Готовый перевод The Little White House Collector / Коллекционер Белых Комнат: Прыжки Сквозь Миры: Глава 12

Одно лишь лицо этого человека было прекраснее, чем у многих современных знаменитостей. С такой чрезмерно привлекательной внешностью он, попай он в шоу-бизнес, наверняка сразу же собрал бы огромную армию фанатов, ценящих его красоту.

Шэнь Цзэянь подавил промелькнувшее в глубине души странное волнение. Он внимательно посмотрел на Ци Яо, однако выражение лица собеседника, только что вроде бы всё насквозь видевшее, казалось лишь плодом его воображения, и он, естественно, покачал головой:

— С чего бы? Просто внезапная мысль.

Ци Яо поставил бокал на журнальный столик и опустил взгляд на постепенно затихающую водную гладь:

— Если я съеду, то как мне тогда убедиться, правда то, что ты говоришь, или ложь?

— ...Он наверняка помешает тебе съехать, лучше собери вещи потихоньку. — Шэнь Цзэянь не верил, что Шэнь И останется в стороне. Разве мог тот человек просто так сидеть и смотреть, как Ци Яо уходит от него?

— Он станет мне мешать, но это вовсе не значит, что он меня любит. Впрочем, у меня есть способ получше. — Ци Яо улыбнулся с изрядным интересом.

Шэнь Цзэянь на мгновение замер, а затем спросил:

— Какой ещё способ?

Ци Яо повернул голову и шепнул что-то Шэнь Цзэяню на ухо. Зрачки Шэнь Цзэяня постепенно расширились, и он резко поднял взгляд, уставившись на Ци Яо. Такой способ они, конечно, обдумывали и раньше, но если поступить так на самом деле, в дальнейшем возникнет немало проблем.

— Н-не стоит, пожалуй. — Шэнь Цзэянь никак не ожидал такого. Он думал, что Ци Яо будет действовать строго по их плану. Если же следовать задумке Ци Яо, конфликты неизбежно станут крайне ожесточёнными, а неизвестность всегда таит в себе опасность.

По сути, им требовалось лишь одно: чтобы Ци Яо узнал о запретных, противоречащих морали чувствах Шэнь И к нему, и поссорился с ним. Стоило им разругаться, как Ци Яо держался бы от Шэнь И как можно дальше, и тогда у них появился бы шанс запустить руку в колоссальное состояние семьи Шэнь. Нынешний Шэнь И слишком сильно дорожил Ци Яо, и это вызывало у них тревогу — казалось, придёт день, и Шэнь И отдаст абсолютно всё какому-то чужаку по фамилии Ци.

— Это всего лишь помолвка. Лань Сю ведь учиться ещё два года, разорвать её можно в любой момент. — Ци Яо никогда не любил, когда им кто-то манипулирует. Хотя в происходящем и было задействовано его собственное содействие, контроль над ситуацией он всё же предпочитал удерживать в собственных руках.

Шэнь Цзэянь слегка нахмурил брови:

— Тоже верно. Сам будь осторожнее, выбери подходящий момент, только смотри не разозли Пятого господина.

— Не переживай, я буду аккуратен.

После трёх кругов выпивки на ногах уверенно держались только трое: Ци Яо, Лань Сю и Лянь Жуй.

Поскольку все пили и садиться за руль было нельзя, Ци Яо помог вызвать трезвых водителей и отправил Шэнь Цзэяня, Ван Ивэя и остальных.

Цзян Хуань вцепился в рукав Ци Яо и, заплетающимся языком произнёс:

— Нам с Лянь Жуем жить недалеко, мы пойдем вместе. Ты... сегодня веселись давай. — Произнеси это, Цзян Хуань бросил взгляд в сторону Лань Сю, а затем принялся заговорщицки подмигивать Ци Яо.

Эта девушка всё же отличалась от той актрисы, с которой Ци Яо водился раньше. В её глазах не было заметно сильной жажды материальных благ, и было видно, что она искренне любит Ци Яо. Цзян Хуань тяжело хлопнул Ци Яо по плечу.

Пьяный человек совершенно не контролировал силу удара, так что тело Ци Яо качнуло.

