Готовый перевод My Cousin Is Hard to Raise / Сложный характер: Мой любимый кузен: Глава 15

Дикие горы

Территория деревни Юньлин целиком состояла из гор: больших и малых, не счесть, а диких гор и пустынных оврагов и вовсе было не счесть.

Именно из-за их обилия, а также потому, что большинство диких гор представляли собой песчано-глинистые земли, на которых не могли расти крупные растения, а способность удерживать удобрения была крайне низкой, к тому же в осенне-зимний период дикие звери из глубин гор выбегали на поиски пищи и портили урожай, в те времена, когда проводилась земельная реформа, земли у подножий гор практически никто не брался обрабатывать.

Тем не менее, эти горы не были совершенно оголенными желтыми глиняными склонами — на них росло множество низкорослых растений, а также огромное количество зеленых лиан и колючих кустарников. В некоторых горных лощинах даже ютились небольшие бамбуковые рощи. Каждую весну горы покрывались сочной зеленью и вовсе не выглядели заброшенными.

Когда деревенский староста услышал, что Дуань Жуйцин хочет купить ту самую дикую гору за спиной семьи Тао, он очень удивился, ведь раньше никому и в голову не приходило ничего подобного.

Но раз эта дикая гора всё равно пустует, а кто-то хочет купить ее, чтобы заняться полезным делом, — это, безусловно, прекрасно.

В тот вечер, выждав время, когда в семье старосты закончат ужин, Дуань Жуйцин с заготовленными заранее подарками в сопровождении младшей тетушки и Ян Хуэя отправился к нему домой.

Гора, на которой жил староста, находилась совсем близко к Горе семьи Дуань, так что все трое дошли туда, подсвечивая себе фонариками.

В этот раз они шли вовсе не за тем, чтобы сразу обо всем договориться — не говоря уже о прочем, главной серьезной проблемой перед ними встал вопрос финансов.

Дуань Яосянь обычно старалась что-то мастерить и продавать, поэтому немного денег у нее скопилось, но совсем чуть-чуть. Ян Хуэй же большую часть заработанных им самим денег отдавал матери на хранение, а о Дуань Жуйцине, проработавшем всего один месяц, и говорить нечего.

У Дуань Жуйцина, правда, были кое-какие соображения: аренда дикой горы вряд ли потребует много денег за год, но он вовсе не собирался арендовать ее год за годом — в конце концов, он собирался что-то на ней выращивать, а значит, срок аренды должен составлять как минимум лет десять. Если сложить все эти суммы вместе, требующаяся единовременно наличность окажется вовсе не маленькой.

К счастью, на остальные дела уходило лишь собственное усердие, хотя после посадки чайных деревьев или любых других растений на удобрения тоже уйдет немало средств.

Но благо любая травинка в горах — это сокровище, и когда начнется реальное освоение, вернуть деньги, потраченные на аренду земли, на самом деле будет очень легко.

Эта гора когда-то принадлежала дедушке Дуань Жуйцина по материнской линии, но позже прописку дедушки перенесли в уездный город, и гора естественным образом вернулась в коллективную собственность.

Выслушав планы Дуань Жуйцина, староста сделал глоток заварного чая собственного сбора, задумчиво помолчал какое-то время и произвел:

— Осваивать дикую гору под выращивание технических культур — отличная мысль. Если удастся все сделать как надо, это будет прекрасное дело, такое стоит поддержать. Так вот, я понимаю, что в первый год у вас неизбежно возникнут трудности со свободными средствами, да к тому же это в любом случае бросовая земля. Я постараюсь что-нибудь придумать и максимально снизить стоимость аренды. Раз это дикая гора, ее невозможно считать по мунам, так что, полагаю, с вас максимум выйдет по пятьсот юаней в год.

Дуань Жуйцин вполне мог принять такую цену: за десять лет набежало бы пять тысяч, что оказалось намного дешевле его первоначальных расчетов.

Поразмыслив немного, он вдруг вспомнил о той узкой лощине, мимо которой они проходили по дороге от дома дедушки к дому деда по отцовской линии, и поспешно спросил:

— А чьи это семь-восемь маленьких полей у подножия горы, примыкающие к речному руслу? Смотрю, они все уже заброшены.

