Готовый перевод The Little White House Collector / Коллекционер Белых Комнат: Прыжки Сквозь Миры: Глава 10

Вероятно, у него другие цели.

Раз уж противник сам подбросил приманку прямо под нос, грех было бы не клюнуть — иначе просто оскорбишь чужую «доброту».

Ци Яо коротко хмыкнул, соглашаясь.

Шэнь Миншань, родной старший брат Шэнь Цзэяня, до этого хранивший молчание, последовал за ними, покидая главный зал.

Дворецкий не стал заходить в комнату следом. Когда Шэнь И вошёл в покои старой госпожи, он остался снаружи и плотно прикрыл дверь.

— ...Ты привел его с собой? — Старая госпожа, чьи ноги были не слишком послушны, опиралась на трость, стоявшую с правой стороны кресла. Несмотря на преклонный возраст, она выглядела бодрой, а в её глазах, когда она заговорила, блеснул холодный огонь, и голос прозвучал твёрдо и властно.

Шэнь И стоял перед ней. Услышав, что она даже не соизволила произнести имя Ци Яо, он едва заметно сузил зрачки.

— Ты обещал, что он уйдёт, когда ему исполнится двадцать. Но как же так вышло, что ты передал ему в управление весь Дунъюань? Он пробыл с тобой больше десяти лет, чувства, конечно, есть, но не слишком ли это — отдавать ему целый Дунъюань? Разве можно так легко раздавать имущество семьи Шэнь чужакам? Ты балуешь его, потакаешь ему, позволяешь жить в доме Шэнь, хотя он даже не носит эту фамилию. Он не из семьи Шэнь, и мне до него дела нет. Но ты, Шэнь И, носишь нашу фамилию, и уж тебя-то я могу приструнить!

Старая госпожа, опираясь на трость, с трудом поднялась. Она шаг за шагом медленно подошла к Шэнь И и подняла голову, глядя на нынешнего главу семьи Шэнь, который был выше неё на две головы.

Она терпеть не могла мать Шэнь И — простая учительница, которая умудрилась вцепиться в богатую ветвь семьи Шэнь. У женщины была короткая жизнь и такая же судьба, и, как следствие, саму Шэнь И она никогда не жаловала.

— Чего вы хотите от меня, старая госпожа? — равнодушно спросил Шэнь И.

— Я не стану заставлять тебя жениться, если ты не хочешь. Не беда, что в доме Шэнь нет хозяйки, но у тебя должны быть наследники. Я уже подобрала суррогатную мать, выбери время и съезди в клинику. Состояние семьи Шэнь должно и может принадлежать только тем, в ком течёт кровь Шэнь. — Старая госпожа, слегка разволновавшись, с силой ударила тростью о пол.

Она впилась в Шэнь И острым взглядом, ожидая кивка.

Все эти годы она не оставляла попыток заставить Шэнь И завести ребёнка. Раньше она лишь уговаривала, теперь же перешла к угрозам. В каждом её слове сквозило упоминание Ци Яо — она пыталась использовать его как рычаг давления. Очевидно, старая госпожа не знала, что Ци Яо в жизни Шэнь И был пределом, его «обратной чешуёй», к которой никто не смел прикасаться.

— ...Большая часть состояния семьи Шэнь создана моими руками. Сегодня оно может носить фамилию Шэнь, а завтра — любую другую. У вас сегодня восьмидесятилетний юбилей, лучше бы вам оставаться дома и наслаждаться покоем. В дела младших вам лучше не вмешиваться. И не пытайтесь больше подсылать людей к Цзоу Нину. Моё терпение не безгранично. Ради уважения к вам я прощу некоторых людей в этот раз, но если подобное повторится, я не проявлю милосердия, даже если они будут носить фамилию Шэнь.

— Шэнь И, ты... — Старая госпожа подняла трость, её голос дрожал от ярости.

— Я называю вас старой госпожой из уважения к старшим, но то, что я делаю или не делаю — раньше, сейчас или в будущем — не требует ваших указаний.

Старая госпожа много намекала, но Шэнь И предпочитал выкладывать всё начистоту, чтобы раз и навсегда закрыть этот вопрос и избежать дальнейших дрязг.

Шэнь И потянулся к ручке двери. Старая госпожа в комнате от его слов позеленела, на лбу вздулись вены. Внезапно у неё перехватило дыхание, она схватилась за грудь, тяжело задышав. Шэнь И, уже выйдя, услышал шум за спиной и бросил дворецкому, чтобы тот вошёл и проверил, в порядке ли она.

Дворецкий, видя, что лицо Шэнь И остаётся невозмутимым, решил, что разговор прошёл успешно, но, услышав странный звук, замер на секунду, а затем бросился в комнату, чтобы усадить дрожащую старую госпожу в кресло.

***

На жидкокристаллическом экране высветилась надпись «Игра окончена». Шэнь Цзэянь бросил джойстик на ковёр и резко повернулся, с удивлением разглядывая Ци Яо, который сидел с ним рядом на полу, скрестив ноги.

Затем он толкнул Ци Яо локтем.

— Ты раньше играл? Уровень просто запредельный, никакой пощады! — с привычной фамильярностью подшутил Шэнь Цзэянь.

Ци Яо медленно опустил джойстик и покачал головой. Улыбка на его лице была не такой искренней, как у собеседника.

— Нет, играю впервые.

— Серьёзно? — Шэнь Цзэянь явно не поверил.

— Серьёзно. — Ци Яо поднял взгляд на застывший экран телевизора.

Шэнь Цзэянь выпрямил слегка сгорбленную спину. Его брат-близнец Шэнь Миншань, сидевший на стуле позади них, как раз посмотрел в их сторону. Их взгляды встретились, они обменялись коротким жестом. Шэнь Миншань опустил глаза на телефон, где только что пришло сообщение, и едва заметно кивнул брату.

Шэнь Цзэянь сразу понял, чем закончился разговор в другой комнате. Когда он снова посмотрел на Ци Яо, его улыбка заметно померкла.

Ци Яо всё это заметил. В то же мгновение он почувствовал, как атмосфера в комнате изменилась. Он слегка расширил глаза, изображая недоумение, хотя в глубине души уже понимал: сейчас начнётся то, ради чего Шэнь Цзэянь решил сблизиться с ним.

Шэнь Цзэянь смотрел на Ци Яо, покусывая губу, словно сомневаясь, стоит ли открывать правду. Ему было невыносимо видеть, как Ци Яо продолжают водить за нос.

Его нерешительность была слишком театральной. Ци Яо понимал, что они ждут, пока он спросит первым, и был готов подыграть.

— Что случилось? — спросил Ци Яо.

Шэнь Цзэянь вздрогнул, открыл рот, но снова промолчал.

Ци Яо нахмурился и перевёл взгляд на Шэнь Миншаня, который сидел позади и копался в телефоне. Близнецы были идентичны во всём — внешность, одежда, — но Ци Яо мгновенно различал их. Шэнь Цзэянь всегда носил маску мягкой улыбки, которая казалась фальшивой, а вот Шэнь Миншань, который улыбался редко, вызывал больше доверия. Взгляд Шэнь Цзэяня был слишком острым, в нём таилось нескрываемое желание.

— Скоро обед, пойдёмте отсюда. — Как бы они ни пытались казаться дружелюбными, разница в фамилиях не позволяла им стать по-настоящему близкими.

Ци Яо поднялся и направился к выходу. Глядя на дверь, он начал про себя считать.

Раз, два, три...

На счёте шесть его окликнули.

Уголок губ Ци Яо дрогнул в едва заметной, многозначительной улыбке.

Он обернулся с выражением растерянности на лице.

