Готовый перевод Not a Yandere Prince? How Dare He Kiss the Shy Girl! / Не больной принц? Зачем целуешь социофоба!: Глава 1

— Даже если ты сегодня действительно умрешь, тебе все равно придется выйти замуж за Восточный Дворец!

— Не говоря уже о том, что семья Су растила тебя шестнадцать лет, есть воля Императора и приказ родителей, с чего бы это тебе рассуждать о своем согласии или несогласии?!

— И надо же было устроить этот спектакль с попыткой самоубийства, для кого ты это разыгрываешь?!

Голос, доносившийся до его ушей, можно было назвать лишь яростным ревом. Нет, точнее будет сказать — неистовым воплем. В любом случае, это было крайне бесцеремонно.

Сопровождаемый сильным недомоганием во всем теле, Су Цзиньюань с трудом открыл глаза и оцепенело уставился на мужчину средних лет в старинном одеянии, который буквально брызгал слюной от ярости. В этот миг его охватило полное замешательство, а также страх и напряжение.

В голове стоял гул, мысли путались. Он никак не мог осмыслить происходящее, да и вообще не привык общаться с незнакомцами, поэтому подсознательно отвел взгляд от мужчины, чей вид был готов растерзать его на части, и осторожно принялся осматривать окружающую обстановку.

Это... где он?

Узорчатые окна, деревянная кровать, резной стол и медная курильница для благовоний. Как ни посмотри, это совсем не походило на его маленькую съемную квартирку.

Тем временем Су Хань продолжал свою агрессивную тираду:

— Неблагодарная тварь! Или ты хочешь погубить всё поместье Су вместе с собой?!

Погубить так погубить, я совсем не против, — мысленно отозвался Су Цзиньюань, продолжая украдкой наблюдать за обстановкой.

В этот момент в комнату поспешно вошел юноша лет пятнадцати-шестнадцати. Он прямиком подошел к Су Ханю и принялся обеспокоенно его успокаивать:

— Отец, умоляю, не волнуйтесь, берегите свое здоровье. Брат наверняка уже осознал свою ошибку и больше не посмеет перечить отцу.

Сказав это, он вдруг повернулся к Су Цзиньюаню и с самодовольной улыбкой спросил:

— Ведь так, брат? Ты ведь осознал свою вину?

Внезапно оказавшийся в центре внимания Су Цзиньюань: ...

Вердикт ясен: это зеленый чай!

Су Цзиньюань продолжал хранить молчание, стараясь переварить всю информацию, и не собирался отвечать. В то же время отношение Су Ханя к Су Хуайюю было совершенно иным — тон его стал весьма мягким:

— Отец знает, Хуайюй, не беспокойся.

Словно действительно немного успокоившись, он заговорил гораздо тише, но вскоре вновь холодно хмыкнул и продолжил угрожать Су Цзиньюаню:

— Су Цзиньюань, завтра день великой свадьбы, сиди тихо и готовься выйти замуж! Если еще раз посмеешь выкинуть подобное, я переломаю тебе ноги!

При звуке собственного имени сердце Су Цзиньюаня невольно подпрыгнуло, но он по-прежнему не смотрел на них, лишь молча сжал пальцами накинутое на плечи одеяло, размышляя про себя: этот человек что, пороховая бочка? Того и гляди взорвется.

Су Хань тем временем холодно рявкнул на стоявшего на коленях слугу:

— Следи за ним как следует! Если снова случится подобное, я тебя не пощажу!

Бай Гу торопливо поклонился, ударившись лбом о пол:

— Слушаюсь.

После этого Су Хань, наконец довольный, увел Су Хуайюя прочь. Только когда шаги стихли и послышался звук закрывающейся двери, напряжение, сковывавшее Су Цзиньюаня, немного отпустило, и он медленно присел на кровати, глядя на вход.

Он вспомнил: вчера вечером у него случился сердечный приступ, потом была острая боль и потеря сознания, а очнулся он уже здесь. Видимо, его прежнее тело уже мертво в той съемной квартире. Впрочем, он с детства был один, его ничего не держало в том мире, так что горевать особо не о чем. Лишь немного жаль хозяйку квартиры, которая его приютила.

Что касается всего происходящего сейчас, он, кажется, начинал понимать, в чем дело. Выход замуж за Восточный Дворец, поместье Су, Су Хуайюй.Все эти знакомые имена и названия не оставляли сомнений. Похоже, он действительно оказался внутри романа, который читал вчера. Впрочем, ему требовалось еще одно подтверждение.

Как только Су Хань ушел, Бай Гу, сидевший на полу, тоже выдохнул с облегчением. Поднявшись на ноги, он с тревогой посмотрел на Су Цзиньюаня. Видя, что молодой господин пребывает в состоянии полного отупения, Бай Гу помедлил, потер покрасневшие глаза и дрожащим голосом произнес:

— Молодой господин, ваша одежда насквозь промокла. Я сейчас же позову кого-нибудь принести воды, вам нужно срочно принять горячую ванну, чтобы не простудиться.

Сказав это, Бай Гу обернулся, собираясь уйти за помощью. Услышав его слова, Су Цзиньюань наконец пришел в себя и вспомнил, что в комнате есть еще кто-то. Он медленно перевел взгляд на Бай Гу и, пересилив недомогание, тихо спросил:

— Постой. Скажи, здешнего наследного принца зовут Янь Чжао?

Голос Су Цзиньюаня был едва слышным, но Бай Гу при этих словах мгновенно переполошился. Он поспешно вернулся к кровати, понизил голос и принялся встревоженно увещевать:

— Молодой господин, нельзя же произносить имя Его Высочества наследного принца вслух! Если кто-то услышит, будет беда.

Замолчав на мгновение, он добавил уже в некотором недоумении:

— Молодой господин, как же вы могли забыть даже это?

Су Цзиньюань же думал о том, что сомнений больше нет. Янь Чжао — главный злодей романа Императорский любимец. И он действительно попал в эту книгу, став пушечным мясом с тем же именем, что и у него самого. По сюжету, персонажа должны выдать замуж за Янь Чжао для излечения проклятия, после чего он погибнет в брачную ночь, не оставив даже тела.

Очевидно, у прежнего владельца тела был свой стержень: будучи сыном наложницы, он с детства прилежно учился и не желал терпеть подобного унижения, поэтому и решил броситься в озеро. Однако в романе даже после этого шага ему не удалось умереть — его все равно отправили в Восточный Дворец.

Что же касается того, за кого именно его заставили выйти, то это, конечно, был Су Хуайюй, на первый взгляд такой кроткий и добродетельный. Наследный принц Янь Чжао попал в засаду во время охоты, получил тяжелые ранения и впал в кому. Мастер Цинъюань из Храма Защиты Государства предсказал, что принцу суждено пройти через это испытание, и лишь брак с мужчиной поможет ему оправиться и прийти в себя. Император, получив весть, радостно согласился и вскоре издал указ о даровании брака, повелев сыну Министра чинов стать женой наследного принца.

Столь поспешное согласие Императора объяснялось вовсе не отцовской любовью — принц был не его родным сыном, а сиротой покойного императора. Брак с мужчиной был задуман как оскорбление. Янь Чжао, будучи наследным принцем, разумеется, затаил злобу на такое унижение, а эта жена принца автоматически превратилась в бельмо на глазу и шип в боку.

В семье Су было два законных сына. Старший уже был женат в прошлом году, так что в список кандидатов он не попал, остался только Су Хуайюй. Су Хань прекрасно понимал, что ничего хорошего от замужества с Восточным Дворцом ждать не стоит. Ему было жаль отдавать на растерзание Су Хуайюя, которого он лелеял с самого детства, зато он без колебаний решил пожертвовать Су Цзиньюанем — неприметным сыном наложницы. А то, что внезапно объявился еще один законный сын, так это проще простого: стоило лишь объявить, что тот с детства был слаб здоровьем и жил в другом месте.

Тем временем Бай Гу, видя, что Су Цзиньюань молчит и выглядит совершенно отрешенным, окончательно запаниковал. Он поспешно шагнул вперед, ухватился за рукав Су Цзиньюаня и в отчаянии взмолился:

— Молодой господин, умоляю, не пытайтесь снова совершить глупость! Я знаю, что вы не хотите этого, но лучше уж жить пусть и плохо, чем умереть совсем. Вы должны жить, молодой господин, вы обязательно должны жить!Рукав внезапно дёрнули, и Су Цзиньюань резко вынырнул из своих мыслей. Он поспешно отпрянул от прикосновения Бай Гу и лишь спустя долгое время тихо пообещал:

— Т-ты не переживай, я больше не буду пытаться покончить с собой.

Су Цзиньюань с детства страдал тяжёлой социофобией и почти не умел нормально общаться с людьми и находиться среди них. Озвучить даже эту короткую фразу стоило ему невероятных усилий.

Бай Гу от неожиданности даже замер. Ему показалось, что что-то здесь не так, и он, машинально почесав затылок, пробормотал в ответ:

— Ладно... раз так, хорошо.

Сказав это, он не удержался и ещё с минуту подозрительно разглядывал Су Цзиньюаня, но так и не смог понять, в чём же дело. В конце концов ему пришлось выйти, чтобы велеть слугам нагреть воду для купания.

Только когда Бай Гу ушёл, Су Цзиньюань по-настоящему расслабился.

Его чуть не задушили этим пристальным взглядом.

Су Цзиньюань невольно шумно выдохнул, а следом его пробил озноб.

Пока нервы были на пределе, он ничего не замечал, но теперь отчётливо почувствовал, как сильно замёрз и как отвратительно мокрая одежда липнет к телу. Даже несмотря на жаровню с углями, в комнате стоял жуткий холодок.

Поколебавшись пару секунд, Су Цзиньюань под пологом кровати завозился, сбросил просквозь пропитанное влагой хлопковое одеяние и остался в одной тонкой белой нижней сорочке — стало и вправду намного легче.

Сделав это, он не удержался и чихнул.

Только после этого к нему вернулось ощущение реальности происходящего.

Всё случившееся казалось слишком внезапным и каким-то неправдоподобным.

Сама мысль о попадании в книгу — нечто непостижимое и мистическое — на самом деле воплотилась в его жизни.

Впрочем, он всё равно был рад снова жить.

Хотя было неизвестно, удастся ли сберечь эту маленькую жизнь, он сделает всё от него зависящее.

Пока Су Цзиньюань, укрывшись за простыми пологами кровати, предавался лихорадочным мыслям, Бай Гу уже привёл слуг, которые наполнили водой кадку для купания за ширмой.

Закончив с водой, слуги удалились, а Бай Гу вернулся к постели и, как нечто само собой разумеющееся, откинул полог, собираясь помочь своему молодому господину искупаться.

Заметив это, Су Цзиньюань вновь резко отпрянул, избегая прикосновения Бай Гу, после чего с заметной тревогой тихо проговорил:

— Я... я сам. Выйди пока...

Он попросту не мог этого вынести. Находиться в одной комнате с посторонним уже казалось непосильным испытанием, а уж позволить кому-то смотреть, как он моется — об этом не могло быть и речи.

Тут до Бай Гу наконец дошло, что же именно казалось ему странным.

Его молодой господин словно переменился.

Но после пережитого потрясения, в состоянии глубокого горя любые перемены выглядели вполне естественными.

Бай Гу не стал ломать голову: хотя на сердце было тревожно, он послушно и быстро вышел за дверь, чтобы дежурить снаружи.

Увидев это, Су Цзиньюань с облегчением выдохнул, быстро соскочил с постели, забежал за ширму, сбросил одежду и погрузился в кадку с головой.

Фух, наконец-то, наконец-то не холодно.

Однако наслаждаться водными процедурами Су Цзиньюань был явно не настроен — дамоклов меч всё ещё висел над его головой.

Как только озноб прошёл, он быстро вымылся и вылез из кадки.

