Готовый перевод Rumor Has It You're My Child's Father / Говорят, ты отец моего ребенка: Глава 16

Глава 16: Легкий поцелуй

– Как он умер?

– Насмерть придавило. Голову совсем расплющило, мозги брызнули во все стороны, кишки повсюду растеклись.

Несколько человек молча опустили палочки и чашки — аппетит пропал.

Лу Хуа продолжил:

– По словам соседей, в тот момент из дома будто вырвалась огромная золотая гора, проломив крышу. Гора продолжала расти, а затем послышлись крики о помощи. Когда прибыли чиновники, золотой горы уже и след простыл. Они не поверили рассказам соседей и постановили, что тот погиб под рухнувшей крышей. Да и неважно это, в конце концов, он мертв, и старший сородич больше никогда не будет из-за него страдать. Скажи, Повелитель, я прав?

Ци Инь как раз накладывал еду в чашку, многозначительно кивнул и медленно поднялся. Лу Циньюй всё еще спал и не пришел к трапезе, а Маленький Золотой Молоточек заявил, что Ци Иню следовало бы отнести ему еду.

Едва он встал, Лу Хуа перехватил поднос:

– Я сам отнесу старшему брату, хочу немедленно сообщить ему эту новость.

– Ну хорошо, – Ци Инь разжал руку.

Маленький Золотой Молоточек: «...»

– Дальше там еще много всего.

– О том, что происходит в Царстве Демонов, в любовных романах написано очень подробно, причем большую часть времени занимают именно эти сцены, – с уверенностью произнес Ци Инь, обладавший феноменальной памятью на прочитанное. – Я тебе процитирую: словом, стоило Владыке Демонов дернуть за одежды, как длинный меч вошел в ножны, и они зашептались, прижавшись друг к другу щеками...

– Я уже все запомнил, конечно же, мне нужно идти искать своего спутника жизни.

– Я знаю.

В конце концов, он ведь не Владыка Демонов, а маленький даос — не Бессмертный Владыка, так что слепо копировать они не собирались, но суть он уловить вполне мог.

Поэтому после обеда Ци Инь прогулялся по улице, по совету Маленького Золотого Молоточка купил роман и вернулся в комнату для изучения.

– Главное — чтобы там было много сладости и обожания.

Если не учиться по романам, а полагаться на собственные мысли, то и до развития чувств дело не дойдет, и не успеет пройти и полдня, как им придется идти разными дорогами.

– Можешь не озвучивать вслух, – Маленький Золотой Молоточек аж потом обливался. – Как бы это не оказалось запрещенной литературой.

Увидев, что Ци Инь поднимается, он тревожно спросил:

– Ты куда это собрался?

Верно, в прошлый раз эта младшая сородича ведь брала даоса под руку!

Ци Инь читал быстро, пролистав книгу всего за час, но у него возник вопрос:

– Это ты называешь сладостью и обожанием?

Маленький Золотой Молоточек: «?!»

– Стоп-стоп-стоп, – Маленький Золотой Молоточек торопливо прервал его. – Можешь больше не цитировать.

Маленький Золотой Молоточек остался крайне доволен: «Роман о бессмертных и демонах: Погоди меня, Бессмертный Владыка». Одно название говорит о том, что это милая и романтичная история о любви, Повелителю стоит хорошенько поучиться.

Нет-нет, отношения этих двоих определенно выглядели странно: мало того, что обменялись вышитыми мешочками, так сейчас уже вечер близится, разве приличествует одиноким мужчине и женщине находиться в одной комнате? Да еще и еду носят — глядишь, еще и с ложечки кормить надумает.

Когда он добрался до комнаты Лу Циньюя, Лу Хуа все еще был там — сидел на краю кровати, а Лу Циньюй держал его за рукав.

Маленький Золотой Молоточек: «...»

Он поспешно обратился к Ци Иню:

– Повелитель, времени терять нельзя, пойдем выберем другой роман и изучим его как можно скорее, надо углубить ваши отношения.

– Я все понял. История в романе развивается так: Владыка Демонов влюбляется в Бессмертного Владыку и, воспользовавшись тем, что тот лишился духовной силы, насильно удерживает его в Царстве Демонов, изо дня в день вытворяя с ним всякое. Позже Бессмертный Владыка восстанавливает силы, возвращается к Бессмертным Вратам и всем сердцем устремляется к Дао. Владыка Демонов безуспешно молит о пощаде, уничтожает собственную базу культивации, жертвует душой и проходит ради Бессмертного Владыки сквозь огонь и воду, пока наконец вновь не добивается его мимолетного взгляда, и в конце концов они живут долго и счастливо.

С каких это пор история превратилась в тюрьму для пленника и крематорий для чувств? Почему этот роман до сих пор не переименовали в «Сети небесные широки: куда ты бежишь, Владыка Демонов»?

Он попытался спасти хоть капли своего достоинства:

– Должны же там быть моменты сладкой романтики... Которым можно поучиться? Ну, неужели в Царстве Демонов не описано, как они мирно ладят друг с другом?

– Нет, вот этому тебе точно следовать нельзя.

В сердце Маленького Золотого Молоточка забили тревогу колокола, но раз уж тот сам пришел, пытаться теперь перехватить инициативу со стороны Повелителя выглядело бы слишком мелочно.

Заметив вошедшего Ци Иня, оба кивнули в знак приветствия. Лу Хуа попытался высвободить руку, но Лу Циньюй не позволил ему двинуться. Подойдя ближе, Ци Инь увидел, что Лу Циньюй аккуратно наматывает на его руку бинт.