— Ладно, спасибо, что проводишь его. — Последние слова Ци Яо адресовал Лянь Жую, который всё ещё сохранял трезвость, не сутулился и говорил чётко.

Лянь Жуй кивнул с мягкой улыбкой.

Ци Яо тем временем позвонил водителю, попросив его подъехать и забрать их с Лань Сю.

Машина доехала до дома Лань Сю, и Ци Яо проводил её прямо до подъезда.

— Ложись спать пораньше, я завтра снова приеду. — Ци Яо взмахнул рукой и убрал со лба девушки выбившуюся прядь волос, зачесав её за ухо. Его сияющие глаза отражали целое звездное небо, заставляя сердце той, на кого он смотрел, мгновенно забиться быстрее.

Действуя практически бессознательно, Лань Сю поднялась на цыпочки и коснулась губ Ци Яо поцелуем. Когда же она осознала, что натворила, её лицо в один миг залилось ярко-красной краской.

Она в панике отступила назад на несколько шагов, опустив взгляд и не смея встретиться с Ци Яо глазами, а её пальцы нервно и суетно затеребили край одежды.

— П-прости, — тут же испуганно пролепетала Лань Сю.

— Ничего страшного. — Голос Ци Яо прозвучал холодно, казалось, в нём не было ни малейшего колебания.

Лань Сю в испуге подняла глаза и утонула в погрязшем волею ледяного взгляда взоре Ци Яо, растерявшего всю свою прежнюю нежность. Будто ушат ледяной воды вылили ей прямо на макушку, окатив её с ног до головы.

В этот самый момент ей показалось, что её сердце сковали морозы и снега, а каждый вдох и сам горловой проход обжигало от боли.

— До встречи. — Ци Яо, похоже, вовсе не заметил внезапно переменившегося лица Лань Сю, вежливо кивнул, развернулся и быстрым шагом удалился.

Машина никуда не уехала. Водитель изначально думал, что получит от Ци Яо указание ехать обратно в особняк семьи Шэнь, однако не прошло и десяти минут, как он увидел выходящего из двора жилого комплекса Ци Яо.

— Молодой господин? — водитель не скрывал своего любопытства.Алкоголь, кажется, именно в этот момент ударил в голову, и у Ци Яо немного закружилась голова. Он потёр виски рукой и тихо произнёс:

— Домой.

После этого он закрыл глаза и притворился спящим.

Водитель намеренно сбросил скорость, и к моменту возвращения в Семью Шэнь было уже около двенадцати часов ночи.

Огни в гостиной были полностью погашены. Отперев дверь ключом, Ци Яо налил у кулера чашку горячей воды, чтобы согреть желудок, и направился наверх. Остановившись перед дверью своей комнаты, он толкнул её и вошел. Краем глаза заглянув в кабинет, он заметил там слабый свет. Ци Яо на мгновение прищурился, погрузившись в раздумья: алкоголь, судя по всему, изрядно притупил его способность мыслить. Опираясь о стену, Ци Яо направился к кабинету и взмахом руки постучал в дверь.

Изнутри не донеслось ни звука. Ци Яо взялся за ручку и толкнул дверь.

Она приоткрылась на палец, и, заглянув внутрь, Ци Яо встретился взглядом с парой глубоких глаз, устремлённых прямо на него.

Алкоголь продолжал действовать. Ночь — это совсем не день: при дневном свете мыслительные способности человека гораздо активнее, под лучами солнца всегда следишь за своими поступками, а поведение зажато в рамки определённых правил. Но ночью всё иначе: в темноте разум, похоже, уступает место сиюминутному импульсу.

Например, самым разумным поступком сейчас было бы сделать всё возможное, чтобы не оставаться наедине с Шэнь И. Однако разум в этот момент бастовал.

С окружающими людьми он в основном лишь любезничал и кривлялся, и только к тому, кто сидел перед ним, его тянуло искренне, хотелось быть ближе к нему.

Войдя в комнату, Ци Яо увидел на столе перед Шэнь И какие-то документы. Тот подпёр голову одной рукой; в этот момент от Шэнь И исходила какая-то мягкая аура, совсем не похожая на его привычную суровую ледяную отстранённость.

— Пятый господин, у вас... снова болит голова?

Ци Яо быстрым шагом подошёл к Шэнь И и, опустив глаза, произнёс:

— Я вам помассирую.

Он обошёл стул сзади, но стоило ему протянуть руку, как её тут же перехватили.

Мужская рука оказалась горячее его собственной. Ци Яо склонил голову набок, не спеша вырываться. Его нынешнее состояние чем-то напоминало то, что было недавно, когда он болел и у него поднималась температура. Тыльной стороной другой руки он коснулся лба Шэнь И — температура казалась вполне нормальной.

Лишь после этого Ци Яо с запозданием сообразил, что Шэнь И держит его за запястье. Он попытался высвободить руку, но та не поддалась.

Обойдя Шэнь И сбоку, Ци Яо вгляделся в его лицо, гадая, не принимает ли тот его за кого-то другого, но увидел совершенно ясный взгляд.

— Уже за полночь, Пятый господин, ложитесь спать пораньше.

Окружающий воздух внезапно стал тяжёлым и душным. Ощутив легкую, еще не до конца осознанную тревогу — словно боясь потревожить что-то хрупкое, — Ци Яо заговорил тихо и мягко.

Пронизывающий взгляд Шэнь И был прикован к Ци Яо, и на мгновение показалось, что время вокруг замерло.

Запястье вдруг резко рванули, тело Ци Яо подалось вперёд, и он рухнул прямо в объятия Шэнь И.

Шэнь И крепко держал его за запястье, а Ци Яо уперся обеими руками в подлокотники кресла, пытаясь оттолкнуть своё тело от Шэнь И. Как вдруг кто-то ущипнул его за затылок, Ци Яо судорожно вздрогнул, руки мгновенно ослабли, и от этого толчка он целиком уселся Шэнь И на колени.

Лицо Ци Яо мгновенно исказилось от испуга, он приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но не успел вымолвить ни звука, как его губы накрыл чужой поцелуй.

М-м-м! Замри на секунду, Ци Яо замотал головой, пытаясь вырваться, но чья-то рука намертво вцепилась ему в затылок, не оставляя ни единого пути к отступлению.

Язык мужчины вторгся в рот Ци Яо, с напористой и непреклонной властностью буйствуя и выметая всё на своем пути. Зрачки Ци Яо расширились до предела, на лице застыло выражение крайнего изумления и неверия. Перед ним находилось лицо мужчины крупным планом — тот целовал его, а мощная, густая волна мужских феромонов полностью окутывала его тело.

Эта аура была невероятно агрессивной. Сжатый тисками чужих рук, Ци Яо смутно чувствовал, что человек перед ним похож на разъяренного зверя, готового в любой момент растерзать и сожрать его целиком, вместе с костями и кожей.

Ошеломлённый на мгновение, Ци Яо отчаянно забился, но кости его запястья и затылок были зажаты словно в стальных тисках — как бы он ни рвался, ему не удавалось сдвинуться ни на йоту.

В ушах начал раздаваться влажный, сочный, непристойный звук — эти звуки рождались от глубокого поцелуя чужих губ.

Лицо Ци Яо вспыхнуло, словно его опалило языками пламени, и покрылось густым румянцем.

Воздух в груди с ощутимой скоростью вытеснялся наружу, Ци Яо чувствовал, что задыхается, и его отчаянные движения немного замедлились. Вся гамма чувств — удивление, гнев, стыд, обида, боль — всё скопилось в широко раскрытых глазах Ци Яо, и он так и замер, глядя прямо в глаза Шэнь И.

Закончив поцелуй, Шэнь И немного ослабил хватку на затылке Ци Яо и чуть отстранился, увеличивая расстояние между ними.Этот поцелуй сгладил часть скрытого в глубине души Шэнь И гнева. Когда он увидел, как его мальчик дарит той женщине тёплую улыбку, ему безумно захотелось тут же притянуть его к себе в объятия и заявить всем, что Ци Яо должен принадлежать только ему.

Сдерживая ярость, он ушёл раньше времени. У него было бесчисленное множество способов помешать Ци Яо сблизиться с кем-то ещё, но он прекрасно понимал: стоить устранить одну помеху, как появится следующая. Мальчик даже не догадывался, что его чувства давно изменились, превратившись из родственной привязанности в одержимость, жажду и ненасытное стремление обладать.

Мальчик изо всех сил старался отдалиться от него, сбежать из его оплота.

Он ждал достаточно долго. И терпел тоже достаточно долго.

Нижняя губа Ци Яо какое-то время подрагивала, пока он, наконец, не обрёл вновь свой хриплый голос.

— Пятый господин, вы… вы ведь не перепутали меня ни с кем? Я совсем не те…

Ци Яо хотел было добавить — не те содержанки, что ублажают своим телом, но в глубине души понимал, насколько это маловероятно. От Шэнь И вовсе не разило алкоголем — он не пил, а его взгляд оставался прежним, кристально чистым. Он был абсолютно трезв и прекрасно осознавал, кто сидит у него на коленях.

Шэнь И пристально смотрел на Ци Яо, чьё тело напряглось и окаменело от страха. Он ведь действительно думал об этом и даже пытался так поступать: не давить на Ци Яо, действовать мягко, постепенно подгоняя того к осознанию своих чувств.

Однако он никак не ожидал, что его минутная уступчивость и деликатность обернутся тем, что Ци Яо тут же приведёт к нему свою девушку.

В прошлом у Ци Яо бывали романтические связи — как с парнями, так и с девушками, — но он ещё ни разу не знакомил его ни с кем из них. На этот раз он не просто привёл девушку, но сделал это прямо в день его рождения!

Разве из этого не следовало очевидного вывода: Ци Яо жаждет поскорее избавиться от его общества и даже обзавёлся для этого подружкой? Неужели, сбежав от него и покинув семью Шэнь, он собирается съехаться с этой женщиной?

Ребёнок, которого он растил больше десяти лет, ещё не успел стать полностью его, а уже норовит достаться кому-то другому.

Разве мог он стерпеть подобное?

Шэнь И резким движением заключил Ци Яо в объятия, прижимая к себе изо всех сил. Его рука так крепко обхватила Ци Яо за талию, что тому показалось, будто мужчина намерен вдавить его тело прямо в своё.

— Отпусти… мне не нужна твоя любовь! — от жуткой хватки Шэнь И у Ци Яо заломило все кости. Освободившись от оков, он упaрлся обеими руками в широкую грудь мужчины, пытаясь оттолкнуть его.

Однако в следующий же миг Шэнь И перехватил обе его руки и заломил их за спину.

Лицо Шэнь И оставалось совершенно беспристрастным, а тёмные глаза казались бездонной, лишённой дна пучиной. Он чётко выделил прозвучавшие в словах Ци Яо ключевые слова.— Ты знал? — между холодными и суровыми брови Шэнь И залегла складка.

Ци Яо опешил от этого вопроса и только сейчас понял, что невольно выкрикнул вслух то, что таилось у него на душе.

Ци Яо прикусил губу и упорно молчал.

Шэнь И, который прежде во всём потакал Ци Яо, на этот раз не собирался позволять ему ускользнуть. Он подался ближе к Ци Яо, в упор глядя в его бегающие глаза.

— Ты знал, что ты мне нравишься. Когда ты об этом узнал?

Ци Яо лишь заерзал на месте, продолжая отчаянно сопротивляться.

— Перестань ерзать, — внезапно холодно приказал Шэнь И. Его окрик прозвучал подобно раскату грома, и от этого звука Ци Яо мгновенно окоченел. Он не только заметил резкую и опасную перемену в выражении лица Шэнь И, но и отчётливо ощутил изменения в теле мужчины. От этого осознания у Ци Яо вмиг затылок покрылся мурашками, а по всему телу пробежала дрожь.

Зрачки Ци Яо сузились. По части физической силы он точно не ровня Шэнь И, и если мужчина действительно решится на что-то подобное, он не сможет оказать никакого сопротивления.