— ...По идее, это лишь наши догадки, и мы не должны были говорить тебе об этом. Но видя, что тебя до сих пор держат в неведении, мы с братом решили, что будет правильным предупредить тебя. — Шэнь Цзэянь тоже встал. Они с Шэнь Миншанем были на год младше Ци Яо, но выглядели более зрелыми и крепкими, чем Ци Яо, который за последние полмесяца заметно исхудал.

Шэнь Цзэянь подошёл к Ци Яо, его лицо выражало искреннюю тревогу.

Внезапная серьёзность Шэнь Цзэяня заставила Ци Яо насторожиться — он понял, что сейчас будет сказано что-то важное. Он слегка приподнял подбородок, догадываясь, что речь пойдёт о Шэнь И, и невольно сглотнул.

— О чём вы? Вы... — дыхание Ци Яо участилось.

— Старая госпожа уже давно подыскивает Пятому господину достойных кандидатов, надеясь, что он остепенится и обзаведётся наследником... — Шэнь Цзэянь пристально смотрел на Ци Яо, сделав особый акцент на слове «наследник». Как он и ожидал, Ци Яо вздрогнул. — Но проходят годы, а Пятый господин всех отвергает. Никто не слышал о его любовных связях, единственные, кто близок к нему — это ты и дядя Цинь.

Шэнь Цзэянь сделал паузу, давая Ци Яо время осознать услышанное.

Ци Яо выглядел растерянным, не понимая, к чему тот клонит, и спросил:

— Вы хотите, чтобы я уговорил Пятого господина жениться на ком-то?

— Нет. — отрезал Шэнь Цзэянь, не сводя с него глаз.

— Тогда что? — Ци Яо был ещё больше озадачен.

Шэнь Цзэянь сделал шаг вперёд, сокращая расстояние. Ци Яо почувствовал исходящее от него давление и невольно сжал кулаки.

— Со здоровьем у Пятого господина всё в порядке, это всем известно. Но почему же он так упорно отказывается от брака?

— Я не знаю. — Сердце Ци Яо предательски дрогнуло под пристальным взглядом Шэнь Цзэяня.

— Конечно, не знаешь. Если бы знал, давно бы сбежал от него куда подальше. Ведь он... — В глазах Шэнь Цзэяня мелькнул злой огонёк, от которого Ци Яо стало не по себе.

— ...влюблён в тебя, — закончил Шэнь Цзэянь.

Как он и предвидел, парень был шокирован. Да, даже ему самому в это верилось с трудом, но обстоятельства... Однажды он и Шэнь Миншань случайно встретили Шэнь И в одном клубе. Шэнь И пробыл там не больше десяти минут, поспешно ушёл и просидел в машине полчаса, прежде чем уехать. Когда Шэнь И ушёл, они позвали парня, который был с ним в комнате, и спросили, что произошло. Тот лишь мотал головой, утверждая, что ничего не было.

Тогда они недоумевали: зачем Шэнь И звать кого-то, платить деньги, но ничего не делать?

Когда парень уходил, Шэнь Миншань заметил его профиль и окликнул его, а потом сравнил с фотографией, которую достал из телефона.

Хотя они редко общались с Ци Яо, круги Ечэна были тесны. Если что-то случалось с Ци Яо, об этом сразу начинали судачить. Например, недавняя история с маленьким актёром, которого Ци Яо содержал, а тот за его спиной крутил романы. После разрыва Ци Яо непонятно почему подписал этого актёра в Дунъюань. А потом актёр внезапно исчез из Ечэна. Шэнь Цзэянь наводил справки и выяснил, что за этим стоял Шэнь И — именно он выдворил бывшего любовника Ци Яо из города.

Само по себе это ничего не значило — актёр совершил ошибку, и то, что Шэнь И позволил ему уйти живым, было актом милосердия. Но когда в клубе он увидел парня, чей профиль был похож на профиль Ци Яо, Шэнь Цзэянь сложил пазл.

Они с братом проанализировали всё, и факты подтверждали их теорию.

