Готовый перевод Transmigrated as an A-lister, I Adopted the Cat Actress / АЛЬФА для королевы экрана: приручить кошку: Глава 17

Я могу помочь тебе разобраться с обидчиками.

Увидев, как Ло Ханьян от ее слов округлила глаза, став похожей на удивленного котенка, Си Тинъюэ невольно улыбнулась, склонила голову и добавила:

— Слышала?

Слышала?

Ло Ханьян тут же опустила голову, не смея встретиться с ней взглядом.

Си Тинъюэ была для нее всего лишь покровительницей, но этот нежный тон, прозвучавший в ушах Ло Ханьян, почему-то наполнился каким-то особенным, неизведанным чувством.

Казалось… она действительно готова пойти на всё ради нее и с легкостью разобраться со всеми трудностями.

До того как они познакомились, Си Тинъюэ казалась ей холодной, безжалостной и суровой, но после той ночи, хотя она по-прежнему была неприступна со всеми остальными, ее отношение к самой Ло Ханьян изменилось на сто восемьдесят градусов.

Преподаватель танцев часто говорила Ло Ханьян, что у нее слишком наивный характер и эта профессия ей не подходит: попади она в шоу-бизнес, ее бы обманули и мокрого места не оставили.

Вспомнив эти наставления теперь, Ло Ханьян наконец прозрела.

Сяо Гао тоже потеряла дар речи, поражаясь громкости голоса этой женщины — от визга в ушах звенело.

Колоссальная работа разъезжать по разным городам триста шестьдесят пять дней в году — ничего страшного, если удастся урвать полдня на заслуженный отдых!

— Знаю, знаю, — поспешно ответила Сяо Гао. — Это Сюй Синчэнь предложила: хотела, чтобы Шэн Цзинцзин вместе с ней пошла извиниться перед мисс Ло и принесла лекарства, чтобы загладить вину, но Шэн Цзинцзин и слышать об этом не хочет.

Она, похоже, была уверена, что Сюй Синчэнь ничего ей не сделает, и дерзила:

— Во-первых, это не я ее толкнула, тогда ведь и ты к ней прикасалась! Хочешь извиняться — иди сама, а я не собираюсь перед всякими притворяющимися слабыми белыми лотосами стелиться!

Ладно, поверим ей на этот раз! Точно в последний раз!

Ло Ханьян снова задалась вопросом: что же Си Тинъюэ сделает для нее после того, как ее намеренно толкнули?

Слова Си Тинъюэ были подобны ее любимому сашими из сырой рыбы — они источали манящий аромат, заставляя верить им.

*

Выйдя за дверь, Си Тинъюэ мгновенно помрачнела.

Сюй Синчэнь искренне хотела всё уладить мирно. Предложение пойти извиниться вдвоем преследовало интересы всей съемочной группы — дать Шэн Цзинцзин возможность сохранить лицо, а все личные счетки отложить до окончания съемок.

— Вы ведь только что сами всё слышали, из-за такой ерунды опять ругань, режиссер Ван, кажется, от скачка давления едва на ногах держится, — доложила Сяо Гао.

— Это… Шэн Цзинцзин, — честно ответила Ло Ханьян. — Вторая героиня этого сериала и моя старшая коллега по компании.

Та набрала номер и строго спросила человека на том конце:

— Какая ситуация на площадке?

Сяо Гао знала Сюй Синчэнь — та постоянно мелькала в трендах одной популярной соцсети, но вот личность этой Шэн Цзинцзин казалась несколько сомнительной.

— Да ты просто… — Невозможно же! Сюй Синчэнь от ее слов аж задохнулась от гнева.

Выражение лица Си Тинъюэ ничуть не изменилось, и имя этой знакомой ни капли на нее не повлияло.

— Спасибо, — Ло Ханьян облегченно выдохнула.

Сказав это, Ло Ханьян растерялась и украдкой подняла глаза, пытаясь уловить реакцию Си Тинъюэ.

Ло Ханьян поспешно затрясла головой.

В будущем она непременно даст Ло Ханьян понять: стоит лишь маленькой кошечке вложить свой пушистый хвост в ее ладонь, как она сожмет пальцы и больше никогда в жизни ее не отпустит.

