С приближением даты спортивных соревнований начальной школы Вэньсин Сюань Юаньянь занимался каждый день с невероятным усердием. Тренер, нанятый братиком Чи, составлял для него четкое расписание тренировок, благодаря чему мальчик значительно улучшил свою физическую форму и научился лучше контролировать темп бега. Разумеется, он также снова превратился в хвостик братика Сяо — или, если выразиться точнее, в очаровательного младшего брата, который защищает братика Сяо от неловких ситуаций.
Детский сад Вэньсин.
Динь-дон, динь-дон! В садике прозвенел звонок об окончании занятий. Сюань Юаньянь аккуратно сложил вещи в портфель. Казалось, ежедневные тренировки придали ему еще больше очарования, выделяя среди сверстников.
Вдруг дорогу ему преградил невысокий одноклассник:
— Янь-янь, почему ты больше не играешь с нами? Куда ты спешишь?
Его голос звучал немного жалобно, напоминая брошенного несчастного щенка.
Сюань Юаньянь взглянул на этого соученика, который явно пытался разжалобить его, и в его маленькой головке зашестеренчали мысли:
— Ничего не поделаешь! Дома у нас только папа, а старшие братья возвращаются поздно из-за учебы. Мне нужно идти домой и помочь папе прибраться!
Звучало донельзя убедительно, хотя на самом деле… в их доме регулярно убиралась приходящая горничная, и никакой нужды в домашних хлопотах у него не было.
— Янь-янь, неужели и сегодня никак?
В тоне мальчика слышалось такое отчаяние, словно его бросили уже целую вечность назад.
Сюань Юаньянь, разумеется, и не думал поддаваться на жалость. Напустив на себя крайне смущенный и невинный вид, он ответил:
— Никак нельзя! Я и так уже опаздываю, до завтра!
Закинув на плечи маленький рюкзачок, он поспешил уйти.
Если бы не определенные связи, разве мог бы воспитанник детского сада уйти отсюда в одиночку? Обычно детей забирали члены семьи. Но кто посмел бы возражать или вмешиваться, учитывая, какая колоссальная сила стояла за спиной Сюань Юаньяня?
Покинув детский сад, Сюань Юаньянь направился в сторону начальной школы Вэньсин. Как раз к этому времени заканчивались уроки у братика Сяо, а проводив его, можно было заодно заглянуть к братику Чи — о, это было самое долгожданное событие за весь день!
Тем временем Лин, скрывавшаяся в тени и молча охранявшая Третьего молодого мастера, наблюдала за тем, как тот с легким напевом и легкой походкой шествует вперед с расцветающими чувствами первой любви. Она тяжело вздохнула. Если бы Третий молодой мастер узнал правду, как сильно он бы опечалился? Но станет ли Второй молодой мастер слушать?..
Начальная школа Вэньсин, класс 1-1.
Звонок с урока отзвенел уже некоторое время назад. Сюань Юаньчи с ледяным выражением лица смотрел на непрошеного гостя, излучая вокруг себя мощнейшее давление холода. Рядом с ним, в самом эпицентре этой бури, сидел еще один красивый юноша, на лице которого, впрочем, застыло выражение живого интереса к зрелищу.
Сам незваный гость, казалось, вовсе не считал, что нынешняя атмосфера — результат его появления. Совершенно не выказывая страха, он прямо смотрел на Сюань Юаньчи:
— Сюань Юань, я говорю серьезно.
Обладая собственными силами, он был абсолютно уверен, что сумеет заставить Сюань Юаньчи принять его условия.
Сюань Юаньчи полностью проигнорировал слова парня и перевел взгляд на Лу Цзэ, который продолжал наслаждаться представлением. Одного этого взгляда хватило, чтобы Лу Цзэ понял его без слов; впрочем, у того и в мыслях не было продолжать прикидываться дурачком.
Лу Цзэ стер с лица праздное выражение, слегка посерьезнел, избавившись от дурашливости:
— Из всего списка сейчас лучшие показатели у парня из легкоатлетической команды, фаворита в беге с препятствиями. Он того стоит.
Он не поскупился на высокую оценку, тем более что в документах эта кандидатура была отмечена особо — он был уверен, что Сюань Юаньчи тоже это заметил. Вот только…
Хотя Лу Цзэ дал гарантии, Сюань Юаньчи выглядел раздраженным. Впрочем, мрачное и давящее присутствие этого парня лишь самую малость тронула спешка, в остальном же суть осталась прежней:
— Какая у тебя связь с семьей Вэнь?
И почему он вдруг решил отступиться от семьи Вэнь? На каком основании? Даже если прямо сейчас они прекратят все атаки, у семьи Вэнь уже не осталось никаких шансов и условий для возрождения.
