Судя по нынешней скорости его совершенствования, Су Юньчэ подозревал, что человеческое тело Цзинь Юаня, возможно, унаследовало от отца скрытый духовный корень дерева.
Не так давно он видел, как маленький демонёнок долго в одиночку разговаривал с цветами и травами.
Тот, кто практикует древесные техники, способен понимать речь растений. Отец Цзинь Юаня когда-то был выдающимся мастером древесных искусств и наверняка учил его этому.
В прошлой жизни он просто подобрал Цзинь Юаня и даже не позволил ему участвовать в церемонии принятия в ученики. В этой жизни Су Юньчэ опасался, что из-за посредственных способностей того станут злословить, поэтому увёл его ещё до проверки духовного корня.
В тот день надо было отгородиться от остальных и всё-таки дать ему пройти проверку.
Впрочем, теперь в ней уже не было необходимости.
Су Юньчэ посмотрел на усердно тренировавшегося неподалёку Цзинь Юаня и мысленно поднял большой палец.
Для полукровки он, однако, чертовски хорош.
Все достоинства родителей достались ему.
Полудемонический зародыш от рождения умеет управлять демонической ци, а его смертное человеческое тело обладает ещё и превосходным духовным корнем дерева.
Возможно, он и правда сможет превзойти Хэ Яо.
Усердие — это хорошо, но Су Юньчэ не слишком хотел, чтобы Цзинь Юань привлекал внимание.
Чем заметнее тот станет, тем выше вероятность, что кто-нибудь раскроет его личность.
Сейчас он был слаб и болезнен, поэтому никто не связывал его с Повелителем демонов.
Но если он станет чересчур бросаться в глаза — кто знает.
Хорошо ещё, что всех бессмертных старшего поколения, видевших его прежде, он уже перебил, иначе Су Юньчэ даже не знал бы, что делать.
Разве не лучше оставаться врагами?
Проклятый автор непременно устроил роман между учителем и учеником, из-за чего Су Юньчэ каждый день жил как на иголках.
Приходилось одновременно бояться, что к Цзинь Юаню вернутся демоническая ци и память, и того, что кто-нибудь обнаружит в нём Повелителя демонов.
— На плечах этого владыки и правда слишком многое.
Сказав это, Су Юньчэ отщипнул виноградину и положил в рот.
Белка закатила глаза к небу.
— Вместо того чтобы тревожиться то об одном, то о другом, лучше самому сблизиться с Цзинь Юанем. Главное — успокоить свои эмоции.
— У меня тут не принимают тех, кто намертво засел на месте.
Су Юньчэ: …
Да вовсе он не засел намертво!
Он уже старался понемногу преодолеть себя.
— Сяо Юань, иди сюда.
Су Юньчэ протянул к Цзинь Юаню руку, подзывая его.
Цзинь Юань отложил деревянный меч и прямо направился к учителю.
Когда тот подошёл, Су Юньчэ налил ему чашку чая.
Цзинь Юань выглядел польщённым и поспешно принял чашку обеими руками.
Принимая чай, он кончиками пальцев скользнул по тыльной стороне ладони шицзуня. От этого у него защекотало сердце, и захотелось тут же схватить шицзуня за руку.
— Я вижу, что с мечом ты уже управляешься неплохо. Сегодня вечером отведу тебя на Курган мечей выбрать связанный артефакт.
— Благодарю, шицзунь.
Сказав это, Цзинь Юань поднёс чашку к губам и начал медленно пить.
Его губы понемногу скользили по краю чашки. Она вся была пропитана запахом учителя, и потому ему не хотелось выпивать чай одним глотком.
Насладившись чаем, он протянул чашку шицзуню.
— Шицзунь, можно мне…
Он не успел договорить, как шицзунь забрал чашку и снова наполнил её.
— Можно.
— Если впредь захочешь пить, просто приходи к шицзуню за чаем.
— Мы с тобой учитель и ученик, незачем быть такими церемонными.
С этими словами Су Юньчэ вложил чашку ему в ладонь.
Обычно руки маленького демонёнка были нежными и гладкими, но теперь от тренировок с мечом на подушечках пальцев образовались тонкие мозоли.
Су Юньчэ с сожалением посмотрел на них и легко коснулся кончиком пальца мозоли на пальце ученика.
От лёгкого прикосновения шицзуня по подушечке пальца пробежал щекочущий разряд, будто электрический ток пронзил всё тело. Сердце Цзинь Юаня забилось быстрее, а пальцы ног невольно поджались.
Даже ровное дыхание стало чуть чаще.
Су Юньчэ тут же отдёрнул руку:
— Уже и мозоли появились.
Цзинь Юань тихо отозвался, и в его слегка низком голосе пряталась едва заметная чувственность.
Су Юньчэ опустил голову, пошарил за пазухой, достал флакон белой нефритовой мази и поставил на стол.
— Хоть ты и мужчина, всё равно надо следить за собой. Девушкам не нравятся мозолистые руки.
