Готовый перевод Transmigrated to the Delta: One Body with Said? / Пересекая Дельту: Две души в одном теле с Саидом: Глава 2

Реальность же заключалась в том, что Датина № 0 отнюдь не была его исконными владениями.

Корпорация Хафк потратила семь лет кропотливого труда на возведение этой плотины, и столь важный стратегический объект неизбежно должен был охраняться огромными силами и находиться в режиме строжайшей изоляции.

Среди обрывков воспоминаний Ли Сяодао смог сложить воедино некую картину: с момента запуска проекта Великое инженерное сооружение в регионе Асала Корпорация Хафк творила здесь полный беспредел, что привело к череде бедствий и невыносимым страданиям простого народа.

Саид Зиятим родился в небольшой деревушке на берегу реки Умм. Хафк проспонсировала противников его родного селения, позволив тем пойти в наступление и полностью вырезать деревню.

Чудом избежав гибели, Саид долгое время скитался по лесам, выживая за счет охоты и выискивая возможности для мести.

Лишь в 2030 году Юсеф Фасим сформировал Гвардию Асала, объединив местных политиков, торговцев, полевых командиров и прочие силы с целью свержения прогнившей династии.

Саид спас высокопоставленного офицера Гвардии Асала, после чего получил приглашение вступить в ряды гвардейцев и прошел военную подготовку.

Исполненный жгучей ненависти, он благодаря тренировкам продемонстрировал стремительный рост боевых навыков, а впоследствии выполнил для гвардии немало задач по ликвидации, похищению людей и совершению набегов на объекты Хафк.

Со временем благодаря своим способностям он заслужил признание вышестоящего руководства, обзавелся собственным отрядом и отделился от прежних сил.

После этого Саид непрерывно набирал новобранцев, его влияние крепло в бесконечных стычках, закалявших его людей, а сам он снискал широкую известность в Асале.

В конце концов он дослужился до поста [Командира стражи] Гвардии Асала.

Однако после помощи Юсефу в свержении старой власти ресурсы и припасы, которые Саид мог от него получать, начали неуклонно сокращаться.

Будучи охотником, Саид прекрасно понимал непреложную истину: когда заяц будет пойман, неизбежно сварят и гончую псу за ненадобностью. Хотя внешне он по-прежнему почитал Юсефа в качестве лидера, втайне он постепенно добивался полной независимости своего отряда.

В последнее время он бросал все силы на разработку плана по захвату контроля над Датиной № 0.

Буквально прошлым вечером Саид во главе небольшого отряда устроил засаду по обе стороны дороги, ведущей из Долины Длинного Лука к Датине № 0.

Эта дорога служила для Хафк главной артерией материально-технического снабжения плотины.

По первоначальному замыслу операция не предвещала сложностей, но что-то пошло не так.

Враг, судя по всему, подготовился заранее, а поскольку ради сохранения секретности Саид взял с собой совсем немного людей, они очень быстро оказались в невыгодном положении.

Сам же он из-за подлой пули предателя получил тяжелейшие ранения и балансировал на грани смерти.

В конце концов, влача полуживое тело, он вывел остатки отряда и с боем прорвался сквозь кольцо окружения, после чего сбежал в этот временный лагерь — дожидаться конца.

— Этот сценарий как-то не сходится... — Ли Сяодао мысленно нахмурился.

Захват Датины № 0 — задача не из легких, и любые действия Саида ради достижения этой цели вполне логичны, пусть об этом в игре и не упоминалось.

То, что среди его людей затесался предатель, тоже вполне объяснимо: контингент в отряде пестрый, и Старик Сай не мог гарантировать абсолютную преданность каждого.

Но как бы то ни было, по каноничному сюжету Саид никак не мог погибнуть до захвата плотины.

Что же привело к столь колоссальным изменениям?

Ответ лежал на поверхности. Ли Сяодао вспомнил череду системных звуковых оповещений в момент потери сознания — во всем были виноваты такие «игроки», как он сам.

Он бросил взгляд на неочищенные следы крови у входа.

Тот парень по имени Лакшен вполне мог оказаться таким же «игроком», как он, либо подвергнуться влиянию со стороны «игрока».

А его злополучный выстрел спровоцировал грандиозный сдвиг всей мировой линии, попутно забросив самого Ли Сяодао прямиком в голову Саида.

— Тьфу ты, черт побери, ну и подох же ты, да еще и меня подставил... — мысленно выругался Ли Сяодао.

