Готовый перевод When I Saw the Prince as a Youth / Когда я увидела Его Высочество юным: Глава 17

Гао Юэсин в конце концов сказала ему: Я не добрая душа, так что можешь смело меня ненавидеть.

Фу Юнь вошла внутрь уже почти четверть часа назад. Гао Юэсин считала время, ожидая её снаружи. Лекарства в Императорской академии медицины выдавали не просто по первому требованию, сколько захочешь. К тому же чжаои Мэй при жизни не пользовалась особой благосклонностью императора и не имела в гареме такой власти, чтобы вертеть всеми как угодно, поэтому любые лекарственные средства и прочие вещи приходилось запрашивать строго по правилам и регламенту. За один раз Императорская академия медицины могла выдать рецептурные препараты максимум на полмесяца. А лекарства для сохранения беременности, которые чжаои Мэй собирала по крупицам, на самом деле перестали выдавать ещё до дня зимнего солнцестояния. Если вести отсчёт от этого момента, то истинная дата рождения Третьего принца должна была быть примерно на полмесяца раньше официальной.

Маленькая дворцовая служанка поспешно привела императорского лекаря Чэня. Они пришли раньше, чем ожидалось. Императорский лекарь Чэнь в официальном облачении, опустив голову, стоял у входа и ждал, пока о его приходе доложат. Гао Юэсин поспешно вышла за ворота дворца, перехватила их и отправила служанку искать какую-то вещь.

Императорский лекарь Чэнь озирался по сторонам, не видя Фу Юнь, и на его лице отразилось недоумение. Гао Юэсин взяла себя в руки и произнесла: Господин Чэнь, вы ищете сестрицу Фу?

Императорский лекарь Чэнь знал, кто она такая, поэтому держался очень учтиво, склонился и ответил: Да, ищу её. Вы не знаете, куда она ушла?

Гао Юэсин указала на главный зал: Благородная вдова наложница Хуэй ещё с утра позвала сестрицу Фу к себе для разговора, она до сих пор не вышла.

У императорского лекаря Чэня под полами чиновничьего халата задрожали колени. Гао Юэсин замолчала, и он принялся придумывать способы разговорить её. Он похлопал себя по одежде, словно пытаясь найти какую-то безделушку, чтобы задобрить ребёнка, но, увы, ничего не нашёл. Ему пришлось понизить голос и окольными путями начать расспрашивать: Удобно ли госпоже Гао жить во дворце Цзинмэнь? Здорова ли в последнее время вдова наложница Хуэй?

Гао Юэсин, прислонившись к дверному косяку, не спеша беседовала с ним: Вдова наложница Хуэй чувствует себя прекрасно, вот только настроение у неё не очень. В последнее время она почти не улыбается и всё время ходит с нахмуренным лицом.

Императорский лекарь Чэнь был человеком вдумчивым. Над каждым словом Гао Юэсин он тщательно размышлял, пытаясь уловить скрытый смысл. Настроение у вдовы наложницы плохое? Не улыбается?

Гао Юэсин небрежно добавила: Раньше Третий принц мог развеселить вдову наложницу Хуэй, и та даже улыбалась, но теперь и это не помогает. Не знаю почему, но в последнее время вдова наложница, кажется, не слишком горит желанием видеть Третьего принца…

Императорский лекарь Чэнь: ...

Гао Юэсин предоставила ему достаточно времени, чтобы тот мог вдоволь помучиться догадками, а затем заметила, как лекарь поднял рукав и вытер пот со лба. Погода стояла холодная, и даже она, закутанная в лёгкую шубку, чувствовала, как пробирает озноб, а императорский лекарь Чэнь, одетый в тонкий официальный халат, умудрился даже вспотеть.

Императорский лекарь Чэнь сглотнул и спросил: Вдова наложница читала вчерашние записи о пульсе?

Вчера, когда Фу Юнь запрашивала записи о пульсе, она сослалась на то, что должна представить их на рассмотрение вдове наложнице. Это не было ложью. Просто Гао Юэсин сначала сама их изучила, а лишь сегодня утром передала вдове наложнице для ознакомления. Было ли это сделано по поручению вдовы наложницы — уже не имело значения.

Гао Юэсин сказала: Конечно, читала. Сестрица Фу Юнь всю прошлую ночь не спала, работала, сказала, что с лекарствами что-то не так… Ой, господин Чэнь, что с вами?!

