Он склонился еще ниже, и при каждом слове на лицо Бай Канчжэ падал легкий мятный аромат его дыхания.
В глубине его глаз таилась опасная ярость. Бай Канчжэ смотрел на его правильные, мужественные черты лица, и его дыхание сбилось, а слова стали звучать сбивчиво.
— Я… меня все сторонятся…
Бай Канчжэ в испуге широко распахнул глаза и вжался спиной в диван. Сердце в груди колотилось как бешеное, он хлопал длинными ресницами, чувствуя страх от этой нарастающей, непривычной нервозности.
Даже когда они впервые встретились и сразу перешли к делу, он не был так взвинчен. Почему же сейчас все иначе? Неужели это влюбленность? Раньше, когда он заводил отношения, сердце никогда не билось так бешено. Неужели мужчины действительно начинают испытывать чувства через близость?
Но это же бред! Он ведь актив, как он мог проникнуться симпатией к тому, кто его поимел? Нет, нет, он не пассив, этого не может быть!
В голове царил полный хаос, а лицо выражало целую гамму противоречивых эмоций.
Глядя на Бай Канчжэ, чье лицо исказилось так, будто он увидел привидение, Шан Сюйянь произнес своим низким, бархатным голосом:
— Продолжай.
Он наклонился еще ниже, и его темно-красные губы, открывающиеся и закрывающиеся прямо перед лицом Бай Канчжэ, заставили того почувствовать сухость во рту.
Вспомнив то сообщение на телефоне Шан Сюйяня, Бай Канчжэ приказал себе не фантазировать. Отвернувшись, он дрожащим голосом произнес:
— В офисе… все судачат, что я попал сюда по блату. Никто… никто не осмеливается давать мне… поручения.
Если так пойдет и дальше, какой смысл в этой работе?
Услышав это, Шан Сюйянь спросил ледяным тоном:
— Ты в этом уверен?
http://bllate.org/book/23866/2715735
Сказали спасибо 0 читателей