Юноша не собирался ничего скрывать: человек перед ним при желании с легкостью раскопал бы все до мельчайших деталей, так к чему же скрывать что-то и вызывать недоверие?
— Я задолжал семье Вэнь услугу.
Чудовищно огромную услугу. Если корпорация Цинь уничтожит их до конца, не пострадает ли в итоге его благодетель?
Сюань Юаньчи, казалось, отнесся к этому объяснению с сомнением, перемешанным с долей веры, и предпочел сначала все тщательно обдумать с точки зрения выгоды:
— Хорошо. Что касается бега с препятствиями — мы устраним всех твоих соперников, а корпорация Цинь оставит семью Вэнь в покое.
Он пообещал это с абсолютным равнодушием, словно семья Вэнь давно утратила способность к сопротивлению, а само это название вызывало у него лишь глухое отвращение.
Получив от Сюань Юаньчи обещание, юноша озарил лицо довольной улыбкой. Теперь он был еще более уверен в завтрашних соревнованиях и быстро удалился, не имея ни малейшего намерения завязывать с Сюань Юаньчи более тесное общение.
— Ты действительно собираешься отпустить семью Вэнь? — так просто взять и пощадить их было совсем не в стиле Сюань Юаньчи.
Сюань Юаньчи сохранил свое обычное выражение лица и взгляд, хотя удушающий холод исходивший от него, кажется, немного поутих:
— У семьи Вэнь больше нет никаких ресурсов для реванша. Сейчас они по уши в долгах и обременены множеством обвинений.
Лу Цзэ слушал рассуждения Сюань Юаньчи, но годы дружбы позволили ему уловить кое-что иное:
— Ты колеблешься, стоит ли уничтожать их до конца.
Он сделал такой вывод по едва заметной паузе в словах. Тот самый Сюань Юаньчи, который всегда до мелочей продумывал коварные ловушки, вдруг решил не трогать некоторых людей с фамилией Вэнь?.. Совсем на него не похоже.
Сюань Юаньчи, будто что-то вспомнив, произнес:
— В побочной ветви есть ничем не примечательные отец и сын, которые ведут себя тихо и мирно.
Об этих двоих семья Вэнь словно позабыла, и жили они едва ли не беднее простых людей.
Лу Цзэ понимающе усмехнулся. Он-то думал, как это Сюань Юаньчи мог пощадить хоть кого-то из семьи Вэнь — человека, который предпочтет казнить сто невиновных, чем упустить хоть одного врага.
— И вот так просто ради обмена? А если это просочится наружу, и каждый начнет приходить к тебе с подобными условиями?
В его тоне звучал легкий сарказм: он считал, что Сюань Юаньчи согласился слишком поспешно, пусть даже тот и назвал кандидата стоящим.
Сюань Юаньчи в упор уставился на яркое и красивое лицо Лу Цзэ своим ледяным, бездушным взглядом:
— Хочешь присоединиться? Любые условия по твоему выбору.
Голос оставался ровным и бесстрастным, но скрытая в нем убийственная жатва заставляла кровь стыть в жилах.
Лу Цзэ молча отступил на шаг, чувствуя себя так, будто сам выкопал себе яму:
— Чи… послушай… я всем обеспечен, у меня всего вдоволь.
Его голос даже начал прерываться от испуга. Шутки в сторону, ему совсем не улыбалось ввязываться в войнушку между дядей и Сюань Юаньчи, да и… от одного такого взгляда его бросало в дрожь.
Сюань Юаньчи изначально и не собирался привлекать Лу Цзэ к делам, но выражение лица и слова приятеля почему-то разбудили в нем желание поиграть. Раз уж тот отступил на шаг, он собирался сделать шаг вперед, а надвигающаяся леденящая аура превращалась в настоящее испытание на прочность.
— Цзэ…
По спине Лу Цзэ побежали холодные капли пота. Школьная форма неприятно прилипла к коже, но это было ничто по сравнению с опасностью, исходившей от стоявшего рядом Сюань Юаньчи.
— Братик Чи…
Вдалеке раздался детский голосок, полный возбуждения — похоже, малышу не терпелось поскорее увидеть Сюань Юаньчи.
Лу Цзэ ухватился за это спасение как утопающий за соломинку. Воспользовавшись тем, что Сюань Юаньчи на мгновение замер, он тут же повернулся и бросился прочь. Иначе кто бы выдержал это удушающее давление? А связываться с погруженным в мрачную ауру Сюань Юаньчи — верный способ сократить себе жизнь.