— Не хочешь говорить? — Шэнь И крепко сжал подбородок Ци Яо. Уловив в его избегающем взгляде догадку, он наугад спросил: — Ты узнал в тот день, когда заболел простудой?

— Нет, — рефлекторно ответил Ци Яо.

Шэнь И подушечкой пальца огладил губы Ци Яо, и тот резко отвернулся, избегая его прикосновения. Палец Шэнь И рассек воздух.

— Тогда… кто тебе сказал? — это было всего лишь предположение Шэнь И, но стоило ему произнести эти слова, как Ци Яо тут же перевёл на него взгляд и злобно зыркнул.

Результат стал очевиден сам собой.

— Я не стану спрашивать, кто это был, потому что всё, что тебе сказали — чистая правда. Сяо Нин, ты мне нравишься, и я хочу… — Шэнь И наклонился к самому уху Ци Яо и прошептал несколько слов:

— …испытываю такую любовь, которая жаждет завладеть тобой целиком.

Ци Яо задрожал всем телом, а его уши покраснели так сильно, будто с них вот-вот закапает кровь.

Его губы снова на миг коснулись чужие, а затем хватка на запязьях ослабла. Выдернув руки, Ци Яо, словно спасаясь бегством, соскочил с колен Шэнь И и отступил на несколько шагов назад.

Шэнь И остался сидеть на стуле, неподвижный, как скала, и больше не пытался приблизиться.

Такой поворот событий совершенно опустошил голову Ци Яо, превратив мысли в полный хаос. Он настороженно и недоверчиво уставился на Шэнь И, понимая: хоть тот его и отпустил, разговор еще не окончен.

Оперевшись локтями о стол и соединив руки, Шэнь И пристально смотрел своими темными, глубокими глазами на Ци Яо, который стоял в нескольких шагах от него, явно перепуганный его внезапной выходкой.Я сам во всём разберусь, осознай своё положение и как можно скорее расстанься с ней. И ещё: съезжать из Семьи Шэнь запрещено. Голос Шэнь И звучал ровно, но в каждом его вздохе сквозило непреклонное повеление, не оставляющее ни малейшего пространства для торга.

Ты ведь обещал моему отцу у его могилы, что, как только мне исполнится двадцать, я получу право сам выбирать, оставаться здесь или уйти. Ты не можешь быть настолько вероломным. Ци Яо понизил голос, сдерживая гнев. Его кулаки были так сильно сжаты, что на тыльной стороне ладоней резко вздулись вены.

Да, я нарушил обещание, данное твоему отцу. Какая бы кара меня ни постигла, я приму её в одиночку. В этом мире есть лишь один человек, которого я полюблю — и это ты, Сяо Нин.

Я отказываюсь. Можешь любить кого угодно, хоть кого, но я тебя не люблю. Ци Яо покачал головой, охваченный сильным волнением.

Никаких других людей не будет, только ты. Голос Шэнь И стал чуть ниже.

Его глубокий взгляд казался бездонно-мрачным. Свет в комнате, стоило ему достичь этого взгляда, словно проваливался в пустоту, исчезая без следа, и казалось, что эта темнота способна мгновенно поглотить саму человеческую душу. Ци Яо отступил назад, вжавшись спиной в дверной проём.

Он уже ухватился за дверную ручку, собираясь распахнуть створку, как позади раздался холодный, жёсткий голос:

Я даю тебе несколько дней, чтобы разобраться со всем этим. Если не справишься сам — я сделаю это за тебя. Ты провёл рядом со мной больше десятка лет и прекрасно знаешь мой нрав. Моего терпения хватает только на тебя, а что до остальных...

Шэнь И оборвал фразу на полуслове, но Ци Яо прекрасно понимал, о чём речь, даже без продолжения.

Ци Яо резко повернул голову, глядя на стоявшего неподалёку мужчину, который только что открыто угрожал ему. В тот же миг он почувствовал странную, ненормальную вибрацию в центре левой ладони. Оторвав взгляд от Шэнь И, он быстрым шагом вышел из кабинета.

Вернувшись в свою комнату, Ци Яо с грохотом захлопнул дверь и, опустив голову, заглянул себе в ладонь.