— Сократ... — Саид к этому моменту уже полностью успокоился.

Он тихо повторил это имя, машинально постукивая пальцами по виску, словно раздумывая, как выковырять эту «крысу» из собственных мозгов и прикончить.

— Да не стучи ты, — остановил его Ли Сяодао. — Мозги-то у нас теперь на двоих, того гляди, отобьешь последнее.

Саид прекратил движение, но ничего не ответил.

— Слушай, Саид, — глубоко вздохнув, произнес Ли Сяодао. — Мы сейчас в одной лодке. Если хочешь убраться отсюда живым вместе со своими людьми, лучше не забивай себе голову лишним и для начала прими мое существование.

Саид по-прежнему хранил молчание.

На какое-то время в помещении воцарилась странная тишина.

Долгое время спустя Саид поднялся на ноги:

— Попридержи язык, если не хочешь неприятностей.

С этими словами он толкнул дверь и вышел из комнаты.

Снаружи по-прежнему дежурили бойцы — практически все раненые, с лицами, искаженными тревогой и беспокойством. Увидев командира, они тут же устремили на него взгляды.

Обведя всех тяжелым взглядом, Саид негромко произнес:

— Я знаю, что здесь опасно, и понимаю ваше стремление поскорее отступить. Но эти цепные псы Хафк прочесывают местность без передышки.

— Сейчас они — охотники, а мы — загнанные звери.

Он вскинул руку, указывая вдаль:

— Прозвучавший недавно выстрел неминуемо привлечет сюда ищеек. Бросаться сейчас в отступление сломя голову — значит позволить им настичь нас и перебить всех до единого.

Бойцы нахмурились, их лица стали еще мрачнее.

— И всё же, — голос Саида внезапно ожесточился, — у нас еще есть шанс на победу. Всему личному составу занять позиции для обороны на местах! Застанем их врасплох.

— Око за око, зуб за зуб. Покажем этим шавкам Хафк, кто здесь настоящий охотник.

— За Асалу!

Приказы Саида были исполнены незамедлительно.

Тягостное волнение во временном лагере сменилось куда более жесткой и холодной дисциплиной.

Бойцы молча рассредоточились по руинам: за разрушенными стенами, среди груд битого кирпича, в тенях высохших деревьев.

Они проверяли оружие, выравнивали дыхание, вжимаясь телами в каждый изгиб местности, и терпеливо ждали, когда самонадеянные охотники угодят в засаду.

Саид вернулся в убогую комнату и затворил за собой дверь.

Изнуренному голодом организму предстояло выдержать грядущую схватку.

Из холщового мешка на столе он извлек завернутый в промасленную бумагу жесткий лепешечный хлеб и две полоски вяленого мяса.

Лепешка оказалась грубой, темного цвета, а мясо затвердело словно дерево.

Отрезав кусок, он запихнул его в рот; во рту мгновенно пересохло от мучнистой пыли, и чтобы смочить ее слюной хоть как-то для проглатывания, требовалось немалое усилие.

— И этим мы будем питаться? — с трудом пережевывая пищу, возмутился Ли Сяодао. — Эта дрянь по твердости ничуть не уступает холодному оружию.

Саид оставил замечание без внимания и продолжил заталкивать лепешку в рот.

Еда — это всего лишь топливо, а ее вкус не имеет никакого значения.

Ему доводилось бывать и в куда более худших переделках: когда он сбежал из уничтоженной деревни и скитался по лесам без единой удачной охоты, о такой черствой лепешке оставалось только мечтать.

— Послушай, Старик Сай, когда все это закончится, — Ли Сяодао вовсе не смущало молчание собеседника, и он продолжал болтать сам с собой, — я... эх, впрочем, неважно.

Саид ничего не ответил. Проглотив последний кусок сухаря, он сделал пару глóтков отзывающейся железистым привкусом воды из фляги.

Ощущение пустоты в желудке исчезло, и по всему телу вместе с приливом тепла стала возвращаться сила.

Он подошел к окну и выглянул наружу сквозь разбитый оконный переплет.

Заходящее солнце стремительно скрывалось за изломанными силуэтами далеких гор, и последние лучи окрашивали небо и землю в мутновато-ржавые тона.

Тени выползали из каждого уголка руин, сплетались воедино и пожирали оставшиеся очертания предметов.

Наступила кромешная тьма, температура стремительно падала.

— Всем соблюдать тишину, ждать команды.

