Готовый перевод Love on the Road to Revenge / Любовь на пути мести: Глава 10

Пэ сказал это с такой болью в сердце, что невольно протянул руку, желая коснуться Ю и утешить её, но, протянув наполовину, тут же отдёрнул.

— Боль можно и перетерпеть, — с горькой усмешкой произнесла Ю.

Оба больше ничего не говорили, молча сирая рядом.

Ночь становилась всё темнее и всё холоднее.

— Как бы не простудиться, — Пэ снял своё пальто и набросил на плечи Ю, сделав это так нежно. — Если станет невмоготу, я стерплю всё, что бы ты ни сделала.

Услышав слова Пэ, Ю глубоко взросла в душе. Она повернула голову, посмотрела на него и не знала, что сказать. С ней такого ещё никогда не случалось. Кутаясь в пальто Пэ, Ю слегка нахмурилась:

— С самого первого взгляда на тебя у меня возникло какое-то странное чувство. Потом ты стал оказывать на меня влияние. Я... моё сердце всегда было заковано в лёд, потому что никто не относился ко мне искренне. Но... — Пэ с нежностью посмотрел на Ю. Раз уж заговорил, нужно досказать до конца: — Ты другая. Когда я слышу, как ты произносишь имя другого мужчины, мне становится больно. Когда я вижу, как ты падаешь в обморок, моё сердце разрывается. Я никогда никого не любил, но знаю: то, что я чувствую к тебе, — это уже далеко не просто симпатия.

Ю не знала, что ответить. Услышав слова Пэ, она почувствовала в сердце радость и даже капельку сладости.

— А ты? Что насчет тебя? — Пэ хотел узнать мысли Ю, в его взгляде читалось и ожидание, и страх.

— Я... я не знаю, — Ю медленно повернула голову. Сердце её колотилось как безумное, она ещё никогда не теряла самообладание до такой степени.

— Ты... любишь Лю Шана? — Пэ вовсе не хотел спрашивать об этом, но ему необходимо было удостовериться.

— Лю Шана? — Ю опешила ещё больше. — Не люблю, — последовал твёрдый ответ.

Пэ с облегчением выдохнул, но тут же поперхнулся от следующих слов Ю:

— Да это же я и есть Лю Шан.

Знала бы Ю раньше — ни за что не стала бы притворяться парнем. Черт побери, вот вляпалась!

— Что?! — Пэ давно чувствовал, что от Ю веет тем же ощущением, что и от Лю Шана. Хотя он и думал, что они могут быть одним и тем же человеком, но никак не ожидал, что это окажется правдой. Впрочем, на душе у него всё же стало чуточку радотнее. — Значит, у меня всё-таки есть шанс?

— А? Ты уверен, что этот Асура не просто купленный тобою титул? — Ю слегка вспотела от такого поворота.

— Плевать! Скажи мне, что ты ко мне чувствуешь? Я нравлюсь тебе? — с каждым вопросом он становился всё осторожнее. Кто бы мог подумать, что этот безжалостный и холодный Асура сейчас превратится в такого просителя?

— Я... — Ю действительно не знала. Вспоминая прошедшие дни и то, что произошло только что, она ловила себя на том, что от слов Пэ в её сердце становилось тепло и радостно. Выходит, она тоже...

— Ладно, можешь не говорить. До рассвета ещё есть время, давай вздремнем немного, — заметив её нерешительность, Пэ немного разочаровался. — Моё плечо... можешь опереться на него.

Ю больше ничего не сказала и тихонько прислонила голову к плечу Пэ. Такому широкому, невероятно удобному и дарящему покой. Ю знала, что Пэ расстроился, и, как ни странно, видя его огорчение, она сама испытывала какое-то странное сожаление. Пожалуй, неправда, что она совсем ничего к нему не чувствует.

Глядя на спящее лицо Ю, Пэ светился нежностью:

— Что бы ты ко мне ни испытывала, я всегда буду рядом. Я люблю тебя, Ю.

Голос был настолько мягким, что уголки губ спящей Ю тронула едва заметная улыбка — до того прекрасная и чистая.

Пэ медленно склонил голову, и их губы соприкоснулись. Это было так идеально...

...

...

— Ммм... — Ю медленно открыла глаза и встретилась взглядом с полными нежности и глубины глазами Пэ.

— Есть ещё немного времени, поспи ещё чуть-чуть, — в голосе Пэ звучала бесконечная забота.

— Не нужно, — Ю выпрямилась. Даже накинутое на плечи пальто Пэ не спасало от холода. Повернувшись и взглянув на него, Ю поймала себя на том, что в её глазах мелькнули жалость и нежелание причинять ему боль. Тогда она перекинула половину пальто и на него тоже.

Заметив её жест, Пэ почувствовал, как по сердцу разлилось тепло:

— Не надо, оставь себе, я в порядке.

— Не двигайся. Подумать только, неужели Асура сделан из железа? — они сидели так близко, что почти обнимали друг друга.

Помолчав немного, Ю тихо произнесла:

— Пожалуй... наверное, так и есть.

Она отвечала на тот его вопрос. И ответом было то, что она действительно что-то к нему чувствует. Наверное, это и есть любовь.

— А?? — Пэ опешил от неожиданности, совершенно не поняв её внезапную фразу, и даже не успел сообразить, в чём дело.

— ... — Ю больше ничего не говорила. По крайней мере, сейчас на душе у неё было удивительно спокойно.

Вилла семьи Син.

— Тетя Чжан, скорее готовьте ужин! — едва переступив порог, выпалила Е Юйянь. — Сюань-эр, садись скорее, мама нальет тебе сока.

Е Юйянь была невероятно счастлива, что Сюань согласилась вернуться домой, даже несмотря на то, что до сих пор её не простила.

— Мисс Юйсюань? — тетя Чжан вырастила Сюань с малых лет и души в ней не чаяла. С ухода девушки именно тетя Чжан горевала больше всех.

— Тетя Чжан, — Сюань искренне привязана к этой женщине, ведь её доброта всегда была настоящей, с самого детства. Девушка обняла уже немолодую тетю Чжан.

— Сюань-эр, садись, давай же. Чжэе, ты тоже садись, — Син Сюнтянь не мог скрыть волнения. Это же его родная дочь, отсутствовавшая целых десять лет, та самая доченька, по которой он так тосковал. — Я пойду позову дедушку.

Ничего не говоря, Пэ лишь сильнее сжал руку Сюань, желая передать ей силы:

— Не бойся, я рядом.

Сюань одарила Пэ успокаивающей улыбкой. В глазах Син Юньфэй эта их идиллия выглядела как бельмо на глазу, но ей оставалось лишь стоять в стороне.

— Моя драгоценная внучка, ты всё-таки навестила этого старика! — под руку с Син Сюнтянем в гостиную спустился дедушка Син.

— Дедушка, разве я могла не прийти? — при виде деда настроение Сюань заметно улучшилось.

— Это... мой зять? — с милым любопытством поинтересовался дедушка Син.

— Дедушка~~ — Сюань была просто вне себя от такого любопытства.

— Дедушка, а у вас отменный глаз! — Пэ явно пришёлся по душе этот титул — зять.

— Ха-ха-ха, садитесь скорее!

Похоже, дедушка Син остался чрезвычайно доволен внучкиным избранником.

Этот ужин стал первым семейным застольем за последние десять лет. Дедушка Син был счастлив, расспрашивал Сюань обо всём на свете, Пэ тоже время от времени вставлял слово. Пусть Син Сюнтянь и Е Юйянь не добились прощения Сюань, но уже одна возможность смотреть на неё приносила им огромное удовлетворение.

— Сюань-эр, возвращайся домой, пожалуйста, а? — озвучил общую мысль Е Юйянь и Син Сюнтяня дедушка Син.

Те с замиранием сердца уставились на девушку, питая тайную надежду. Син Юньфэй до боли сжала пальцы в кулаки, но сохраняла внешнее спокойствие и даже подобие улыбки.