И тут же судорожно втянул воздух, а лицо его страшно исказилось. Показатель Тёмной комнаты, который недавно упал до сорока, теперь непостижимым образом подскочил обратно до ста.

Чёрные как смоль цифры в точности совпадали с двумя другими числовыми значениями внизу, которые не претерпели ни малейших изменений.

Выходило, что все его прежние старания пошли прахом.

Побои, избавление от пагубной привычки, вывихнутая лодыжка, да ещё и то столкновение с Лянь Жуем, когда он намеренно сблизился с ним и слегка повредил руку — неужели все эти страдания были перенесены совершенно напрасно?

Прислонившись спиной к дверной панели, Ци Яо крепко сжал руку в кулак, прижав его к губам. Его длинные густые ресницы опустились, отбрасывая тёмные тени на нижние века. Он заставлял себя немедленно взять себя в руки и успокоиться.

Он совершил ошибку, не стоило соглашаться на уговоры Шэнь Цзэяня и остальных вместе испытывать Шэнь И. План еще не дошёл и до середины, а результат уже оказался плачевным: Тёмная комната заполнена до отказа. Если так пойдёт и дальше, его неминуемо ждет смерть.

Ци Яо круто развернулся, уставившись глазами в тёмно-красную гладь двери, и прижался к ней ладонью, ощущая просачивающийся сквозь дерево холод.

Он всё сделал не так. С самого начала он планировал действовать в одиночку, втайне выследив того, кто собирается причинить вред Шэнь И, а теперь выходило, что ему с самого начала не следовало пытаться обойти Шэнь И стороной. Дело-то было донельзя простым, но он умудрился всё только запутать.

В оригинальном сюжете говорилось, что Шэнь И погибнет в автокатастрофе — так нужно было просто следить за обстановкой вокруг машины и спокойно ждать, пока злоумышленники сами себя выдадут, и тогда не пришлось бы поднимать шум раньше времени.

Ци Яо разжал побелевшие от напряжения пальцы.

Он поднял руку, намереваясь распахнуть дверь и принести Шэнь И извинения, но, сделав шаг, внезапно замер. Размышления о Тёмной комнате заставили его напрочь забыть о главной причине их бурной ссоры с Шэнь И.

Шэнь И и впрямь любит его. Чувства Шэнь И к нему совсем не те, что он так долго себе воображал — не отношения старшего к младшему.

Его собственный гнев поначалу был искренним лишь на семь десятых. Но из этих семи десятых на долю Шэнь И приходилось едва ли три, а остальные четыре были направлены на него самого.

Потому что в тот момент, когда Шэнь И прижал его к себе и поцеловал, Ци Яо вдруг со всей ясностью вспомнил недавний случай, когда он болел простудой, и тот эротический сон, что приснился ему среди ночи. Он уже не помнил деталей, но одно врезалось в память отчётливо: крепкая, сильная мужская рука с жесткими мозолями на подушечках пальцев. Очевидно, это никак не могла быть женская рука.

Нельзя было отрицать, что тот сон подарил ему небывалый пик наслаждения и неведомое прежде сладкое томление. Стоило лишь слегка освежить это в памяти, как тело тут же отзывалось слабым, но отчетливым трепетом, словно распробовав запретный плод и тоскуя по тому упоительному блаженству.

Тогда он не стал придавать этому особого значения. В конце концов, он взрослый мужчина, и эротические сны время от времени — дело вполне обычное. С тех пор как он попал в этот мир, времени на то, чтобы побыть магом и уделить внимание собственным нуждам, у него почти не оставалось.

Но теперь, когда Шэнь И обнимал и целовал его, воспоминания о тех снах и о мужской руке, что приносила ему желанное избавление от плотской страсти — то, чего у него никогда не было в реальном мире — заставили задуматься: не скрывало ли это нечто глубоко запрятанное, от чего он так усердно и сознательно бежал?

А именно — то, что давным-давно, сам того не осознавая, он питал к Шэнь И точно такие же тайные желания, какие Шэнь И питал к нему.

Если говорить ещё точнее: он любил Шэнь И.

http://bllate.org/book/24398/2848618