Императорский лекарь Чэнь схватился за дверную раму, собираясь опуститься на колени, но каким-то чудом удержался на ногах. Гао Юэсин не знала, осведомлён ли он и насколько глубоко замешан во всём этом. В конце концов, это была огромная авантюра. Гао Юэсин поняла, что необходимо его подготовить.

Императорский лекарь Чэнь бормотал: Ничего, ничего…

Гао Юэсин, с трудом поддерживая его, подхватила: Ничего, ничего, сестрица Фу тоже сказала, что всё в порядке. Она специально просила меня подождать здесь, чтобы передать вам кое-какие слова.

Императорский лекарь Чэнь: Скорее говори.

Гао Юэсин медленно произнесла: Она сказала — прошло уже много времени, это дело давних дней, и все мы оказались в неведении. Нелегко было отыскать хоть какие-то зацепки, и в этом деле всё зависит от вашей проницательности, господин Чэнь.

Императорский лекарь Чэнь наконец перевёл дыхание, чувствуя, будто к нему возвращается жизнь.

Гао Юэсин: Ещё она сказала…

Императорский лекарь Чэнь поторопил: Что ещё?

Гао Юэсин: Сестрица Фу Юнь сказала, что в последнее время наговорила вдове наложнице много лестных слов, так что вы, господин Чэнь, действуйте по обстановке и смотрите, не проговоритесь.

И как нельзя кстати, стоило Фу Юнь закончить эту фразу, как двери в главном зале вдовы наложницы Хуэй распахнулись. Дворцовая дама, стоя в дверях, громко объявила: У вдовы наложницы приказ, немедленно позвать императорского лекаря Чэня во дворец…

Не ожидая, что императорский лекарь Чэнь уже стоит у дверей, она запнулась на последнем слове. Лекарь, сам того не заметив, приподнял полы халата и вошёл внутрь.

Гао Юэсин некоторое время постояла во дворе, но всё равно не могла успокоиться. Пользуясь своим невысоким ростом, она бесшумно подошла ближе и, выбрав неприметное место, притаилась, чтобы подслушать разговор за стеной.

Перед вдовой наложницей Хуэй лежали записи о пульсе. Не дожидаясь, пока императорский лекарь Чэнь совершит поклон и поприветствует её, она с тяжёлым лицом спросила: Фу Юнь сказала мне, что, изучая старые записи о пульсе, ты обнаружил, что истинное время рождения покойной чжаои Мэй вызывает сомнения?

Императорский лекарь Чэнь вздрогнул. Гао Юэсин сжала пальцы. Только не провались, умоляю, не провались…

Императорский лекарь Чэнь, не теряя самообладания, посмотрел на Фу Юнь, стоявшую в стороне. Увидев, как та слегка кивнула ему, он, подбирая слова, ответил: Действительно, я случайно обнаружил некоторые несоответствия. Дело столь серьёзное, что я не посмел медлить и немедленно попросил Фу Юнь доложить обо всём Вашему Высочеству.

Вдова наложница Хуэй спросила: Почему же ты не доложил напрямую Императору?

Императорский лекарь Чэнь ударил челом: Отвечаю вдове наложнице: дело это неслыханное, я побоялся принимать решение в одиночку!

Услышав это, Гао Юэсин почувствовала облегчение. Императорский лекарь Чэнь — человек умный, он знает, как спасти свою шкуру. Теперь, если вдова наложница не будет докапываться до мелочей, правду и ложь не составит труда смешать. Очевидно, что вдова наложница не хотела в такой щекотливый момент тратить силы на детали, ведь вопрос императорской крови был куда важнее.

В общих чертах я уже услышала всё от Фу Юнь. Если есть сомнения в том, когда родила чжаои Мэй, то как быть с новорождённым младенцем, которого Император видел собственными глазами в ту ночь?

В ту ночь во дворце родилось больше одного ребёнка, и вдова наложница Хуэй знала об этом. Она не то чтобы не могла догадаться, она боялась об этом думать. Вдова наложница Хуэй боялась об этом думать. Поэтому ей нужен был кто-то, кто осмелился бы сказать правду.

Императорский лекарь Чэнь подготовился к ответу: Я не видел ребёнка, рождённого чжаои Мэй, поэтому не могу делать поспешных выводов. Однако, когда рожала Императорская благородная супруга Чжэн, все лекари были в полной готовности во дворце. Когда Третьего принца только вынесли из колыбели, я мельком взглянул на него…

Императорский лекарь Чэнь на миг запнулся.

Вдова наложница Хуэй в гневе ударила по столу: Говори.

http://bllate.org/book/24480/2870920