— О, это земля моей семьи, — вздохнул староста. — В том овраге слишком темно, солнца круглый год почти не попадает, урожайность риса никудышная, а посадить что-то другое тоже не выходит, вот они и стоят заброшенными всё это время.

Староста тяжело вздохнул, вспоминая былое: в годы земельного передела он, как деревенский староста, ради соблюдения справедливости получал все свои надеды в самом конце. Разумеется, в итоге ему достались те участки, от которых все отказались, включая и эту цепочку вытянутых узких рисовых полей на дне оврага.

Из-за доставшихся на его долю этих никудышных земель его жена переругалась с ним бесчисленное количество раз.

— Тогда не одолжите ли и эти поля мне в аренду? — произнес Дуань Жуйцин.

Как только эти слова слетели с его губ, остальные с крайним удивлением уставились на него.

Дуань Яосянь еще держалась — она давно знала, что у ее племянника полно идей, и раз уж он вознамерился арендовать эту полосу полей, у него наверняка уже созрел план, поэтому она набралась терпения и решила расспросить его уже на обратном пути.

Староста же от изумления выпалил прямо:

— Зачем тебе эти поля? Там же ничего не растет! Если хочешь арендовать пашню, в деревне их навалом.

— Нет, — Дуань Жуйцин с улыбкой покачал головой. — Мне нужны именно те восемь мелких полей, другие не нужны.

— Но...

— Всё в порядке, дядя Дуань, у меня свои планы, — оборвал его опасения покачиванием головы Дуань Жуйцин.

Староста приоткрыл рот, но в конце концов лишь покачал головой, вздохнул и ответил честно:

— Набежит в общей сложности шесть фэней земли. Раз хочешь — забирай, всё равно она там простаивает.

— Нет, так не годится. Лучше назвать точную цену, а потом составить договор, чтобы в дальнейшем не возникало лишних вопросов.

Тон Дуань Жуйцина прозвучал несколько резко. В конце концов, человек вызвался отдать землю бесплатно, а он упрямо заводит речь о деньгах да еще настаивает на подписании договора — выглядело это слишком бесчувственно.

На самом деле Дуань Жуйцин и сам не хотел бы вести себя подобным образом, но он прекрасно понимал: пусть сейчас эта земля заброшена и бесполезна, но стоить ему вырастить на ней что-нибудь и начать зарабатывать деньги, как потом могут начаться серьезные разбирательства.

— Ай ты, парень, — староста шутливо пригрозил ему пальцем, и даже Дуань Яосянь не удержалась — дернула его за рукав, выразительно зыркнув исподлобья.

— Раз уж на то пошло, давайте по деревенским правилам, — улыбнувшись, посмотрел на него староста. — Другие сельчане берут землю в аренду из расчета триста цзиней зерна за му в год. Мои шесть фэней расположены в уж очень неудачном месте, так что давай с тебя сто двадцать юаней в год. Решено — и я оформлю договор. Так устроит?

— Угу, так будет лучше, — кивнул Дуань Жуйцин. Он понимал, что староста не только не стремится навариться на нем, но еще и сильно уступает в цене, и был искренне благодарен ему за это.

— Хорошо, завтра же займусь оформлением аренды дикой горы, вряд ли это займет много времени, — пообещал староста.

— Отлично, тогда благодарю вас за хлопоты, дядя Дуань, — Дуань Жуйцин положил принесенные с собой гостинцы на стол и добавил: — Эти сигареты мне подарил один гость, когда я работал в уездном городе. Оставлю их вам на пробу, дядя Дуань.

— Это еще зачем? — увидев поддвинутые к нему вещи, староста тут же рассердился, решительно оттолкнул их назад и принялся строго отчитывать: — Такой молодой, а уже набираешься скверных привычек! И это человек, который столько лет учился! Как так — хорошему не учишься, а тащишь в деревню всякую дрянь!

Дуань Жуйцин почувствовал себя крайне неловко, потер нос и, не смея больше произнести ни слова, принялся с виноватым видом заискивать:

— Дядя Дуань, вы не сердитесь. Посмотрите на моего деда и дедушку — оба уже в возрасте, а курить много вредно. У меня дома они все равно испортятся, вот я и захватил их по пути к вам.

Дуань Жуйцин совершенно забыл, что если в городе дарить подарки в знак благодарности за услугу считается нормой вежливости, то в те времена для некоторых людей брать подношения за оказанную помощь означало смертельное оскорбление их человеческого достоинства.

Староста сердито зыркнул на него, не выказывая ни малейшего намерения забрать гостинцы.

Дуань Жуйцин смущенно потер нос и молча забрал сверток обратно.

Дуань Яосянь нашла эту сцену забавной и решила взять инициативу в свои руки, чтобы разрядить обстановку:

— Жуйцин, разве у тебя не было еще одного дела к дяде Дуаню?

— Ах да, точно, дядя Дуань, моя младшая тетушка говорила, что в деревне недавно организовывали облаву на диких кабанов, и вашей семье, говорят, досталось немало мяса. Нет ли у вас планов продать часть? Если да, не могли бы вы сбыть его мне? — Дуань Жуйцин с готовностью ухватился за подсказку и плавно перевел разговор.

— Тебе понадобилось мясо дикого кабана? — староста кивнул. — Ну да, нашей семье выделили изрядно. Только зачем оно тебе понадобилось?

— Я сейчас подрабатываю в отеле «Наньмэнь» в уезде, и шеф-повар попросил меня привезть немного дичи, вот я и решил поинтересоваться, — нашелся что ответить Дуань Жуйцин.

— Вот оно как. Ну, тогда можно и продать. Если оставить в расчете на нужды семьи, останется еще больше ста цзиней. Смотря сколько тебе требуется, — староста оказался человеком сговорчивым. Ему причиталась почти целая туша, да в придачу дома росли еще две собственные домашние свиньи, и если оставлять одну на новогодние праздники для себя, столько мяса им было просто не съесть.

— Мне нужны все те сто с лишним цзиней, — сказал Дуань Жуйцин.

Услышав, что он забирает всё подчистую, староста сначала удивился, но, подумав, решил, что для столь роскошного отеля такое количество мяса — капля в море, и больше ничего расспрашивать не стал.

— Ну а как вы рассчитываете цену, дядя Дуань? — снова подал голос Дуань Жуйцин.

— Э-э, ну с ценой ты сам понимаешь, Жуйцин, — староста улыбнулся ему. — На рынке дикий кабан ценится выше домашней свиньи. Домашняя сейчас идет по пять юаней за цзинь, а я отдам тебе по восемь. Как тебе такое? — с этими словами он покосился на Дуань Яосянь. Хотя всё время вел переговоры с Дуань Жуйцином и относился к нему как к взрослому мужику, обсуждая дела и цены на равных, Дуань Яосянь все-таки приходилась парню старшей родственницей, и поинтересоваться ее мнением было бы не лишним.

Дуань Жуйцин кивнул и тоже бросил взгляд на младшую тетушку.

Заметив, что оба уставились на нее, Дуань Яосянь немного смутилась. Для деревенской женщины это был первый в жизни случай, когда с ней считались в серьезном деле, и на сердце у нее было весьма волнительно. Переглянувшись с Ян Хуэем и прочитав в его глазах ободрение, она тоже кивнула и произнесла:

— Дядя Дуань — человек честный, и цена эта действительно ничуть не ущемляет Жуйцина. Я считаю ее вполне разумной. А ты что думаешь, Жуйцин? — она перевела взгляд на племянника.

— Да, дядя Дуань назначил справедливую цену, — кивнул Дуань Жуйцин, больше не пытаясь сбивать стоимость.

— Тогда на этом и порешим. А что до ранее упомянутых договоров и бумажной волокиты, я постараюсь уладить все как можно скорее, — подытожил староста.

— Хорошо, тогда побеспокоим вас, дядя Дуань.

— Эх, парень, чего за церемонии, — староста хлопнул его по плечу, и все разом рассмеялись.

В этот момент веселья в комнате раздался голос кого-то из домашних, кто крикнул снаружи, безуспешно пытаясь достучаться в запертую изнутри дверь, после чего створка распахнулась, и в сени кто-то вошел.

— Двоюродный брат? — увидев вошедшего, Дуань Жуйцин удивленно поднялся со стула.

http://bllate.org/book/23966/2745859