Ло Ханьян продолжала тешить себя надеждой: даже если ее обманывают, то совсем чуть-чуть, а если Си Тинъюэ окажется двуличной злой стервой, в худшем случае она просто… больше никогда ей не поверит.

Си Тинъюэ посмотрела на нее, немного подумала и произвела:

— Я поняла, предоставь это мне.

Сяо Гао знала, что Шэн Цзинцзин была одной из тех, кто состоял в интимной связи с начальницей. Вчера она по непонятной причине внезапно разорвала контракт, после чего пришла качать права к самой Си Тинъюэ и шумела всю ночь напролет.

Ответив, она почувствовала легкую тревогу, подумав про себя, неужели директор Сы, помня о прежних отношениях, встанет на сторону этой хабалки по имени Шэн Цзинцзин?

Впрочем, Си Тинъюэ была довольна и этим. Она знала, что Ло Ханьян относится к ней с огромным недоверием, и раз та сейчас готова дать ей шанс, упускать его было никак нельзя.

Казалось, ее и вправду собирались обвести вокруг пальца…

Си Тинъюэ переспросила:

— Кто тебя толкнул?

— Отдохни пока как следует, — Си Тинъюэ поднялась на ноги. — Я пойду попрошу для тебя отгул у режиссера Вана.

Её голос разительно отличался от той нежности, с которой она только что говорила с Ло Ханьян. Вопрос прозвучал сурово и непреклонно, превратившись в тяжелое утверждение.

Едва она умолкла, как со съемочной площадки донесся истеричный женский визг:

— Отстань! Хочешь извиняться — иди сама!

Сюй Синчэнь знала, что Шэн Цзинцзин — омега, и не могла давить на нее авторитетом, иначе недоброжелатели сняли бы всё на видео и подняли шумиху, но Шэн Цзинцзин вела себя просто возслыхательно нагло.

Однако Ло Ханьян не стала настаивать на том, чтобы вернуться к работе. Нервы, натянутые как струна весь день, наконец расслабились.

Уголки губ Си Тинъюэ изогнулись еще сильнее. Маленькая кошечка долго молчала, но все ее эмоции были написаны на лице — её красивые черты лица едва ли не в узел завязывались, прежде чем она выдавила из себя три заветных слова.

К счастью, голос Си Тинъюэ оставался ровным и бесстрастным, и она продолжила расспросы:

— Знаешь, из-за чего они поссорились?

— Она всегда так третирует тебя в компании? — ее брови слегка сошлись на переносице.

— Эм… это та же самая женщина, о которой вы упоминали в телефонном разговоре в тот день.

Трубку взяла Сяо Гао. Даже сквозь динамик ощущался такой холод, что у нее мороз по коже пробежал, и она с трепетом ответила:

— Полный хаос, люди ругаются.

— Это первая и вторая актрисы, — пояснила Сяо Гао, сама находя происходящее каким-то сюрреалистичным. — Сюй Синчэнь и Шэн Цзинцзин грызутся уже довольно давно, Шэн Цзинцзин даже полезла в драку, ее еле оттащили.

— Вообще-то, можно и без отгула… — Ло Ханьян запоздала со своим ответом, но Си Тинъюэ уже подняла телефон и быстрым шагом направилась к выходу, поэтому ее неуверенного возражения не услышала.

Она обнаружила, что почему-то ждет продолжения этого разговора. Осознав это, Ло Ханьян до смерти смутилась, глубоко зарылась лицом в воротник и невнятно пробормотала:

— …Слышала.

На съемочной площадке Шэн Цзинцзин со злости оттолкнула Сюй Синчэнь. Та схватилась за ушибленное плечо и недоверчиво посмотрела на женщину:

— Чего ты добиваешься?!

— Кто?

Та дорожка была сплошь ухабистой и неровной, к тому же троим людям приходилось то и дело соприкасаться телами. Сюй Синчэнь действовала предельно осторожно, но, стоя рядом, она отчетливо видела, как Шэн Цзинцзин вроде бы двигалась как обычно, но, улучив момент, когда никто не смотрел, внезапно напала и изо всех сил толкнула человека.

Предложение было хорошим, вот только Шэн Цзинцзин, привыкшая безнаказанно творить беспредел в Шэнсин Хуюй, категорически отказалась.

Пока они препирались, режиссер Ван безуспешно пытался всех успокоить. Сейчас он сидел в сторонке, залпом пил воду и обмахивался веером, пытаясь остудить раскрасневшееся от гнева лицо.

— Объяви всем, что на сегодня съемки закончены, объявляется выходной. Массовке и тем, кто был занят в сценах, и тем, кто нет, заплатить по полному тарифу, — устало произвел режиссер Ван.

— Хорошо, вы пока отдохните, берегите нервы, — ответил подошедший ассистент и бросился выполнять поручение.

Режиссер Ван тяжело вздохнул, чувствуя, что съемки этого паршивого сериала под названием «Пылающая любовь посреди лета» прибавили ему еще десяток лет к возрасту.

Процесс создания картины шел через пень-колоду, и вот когда они наконец добрались до финишной прямой и до конца съемок оставалась ровно неделя, снова стряслась напасть.

Исполнительницы главных ролей переругались, третья актриса получила травму, и в такой позорный момент инвестор-тяжеловес как раз прибыл с инспекцией.

Режиссер Ван массировал распухшие от бессонных ночей мешки под глазами, чувствуя себя смертником.

Он уже сломал голову, размышляя, как будет оправдываться перед директором Сы. Наверное, от сильнейшего стресса у него начались галлюцинации, раз ему послышалось, будто сзади раздался голос директора Сы, обращенный к нему:

— Режиссер Ван, как ваше самочувствие?

Режиссер Ван жалко усмехнулся, подумав, что с характером этой Си Тинъюэ, которая видит лишь результат и пренебрегает средствами, она вряд ли стала бы беспокоиться о его здоровье — еще хорошо, если последними словами не обложит.

Поэтому он беспечно махнул рукой, даже не оборачиваясь, и философски изрек:

— Старею, здоровье уже не то… Как рассержусь, так гипертония и дает о себе знать.

— Вот как, — произнесла Си Тинъюэ, проходя мимо него. — Я слышала, ирбесартан неплохо помогает при повышенном давлении.

— Ой мать моя… — режиссер Ван скосил глаза на знакомый силуэт и испугался так, что давление тут же пришло в норму. Он мгновенно вскочил со стула: — Ой, это вы! Прошу прощения за неучтивость!

— Ничего страшного, сидите, отдыхайте, — бросила она ему. — А с этими двумя скандалистками я сама разберусь.

— Пожалуйста, прошу вас, ради бога… — режиссер Ван заискивающе закивал, а сам едва не лишился рассудка: что за птица этот директор Сы, раз только что использовала по отношению к нему вежливое местоимение?

Си Тинъюэ больше ничего не сказала и уверенной походкой направилась к съемочной площадке.

Вообще-то актрисы уже прекратили ссориться: каждая сидела в окружении собственных менеджеров по противоположным концам площадки, между ними пролегло добрых сто метров, и ни одна не желала иметь дел с другой.

Си Тинъюэ направилась к Шэн Цзинцзин.

Та расслабленно развалилась на мягком кресле, устланном пледом. Заметив ее приближение, она выпрямилась и одарила гостью сияющей улыбкой:

— Директор Сы, ну наконец-то вы приехали, я вас уже сто лет жду!

Она попыталась за руку увлечь Си Тинъюэ в свое кресло, протянув руку ладонью вверх — в каждом ее жесте читалось откровенное приглашение.

— Шэн Цзинцзин? — Си Тинъюэ проигнорировала этот жест. Поскольку они виделись впервые, ей нужно было удостовериться в личности собеседницы.

— А? — Шэн Цзинцзин, уже предвкушавшая нежные ласки, споткнулась о ее ледяной тон, а ее протянутая рука так и застыла на полуслове в неловком положении.

До нее стало доходить, что что-то не так.

— Что с вами? Я же Цзинцзин…

— Мы с мисс Шэн не настолько близки, — Си Тинъюэ опустила взгляд на ее руку. — Надеюсь, вы не станете позволять себе подобного панибратства.

Лицо Шэн Цзинцзин перекосило.

По этому тону и поведению она окончательно поняла: Си Тинъюэ действительно намерена провести между ними четкую черту.

И вчерашний черный список, и это отталкивающее выражение брезгливого отчуждения — всё это не было беспочвенным.

Она отдернула руку и процедила сквозь зубы:

— Вчера… вы бросили меня из-за Ло Ханьян?

Услышав, что та сама заговорила об этом, Си Тинъюэ кивнула:

— Я очень ценю мисс Ло, но это наши личные дела, и вас они не касаются.

И добавила:

— К тому же.

Тон Си Тинъюэ изменился:

— Мисс Шэн только что позволила себе на площадке не самые благовидные поступки.

— Вы! — Шэн Цзинцзин заскрипела зубами, ее лицо исказилось от злобы.

— И всё ради нее…

Ради какой-то Ло Ханьян.

Си Тинъюэ пришла сюда только ради того, чтобы заступиться за эту девчонку.

Какими же фокусами воспользовался этот белый лотос, раз смог заставить саму Си Тинъюэ лично явиться и отчитывать ее?

Си Тинъюэ по-прежнему стояла на небольшом расстоянии, а ее бесстрастный вид красноречивее любых слов выражал ее позицию.

— Да как вы можете так защищать ее! — Шэн Цзинцзин бесновалась от ярости, ее вид был омерзителен.

Но привыкшая всегда и во всем побеждать, она не собиралась так просто терять лицо.

Связаться с самой Си Тинъюэ она не смела, но прищучить Ло Ханьян с ее положением в Шэнсин Хуюй было проще простого.

— Директор Сы, — сообразив это, Шэн Цзинцзин выдавила из себя уродливую улыбку, пустившись во все тяжкие: — Ло Ханьян всё еще артистка нашей компании. Вы так спешите вступиться за нее, а ведь это нарушает правила.

Пока контракт не истек, Ло Ханьян оставалась сотрудницей Шэнсин Хуюй. Прижать ее исподтишка не составляло труда, и сколь бы длинными ни были руки Си Тинъюэ, она не могла вмешиваться в дела чужой компании.

— Вот как.

Си Тинъюэ посмотрела на нее, в ее узких глазах мелькнула насмешка.

Шэн Цзинцзин охватило беспричинное беспокойство.

Си Тинъюэ пока не собиралась упоминать о том, что вскоре выкупит Шэнсин Хуюй. Она хотела преподнести Ло Ханьян сюрприз, когда всё будет кончено, заодно устроив Шэн Цзинцзин грандиозный шок.

— Прошу мисс Шэн не уходить от темы, — произнесла она. — Как вы намерены разрешить ситуацию с вашим умышленным толчком, из-за которого Ло Ханьян получила травму?

Формально это был вопрос, но Си Тинъюэ, казалось, не собиралась оставлять ей возможности для ответа.

— Я ее не толкала! — взвизгнула Шэн Цзинцзин.

— То есть мисс Шэн… — Си Тинъюэ приподняла веки, и ее взгляд обдал холодом. — Не собирается в этом признаваться?

На съемочной площадке повсюду расставлены камеры, и раз Шэн Цзинцзин упирается, можно достать запись их потасовки, замедлить ее кадр за кадром и заставить признать вину.

— Если мисс Шэн будет упорствовать и откажется приносить извинения и выплачивать компенсацию, я передам видеозапись в полицию и оставляю за собой право подать на вас в суд.

Губы Шэн Цзинцзин задрожали. Она не ожидала, что Си Тинъюэ пойдет на разрыв и зайдет так далеко. Но эта женщина всегда была такой —

Всегда холодная и жестокая.

Шэн Цзинцзин знала, что рано или поздно наскучит Си Тинъюэ и та безжалостно ее выбросит, но точно не сейчас!

Ведь еще пару дней назад эта женщина во все услышание заявляла, что среди ее любовниц именно она нравится ей больше всех, и даже пообещала сделать ее главной гостьей в новом шоу уровня S.

Она ведь находилась на пике фавора!

Шэн Цзинцзин растерялась и лишилась рассудка, но продолжала упорно цепляться за надежду, отказываясь верить, что Си Тинъюэ вдруг переменилась в одночасье, очарованная этой Ло Ханьян.

Она делала ставку на то, что увлечение Си Тинъюэ Ло Ханьян — лишь мимолетная прихоть и та вовсе не дорога ей.

http://bllate.org/book/24085/2770955