Даже сегодняшний скандал Шэнь И со старой госпожой — он открыто заявил, что если кто-то навредит Ци Яо, он не посмотрит на родственные связи.

Чужак, который оказался важнее, чем они, кровные родственники.

Вывод напрашивался один: Ци Яо для Шэнь И стал «обратной чешуёй».

Между ними не было ни капли крови, но Шэнь И дорожил им до такой степени, что иного объяснения, кроме любви, быть не могло. К тому же, в их семье родственные чувства всегда были редкостью.

Ци Яо в испуге отступил, оглядываясь по сторонам, словно ища путь к отступлению.

Шэнь Цзэянь схватил его за руку, не давая уйти.

— Пятый господин одержим тобой. Он держит тебя рядом и так строго контролирует, чтобы единолично владеть тобой. Ты должен уйти, как можно скорее, иначе, когда он сорвёт свою маску, ты уже не вырвешься! — Шэнь Цзэянь повысил голос, его эмоции накалялись.

Ци Яо дёрнул углом рта, пытаясь улыбнуться, чтобы скрыть неверие.

— Что за чушь? Как такое возможно? Пятый господин... он просто относится ко мне как к младшему. Отпусти. — Он попытался вырвать руку.

Шэнь Цзэянь, используя преимущество в силе, вцепился в оба плеча Ци Яо, не давая ему времени прийти в себя.

— Не веришь? Подумай сам, какая у вас связь? Он погубил твоего отца, забрал тебя к себе и десять лет растил. Он обещал отпустить тебя в двадцать, но что на самом деле? Он отдал тебе Дунъюань — имущество семьи Шэнь. Разве ты сможешь теперь уйти? Он просто связывает тебя по рукам и ногам всеми возможными способами! Столько лет — ни женщин, ни мужчин рядом. Ты сам заводишь любовников-актёров, а он — здоровый мужчина, неужели у него нет физических потребностей? Они есть, просто он не может получить того, кого хочет, и сдерживается. Я не верю, что ты ничего не чувствуешь. Взгляд, которым он смотрит на тебя... это не взгляд на родственника. Он хочет тебя коснуться, он хочет...

— Хватит! Замолчи! — рявкнул Ци Яо, прерывая его. Плечи Ци Яо обмякли.

Он опустил глаза, кровь отлила от его лица, губы непроизвольно дрожали.

— Мы знаем, тебе трудно в это поверить, но, пожалуйста, поверь нам. Мы желаем тебе добра. Дай нам шанс доказать это, ты не можешь позволить и дальше водить себя за нос. Или... ты, может, тоже... любишь Пятого господина?

Ци Яо резко поднял взгляд, встретившись с острыми глазами Шэнь Цзэяня, и тут же покачал головой:

— Нет, я не люблю его. Как я могу любить Пятого господина? Я не люблю его.

Он постарался проигнорировать странное чувство, всколыхнувшееся в глубине души.

— Хорошо. Тогда делай, как мы скажем. Мы поможем, обещаю. — Шэнь Цзэянь смотрел на него, и уголки его губ медленно поползли вверх.

Ци Яо опустил веки, глаза бегали из стороны в сторону — он всё ещё не мог переварить эту шокирующую новость.

К полудню кто-то постучал в дверь, приглашая всех к обеду. Шэнь Цзэянь открыл дверь и оглянулся на Ци Яо, который стоял посреди комнаты, словно вкопанный. Ци Яо выглядел мрачным, от него исходила аура, запрещающая приближаться. Шэнь Цзэянь понял, что на сегодня достаточно, и просто позвал его за собой.

Ци Яо шёл позади близнецов. Шэнь И, который только что вернулся от старой госпожи, сидел в гостиной. Его присутствие было настолько подавляющим, что даже среди толпы он притягивал все взгляды. Ци Яо лишь мельком взглянул на него и тут же отвёл глаза.

Шэнь И остро почувствовал, что Ци Яо избегает его. Из-за обеда он не стал сразу расспрашивать о причинах. Когда трапеза закончилась и Шэнь И собрался уходить, он подозвал Ци Яо, но тот стоял между близнецами, а Шэнь Цзэянь по-хозяйски обнимал его за плечи.

Шэнь Цзэянь расплылся в улыбке:

— Пятый господин, Нин-гэ сказал, что хочет остаться здесь на ночь.

Взгляд Шэнь И потемнел. Он уставился на Ци Яо, которого обнимал Шэнь Цзэянь. Тот поднял глаза, и в них читалось отторжение.

— Это правда? — спросил Шэнь И.

Ци Яо плотно сжал губы, промолчал и кивнул.

Глаза Шэнь И потемнели до черноты. Ему хотелось подойти и силой вырвать Ци Яо из их рук, но почему-то ему казалось, что Ци Яо сейчас настолько хрупок и подавлен, что может заплакать от одного прикосновения. Это дом семьи Шэнь, и Шэнь И был уверен, что они не посмеют причинить Ци Яо вред.

Не желая видеть, как Ци Яо расстраивается ещё больше, Шэнь И согласился, добавив:

— Послезавтра я пришлю дядю Циня, он тебя заберёт.

Шэнь И бросил на близнецов взгляд, полный холодного предупреждения. Рука Шэнь Цзэяня на плече Ци Яо на секунду замерла, но он заставил себя улыбнуться.

Шэнь И уехал. Ци Яо дождался, пока машина скроется из виду, и только тогда поднял опущенные глаза. Его сжатый кулак разжался.

В ладони левой руки ощущалась странная вибрация — на мгновение ему показалось, что вся рука стала такой тяжёлой, что её невозможно поднять.

План Шэнь Цзэяня был прост: он нашёл девушку, которая согласилась подыграть. Фамилия девушки была Лань, и по чистой случайности она была внебрачной дочерью семьи Лань, с которой у Шэнь И недавно были дела.

***

Ночь в старой усадьбе прошла на удивление спокойно. На следующее утро, после завтрака, Шэнь Цзэянь повёз Ци Яо в город. Шэнь Миншань не поехал, сославшись на дела.

В машине Шэнь Цзэянь изложил детали плана: девушка из семьи Лань должна была разыграть сцену с Ци Яо. Ци Яо беспокоился, не повредит ли это репутации девушки.

— Не волнуйся, Лань Сю всё равно скоро уезжает за границу. Придумаете причину для расставания, никто и не заподозрит подвоха, — уверенно заявил Шэнь Цзэянь.

Ци Яо сидел на пассажирском сиденье. Он приоткрыл ладонь, и перед глазами всплыл сценарий — его видел только он. Он лишь мельком взглянул на него и отвернулся. Шэнь Цзэянь смотрел на дорогу, но Ци Яо знал, что тот постоянно наблюдает за его реакцией.

Что касается слов Шэнь Цзэяня о том, что Шэнь И в него влюблён — Ци Яо знал это лучше других. Но о том, что это была не родственная любовь, Ци Яо был другого мнения. Если бы Шэнь И действительно испытывал вожделение к «Цзоу Нину», он бы не стал просто запирать его в «Тёмной комнате». Никто не держит рядом объект страсти, не пытаясь его коснуться. Но факт оставался фактом: Шэнь И ничего не делал.

Ци Яо не верил Шэнь Цзэяню.

Шэнь Цзэянь не знал, что Шэнь И не убивал отца Цзоу Нина, и не понимал, что их недопонимание было разрешено ещё несколько дней назад.

Чёрная полоса, олицетворявшая жизнь Шэнь И, после возвращения в усадьбу постоянно вибрировала. Более того, Ци Яо заметил, что после того, как Шэнь Цзэянь подошёл к нему, показатель упал на 0,5. Это крошечное изменение говорило о многом: смерть Шэнь И была так или иначе связана с семьёй Шэнь.

Не обязательно кто-то из них лично желал ему зла, но причастность была очевидна.

http://bllate.org/book/24398/2848616