– Ты ранен? – спросил он.

Лу Хуа взглянул на старшего сородича и, дождавшись его кивка, пояснил:

– Несколько дней назад во время состязания по технике маскировки у отца этого Ян Чэна отсутствовал палец на руке — на левой руке у него было всего четыре пальца. Чтобы добиться максимального сходства, я сам отсек себе палец. Я все это время скрывал рану с помощью талисмана остановки кровотечения, но только что старший сородич заметил ее. Я говорил, что ничего страшного, почти зажило, но он уперся и заставил меня перевязать рану.

Маленький Золотой Молоточек: «?!»

Ци Инь:

– Вы, люди, если палец отрежете, он что, вырастет заново?

Вопрос прозвучал странно, и Лу Хуа на мгновение опешил, после чего ответил:

– Конечно не вырастет.

– Тогда тебе лучше пореже использовать эту технику маскировки, – Ци Инь тоже присел на край кровати. – Вдруг в один прекрасный день тебе придется изображать безглавого призрака — ты что, и голову себе отрубишь?

Лу Хуа рассмеялся:

– До такого не дойдет. Если голову отрубить, разве жизнь не оборвется?

Ци Инь тоже улыбнулся:

– Стоит ли пустяковое состязание того, чтобы калечить пальцы?

– Ничего страшного, всего лишь палец, пустяк.

Маленький Золотой Молоточек: «?!»

Лу Хуа оглядел перевязанную бинтом руку и тяжело вздохнул:

– Теперь все начнут расспрашивать, хлопот не оберешься. Повелитель, пригляди за старшим сородичем, а я пока пойду.

Дверь отворилась и вновь закрылась.

Поскольку уже стемнело, Ци Инь зажег лампу на столе, вернулся на край кровати и, уперевшись локтями в колени, принялся разглядывать собеседника. Он мысленно перебрал весь сюжет прочитанного романа, но так и не нашел ни одной сцены, хоть отдаленно напоминавшей нынешнюю ситуацию, что доставило ему немало хлопот.

Маленький Золотой Молоточек говорил, что нужно действовать гибко. Поразмыслив еще немного, Ци Инь решил: ладно, пусть даже ситуация не совсем та, процесс-то везде примерно одинаковый — сначала раздеть, а потом лечь вместе спать.

Зашептаться, прижавшись друг к другу щеками, — это проще простого. Он перевел взгляд на мочки ушей Лу Циньюя: подумаешь, потрогать за уши, он ведь уже трогал их раньше, ха-ха...

Что же до меча, входящего в ножны, то Меч из персикового дерева и так в ножнах, так что можно об этом не беспокоиться.

Вот так, глядишь, их отношения шагнут далеко вперед.

Завершив анализ, он перевел взгляд на воротник одежды Лу Циньюя: пуговиц несколько, надо расстегнуть.

Лу Циньюй как раз заговорил с ним:

– Моего приемного отца ты устранил? Спасибо тебе.

– Пустячное дело, просто иллюзия, к тому же это самая низшая вводная техника Бессмертных Врат. Не будь он столь жаден, остался бы жив.

Лу Циньюй в знак благодарности слегка кивнул:

– По идее, нам следовало сыграть свадьбу немедленно, но у меня совсем нет сил. Как только мне станет лучше, мы все устроим, прости.

– Мм, поправишься — и сыграем, – Ци Инь думал точно так же и, говоря это, протянул руку к его пуговицам.

Лежавший на кровати человек испуганно замер и вцепился в его руку:

– Нет, Повелитель.

– Не двигайся, – Ци Инь высвободил руку и, приложив небольшое усилие, опрокинул полусидевшего человека на постель. Навалившись сверху, он зафиксировал его так, чтобы тот не мог брыкаться, и принялся неторопливо расстегивать пуговицы.

– Повелитель, – лицо Лу Циньюя побелело. – Повелитель, до брачной ночи нельзя переходить черту.

Его движения чуть замедлились:

– Почему обязательно ждать брачной ночи?

– Это...

– Ты хочешь сказать, что мы сможем делать вот так только после того, как сыграем свадьбу?

Лицо Лу Циньюя снова покраснело:

– Да.

– Хорошо.

В романе те двое ведь явно не справляли свадьбу, однако надо мыслить гибко и ничего не копировать слепо, напомнил он себе.

Он принялся медленно застегивать только что распущенные пуговицы обратно.

Лу Циньюй слегка изумился, помолчал немного, закусил губу и, пристально глядя на него, произнес:

– Я могу сейчас... только так.

Он чуть приподнялся и легко коснулся губами щеки Ци Иня.

Руки, застегивавшие пуговицы, внезапно замерли. Словно легкий ветерок колыхальной травы коснулся струн души, Ци Инь почувствовал, как в груди защемило, а мысли, полные чистой безмятежности, разом рассеялись.

Его сознание на миг опустело, а когда он снова взглянул на собеседника, то увидел, что лицо того залито ярко-красным румянцем, который уже расползался до самых ушей.

– Не... недостаточно? – голос Лу Циньюя дрогнул.

Заметив, что тот не отстраняется, он решил, будто этот легкий поцелуй ничего не объясняет, и, закрыв глаза, прижался губами прямо к губам сидевшего перед ним человека.

Словно небесная молния поразила макушку, Ци Инь замер всем телом, и в голове разом стало абсолютно пусто.

http://bllate.org/book/24451/2866504