— Пока мозоли тонкие, от них ещё можно избавиться.
— Запомни: мажь каждый день.
Девушки?
Стоило шицзуню заговорить о женщинах, как свет в глазах Цзинь Юаня сразу потускнел.
— Шицзунь, я ведь только недавно вступил в секту.
Кроме шицзуня ему никто не нужен.
Су Юньчэ решил, что ученик просто смутился и, не желая говорить на эту тему, прикрылся тем, что недавно вступил в секту.
Он понимал. Всё понимал.
Пока Цзинь Юань ничего не помнит, надо обязательно сформировать у него правильные взгляды на выбор пары.
Девушки! Мягкие, ароматные девушки — разве это не прекрасно?!
Так и хотелось уже сейчас подобрать ему пару.
В мире совершенствующихся красавиц хоть отбавляй. Неужели среди них не найдётся ни одной, которая ему понравится?
А потом Су Юньчэ ещё немного поможет их свести — и дело с браком будет в шляпе.
Белка: …
Средь бела дня он опять начал грезить наяву.
Если бы предпочтения в выборе пола партнёра менялись так легко, ей бы не пришлось столько сил тратить на то, чтобы Су Юньчэ всё время избегал Цзинь Юаня.
Белка поленилась рушить его мечты и продолжила отрабатывать удары.
Цзинь Юань смотрел на шицзуня, который уже радостно распланировал его будущее, и молча держал чашку.
Шицзунь снова хотел отдать его кому-то другому.
Пальцы Цзинь Юаня сильнее стиснули чашку. Он одним глотком допил чай.
Поставив чашку на стол, он развернулся и ушёл — боялся, что ещё секунда, и она треснет у него в руке.
— Учитель, я пойду тренироваться с мечом.
— Хорошо.
Маленький демонёнок всё-таки довольно застенчивый.
Цзинь Юань ушёл тренироваться, а Су Юньчэ стал собирать чайную посуду, собираясь вернуться в комнату.
Убирая посуду, чашку Цзинь Юаня он отложил отдельно, чтобы тому было удобно пользоваться ею в следующий раз.
И тут заметил, что вся чашка покрылась тонкими трещинками, тянувшимися от дна к краю.
Су Юньчэ: ?
Похоже, с этой чашкой что-то не так.
Су Юньчэ взял собственную и сравнил — и сразу всё понял.
А силища у него, оказывается, немалая.
Этой чашкой, похоже, больше не попользуешься. Маленький демонёнок тот ещё разоритель.
Этот чайный набор был подарком его учителю от кого-то, кто хотел к нему подольститься. Набор был первосортным, а когда учитель заметил, что он нравится Су Юньчэ, то отдал его ему.
Су Юньчэ всегда бережно его хранил, боялся стукнуть или уронить — а этот одной рукой довёл чашку до такого состояния.
Хотя, если подумать, выглядит даже неплохо.
Мелкие трещинки покрывали всю нефритовую чашку и казались естественным узором, будто так и было задумано. Получилось почти произведение искусства.
Красиво-то красиво, только пользоваться уже нельзя.
Су Юньчэ убрал посуду и вернулся в комнату.
Тренируясь с мечом, Цзинь Юань оглянулся на шицзуня, а потом перевёл взгляд на белую нефритовую мазь, оставленную на столе.
Учителю не нравятся мозоли на его руках?
Цзинь Юань раскрыл ладонь, посмотрел на тонкие мозоли, оставшиеся на пальцах от меча, и невольно вспомнил сцену до отката времени.
Когда шицзунь, закусив губу и покраснев глазами, цеплялся за его руку, утопая в ощущениях от этих пальцев, он говорил совсем не так.
Шицзунь обманывает. Ему ведь явно нравится.
Убрав чайную посуду, Су Юньчэ сел на кровать и начал медитировать.
Раз маленький демонёнок так старается, он тоже не должен расслабляться.
Но во время медитации Су Юньчэ невольно вспоминал тонкие мозоли на пальцах маленького демонёнка. Стоило представить эти ладони с мозолями, как в голову лезло слишком многое.
Шероховатые подушечки пальцев, обжигающе горячие ладони.
Большая рука Цзинь Юаня полностью держала его жизненно важное место в своей власти.
Он пытался схватить его за руку и сопротивляться…
Щёки Су Юньчэ постепенно покраснели. Он резко открыл глаза, и на лбу выступил тонкий слой пота.
Глубоко вдохнув, он почувствовал, что в горле пересохло.
Су Юньчэ встал, налил себе чашку холодного чая и потёр виски.
Пока он пил, взгляд невольно упал на маленького демонёнка. До боли знакомая стойка во время тренировки с мечом слилась с образом того человека из воспоминаний.
Пальцы дрогнули, чашка выскользнула из руки.
Она разбилась. Звон осколков был чистым и громким, но сильнее всего Су Юньчэ почувствовал боль за дорогую вещь.
http://bllate.org/book/24000/2921605
Готово:
