— Лю, брат мой... ты всё ещё не хочешь вернуться? Мы ведь уже в том возрасте, когда стоит держаться вместе, разве нет? Прошло три года, прежде чем мы, два старика, наконец встретились. Глава алтаря тоже искренне надеется на твоё возвращение, — Чу Сюн говорил с доктором Лю, и лицо его выражало неподдельную искренность.
— Чу, брат мой, не стоит меня уговаривать. Я пришёл сюда лишь потому, что когда-то обещал тому человеку помогать ему, пока мне не исполнится шестьдесят. Осталось всего четыре года, чтобы отплатить за доброту, а после мы станем квиты и разойдёмся каждый своей дорогой. Теперь, когда юный Юй доставлен, мне пора возвращаться, — ответил старый лекарь и отвесил Чу Сюну поклон.
Затем он повернулся к Ло Аньюю:
— Малыш, раз уж ты мужчина, учись стойко переносить тяготы и постигай истинное мастерство. Следуй зову своего сердца, не совершай зла, даже если оно кажется пустяковым. Помни: добродетель — основа всего, а благородство — корень. Будь твёрд и неподкупен! С сегодняшнего дня этот человек станет твоим наставником. Его боевые искусства и владение скрытым оружием непревзойдённы. Учись у него прилежно, а что касается правил жизни и поступков — бери лучшее, а на остальное не обращай внимания!
Ло Аньюй, не совсем понимая, о чём речь, послушно кивнул.
Чу Сюн за его спиной подумал: Я всё ещё здесь, а этот старик по-прежнему не считается с моим авторитетом.
— Малыш, не слушай его бред. Ты ведь знаешь, что такое почтение к учителю? Ты должен слушаться меня, понял?
Ло Аньюй, хлопая глазами, промолчал, а затем, потянув доктора Лю за рукав, перевёл тему:
— Прошу вас, глубокоуважаемый доктор Лю, передайте моей матери, что здесь мне хорошо и ей не стоит волноваться. — Последние слова он произнёс сдавленным голосом, а глаза его наполнились слезами.
Сразу после прощания доктор Лю ушёл, не задерживаясь.
Спустя час, когда Ло Сяочжу ждала его, старый лекарь вернулся по воздуху:
— Пойдём. Твой сын устроен, тебе остаётся лишь ждать в отведённом месте. Если у мальчишки есть талант, он многого добьётся. А если нет — дождись его возвращения и ищите другой путь.
Ло Сяочжу задумалась. Судя по словам лекаря, ещё не факт, что маленький Юй преуспеет в обучении. Да и плевать! Главное, чтобы он был здоров и счастлив. Если не получится — заберу его обратно, вернёмся в пещеру к серому волку и будем ждать того мерзавца. Не поверю, что он за всю жизнь не придёт повидаться с нами.
Время пролетело незаметно. Восемь лет промелькнули как один миг, и тот пухлый малыш с нежными щёчками превратился в статного, красивого юношу. За эти восемь лет Ло Аньюй хлебнул немало горя: ночевал в пещерах, спал на снегу, брёл по песчаным отмелям, падал в обморок от голода, плакал от боли и порой сомневался, но ни разу не пожалел о своём выборе.
В этот раз заданием было отправиться с семью другими юными представителями рода Юй к Утёсу Зеркального Обрыва и поймать Синего Ханьба. Говорили, что с появлением этого существа деревья вокруг сохли, трава вяла, а звери либо бежали прочь, либо погибали. Опасаясь, что эта злая тварь, невесть как забредшая к Утёсу, со временем навредит обители Пуми, Глава алтаря отправил группу талантливых юношей на это задание.
В главной обители, название которой Ло Аньюй до сих пор не знал, действовала система поощрений и наказаний. За успешное выполнение миссий выдавали серебро, оружие или редкие сокровища в зависимости от сложности.
Год назад в битве в пещере Открытых Крыльев он, не щадя себя, сразил золотого когтекрыла и отдал те самые когти, которые, по слухам, позволяли управлять полетом, своему наставнику Чу Сюну. В награду тот подарил ему двенадцать закалённых серебряных игл и обучил методам их применения, добавив, что в критический момент они могут спасти жизнь.
Однако за невыполнение заданий следовало наказание. Например, месяц назад, когда выяснилось, что он самовольно отпустил того серого волка с красными глазами, охранявшего кладбище, Глава алтаря на глазах у Чу Сюна отрубил ему мизинец на ноге.
Ходили слухи, что потомки владельца кладбища, которое стерег этот волк, должны были процветать и занимать высокие посты. Глава приказал поймать зверя и приручить его, чтобы тот охранял могилы предков их рода. Ло Аньюй уже схватил волка хлыстом Серебряного Цзяо, но, услышав его жалобный вой и увидев слёзы в глазах зверя, почувствовал, как рука дрогнула. Он ослабил хватку. Он плачет. Такой гордый зверь — и плачет. Неужели оттого, что не хочет покидать своего хозяина? Даже волк столь верен и предан, а люди жадно пытаются присвоить себе чужого слугу. Это неправильно. Я не должен был этого делать.
Он распутал хлыст, подошёл к волку и похлопал его по голове:
— Ты немного похож на моего серого волка, хотя он куда внушительнее — раза в три крупнее тебя. Тебя приметил хозяин моего наставника. Будь осторожнее, прячься, если увидишь людей. Преданность — это хорошо, но не ценой жизни. Не знаю, понимаешь ли ты меня, но береги себя. — Сказав это, он развернулся и ушёл.
Когда он вернулся ни с чем, наставник спросил причину. Мальчик при всех братьях честно во всём признался. Чу Сюн сурово отчитал его, запретив впредь действовать по велению чувств. Казалось, инцидент исчерпан, но двоюродный брат Юй Чан каким-то образом приукрасил историю и донёс Главе алтаря.
Глава пришёл в ярость. Впервые за долгое время юные представители рода Юй увидели легендарную фигуру, главу Алтаря Прыжка Дракона, их деда. Главу звали Юй Гуй, и поговаривали, что ему уже за двести лет. Несмотря на то что в обители Пуми было полно домов, он там не жил.
Когда бледный от страха маленький послушник доложил о прибытии старого Главы, Чу Сюн невольно нахмурился:
— Глава не показывался больше десяти лет. Что же случилось на этот раз? — Он поспешно поправил одежду и вышел встречать гостя.
Ло Аньюя и других юношей вызвали в дом на самой вершине горы. Убранство внутри повергло всех в изумление. Всё дышало роскошью: золото как основной цвет, серебро как дополнение, жемчуг, агат и нефрит, инкрустированные в мебель. В центре стоял барабан с зелёной кожей и красным обрамлением. Присмотревшись, можно было заметить, что два барабанных молоточка выполнены в форме кошачьих голов — один красный, другой зелёный.
Чу Сюн в глубоком почтении стоял рядом с ширмой, наполовину красной, наполовину зелёной.
— Все собрались? Ступайте, поклонитесь деду, — скомандовал Чу Сюн.
Все опустились на колени, приветствуя таинственного деда.
— Слышал, некий Юй Ань отпустил волка, который был нужен мне? — Голос Главы был холодным, как ледяные сосульки, бьющиеся о дно котла, — колким и резким.
Чу Сюн опешил, гадая, кто же проболтался.
— Господин, Юй Ань впервые ловил волка. Тот зверь был глупо предан своему хозяину и отчаянно сопротивлялся, вот и сбежал, — попытался оправдать его Чу Сюн.
Да, Юй Ань — это и был Ло Аньюй. По прибытии Чу Сюн объяснил ему, что, раз они потомки рода Юй, а его отец был из этого рода, он должен сменить фамилию на Юй. Юй Ань.
— Ха, неужели ты и правда состарился, Чу Сюн?
Сердце Чу Сюна ушло в пятки. Дело пахло керосином.
— Я... в эти годы уже не тот, что раньше, — пробормотал он, невольно ссутулившись.
— Юй Ань, ты знаешь, зачем мне нужен этот волк? — Юй Гуй проигнорировал Чу Сюна и обратился к Ло Аньюю.
— Юй Ань слышал, но мне говорили, что таких волков не приручить. Они всю жизнь верны лишь одному хозяину до самой смерти. Я подумал, что пользы от него не будет, и... — Ло Аньюй замолчал, увидев, как Чу Сюн делает ему знак глазами: Закрой рот!
Он тут же умолк.
— Не приручить? А если сварить? Сходи и принеси его снова, я сварю из него похлёбку. — Едва резкий голос закончил фразу, как из-за ширмы, словно белая молния, вылетела чайная чашка и с силой ударила Ло Аньюя по ноге.
Мальчик от боли опустился на одно колено, чувствуя, что нога, похоже, сломана. Он покрылся потом и слегка дрожал, но не издал ни звука.
— Чу Сюн, если кто-то ещё посмеет ослушаться моей воли, я не побрезгую лишить их одной конечности, — Юй Гуй развернулся, и его слова заставили Чу Сюна содрогнуться от ужаса.
Ло Аньюй и другие юноши через дыру в ширме разглядели легендарного деда: фигура ростом около метра шестидесяти в красном халате и зелёном головном уборе. Вид был слегка жалкий, но пугающий, хотя лица они так и не увидели.
— Господин, гнев ваш справедлив, но род Юй и так почти иссяк, — за эти десять с лишним лет потомков Главы становилось всё меньше, и не все из них обладали талантом — половина была посредственностями, включая отца Ло Аньюя.
Юй Гуй лишь ругал своих сыновей за то, что те выбирали жён с плохими генами, из-за чего род слабел.
— Если свои не справляются, ищите чужеродных, лишь бы служили алтарю. Я ждал слишком долго! Сто лет прошло, пришло время явить миру мощь Алтаря Прыжка Дракона. Эти ничтожества должны склониться передо мной! — кричал он про себя.
Ло Аньюй был вынужден снова отправиться на поимку волка. Наставник сказал, что его дед, Глава, крайне переменчив в настроении, и если он оставил его в живых сегодня, то лишь из-за малочисленности рода, иначе он бы не дожил до завтрашнего дня.
Волк всё ещё сторожил могилу. Ло Аньюй, превозмогая боль в ноге, чувствовал тяжесть на сердце: Не понимаю, зачем отбирать чужое? Стыд и срам.
— Охранник могилы! Я снова пришёл за тобой. Старик отрубил мне палец за то, что я отпустил тебя в прошлый раз. Если я отпущу тебя снова, он убьёт меня. У меня нет выбора, так что будь добр, не сопротивляйся, чтобы не пришлось терпеть боль.
Ло Аньюй высказал всё это волку, который стоял напротив, ощетинившись и скаля клыки.
Ло Аньюй беспомощно вздохнул: — Ну вот, опять ты за своё.
Он взмахнул хлыстом Серебряного Цзяо и вступил в бой.
Через четверть часа он связал волку пасть верёвкой и надел повязку на глаза, чтобы тот не запомнил дорогу и не сбежал. Связав четыре лапы, он взвалил зверя на плечи и пошёл обратно. Волк яростно брыкался, пиная его в живот.
— Эй, угомонись! Ещё раз дёрнешься — три дня голодать будешь, — он потёр ушибленный живот и пошёл дальше, неся зверя на плечах.
Волк снова ударил его своей тяжёлой головой.
— Да когда ты успокоишься? Это же глупая верность! Сейчас главное — выжить, понимаешь? Придёшь на место — веди себя тихо. Какая разница, какую могилу сторожить? Если будешь упрямиться — сам же пострадаешь. Я вот не послушался — и лишился пальца, такой красивый был, так болел... Если ты не будешь слушаться, он отрубит тебе все четыре лапы и будет грызть их прямо у тебя на глазах. Не веришь? Он сказал, что если не приручить — сварит из тебя суп. Старик очень жестокий, говорю тебе... — продолжал он свою тираду.
В конце концов, то ли волк понял, то ли утомился от долгого пути через горы, но постепенно затих.
Позже Ло Аньюй продолжал выполнять задания, но слышал от других, что волк наотрез отказывался охранять могилы рода Юй — его били до полусмерти, он иссох от голода и был при смерти.
— Эх, глупый волк, — Ло Аньюй почувствовал, как к горлу подступил ком. Он проглотил кусок лепёшки, запил водой и, захватив хлыст и скрытое оружие, отправился охотиться на Синего Ханьба.
Задание заключалось в убийстве Синего Ханьба. Наставник сказал, что раз в последние годы у Утёса Зеркального Обрыва началась засуха, значит, там завёлся Ханьба. По его расчётам, тварь была ещё молода, а в радиусе ста пятидесяти ли вокруг почти не было людей, кроме их обители. Вероятно, это была змея, которая, соприкоснувшись с останками зомби в другом месте, превратилась в Ханьба.
В этом мире существовало четыре вида Ханьба: Синий, Зелёный, Красный и Золотой. Чаще всего ими становились змеи, реже — лисы или летучие мыши. Синий Ханьба не обладал большой силой и низким уровнем сознания, действуя лишь на инстинктах. А вот Золотой Ханьба — совсем другое дело. Чем дольше он практиковался, тем выше становился его интеллект, и поймать или уничтожить его было крайне сложно.
В этой миссии участвовали все юные представители рода Юй. Это была не только охота на Ханьба, но и способ закалить их физическую силу и способность быстро реагировать на опасность.
Более двадцати лет назад Чу Сюн был у Утёса Зеркального Обрыва вместе с доктором Лю Цзинжэнем и Главой Юй Гуем в поисках гнёзд Духовной ласточки. Эти птицы достигали зрелости лишь к ста годам, после чего начинали строить гнёзда для привлечения пары. Питаясь редкими травами и нектаром, а также благодаря особой слюне, гнёзда становились бесценными — тот, кто их отведает, обретает лёгкость тела и возвращает молодость.
Трое мужчин, действуя сообща, действительно нашли гнёзда на отвесной скале в сотне метров под ними. Там, куда падал их взгляд, виднелось всего четыре штуки.
http://bllate.org/book/24089/2772704
Готово:
