Готовый перевод Dragon King: Lu Mingfei, White Moonlight System Loading / Драконы: Лу Минфэй, загрузка системы Белой Луны: Глава 4

— Спаситель, к тому же старшекурсник из той же школы, отправиться уговаривать растерянную младшекурсницу — разве не идеальный вариант?

Профессор Гудериан просиял:

— Разумное зерно! Чу Цыхан сейчас наверняка всё ещё на родине, разбирается с последствиями! Я немедленно свяжусь с ним!

Ноно посмотрела, как профессор в суете принялся искать записную книжку, снова засунула леденец за щеку, и в глазах под рыжими прядями промелькнула искра живого интереса.

Лу Минфэй… Пожалуй, это забавно.

Электронное письмо Лу Минфэй об отказе от зачисления, отправленное в пустоту, было словно огромный камень, брошенный в с виду спокойную озерную гладь. Раздался глухой всплеск, а затем… наступила тишина.

Она долго смотрела на экран телефона, так и не дождавшись ответа. Наверное, профессор Гудериан смертельно разозлился на такую неблагодарную девчонку.

И ладно, зато спокойно.

Лу Минфэй швырнула телефон куда подальше и зарылась головой в одеяние, пытаясь сбежать от реальности с помощью сна — сбежать от мира, который чуть не поглотил её, и от засевшего в груди глухого, садрящего чувства досады.

Впрочем, сбежать от реальности надолго не получилось. Не прошло и двух дней, как чат литературного кружка запестрил сообщениями, сменяющимися с бешеным мельтешением.

Это Чэнь Вэньвэнь затеяла встречу: они арендовали небольшой зал в кинотеатре Wanda, чтобы посмотреть фильм и заодно отпраздновать выпускной.

Желающих в чате набралось немало. Лу Минфэй поглядела на список постоянно прыгающих иконок и немного поколебалась.

Пойду. В конце концов, все они сокурсники.

В день встречи Лу Минфэй собиралась неторопливо и копалась до последнего. На ней была всё та же старая одежда, а новенький комплект она засунула в самую глубь шкафа, словно пытаясь запечатать вместе с ним какое-то возможное будущее.

Вот только с волосами поделать ничего было не сбыло: свежая короткая стрижка открывала чистый лоб, из-за чего по дороге она то и дело ловила на себе взгляды прохожих, а сама чувствовала себя не в своей тарелке.

Добравшись до Wanda и отыскав нужный зал, она увидела, что внутри уже сидит множество людей.

Чэнь Вэньвэнь, как всегда, была в своём фирменном белом платье, тихонько устроившись на первом ряду.

Су Сяоцян тоже была здесь: она командовала парочкой подпевал, заносивших вовнутрь припасы — попкорн, кола и чипсыгромоздились целыми горами, а вдобавок имелся даже небольшой холодильник с мороженым Häagen-Dazs.

— Ого, а вот и наша богиня Лу пожаловала?

Су Сяоцян бросила на неё беглый взгляд, приподняв бровь, и по её тону было невозможно понять, шутит она или говорит серьезно: — Чего это ты не в том наряде, что я тебе купила? Презрительно фыркаешь на мой вкус?

— Нет-нет, просто… жалко надевать.

Лу Минфэй торопливо заискивающе улыбнулась, думая про себя, что являться в таком виде на подобные посиделки — чересчур торжественно, будто она на собеседование пришла.

Су Сяоцян фыркнула и не стала допытываться дальше. Сегодня она нарядилась в алое короткое платьице и выглядела ослепительно.

Она с ног до головы окинула взглядом Лу Минфэй — простая футболка, джинсы, но волосы хотя бы аккуратные и лицо умытое.

— Ладно уж, сойдет, позора на мою голову нет.

Вскоре подтянулся и Чжао Мэнхуа. Разукрашенный и прилизанный, с волосами, уложенными волосок к волоску, он едва переступил порог, как его взгляд, подобно лучу прожектора, шарил по всему залу, пока наконец не замер на… Лу Минфэй?

Лу Минфэй от такого взгляда даже передернуло, и она инстинктивно вжалась в плечи.

В глазах Чжао Мэнхуа мелькнуло изумление, граничащее с неверием. Он-то отлично знал эту серую мышку по имени Лу Минфэй: раньше она вечно ходила с поникшей головой, чёлка закрывала лицо, и присутствия её никто не замечал.

Единственное, о чем стоило упомянуть — её отношения с Су Сяоцян и Чэнь Вэньвэнь вроде бы казались неплохими.