— Вернуться? — Сюань горько усмехнулась, повторив это слово. — Чтобы снова стать мишенью для чужих издевательств и заговоров, а потом быть изгнанной из дома?

Услышав это, Пэ, всё это время не выпускавший её руку, с сердечной болью посмотрел на девушку и невольно сжал пальцы чуть крепче.

— Сюань-эр, ты всё еще злишься за то, что было тогда? Мы... — поспешно заговорила Е Юйянь, в чьем сердце всё еще теплилась искра надежды: лишь бы дочь вернулась, она готова на всё.

— Сяо Сюань, мы больше ни в чём тебя не вини́м, возвращайся! У меня столько кукол, я все их тебе подарю, хорошо? — Син Юньфэй изо всех сил изображала доброту. Ей нужно было показать себя с лучшей стороны, иначе в этом доме для неё не останется и капли авторитета.

От этого жеста Е Юйянь и Син Сюнтянь одновременно кивнули с довольными лицами — в их глазах Син Юньфэй всегда была понимающей и послушной умницей.

Дедушка Син промолчал. Он уже раскусил истинную натуру Син Юньфэй, и теперь её поведение вызывало у него лишь ещё большее отвращение.

— Злюсь? Да, я злюсь, я даже ненавижу. Вот только... всё это в прошлом, — Сюань легко улыбнулась. Улыбка эта была полна презрения и холода.

Каждый понял: слова Сюань означали, что к этому дому она больше не испытывает ни малейшей привязанности, и даже на ненависть у неё не осталось сил.

— Сюань-эр, давай больше не будем ворошить прошлое, ладно? Начнем всё сначала. Как-никак, это твой дом, — сердце Син Сюнтяня сжималось от боли. Она же его родная дочь, а ведет себя с ними как чужая!

— Хм, в прошлом? Разумеется, копаться в прошлом я больше не стану, — слова Сюань заставили Син Сюнтяня воспрянуть духом. — Но, Син Юньфэй, я всегда хотела задать тебе один вопрос.

Она внезапно перевела острие атаки на Син Юньфэй.

Все присутствующие растерялись, даже дедушка Син — в этой истории явно было то, о чём он не знал.

— Сяо Сюань, что случилось? — почуяв неладное, Син Юньфэй сохраняла осанку, но её добрая улыбка треснула.

— Тебе не надоело? Так долго притворяться... целых десять лет, — в голосе Сюань звучали насмешка, презрение и не оставляющий места для сомнений допрос.

— ... — улыбка Син Юньфэй застыла. Она машинально закусила губу, выглядя донельзя жалобно: — Сяо Сюань, о чём ты говоришь?

— Сюань-эр, Фей-эр твоя старшая сестра, как ты можешь так с ней разговаривать? — Е Юйянь на словах делала выговор, но на деле вовсе не собиралась её корить.

— Я всё думала: откуда же у тебя связи с людьми из преступного мира? — проигнорировав слова Е Юйянь, Сюань продолжила допытываться у Син Юньфэй.

При этих словах дедушка Син нахмурился, Син Сюнтянь растерянно замер, не говоря уже о Е Юйянь. А Пэ по-прежнему сидел рядом, сжав руку Сюань, с совершенно непроницаемым лицом, хотя в душе тоже таились вопросы. Син Юньфэй же заметно запаниковала.

— Сяо Сюань, что ты такое говоришь, я ничего не понимаю! — как же неуклюже она оправдывалась.

— Не понимаешь? — Сюань вела себя так, будто была сторонним наблюдателем, рассказывающим чужую историю. — Десять лет назад, на следующий день после моего ухода... нет, погоди, на третий день меня преследовали наёмные убийцы. Всё было подстроено блестяще, практически безупречно. Можете представить, сколь тщательно всё планировалось ещё накануне.

— Наёмники?! Да как такое возможно, Сюань-эр, с тобой всё в порядке? Ты не пострадала? — услышав, что дочь подверглась преследованию, Син Сюнтянь и Е Юйянь перепугались до смерти. Дедушка Син и вовсе задохнулся от гнева — в его преклонном возрасте такие удары были противопоказаны. Пэ от боли в сердце сжал руку Сюань ещё сильнее: сколько же всего пришлось пережить его девочке?!

Син Юньфэй затрясло от паза, пальцы её обеих рук судорожно вцепились друг в друга, заставляя себя сохранять видимость хладнокровия.

— Мужчина и женщина, они до последнего вздоха повторяли одно имя: Си Я. Даже перед самой смертью приговаривали: папа и мама любят тебя, — Сюань в упор смотрела на Син Юньфэй.

Син Юньфэй сохраняла внешнее спокойствие: — ...

Глаза Е Юйянь покраснели — то ли от жалости к дочери, пережившей столько лишений, то ли от трогательной любви тех родителей-убийц к своему ребёнку.

— Сюань-эр, но... какое это имеет отношение к Фей-эр? — Син Сюнтянь взял себя в руки, хотя внутри всё дрожало.

— Хотите знать, как они погибли? — не обращая внимания на остальных, Сюань продолжала смотреть на Син Юньфэй. — Им вовсе не обязательно было умирать, но их зарезали ножами те киллеры, которых подослала Си Я. Наверное, сама Си Я никак не ожидала такого исхода, верно? Си... Я.

Сюань чеканила каждое слово.

— Фей-эр?! — с криком обернулась к Син Юньфэй Е Юйянь, отказываясь верить своим ушам. Син Сюнтянь тоже был в шоке. Дедушка Син кипел от ярости. Пэ хранил молчание — он тоже не мог поверить в это; он всегда считал Син Юньфэй просто избалованной старшей дочерью, но и помыслить не мог о подобном.

— Сяо Сюань, да что ты такое несёшь! — Син Юньфэй не сдавалась. Она знала, что сегодня всё тайное выплывет наружу, но всё равно делала последние отчаянные попытки.

— Всё ещё отпираешься? Ты ведь не сирота, твои родители — наёмники. Им надоело жить в бегах, и они подольстились к Корпорация Син. На следующий день после моего ухода ты позвонила отцу с матерью и велела им убить меня, чтобы ты на законных основаниях завладела Корпорация Син. А когда испугалась, что они не справятся, наняла другую группировку! Только ты не предполагала, что из-за этого твои настоящие родители навсегда уйдут из жизни. Тебе спокойно спалось все эти десять лет?

— Доказательства! Где твои доказательства?! — Син Юньфэй не желала смиряться с тем, что плоды её многолетних усилий вот так рушатся.

— Доказательства? Десять лет назад ради розыгрыша я установила в этом доме камеры наблюдения. И одна из них... находилась в твоей комнате.

Сюань изначально предполагала, что та станет упорствовать.

Девушка поднялась наверх — даже спустя десять лет дом остался прежним, ничто не изменилось — и сняла крошечную камеру-объектив.

— Хочешь посмотреть?

Син Юньфэй окончательно обмякла и рухнула на стул. Этот её жест говорил красноречивее любых слов. Она проиграла!

Шлёп! Дедушка Син в гневе ударил по столу. Он всегда считал, что его любимая внучка натерпелась в жизни, но даже во сне не мог представить, до чего дошло дело! Пройдя через огонь и воду в деловом мире, повидав всякое и пережив любые напасти, сейчас он испытывал такую бурю ярости, что был готов собственноручно прикончить Син Юньфэй! Нет — Си Я!

Син Сюнтянь онемел от гнева. Он в упор смотрел на Син Юньфэй — ха, на свою примерную, послушную доченьку! Вспомнив, как из-за неё последние десять лет они с Сюань жили как чужие...

Шлёп! На щеке Син Юньфэй отпечатались пять пальцев. Е Юйянь пла навзрыд: — Я и подумать не могла... Син Юньфэй, нет, Си Я, ты...

Она понимала, что была неправа, но не думала, что её заблуждение зашло так далеко. При мысли о том, через что прошла Сюань, Е Юйянь никогда себе этого не простит. Как она может себя простить?!

— Мама! — прикрыв щеку рукой, Син Юньфэй со слезами смотрела на Е Юйянь. Мама никогда её не била, всегда только баловала.

— Замолчи! Говорю тебе: убирайся вон из Корпорация Син! — Син Сюнтянь поддерживал едва державшуюся на ногах Е Юйянь, а дедушка Син рявкнул на Син Юньфэй: — И чтобы духу твоего здесь больше не было!

— Син... ха, Си Я, в этом мире за всё приходится платить по счетам, — холодно бросил Син Сюнтянь. Он не позволит Си Я жить припеваючи!

Син Юньфэй никогда не допускала мысли о провале. Всё должно было пройти как по маслу, откуда же этот кошмар? Бросив взгляд на Пэ, который с такой нежностью и трепетом оберегал Сюань, Син Юньфэй поняла: она потерпела сокрушительное поражение, не оставившее ей ни единого шанса.

...

...

Си Я разрешили переночевать здесь, а на следующий день съехать. Сюань же дедушка наотрез отказался отпускать — вместе с ней остался и Пэ.

Си Я спустилась по лестнице с чемоданом. Сюань и остальные уже завтракали.

В Си Я больше не осталось прежней высокомерной спесивости Син Юньфэй. Теперь она выглядела тихой и умиротворённой, словно совершенно другой человек. Похоже, она всё переосмыслила, и в таком состоянии от неё даже веяло своеобразным обаянием.

— Я ухожу. Спасибо, что заботились всё это время. И простите за всю боль, которую я вам причинила.

Низко поклонившись, она медленно повернулась и направилась к выходу.

Сюань всё же обладала добрым сердцем:

— Не хочешь узнать, где они покоятся?

Она признавала, что нынешняя Си Я стала намного симпатичнее, и верила, что та действительно исправится. Почему? Да просто по наитию. Услышав слова Сюань, Пэ, дедушка Син, Син Сюнтянь и Е Юйянь недоумённо переглянулись. Разве она не должна злиться? Почему вдруг так? В её словах не было ни грамма фальши или злости.

Собирающаяся уходить Си Я остановилась, на её лице мелькнуло проблеском радости. На самом деле эти десять лет ей пришлось несладко.

— Можно... можно мне узнать?

— На кладбище Хайлу. Они были хорошими родителями.

Слова Сюань заставили Син Сюнтяня и Е Юйянь сгореть от стыда.

— Спасибо тебе, Сяо Сюань.

По щекам Си Я скатились слёзы. Теперь она поняла, как чудовищно заблуждалась.

Сюань медленно поднялась, подошла к Си Я и протянула ей какую-то книжку.

— ?? — Си Я сквозь слёзы удивленно посмотрела на неё.

— Поезжай в Англию на учебу. Через пять лет я хочу, чтобы вернулась Син Си Я, а не Син Юньфэй.

В голосе Сюань по-прежнему не было ни волнения, но в нём появилась теплота. Проворочавшись всю ночь, она подумала: ведь трагедию можно и предотвратить.

— Син... Син? — Си Я не верила своим глазам.

— Если не справишься, Корпорация Син тебя не примет, а я, Син Юйсюань, никогда не признаю такую сестру, — бесстрастно бросив это, Сюань вернулась на своё место за столом и продолжила завтрак.

Си Я почувствовала ещё большую вину и одновременно глубокую трогательность. Она изменится. Возможно, она уже изменилась — по крайней мере, раньше она бы и не подумала испытать угрызения совести.

Си Я ушла. Она уехала в Англию.

— Эти десять лет она тоже дарила вам счастливые моменты, разве нет? — Сюань с самого начала видела недоумённые взгляды деда и остальных. Лишь Пэ смотрел иначе: он знал, что у её поступка есть причины, и безоговорочно верил ей.

— ...Ха-ха, давайте есть, — дедушка Син всё понял. Не зря она его внучка!

— ... — Син Сюнтянь и Е Юйянь всё ещё испытывали некоторую растерянность, сменившуюся затем самой счастливой за последние десять лет улыбкой. — Сюань-эр, ты... ты думала о нас? Ты простила нас?

Вопрос прозвучал с робкой надеждой.

— Я хочу сменить кровать, эта слишком старая, — холодно ответила Сюань.

— Хорошо-хорошо, заменим, сию же минуту заменю, хе-хе, ешь давай, ешь!

И Е Юйянь, и Син Сюнтянь поняли: их дочь уже простила их.

«Куда бы ты ни пошёл, мы всё равно вернемся...»

Сюань и Пэ выехали со двора семьи Син и направились на машине к морю. Глядя на бескрайнюю водную гладь вдалеке, Сюань ощутила невиданное доселе расслабление. Она и сама не ожидала, что поступит именно так. Син Юньфэй... тьфу ты, теперь уже Син Си Я! Они ведь чужие люди, но она всё равно дала ей шанс. Она что, слишком добрая или просто глупая?

— На твоем месте я бы не позволил ей спокойно жить на этом свете.

У Пэ не было такого широкого сердца, как у Сюань. При мысли о тех страданиях, что выпали на долю любимой, он был готов разорвать Си Я на куски. Раньше он думал, что Сюань ответит тем же, но всё случившееся заставило его взглянуть на неё по-новому. Кого он полюбил — демона или ангела? Впрочем, кем бы она ни была, он принимает её целиком. Он, Пэ Чжэе, никогда её не отпустит, навсегда!

— Изначально я тоже так думала. Я ненавидела её. Но эти десять лет стали для неё достаточным наказанием. Она косвенно погубила собственных родителей — от этого на душе у любого кошки скребут, не говоря уже о том, что ей приходилось жить с показным безразличием. Десять лет... даже если очерстветь, всё равно невыносимо больно, — тихо произнесла Сюань.

— ... — Пэ с щемящей нежностью смотрел на неё, молча слушая.

— Все эти десять лет я наблюдала за делами Корпорации Син и знала, что после моего ухода они горько раскаивались. На самом деле я перестала держать на них обиду уже тогда. Как ни крути, а кровные узы — это то, что не разорвать. Си Я десять лет притворялась послушной дочерью, и пусть она не имела никакого отношения к Корпорация Син, но, возможно, благодаря её присутствию боль в сердцах мамы и папы стала чуть слабее.

— Значит, в благодарность за то, что она заботилась о твоих родителях все эти десять лет, ты решила её простить?

— Было видно, что она искренна. Думаю, будь здесь Юй, она поступила бы так же. Я знаю, каково это — скитаться в одиночку на чужбине, без какой-либо поддержки. Это тяжело, чертовски тяжело. Если бы не Юй и Сюэ рядом, меня, наверное, уже не было бы в живых.

При воспоминании о тех адских десяти годах у Сюань слегка защипало в носу.

— Дурочка, всё уже в прошлом. Теперь у меня есть я, и даже если небо рухнет, я поддержу его ради тебя.

Пэ протянул руку, притянул Сюань к себе в объятия и нежно зарылся губами в её волосы.

— Ха-х, а кто поручится, что ты не согнешься под его тяжестью? — позволив ему обнять себя, Сюань вновь превратилась в прежнего «демона».

— Что? Ты мне, своему мужу, не веришь?! А? — услышав это, Пэ тут же возмутился: — Я не согнусь, а если и согнусь, то всё равно укрою тебя в своих объятиях!

— Ой, Пэ~~~~ — глядя на его донельзя серьёзное и преисполненное чувств лицо, Сюань испытала приступ неимоверного умиления.

— Жёнка.

В глазах Пэ блеснула лукавая искорка.

— М? — к этому обращению Сюань относилась без восторга, но не могла не признать, что на сердце от него становится сладко. К тому же заставить Пэ передумать всё равно не вышло бы, так что она махнула рукой.

— Твой муж тут... кое о чём подумал.

— Чего ещё? — наивно хлопая ресницами, спросила Сюань и в следующую секунду... — Ммм~~~~~

Четыре губы соприкоснулись, и вокруг вновь воцарилась сладкая тишина...

...

...

http://bllate.org/book/24295/2823557