Сюань Юанььянь провел братика Сяо в класс братика Чи и сразу почувствовал необычный холод. Кто это умудрился разозлить братика Чи?
А главный виновник, Лу Цзэ, улучив момент, улепетуел со всех ног:
— С бегом с препятствиями всё решено, я побежал!
Его голос снова обрел прежнюю беспечную интонацию — казалось, такая манера общения была лишь его защитной маской. Впрочем, оставить здесь Сюань Юанььяня в качестве громоотвода было вполне безопасно, ведь Сюань Юаньсяо тоже находился здесь.
Сюань Юаньчи отвел взгляд и, немного подумав, обратился к младшему:
— Янь-янь, после окончания соревнований держись со мной.
Ему нужен был человек, который точно не предаст, и Сюань Юанььянь подходил на эту роль лучше всех. Что бы он ни потребовал, тот не откажет.
Сюань Юанььянь услышал какие-то странные слова и захлопал большими глазами, чувствуя себя так, будто ослышался:
— Братик Чи…зировать?
Сюань Юаньчи, разумеется, не собирался раскрывать свои планы. Дядя Цзо наверняка подготовил множество преград, и присутствие Сюань Юанььяня было необходимо. Хотя у того не было деловой хватки Сюань Юаньсяо, базовое понимание ситуации у него все же превосходило средний уровень. После небольшой подготовки он не совершит глупых ошибок и уж точно не станет тянуть всех назад.
— Не согласен?
Сюань Юанььянь почти мгновенно покачал головой:
— Что бы ни сказал братик Чи, Янь-янь постарается сделать всё!
Сюань Юаньчи тихо усмехнулся про себя. Эмоции и впрямь способны слепо застилать глаза: его взгляд на мгновение стал холодным и бездушным. Он был готов использовать кого угодно, не испытывая при этом ни малейшего угрызения совести.
Сюань Юаньсяо стоял у окна, наблюдая за диалогом Сюань Юаньчи и Сюань Юанььяня. На его утонченном лице читалось лишь невинное выражение, однако в глубине его прекрасных глаз плескалась холодная ясность. Казалось… оставлять всё как есть было нельзя.
Сделав шаг, Сюань Юаньсяо подошел к Сюань Юаньчи и, не раздумывая, взял его под руку:
— …Я хочу поскорее домой.
В его голосе звучали капризные нотки, сладость которых усыпляла бдительность, не позволяя понять, умен Сюань Юаньсяо или просто наивен.
Сюань Юаньчи, конечно же, не оттолкнул его за столь близкий жест и прекрасно понял смысл этого поступка. В отличие от него самого, Сюань Юаньсяо всё же был связан узами общественной морали, и идея использовать родного младшего брата, должно быть, вызывала у него внутреннее отторжение… Хотя даже перед лицом такого мягкого запрета Сюань Юаньчи не собирался уменьшать свою баловливую заботу о нем.
Сюань Юанььянь, глядя на то, как братик Чи и братик Сяо вместе выходят из класса, не заметил в их близости ничего неестественного. Холодный и бездушный братик Чи не отстранил братика Сяо, и шедший позади Сюань Юанььянь почувствовал в душе какой-то странный, неприятный осадок.
А Сюань Юаньчи тем временем тихо шепнул прямо на ухо Сюань Юаньсяо:
— Как бы ты на это ни смотрел, это необходимо.
Сюань Юаньсяо мгновенно сбросил привычную детскую наивность, превратившись в холодное изваяние — такое выражение лица он показывал только Сюань Юаньчи:
— …Янь-янь не подходит для этого.
Его наивный и прямолинейный младший брат совершенно не годился для жестоких интриг делового мира.
— Другого выбора нет.
Сюань Юаньсяо умолк, словно соглашаясь… или делая вид, что соглашается.
Сюань Юаньчи прекрасно понимал, о чем размышляет старший брат, и легко вздохнул:
— Обещаю тебе, с ним поступят не так, как с чужаками.
Это звучало как уступка, как напоминание… или просто как попытка найти для себя оправдание. Оправдание тому, чтобы не использовать человека до самого конца.
В конце концов, всё это было лишь игрой в кости. Ставкой в ней было сердце Сюань Юанььяня. Корпорация Цинь таила в себе слишком много скрытых угроз, и это было лишь испытанием, устроенным дядей Цзо. Если он не справится с этим должным образом, то попросту не заслужит права стать наследником корпорации Цинь. Ему предстояло собственными силами заставить старую гвардию признать его.
И всё началось именно с этой полосы препятствий. Дядя Цзо… я вовсе не собираюсь проигрывать тебе ни в чем.
http://bllate.org/book/24235/2806205
Готово:
