Готовый перевод Age of Discovery: Chinese Cuisine Conquers Europe / Эпоха великих открытий: китайская кухня покоряет Европу: Глава 2

Каждая возвращающаяся из колоний в Европу корабль неизменно забит под завязку: все грузы рассчитаны с точностью до мелочей, и свободного места почти не остается.

То, что это судно согласилось подобрать Минь Си и его спутника, говорило о том, что у капитана доброе сердце. Хотя к моменту прохождения этих мест запасы продовольствия и воды уменьшились настолько, что позволить себе принять на борту еще двоих было вполне возможно, у команды не было никакой обязанности их спасать — это был чистой воды альтруизм.

Стоявший рядом Боб с предвкушением уставился на них: неужели этот сопляк сам не понимает, что говорит? Старик Дик позволит кому-то хозяйничать на его кухне?

Услышав это, старик Дик сверкнул единственным глазом. То ли его удивил португальский язык Минь Си, то ли само предложение сварить рыбный суп, но он с полминуты разглядывал юношу, прежде чем процедить свысока:

— Малыш, а ты разве умеешь готовить?

Минь Си исполнилось всего восемнадцать, он и без того страдал от недоедания, а после долгого голодания выглядел совсем исхудавшим. К тому же выходцы из Восточной Азии долго кажутся молодо выглядящими, так что в глазах этих грубых воинов моря он выглядел не иначе как несовершеннолетним подростком.

Минь Си кивнул:

— Умею. Раньше на нашем корабле я тоже готовил для всей команды.

Конечно, Минь Си не был профессиональным поваром, просто он любил готовить и даже в свободное время сдал экзамен на поварской сертификат. В плаваниях он иногда вставал к плите, чтобы побаловать команду чем-нибудь вкусненьким и разнообразить рацион.

Старик Дик невнятно пробормотал что-то на своем наречии, из которого Минь Си не понял ни слова, но спустя мгновение заявил:

— Ну что ж, давай посмотрим на искусство китайского повара.

Разумеется, в те времена Великая империя Мин еще не именовалась Китаем, однако в португальском языке эту землю неизменно называли China.

— Спасибо, сэр! — обрадовался Минь Си.

Он зачерпнул из мешка с провизией пару пригоршней неочищенного риса, взял деревянную палку и принялся толочь зерна в котелке, чтобы сбить верхнюю шелуху. Дело было не в том, что неочищенный рис лишен полезных веществ, просто он плохо разваривался.

Счистив шелуху, он промыл крупу, налил в котелок достаточно воды и поставил на огонь.

Затем он принялся за рыбу. Выбрав рыбину фунта на два-три, он тщательно счистил чешую и выпотрошил брюшко. Наблюдая за его движениями, старик Дик понял, что перед ним не новичок, и его интерес только возрос.

Обмыв рыбу, Минь Си нарезал мякоть тонкими ломтиками и стал ждать, пока закипит каша. Когда вода забурлила и зерна начали раскрываться, он опустил в котелок все рыбные ломтики разом. Дождавшись, пока содержимое снова закипит, он тут же снял котелок с огня — хотя для рыбного супа рисовая каша должна развариться в абсолютную слизь, он не смел тратить впустую корабельное топливо.

Старик Дик, одновременно занимавшийся жаркой рыбы, то и дело поглядывал на Минь Си. Заметив, что тот варит рыбу в рисовой каше, кок презрительно скривил губы: разве может каша с рыбой не отдавать тиной и сыростью?

Минь Си добавил в рыбную похлебку немного соли, попробовал на вкус и, убедившись, что вышло в самый раз, перелил ересь в большую деревянную миску.

— Спасибо, мистер Дик, я все приготовил. Теперь отнесу своему другу.

Старик Дик угукнул в ответ:

— Там вон жареная рыба лежит, возьми кусок.

Минь Си торопливо поблагодарил:

— Спасибо, мистер Дик!

— Тебе следует благодарить меня! — раздался голос у входа в камбуз.

Обернувшись, Минь Си увидел в дверях прилично одетого мужчину средних лет и расплылся в улыбке:

— Спасибо, капитан Рейш!

Капитану Рейшу было чуть за сорок. Пройдя путь от разоренного крестьянина до владельца половины галеона, он в глубине души сохранил простоту и добросердечие земледельца, именно поэтому и согласился прийти на помощь Минь Си и его спутнику.

Капитан принюхался:

— Чем это тут так вкусно пахнет?

Старик Дик тут же вставил:

— Сами знаете, жареная рыба.

Капитан Рейш покачал головой:

— Я спрашиваю, что это у него в миске?

Минь Си проявил сообразительность и поспешно опустил большую миску на стол:

— Это рыбная похлебка. Я налью капитану Рейшу попробовать.

Уделив капитану порцию, Минь Си с оставшейся похлебкой направился в кубрик к Юнь Цзи, который оправлялся от ран.

Команда, ожидавшая обеда на камбузе, уставилась на похлебку в миске капитана:

— Капитан, ну как, попробуйте, каково на вкус?

Капитан Рейш не возлагал на блюдо больших надежд. Сделав глоток, он невольно повел бровями. Матросы, хорошо знавшие привычки капитана, по этому знаку сразу поняли:

— Похоже, вкус отменный.

Капитан кивнул:

— Намного лучше, чем я ожидал. Очень вкусно.

— А по сравнению с жареной рыбой Дика? — Боб буквально балансировал на краю пропасти.

Капитан Рейш посмотрел на Дика, задумался и произнес:

— Едва-едва не дотягивает до жареной рыбы Дика.

Хотя рыбная похлебка и жареная рыба были совершенно разными блюдами, если бы капитану пришлось выбирать, он бы определенно предпочел похлебку. Однако ему ни к чему было портить настроение Дику ради чужака, так что правду он говорить не стал.

Услышав слова капитана, усеянное морщинами лицо старика Дика расплылось в улыбке:

— Капитан, подождите немного, скоро будем обедать.

Когда корабль шел среди волн, штормовая погода сильно раскачивала судно. Если лежать на обычной койке, человека начнет мотать из стороны в сторону, и он легко может получить синяки и ушибы. Поэтому ради крепкого сна матросы спали в подвесных гамаках.

В данный момент Юнь Цзи как раз лежал в таком гамаке. В корабельном трюме не было вентиляции, и воздух стоял тяжелый и спертый — для больного человека это худшего места и не придумаешь. Но лучшего было не сыскать: условия на судне таковы, какими есть, всяко лучше, чем булькать в воде.

Минь Си пробрался в каюту и долго привыкал к полумраку, прежде чем смог хоть что-то разглядеть. Кроме Юнь Цзи, отдыхавшего здесь, никто из матросов без нужды находиться в этой духоте не желал.

Поставив еду на пол, Минь Си позвал:

— Молодой господин, вставайте обедать. Как вы себя сегодня чувствуете?

Из темноты донесся кашель, за которым последовал тяжелый вздох, но ответа не последовало.

Минь Си зажег закрепленную на переборке масляную лампу, и мрак в каюте немного отступил. Подойдя к гамаку, он протянул руку и коснулся лба спутника:

— Вроде бы спал жар. Главное, нет температуры, значит, ваше тело быстрее пойдет на поправку. — С этими словами он помог лежащему подняться.

Юнь Цзи крупно не повезло: когда шторм перевернул судно, он ударился о мачту и сломал левое предплечье, так что рука совершенно не слушалась. То, что он умудрился вытащить Минь Си, работая одной правой рукой, а потом столько дней продержаться на обломке плота, можно было назвать настоящим чудом.

Конечно, не обошлось и в этот раз без помощи Минь Си: каждый раз, когда силы оставляли Юнь Цзи и он падал в воду, Минь Си вытаскивал его, придерживая, чтобы тот перевел дух, прежде чем снова забраться на обломок.

Опираясь на здоровую руку и принимая помощь Минь Си, Юнь Цзи выбрался из гамака и спросил:

— Который час?

— Полдник на исходе, — ответил Минь Си. — Сегодня я сварил рыбную похлебку, не сухую рисовую кашу, поднимайтесь, выпейте немного.

Так называемая сухая каша представляла собой просто замоченный в воде жареный рис.

Юнь Цзи слабо спросил:

— Сам приготовил?

— Да, я. Попробуйте, как на вкус.

Они уселись прямо на доски палубы. Минь Си отсыпал себе немного похлебки, а остальное протянул Юнь Цзи:

— Ешьте побольше, чтобы поскорее встать на ноги.

Левая рука Юнь Цзи опухла и стала толщиной с ногу. Здоровой правой рукой он принял большую мишку и, взглянув на скромную порцию в руках Минь Си, заметил:

— У тебя слишком мало.

Минь Си качнул зажатым в руке куском жареной рыбы:

— У меня есть вот это. Рыбу я поймал сегодня сам, а пожарил ее старик Дик. Я оставил вам немного попробовать его стряпню.

Отломив кусочек рыбы, Минь Си поднес его прямо ко рту спутника. Даже тусклый желтоватый свет лампы не мог скрыть красоты Юнь Цзи, хотя сейчас этот красавец выглядел несколько обессиленным и вызывал жалость.

Юнь Цзи посмотрел на рыбу у самых губ, помедлил секунду-другую и приоткрыл рот, принимая угощение. Он пожевал, но толком не распробовал вкус.

— Ну как? — Минь Си тоже отправил кусок в рот. — Соль распределилась неравномерно, мариновалось недостаточно долго, кусок толстоват снаружи обуглился, а внутри сыроват — видать, огонь был слишком сильным. Но всяко лучше тухлого мяса, так что сойдет. А вот моя рыбная похлебка точно проварилась, отведайте-ка.

Юнь Цзи поднес миску к губам, сделал маленький глоток и замер.

Только в этот момент к нему вернуло ощущение того, что он жив. С самого момента кораблекрушения он чувствовал себя блуждающим духом, балансирующим на грани жизни и смерти, у него даже притупилось чувство вкуса. Но сейчас тонкий аромат риса и свежий сладковатый привкус рыбы взорвались на кончике языка, оставшись в памяти самым изысканным вкусом за всю его жизнь и затмив любые деликатесы, отведанные им прежде.

http://bllate.org/book/24397/2848089