Голос Саида через рацию донесся до бойцов, и притаившиеся в развалинах фигуры бесшумно растворились в еще более глубокой темноте.

Однако, отдав приказ, сам он прятаться не стал.

Вместо этого Саид направился в угол комнаты, приволок к центру старую, покрытую толстым слоем пыли железную жаровню, достал из-за пазухи огниво с щепоткой пропитанной жиром ветоши и сноровисто высек искру.

Вылетевшие искры подожгли трут, после чего он подбросил внутрь несколько сухих щепок и обрывков тряпья.

Оранжево-красные языки пламени заплясали, разгоняя крошечный клочок тьмы и отбрасывая на исцарапанные стены колеблющуюся, вытянутую тень закутанной в капюшон фигуры Саида.

— Мы... точно не планируем спрятаться? — Ли Сяодао сразу раскусил замысел Саида.

Саид промолчал.

Он вытащил с пояса керамбит: изогнутое лезвие, не слишком длинное, но на редкость массивное, в тусклом свете отливало глутовой матово-красной мерцающей темнотой, напоминая запятнанный кровью клык хищника.

Ли Сяодао узнал этот нож — он назывался Чисяо.

Затем Саид извлек из груды хлама под столом потрескавшийся деревянный брусок длиной с предплечье.

Усевшись у жаровни, при свете огня он принялся строгать дерево кинжалом.

Движения его были уверенными и неторопливыми. Лезвие с тихим шелестом срезало древесные волокна, крошечные опилки падали вниз, завиваясь и обугливаясь на краю пламени.

Его взгляд был прикован к работе с такой сосредоточенностью, будто во всей вселенной не осталось ничего, кроме зажатого в руке дерева и кинжала.

— У тебя и такие таланты имеются? — слегка удивился Ли Сяодао.

Однако Саид обошел слова Ли Сяодао молчанием и продолжил говорить сам с собой:

— Ты подарил мне жизнь и этот Чисяо...

Кончик кинжала тщательно вырисовывал и выскребал верхнюю часть деревянного бруска, постепенно проступали примерные очертания головы, а следом — линии плеч и шеи.

— ...научил меня быть искусным охотником.

Пальцы Саида скользили по вырезанным желобкам, корректируя угол наклона и продолжая углубляться в резьбу.

Постепенно фигурка обретала четкие очертания: это был мужчина с суровыми чертами лица, выделяющимися скулами, глубоко посаженными глазами и густой бородой на подбородке.

— Но я...

Выражение лица вырезанного из дерева человека не излучало доброты, неся на себе печать жесткости и превратности судьбы, столь характерных для обитателей суровых пустынь.

— ...так и не смог защитить тебя.

Саид замер и легонько провел пальцем по щеке деревянной фигурки, счищая последние шероховатости.

— Я сдержу обещание...

Он поднялся на ноги и аккуратно водрузил фигурку на полку прямо напротив входа, словно безмолвного свидетеля.

— Их кровью...

Керамбит качнулся между пальцами, совершил полуоборот и замер в крепко сжатом кулаке.

— ...молитва за тебя!

Затем Саид без предупреждения со всей силы пнул жаровню ногой.

С грохотом горящие щепки и уголья веером рассыпались по полу, во все стороны брызнули искры, но грубая глинистая почва мгновенно поглотила большую часть света.

Комната вмиг погрузилась в еще более непроглядную тьму, лишь редкие искорки тлели по углам, а недавнее светлое пространство превратилось в сплошную слепую зону.

Сам же Саид в ту же секунду, пока переворачивалась жаровня, бесшумно скользнул назад и вбок, полностью растворившись в тени.

Тьма не была для него преградой — она служила родной стихией.

Ли Сяодао физически ощущал изменения, происходившие с телом: дыхание стало едва уловимым, пульс — ровным и замедленным, а мышцы расслабились, хотя и таили в себе пружинистую готовность к мгновенному взрыву.

В этот момент он даже не пытался отвоевать у Саида хотя бы крошечную долю контроля над телом, смертельно боясь помешать его охоте.

Идут.

Совсем слабый, едва различимый звук шагов по гравию.

Причем не в одном месте.

Незваные гости действовали предельно осторожно: ступали крайне легко, делая долгие паузы в попытках заглушить шум, но для чуткого слуха Саида это звучало слишком громко.

Дверь медленно, буквально по сантиметру, приоткрылась, и в щель просунулись два ствола.

Дула быстро и настороженно обшарили тлеющую кучу мусора в центре комнаты, пустой стол, опрокинутый стул...

И наконец замерли на новой деревянной статуэтке, словно на мгновение засомневавшись.

Этого мгновения оказалось достаточно.

Шедший позади солдат Хафк заметил, как его товарищ спереди внезапно замер, а в следующую секунду до слуха донесся звук капающей на пол вязкой жидкости.

С глухим стуком шедший впереди боец рухнул на землю, поднимая облачко пыли.

— Враг!

Солдат в панике попытался развернуть оружие, но в темноте не видел абсолютно ничего.

Они преследовали цель в спешке и даже не захватили приборов ночного видения, не подозревая, что собственная беспечность станет их смертным приговором.

Внезапно он почувствовал, как чья-то рука тисками обхватила его сзади, а к горлу прижалось что-то холодящее.

— Покойся с миром...

Стоило лезвию полоснуть по шее, как тело солдата свело судорогой, и он окончательно обмяк.

Подхватив его, Саид бережно опустил бездыханное тело на пол.

— Там... — донеслось из-за двери приглушенное до шепота вопросительное слово, едва успевшее сорваться с губ.

Саид уже присел и выскользнул наружу; в темноте мелькнула стремительная тень смертоносной стрелы.

Стоявший у входа боец только-только заподозрил неладное в поведении напарника, как в области шеи ощутил ледяной укол — артум и трахея были пробиты арбалетным болтом.

Асала не знает трусов

Солдат тщетно зажал горло руками, хрипя и сопя, после чего его тяжелое тело завалилось назад, с глухим стуком врезавшись в полуразрушенный дверной косяк.

В ночной тишине этот звук прозвучал оглушительно громко.

— Нападение!

Последний солдат у этой двери наконец пришел в себя, взревел и резко перевел ствол внутрь темной комнаты, вскидывая палец к спусковому крючку.

Но в момент нажатия тень уже исчезла с прежнего места.

Едва третий боец врезался в косяк, Саид за счет инерции совершил обратный кувырок в сторону, укрывшись за низкой полуразваленной стеной снаружи.

Пули взрыли землю в том самом месте, где он находился мгновением ранее, выбив сноп мелких осколков.

Этот солдат оказался куда опытнее: он не стал слепо рваться вперед, а быстро переместился, пытаясь отыскать укрытие и удобный угол для стрельбы, и одновременно закричал в закрепленную на плече гарнитуру:

— Обнаружена цель! Нахо— ух!

Последний короткий вздох изумления оборвался от прикосновения подкравшегося сзади холода.

Саид каким-то образом успел зайти ему за спину.

Он двигался не из-за низкой стены, а вдоль внешнего периметра руин, надежно укрытый сплошной тенью обрушенной кладки.

Его шаги были бесшумными: меняя позицию, он на ходу перезарядил ручной арбалет и без малейших колебаний нажал на спуск.

Теплая жидкость брызнула во все стороны.

Солдат рухнул на землю, а из его наушника продолжали доноситься встревоженные вопросы.

И в этот самый миг —

— Трах! Трах-тах-тах!

С восточной стороны лагеря грянул яростный оружейный залп!

Четкие одиночные выстрелы вперемешку с плотными очередями в один миг разорвали мнимое спокойствие ночи.

Следом завязался бой на западной и северной окраинах, где треск стрельбы утопал в предсмертных криках застигнутых врасплох бойцов Хафк и громогласных боевых кличьях солдат Асала:

— Жри свинец!

— Лови подарочек, специально для вас старались!

— Вам конец!

Засада принесла свои плоды.

Поисковая группа корпорации, отвлеченная огнем из комнаты и кратким столкновением, а также дезориентированная обрывом связи, угодила прямо в тщательно расставленную перекрестную сеть огня отчаянных головорезов Саида.

В глазах Саида мелькнул холодный, жесткий блеск.

Больше не прячась, он выпрямился во весь рост, решительно вернулся в комнату и подхватил опиравшийся на стол пулемет M249.

Тяжелый ствол лег в руку, лента с патронами зловеще загремела.

Он единым движением сгреб в карман куртки маленькую деревянную фигурку отца, после чего развернулся и бросился туда, где треск выстрелов стоял наиболее ожесточенно.

Черно-красный силуэт слился с пляшущими языками пламени и клубами порохового дыма, а патроны уже досылались в патронник.

В следующее мгновение над развалинами пронесся яростный рев M249, и пулеметная очередь калибра 5,56 мм ливнем обрушилась на пытавшихся перестроиться солдат Хафк.

В отсветах пожарища фигура Саида казалась явившимся из багровой ночи демоном: при каждом звуке выстрелов — коротких или длинных — происходило неизбежное. Пулеметный расчет противника, попытавшийся высунуться для организации перекрестного огня, был тут же подавлен, а отряд, пробиравшийся во фланг, потерял двоих бойцов и откатился обратно под прикрытие укрытий.

— Командир! Восток зачищен!

— Запад держим!

В наушниках зазвучали короткие доклады подчиненных, пропитанные эйфорией от первой удачной стычки.

Саид выпустил весь короб патронов, молниеносно сменил его, а его ледяной взгляд окинул поле боя.

— Сжать периметр, не втягиваться в затяжной бой.

Первоначальная засада нанесла врагу ощутимый урон, но неразбериха постепенно сходила на нет — бойцы Хафк всё же были отлично обучены.

Выжившие противники уже успели закрепиться за руинами и техникой, организовав методичный ответный огонь.

Свист пуль в воздухе стал куда плотнее, они с глухим стуком впивались в полуразрушенные стены.

— Под прикрытием друг друга отступаем к речной долине, — отдал приказ в рацию Саид. — У них слишком много людей, в лоб нам не выстоять.

Приказ незамедлительно пошел в исполнение.

Бойцы начали откатываться со своих позиций наподобие отступающего прилива: тройками, где одна группа прикрывала передвижение двух других, не давая огню угаснуть ни на секунду.

Саид остался в арьергарде, время от времени изрыгая из ствола пулемета огненные плевки, втаптывая обратно в укрытия любого смельчака, пытавшегося высунуться для преследования.

Но давление неумолимо возрастало.

В наушниках солдат Хафк звучали аналогичные приказы:

— Не бойтесь этого одержимого жаждой мести безумца Саида, он загнан в угол, припасы на исходе, подкрепление уже в пути, одним усилием дожмите его!

Вдали послышался рев моторов, и два луча ослепительных фар прорезали темноту, выписывая зигзаги по ухабам на пути к полю боя.

Вражеские подкрепления прибывали одно за другим.

— Гранатомет! — бросил Саид.

Боец с плечевым противотанковым гранатометом выскочил из-за укрытия, быстро прицелился, и из сопла РПГ вырвался язык ослепительно-белого пламени.

Реактивная граната с дымным шлейфом устремилась к головному бронированному пикапу и со взрывом превратила его в огромный шар пламени; искореженная машина завалилась набок у обочины.

Однако вторая машина тут же резко затормозила, и грохот установленного на ней тяжелого пулемета мгновенно залил свинцом позицию гранатометчика, заставив того укрыться под градом летящих каменных осколков.

— Уходим!

Саид короткими очередями всадил пули в бронещит тяжелого пулемета, выбив каскад искр и выиграв для откатывающегося в укрытие бойца драгоценные секунды на бросок за следующую стену.

Отступление превратилось в изнурительную позиционную борьбу.

Ободренные подходом подкреплений и поддержкой тяжелого вооружения, солдаты Хафк предприняли попытку охвата малыми силами и перешли в разведку боем.

Пули со свистом рассекали воздух, изредка раздавались разрывы гранат, от которых содрогалась земля.

У людей Саида ранение в бедро получила одна из фигур при перебежке; товарищи с криками отчаянно потащили его за собой, а из другого укрытия донесся глухой стон — в канале связи навсегда замолк чей-то голос.

— Так дело не пойдет, Старик Сай! — с нарастающей тревогой в голосе взревел Ли Сяодао. — Нам тоже пора отступать! Врагов все больше, если промедлим, нас окружат со всех сторон!

Саид оставил его слова без внимания, укрывшись за полуобрушенной бетонной стеной и быстро сменив последний пулеметный короб.

Через трещину в кладке он насчитал по меньшей мере сорок-пятьдесят темно-синих силуэтов, уверенно продвигавшихся вперед под прикрытием укрытий, а вдали продолжали блуждать огни фар.

— Всем бойцам убыть к речной долине. Рассредоточиться, действовать по обстановке и соединиться с Хасаном, — отдал приказ Саид.

— Командир, а вы? — послышался в гарнитуре встревоженный вопрос.

— Я уведу их за собой.

Бросил Саид с поразительным спокойствием, словно собирался прогуляться перед сном.

— Нет!

http://bllate.org/book/24573/2884557