Но теперь… той мозолящей глаза чёлки как не бывало, открывая пару чистых, ясных глаз. Пусть взгляд всё еще немного прятался, но сама она словно предстала фарфоровой куколкой, с которой стряхнули пыль, обнажая хрупкую, трогательную красоту, вызывающую невольное умиление.

Перемены были слишком разительными!

Он нахмурился, подавляя странное чувство внутри, и направился прямиком к Лу Минфэй.

— Лу Минфэй, выйди-ка на минутку, есть дело, — тон Чжао Мэнхуа звучал привычно и не терпящим возражений.

У Лу Минфэй внутри всё ёкнуло, и она украдкой глянула на Су Сяоцян.

Та стояла к ним спиной, возилась с проектором и ничего не замечала.

Лу Минфэй послушно последовала за Чжао Мэнхуа в коридор перед входом в зал.

— Это тебе.

Чжао Мэнхуа вытащил из кармана увесистый красный конверт и без лишних слов сунул его в руки Лу Минфэй.

— Когда будем смотреть фильм, выручишь меня с одной вещью.

Лу Минфэй сжала конверт в пальцах, ошеломленно моргая:

— Выручить… в чем?

— Ты же знаешь характер Су Сяоцян. Когда я… кхм, кое-что сделаю, она может слишком эмоционально отреагировать.

Чжао Мэнхуа говорил сбивчиво, отводя глаза:

— Ты же приняла от меня презент, так что помоги потом её успокоить. Сделай так, чтобы она не слишком бурно реагировала и сохранила мне лицо, ладно?

Лу Минфэй внезапно озарило!

Вот оно что!

Так Чжао Мэнхуа собрался признаться Су Сяоцян в любви? Неудивительно, что Су Сяоцян сегодня так нарядилась!

Да это же заранее спланированное взаимное движение навстречу друг другу!Чжао Мэнхуа боится, что у этой барышни взыграет характер и она устроит ему публичный позор, поэтому ищет посредника в моем лице, чтобы сгладить углы?

Хотя Чжао Мэнхуа и кажется мне самовлюбленным типом, но… лучше разрушить десять храмов, чем один брак.

К тому же конверт с деньгами довольно увесистый.

В голове Лу Минфэй тут же пронеслись кадры из мыльных опер, и она решила, что сейчас выступает в роли важного «амурного помощника».

Она решительно кивнула, спрятала конверт в карман и с важным видом произнесла:

— Господин Чжао, не беспокойтесь, я всё поняла! Гарантирую, задача будет выполнена!

Чжао Мэнхуа, казалось, выдохнул с облегчением, похлопал её по плечу и развернулся, чтобы уйти.

Лу Минфэй с довольной улыбкой прижала руку к карману с конвертом: сегодняшний поход явно стоил того.

Когда она вернулась в зал, фильм как раз начался. Показывали старую картину «ВАЛЛ-И» — очень даже в тему, хоть и клонило в сон.

Фильм подходил к концу, поползли финальные титры, и, прежде чем в зале успел загореться свет, Чжао Мэнхуа внезапно поднялся, вышел вперед и взял микрофон, который неведомо когда успел приготовить.

— Друзья, спасибо всем, что пришли сегодня. Я хочу воспользоваться случаем и сказать кое-что важное.

Все взгляды устремились на него.

Началось! Лу Минфэй взбодрилась, выпрямила спину и украдкой покосилась на Су Сяоцян, сидевшую рядом.

Су Сяоцян сложила руки на груди, её лицо не выражало никаких эмоций — невозможно было понять, сердится она или довольна.

Чжао Мэнхуа глубоко вдохнул, обвел взглядом зал и… остановил взор на Чэнь Вэньвэнь.

— Чэнь Вэньвэнь, — его голос, усиленный микрофоном, разнесся по маленькому залу, звуча нарочито проникновенно, — с первого класса старшей школы я начал замечать тебя. Ты словно тихая, расцветающая лилия…

Погодите… Чэнь Вэньвэнь? А не Су Сяоцян?!

Улыбка на лице Лу Минфэй застыла.

Она резко повернулась к Су Сяоцян и увидела, что лицо «маленькой принцессы» стремительно бледнеет, а пальцы сжались так, что побелели костяшки.

Чжао Мэнхуа продолжал:

— …И сегодня я хочу попросить всех, кто находится здесь, стать свидетелями этого момента.

Едва он закончил, двери зала распахнулись. Несколько парней вбежали внутрь и выстроились в ряд перед экраном, подняв огромные карточки с буквами.

Лу Минфэй остолбенела, глядя на них.

Буквы складывались в I, L, O, V, E!

Буквы U не было.

Чжао Мэнхуа подошел к Чэнь Вэньвэнь, протянул руку, и на его лице сияла уверенность в победе:

— Вэньвэнь, ты готова… заполнить эту пропущенную U?

В зале повисла гробовая тишина, сменившаяся затем приглушенным гулом и выкриками. Щеки Чэнь Вэньвэнь залил румянец, она выглядела несколько растерянной, но в её глазах не было отказа.

В голове у Лу Минфэй словно что-то взорвалось — она всё поняла!

Чжао Мэнхуа, мерзавец такой!

Он просил её «утихомирить Су Сяоцян» не потому, что боялся, что та устроит сцену, а потому, что боялся, как бы она не сорвала его признание Чэнь Вэньвэнь!

Он давно знал о чувствах Су Сяоцян и понимал, что та может не выдержать такого удара!

А она, дура, взяла деньги и вообразила себя важным участником любовной драмы?

Гнев волной ударил Лу Минфэй в голову.

Она смотрела на слегка дрожащие плечи Су Сяоцян, на притворно-чувствительное лицо Чжао Мэнхуа, на удивленно-застенчивое выражение Чэнь Вэньвэнь…

— Лу Минфэй!

Чжао Мэнхуа, едва начав признание, заметил, что Су Сяоцян резко вскочила, и тут же прошипел, бросив на Лу Минфэй обвиняющий взгляд:

— Ты ведь взяла деньги!

Эта фраза стала последней каплей.

— Да пошел ты со своими деньгами!

Лу Минфэй вскочила, бросилась вперед, точно отважный дикобраз, и её голос от ярости стал пронзительно высоким, разрезая тишину кинозала.

Чжао Мэнхуа нахмурился, глядя на неё с раздражением и едва скрытой угрозой.

Лу Минфэй всю трясло от гнева. Она вытащила из кармана тот самый, еще теплый конверт и со всей силы запустила им в притворную физиономию Чжао Мэнхуа!

— Забирай свои грязные деньги! Кто вообще согласится помогать такому, как ты!

Банкноты высыпались из конверта и разлетелись веером; несколько купюр прилипли к волосам Чжао Мэнхуа, превращая сцену в нелепый фарс.

В зале воцарилась мертвая тишина.

Все смотрели на них: кто с изумлением, кто с презрением, кто с предвкушением шоу…

Лицо Чжао Мэнхуа побагровело. Он сорвал с головы купюры, сжал кулаки так, что на лбу вздулись вены.

Получить деньгами по лицу от девчонки, да еще от такой неприметной, как Лу Минфэй — это было величайшим унижением в жизни «благородного господина» Чжао!

— Лу Минфэй, ты что, с ума сошла?!Он глухо зарычал, сжимая кулаки так, что суставы хрустели, а в глазах полыхал огонь. Однако, поскольку перед ним была девушка, он не мог распустить руки и лишь сильнее мучился от собственного бессилия.

Лу Минфэй решила пойти ва-банк. Терять лицо было уже нечего, поэтому она, вскинув подбородок, бросила:

— Ты попросил меня уговорить Су Сяоцян только потому, что боялся, что она испортит твое признание? Тебе доставляет удовольствие водить меня за нос?

Чжао Мэнхуа был настолько ошеломлен, что не нашелся с ответом. Косые взгляды окружающих жгли спину, и, движимый смесью досады и стыда, он сделал шаг вперед, явно собираясь схватить Лу Минфэй за руку и вышвырнуть из зала.

Лу Минфэй от испуга отступила на полшага, но, увидев бледное лицо Су Сяоцян, стоявшей рядом, заставила себя остановиться.

В глубине души она была до смерти напугана, но гнев, заставлявший её идти напролом, пересиливал страх.

В этот самый миг дверь в кабинет тихо приоткрылась.

В проеме показалась статная фигура. Фигура, четко очерченная на фоне света из коридора.

На нем была простая черная рубашка, на руке виднелась повязка, а выражение лица оставалось неизменно спокойным. Взгляд, скользнувший по хаосу в комнате, наконец остановился на Лу Минфэй.

Чу Цыхан.

Почему он здесь?!

Мозг Лу Минфэй снова отключился.

Появление Чу Цыхана подействовало как ушат ледяной воды: оно мгновенно остудило пыл Чжао Мэнхуа и заставило замолчать всю компанию.

В конце концов, даже Чжао Мэнхуа, как бы он ни кичился, максимум на что мог претендовать — это на звание второго Чу Цыхана.

Легенды о Чу Цыхане и его негласный авторитет в Средней школе Шилань были недосягаемы для Чжао Мэнхуа.