Надев чистые вещи, приготовленные для него Бай Гу, он снова присел на краешек кровати и беззвучно вздохнул.

Он уже всё обдумал: чтобы спасти свою шкуру, сейчас существовало два пути. Первый — сбежать из поместья Су, второй — попытаться выжить под началом наследного принца.

Оба варианта казались безумно трудными, но попытаться стоило.

В конце концов, умирать во второй раз ему пока не хотелось.

Как только Су Цзиньюань собрался придумать предлог, чтобы выйти во двор и осмотреться на предмет возможных путей к бегству, в дверь внезапно постучали, и тут же раздался голос Бай Гу:

— Молодой господин, лекарство от простуды, что приготовил лекарь, готово.

Су Цзиньюань испуганно дёрнул рукав, немного поколебался и тихо отозвался:

— Хорошо, заходи.

Лекарство всё равно стоило выпить, иначе побег потеряет всякий смысл, если он по дороге умрёт от болезни.

Услышав разрешение, Бай Гу толкнул дверь и вошёл, после чего сразу протянул чашу Су Цзиньюаню:

— Молодой господин.

Су Цзиньюань взял её и выпил до дна, не раздумывая ни секунды.

Если не считать того, что в самый первый момент от горького вкуса отвара он невольно замер, дальше он пил без малейших колебаний.

Осушив чашу, он опустил голову и тихо озвучил своё желание:

— Я хочу прогуляться во дворе.

Бай Гу услышал это и опешил, после чего нерешительно пояснил:

— Но...Барин распорядился выставить стражу у входа в дворик...

Сердце Су Цзиньюаня тут же ушло в пятки.

Он так и знал — всё оказалось не так просто.

Однако сдаваться Су Цзиньюань не собирался. Собравшись с духом, он продолжил тихонько настаивать:

— Я просто посмотрю здесь, во дворе.

После этого Бай Гу больше ничего не смог возразить. Он взял хлопковое полотенце, тщательно высушил волосы Су Цзиньюаня, накинул ему на плечи плащ и послушно вышел вместе с ним во двор.

Стоял самый разгар суровой зимы — лютые морозы.

Су Цзиньюань молча запахнул плащ плотнее, а затем украдкой принялся всё осматривать.

Бай Гу был прав: у входа действительно дежурили стражники, а главные ворота были наглухо закрыты — выбраться через них не было ни малейшего шанса.

При этой мысли взгляд Су Цзиньюаня постепенно сместился на западную стену.

У самого её основания очень кстати стояла большая кадка для воды: если встать на неё, пожалуй, удастся перелезть через стену.

К тому же до его слуха доносились крики уличных торговцев.

А это значило, что стена выходила прямо на оживлённую торговую улицу.

Пока Су Цзиньюань погрузился в глубокие раздумья, из соседней подсобки донеслись обрывки женского разговора.

— Наш второй молодой господин — поистине несчастный человек. Мать потерял ещё в детстве, отец его невзлюбил и сослал в загородное поместье, а теперь ещё и такое случилось...

— И не говори! Мало того что мужчину выдают за мужчину, так ещё и за кого — за этого безжалостного наследного принца!

Поначалу Су Цзиньюаню было неинтересно слушать, но, уловив, что служанки судачат о нём самом, он невольно прислушался.

— Стоит ему переступить порог того дома, хорошей жизни он точно не увидит.

— Какая там хорошая жизнь! Выжить бы вообще.

— Верно. На весь Да Чу известно: характер у наследного принца жестокий и свирепый, словно у злого духа, переродившегося в человеческом обличье. Жить под началом такого человека — страшная мука.

— К тому же, Сюэ Сян, я слышала, будто Его Высочество любит лакомиться маленькими детьми. Говорят, чем ребёнок младше, тем больше принцу по вкусу.

Подслушивающий Су Цзиньюань: ???

М-м-маленькими... детьми?

То есть малышами?

Правда, что ли?

Разве Янь Чжао ест людей?

С чего бы это?!

http://bllate.org/book/24140/2785998