Двое перекинулись парой слов и замолчали. Путь выдался долгим, Ли Юбай чувствовала, как голова идет кругом, да и дядюшка Чэнь выглядел изможденным — им обоим требовался отдых, поэтому на уличные пейзажи они не обращали никакого внимания.
В город въехали в час петуха. По меркам древних было уже поздновато: в относительно темных переулках и на улицах вовсю горели ярко-красные фонари, цепочки которых тянулись вдаль, теряясь в сумерках.
В свете красных огней дядюшка Чэнь доставил Ли Юбай к задним воротам поместья Линь. После того как он объяснился с привратником, вскоре вышел старик, похожий на управляющего, в сопровождении слуг. В ходе вежливого обмена любезностями управляющий Линь попытался разузнать, кто же такая Ли Юбай.
Ли Юбай никогда не любила прикрываться именем клана Яо, но в чужом монастыре приходится соблюдать свои уставы. В эту эпоху статус и преемственность значили многое, и даже если клан Яо постепенно исчезал из мира боевых искусств, старики все еще помнили, как искусно врачевали его представители.
— Оказывается, вы ученица клана Яо. Прошу прощения за скромный прием, — управляющий Линь приветливо улыбнулся, ничуть не пренебрегая гостьей из-за того, что она женщина.
Ли Юбай ответила вежливым поклоном:
— Пустые слова, лишь пустые слова.
Иногда пустая болтовня — это просто дань приличиям. За полгода после перемещения в этот мир Ли Юбай успела усвоить немало местных правил общения: в пути нужно проявлять скромность, особенно женщине.
Здесь процветала конфуцианская культура. В глухих деревнях ее влияние было почти незаметно, но в городе, где на каждом шагу встречались так называемые таланты и ученые мужи, культурный прессинг ощущался бесконечно сильнее.
Проезжая по улицам в повозке дядюшки Чэня, она видела то бедных крестьян, то чинно одетых книжников, которые ходили группами, и их громкие споры о канонах, пробивавшиеся сквозь городской шум, резали слух.
Ли Юбай постоянно помнила о том, что она женщина. В обычной жизни она почти ни с кем не общалась, а сейчас, приехав в большой город, мечтала лишь поскорее помочь, вылечить больного и вернуться в свое маленькое поместье, чтобы жить в свое удовольствие.
Ее тяготила эта атмосфера, пропитанная этикетом и светскими условностями.
Следуя за управляющим Линем вглубь поместья, они петляли по длинным коридорам, словно в лабиринте. Дворы и павильоны были расположены гармонично и аккуратно, и здесь совсем не чувствовалось запаха наживы.
Управляющий Линь, окруженный служанками с фонарями, на ходу рассказывал об устройстве усадьбы. Ли Юбай оставалась невозмутимой, зато дядюшка Чэнь, не скрывая восхищения, без стеснения крутил головой по сторонам.
Она вспомнила, как в пьяном угаре дядюшка рассказывал, что предок старого господина Линя до того, как разбогатеть, был таким же пахарем, как и он сам, но однажды встретил благородного покровителя, и его судьба круто изменилась — он начал торговать тканями.
Ли Юбай подумала: не мечтает ли дядюшка Чэнь сам стать богатым купцом? Хотя в иерархии четырех сословий торговцы стояли невысоко, это касалось лишь мира боевых искусств, а в обычной жизни деньги действительно могли открыть многие двери.
Миру боевых искусств плевать на твои учения и культуру.
Они подошли к уединенному внутреннему двору, и управляющий Линь сказал служанке:
— Проводи госпожу Божественного лекаря в лучшую гостевую комнату.
Затем он перевел взгляд на дядюшку Чэня и спросил:
— А это кто?
На дядюшке Чэне была грубая льняная одежда и соломенные сандалии. Управляющий видел, что тот приехал на повозке, и сразу понял: этот человек не имеет статуса и не представляет интереса для знакомства.
Однако он уже слышал от слуг, что этот мужчина — наемный пахарь, который и привел лекаря. Управляющий предположил, что они знакомы, и решил, что проявить вежливость при Ли Юбай не помешает.
На объявление о поиске врача откликнулось немало людей: были среди них и мошенники, и книжники, но ни у кого из них не было такой репутации, как у клана Яо.
— Я наемный работник, три года назад нанятый господином Линем, зовут меня Чэнь Да. Тружусь в основном на полях уезда Аньпин, — дядюшка Чэнь назвал свое имя и, заметив взгляд управляющего, добавил: — Поместье Цзинху, где живет Божественный лекарь, находится недалеко от моей деревни Нюсы. Я немного знаком с ее наставником Ли Сянхэ. Сегодня я доставил лекаря сюда и больше не буду вас беспокоить.
Управляющий Линь понимающе кивнул, в его глазах блеснул расчет.
— Вот как. Раз уж вы здесь, я скажу прямо: болезнь старого господина очень серьезна, и лучшие лекари не смогли помочь. Если и Божественный лекарь окажется бессильна, семья Линь не оставит ваш труд без награды, мы обязательно отблагодарим вас при отъезде. А ты, Чэнь Да, раз уж привел лекаря, получишь прибавку к жалованью в пятьдесят процентов. Что скажете?
Ли Юбай не стала ломаться: раз предлагают — надо брать, иначе сочтут за высокомерие. Дядюшка Чэнь тоже не стал возражать и с сияющей улыбкой поблагодарил управляющего.
После короткой беседы управляющий Линь под предлогом дел удалился. Дядюшка Чэнь шепнул Ли Юбай:
— Похоже, лекарь, вам придется пробыть здесь несколько дней. Я разузнал, что врачей приехало много, придется ждать своей очереди.
Ли Юбай, вспомнив манеру поведения управляющего, прикинула, что все решится за пару дней. Было видно, что к ней относятся с уважением. Чувствуя усталость и не желая лишний раз размышлять, она просто кивнула дядюшке:
— Поняла. Как все закончится, я попрошу управляющего передать вам, тогда снова побеспокою вас, дядюшка Чэнь.
Дядюшка Чэнь рассмеялся:
— К тому времени я вам не понадоблюсь. Как вылечите старого господина, вас наверняка отправят обратно в поместье в паланкине на восьми носильщиках.
Ли Юбай лишь слегка улыбнулась, не став давать пустых обещаний.
Наступила ночь, и дядюшка Чэнь, которому здесь не полагалось оставаться, ушел, пребывая в отличном настроении.
Ли Юбай последовала за служанкой в гостевую комнату. Едва переступив порог, она почувствовала аромат книг. На стенах висели картины и каллиграфия — судя по печатям, работы известных мастеров. На полках стояли конфуцианские классики, повсюду были расставлены фарфор и цветы. Комната была просторной, даже слишком для одного человека.
Ли Юбай поставила ящик с лекарствами, легла на кровать и тут же провалилась в сон, из которого ее вывел стук служанки, принесшей ужин.
— Желаете ли вы принять ванну после еды? — почтительно спросила служанка.
— Нет, благодарю, — твердо отказалась Ли Юбай. У нее не было привычки мыться в чужом доме.
После ужина она прогуливалась по комнате. В соседних дворах жили другие врачи, но заводить знакомства она не хотела. Она ходила, помогая пище лучше усвоиться, и чувствовала, как незримая энергия течет по телу, превращая еду в силы. Это было удивительно.
Жаль, что она могла лишь ощущать изменения, но не управлять внутренними органами. Если бы она была мастером боевых искусств, смогла бы она это сделать?
Ли Юбай начала фантазировать: если бы люди могли контролировать работу органов, то смогли бы предотвращать болезни, травмы и внезапные недуги.
Вспомнив, как быстро зажили раны у Ню Сы, она подумала, что это вполне возможно. Надо будет при случае навестить Юнь Байдя в поместье и расспросить ее.
От лишних мыслей она быстро утомилась. Ли Юбай задула свечу и легла в постель, но не успела закрыть глаза, как снаружи раздался испуганный крик. Она прислушалась — это был женский голос.
— Привидение, привидение!
— Скорее, держите госпожу! Припадок начался, позовите лекаря!
Женщина, казалось, бежала в их сторону. Шаги приближались, крики становились громче. Ли Юбай села и посмотрела на дверь. Сквозь бумажную перегородку она увидела промелькнувшую черную тень с растрепанными волосами, словно одержимую бесом. Вскоре ее повалили слуги, схватили и заткнули рот, чтобы она не могла кричать.
Снаружи раздался виноватый голос управляющего Линя:
— У госпожи безумие, по ночам припадки случаются часто. Прошу прощения, что потревожили ваш отдых...
Ли Юбай снова легла и укрылась одеялом, чувствуя необъяснимую тревогу. Эта черная тень вызвала в ней беспокойство.
Она помнила, что дядюшка Чэнь говорил о простуде, а тут — безумие. Такие болезни даже в современности лечить трудно, а если она возьмется, то сможет лишь временно облегчить состояние.
Настоящий мастер-фармацевт силен не только врачеванием, но и лекарствами. А в медицинских книгах предков упоминались многие травы, которых у нее не было, да и на рынке их не встречалось, поэтому и о правильном подборе лекарств говорить не приходилось.
Тут Ли Юбай осенило. Она все время чувствовала, что что-то не так, а оказывается, забыла спросить дядюшку Чэня, когда именно у госпожи начались эти припадки.
http://bllate.org/book/23967/2745913
Сказали спасибо 0 читателей