— Лу Минфэй, — произнес Чу Цыхан холодным, лишенным эмоций голосом. — Пойдем.

Он даже не спросил, что здесь произошло, и ни разу не взглянул на Чжао Мэнхуа, словно этот хаос не стоил того, чтобы тратить на него хоть каплю внимания.

Лу Минфэй, будто получив помилование, поспешила прочь из этого удушающего места.

Она потянула за собой Су Сяоцян, которая все еще стояла в оцепенении, неотрывно глядя на разбросанные банкноты и карточки с буквами.

— Сяоцян, уходим!

Уходя, она виновато взглянула в сторону Чэнь Вэньвэнь, но та ответила ей таким же извиняющимся взглядом.

Лу Минфэй облегченно выдохнула и повернулась, чтобы уйти.

Подруги всегда правы, во всем виноваты только плохие парни!

У дверей Чу Цыхан отступил в сторону, пропуская их, а когда они вышли, прикрыл за собой дверь, оставив неловкость и тишину внутри.

Чжао Мэнхуа остался стоять посреди рассыпанных купюр и карточек, лицо его то краснело, то бледнело.

На улице, под дуновением ночного ветра, Лу Минфэй почувствовала, как жар на щеках немного спал, но сердце всё еще бешено колотилось.

Она украдкой взглянула на Чу Цыхана. Он шел на полшага впереди, спина прямая, лицо непроницаемое.

— Тот самый… старший брат, а как ты… — тихо спросила Лу Минфэй.

— Случайно, — лаконично ответил Чу Цыхан, явно не намереваясь продолжаться разговор.

Только когда они увидели припаркованный у входа обтекаемый красный спорткар, Лу Минфэй запоздало почувствовала неловкость.

Чу Цыхан открыл дверь переднего пассажирского сиденья и посмотрел на Су Сяоцян:

— Садись.

Су Сяоцян приподняла бровь, не стала жеманничать и, наклонившись, села внутрь.

Затем взгляд Чу Цыхана переместился на Лу Минфэй.

Лу Минфэй посмотрела на спорткар, где осталось только водительское кресло, перевела взгляд на Чу Цыхана и захлопала глазами.

Чу Цыхан на мгновение замолчал, словно тоже обдумывая эту проблему.

Затем он обошел машину, открыл дверь и указал Лу Минфэй на заднюю часть салона — пространство, которое едва ли можно было назвать сиденьем, скорее, узкой нишей, куда с трудом поместился бы какой-нибудь багаж.

— Потеснись, — сказал он.

Лу Минфэй: «...»

Значит, финал этого «героя, спасающего красавицу» в том, что ей придется, словно чемодану, втискиваться на заднее сиденье этого дорогого спорткара, которое явно не предназначалось для людей?!

Лу Минфэй смиренно вздохнула и под сочувственным взглядом Су Сяоцян приняла извращенную позу, с трудом «упаковываясь» в тесный угол.

Колени упирались в спинку переднего сиденья, голова едва не задевала потолок — поза была донельзя нелепой.

Чу Цыхан сел на водительское место, пристегнулся и завел двигатель.

Мотор издал низкий мощный рык, и спорткар плавно растворился в ночи.

В машине воцарилось молчание. Су Сяоцян, глядя через зеркало заднего вида на свернувшуюся в клубочек, выглядящую совершенно несчастной Лу Минфэй, почувствовала, как её собственная печаль немного отступила, и не удержалась от смешка.

Лу Минфэй бросила на неё обиженный взгляд.

Чу Цыхан смотрел прямо перед собой, руки уверенно лежали на руле. Через зеркало он мельком взглянул на девушку, которая пыталась стать как можно меньше.

Похожа на кролика.

Тишина в салоне длилась несколько минут, прерываемая лишь рокотом мотора и проносящимися за окном огнями.

Первой заговорила Су Сяоцян, её тон стал почти обычным, с едва уловимой ноткой сарказма:

— Чжао Мэнхуа, этот идиот, головой ударился, что ли? Устроил такой спектакль, нагнал кучу людей, чтобы они подыгрывали ему в этой драме.

Она помолчала, взглянула в зеркало на Лу Минфэй и добавила:

— А ты, Лу Минфэй, обычно такая тихая, а сегодня — дала жару! Денежки в лицо — это было круто. Думаю, господин Чжао еще никогда в жизни не выглядел настолько жалко.

Лу Минфэй в тесноте заднего сиденья с трудом изменила положение, пытаясь облегчить затекшие ноги, и угрюмо ответила:

— Кто просил его обманывать меня! Я-то думала… — её голос стих, она постеснялась признаться в своих меркантильных помыслах. — В любом случае, он заслужил! Нравится Чэнь Вэньвэнь — добивайся по-человечески, а не впутывай в свои грязные игры других. Тьфу!

Чем дальше она говорила, тем больше злилась, не в силах сдержать поток жалоб:

— А этот способ признания? Ну не пошлость ли? «Я люблю тебя» с пропущенной буквой «Ю»? Он думал, что снимается в сериале девяностых?

— И Чэнь Вэньвэнь тоже… обычно такая здравомыслящая, как она на это купилась? Неужели правда, что женщины любят негодяев? Нет, это не про него. Чжао Мэнхуа не негодяй, он просто самовлюбленный и претенциозный тип…

Су Сяоцян слушала её ворчание, лед на её лице постепенно таял, и в конце концов она не выдержала и рассмеялась:

— Ладно, ладно, я поняла, что ты заступилась за меня. Но… — её голос стал тише, в нем проскользнуло облегчение и самоирония. — На самом деле ничего страшного. По крайней мере, теперь я знаю, что он за человек. Не думала, что он может опуститься до такой низости, пытаясь подкупить тебя.

Она обернулась и пристально посмотрела в глаза Лу Минфэй в зеркале заднего вида:

— Спасибо. Пусть способ был глупым, но… это действительно помогло выпустить пар.

Лу Минфэй, смутившись от её взгляда, почесала затылок:

— Да… пустяки, не за что. Такой подонок не достоин даже волоска с головы моей старшей сестры!

Су Сяоцян, рассмеявшись от её слов, откинулась на спинку кресла. Она смотрела на мелькающие за окном неоновые огни и тихо вздохнула — остатки грусти, казалось, развеялись вместе с этим выдохом в ночном воздухе.

Чу Цыхан молча вел машину, словно бесчувственный водитель, подавая лишь короткие сигналы перед поворотами, чтобы Лу Минфэй не ударилась головой.

Сначала он доставил Су Сяоцян по указанному адресу.

Перед тем как выйти, Су Сяоцян похлопала по голове съежившуюся на заднем сиденье Лу Минфэй и внезапно наклонилась к ней, прошептав лишь для них двоих, полушутя:

— Минфэй, сегодня ты была на высоте. Если бы ты была парнем, я бы, возможно, бросила Чжао Мэнхуа и влюбилась в тебя.

Лу Минфэй: «!!!»

Она вздрогнула так, что чуть не подпрыгнула в своем узком пространстве, снова больно ударилась головой и, уставившись на Су Сяоцян, залилась краской:

— Старшая сестра! Нельзя так шутить!

Су Сяоцян, видя её реакцию, напоминавшую встревоженного кролика, расхохоталась. Настроение её окончательно пришло в норму, она помахала рукой и скрылась за воротами своего дома.

В спорткаре остались двое. Атмосфера стала еще тише.

Чу Цыхан завел машину и выехал на основную трассу.

Лу Минфэй, потирая ушибленную голову и пытаясь найти хоть немного удобную позу на «сиденье», не удержалась от тихого ворчания:

— Старший брат, твоя машина, конечно, красивая, но вот заднее сиденье… оно вообще не для людей, верно? Ноги отвалятся, если долго сидеть. Даже тот Майбах, что был раньше, был намного просторнее и удобнее…

Она лишь вскользь упомянула комфорт машины из своих воспоминаний.

Однако в тот же миг Лу Минфэй почувствовала, как машину резко дернуло!

Раздался визг тормозов, шины скрежетнули по асфальту, и спорткар в мгновение ока остановился на обочине.

По инерции Лу Минфэй подалась вперед. К счастью, из-за ограниченного пространства она не ударилась слишком сильно, но испугалась до смерти.

— Старший брат? Что случилось? Что-то на дороге? — ошеломленно спросила она, глядя на водительское кресло.

Руки Чу Цыхана крепко сжимали руль, костяшки побелели.

Он медленно повернул голову. Его глаза, обычно спокойные, сейчас отражали растерянное лицо Лу Минфэй, в них бушевали невероятно сложные эмоции — потрясение, неверие и… едва уловимый восторг.

— Ты помнишь тот Майбах?

Его голос по-прежнему звучал ровно, но Лу Минфэй уловила в нем небывалое напряжение.

— А? Помню, конечно.

Лу Минфэй стало не по себе от его взгляда, и она заикаясь ответила:

— Ну… в средней школе, как-то раз во время тайфуна, шел такой ливень, а я была без зонта и промокла до нитки. И как раз увидела вашу машину…

http://bllate.org/book/24372/2842401