Готовый перевод Sweet and Bitter: A Misplaced Serial Murder Case / Горько-сладкий узел: Хроники кровавого лабиринта: Глава 12

Откармившись от того странного мимолетного состояния помрачения, когда он безо всякой видимой причины обнимал женский труп, Ло Ифань всё это время предавался размышлениям. Он собственными глазами стал свидетелем ужасающей картины в комнате и двух страшных тел. Подобное никоим образом нельзя было сотворить за столь короткий срок, равно как и невозможно было столь чисто всё убрать за столь малое время. К тому же, когда именно тело Фань Синьэр оказалось у него на руках? Почему он даже не почувствовал этого? От этой мысли Ло Ифань ощутил небывалый прежде страх.

Однако Ло Ифань принадлежал к числу людей, которые категорически не верили в существование всякой нечисти и злых духов. Пока Бухэ и Цзян Синлун осматривали балкон, он тщательнейшим образом заново обследовал всю комнату, отчаянно размышляя и надеясь отыскать в происходящем хоть какую-то зацепку.

Эта комната называлась Чиянь, и главной её особенностью был красный цвет — куда ни падал взгляд, повсюду простиралось слепящее, багровое марево. Стоило пробыть здесь подольше, как мебель и стены начинали сливаться воедино, не говоря уже о том, чтобы отыскать хоть какие-то улики.

Спустя некоторое время Ло Ифань опустил голову и принялся массировать переносицу указательным и большим пальцами, чтобы снять напряжение в глазах. С его губ невольно сорвался тихий бормочущий вопрос:

— Почему… ради чего всё это?..

Его тихий шёпот услышал подошедший как раз к нему Цзян Синлун. Он остановился и окинул Ло Ифаня озадаченным взглядом, судя по всему, не разобрав толком слов.

— Вы ещё не закончили?! Бежим скорее! — поторопил их сзади Бянь Бэньи. Сейчас в его голове билась лишь одна-единственная мысль: поскорее убраться из этого жуткого дома, не заботясь ни о чём другом.

Слова Бянь Бэньи встретили горячий отклик у сбившихся в испуганный комок женщин. Словно кто-то разом сорвал заслонку с долго сдерживаемых женских эмоций, они наперебой принялись умолять мужчин поскорее бежать отсюда, и их голоса, полные слёз, слились в единый плач.

— Бежать нельзя! — в самый разгар всеобщего волнения внезапно раздался голос, шедший вразрез с общим мнением, и заставил всех в ту же секунду замолчать и уставиться на того, кто его произнёс.

Этим человеком оказался Ло Ифань. Его мысли, казалось, начали проясняться, а растерянный боевой дух постепенно возвращался. Обернувшись, он спросил всех присутствующих:

— Что мы будем делать, когда выбежим наружу? У вас есть способ спуститься с горы?

— А если спуститься по склону в ущелье, перейти ручей и попытаться взобраться на противоположный берег? На крайний случай — пойти вдоль течения ручья, глядишь, и отыщется дорога вниз, — задумчиво произнес Бухэ.

— Как ты себе представляешь этот спуск? Долина такая глубокая, и никаких троп там нет. Даже если мы чудом спустимся, вода в ручье глубокая и бурная, по обеим сторонам крутые отвесные скалы, там даже встать негде — как пойти дальше? Идти вдоль ручья тем более невозможно: даже если рискнуть жизнью и попытаться плыть, примерно на середине склона ручей разветвляется, а там кругом непроходимые чащи и обрывы, дороги там нет вовсе, — возразил Цзян Синлун.

— Верно, — согласился Ло Ифань, глядя на Цзян Синлуна. — Эта гора делится на две вершины — северную и южную, и начиная с середины склона они разделены. Южная — главная вершина, и кольцевая дорога вокруг горы огибает только её вершину. Иными словами, у северной вершины кольцевая дорога, соединяющая её с южной, есть только в нижней части склона, ниже середины. Я бывал здесь раньше: хотя северная вершина сверху ровная, вниз от неё не проложено никаких искусственных дорог — сплошные обрывы, крутые утёсы да густой лес, уйти оттуда пешком просто невозможно.

Услышав слова Ло Ифаня, женщины едва не расплакались окончательно.

Бянь Бэньи дрожащим голосом спросил:

— И… и что же нам делать?

Немного помолчав, Ло Ифань продолжил:

— Мне всё отчетливее кажется, что происходящее — вовсе не случайность, а чей-то заранее спланированный заговор. Сейчас мы не знаем ни кто на нас нападает, ни какова его цель. Если до рассвета мы сломя голову выбежим наружу и не сможем спуститься с горы, станет только опаснее. Но оставаться в помещении куда безопаснее: здесь относительно замкнутое пространство, его проще оборонять, и пока мы держимся вместе и не разделяемся, нам ничего не грозит.

Самое главное сейчас — сохранять спокойствие. Нас восемь человек, и даже если кто-то нападёт, у нас достаточно сил, чтобы защитить себя, так что паниковать не стоит. Подумайте сами: пропажа Лян Юнсинь и нападение на Вэй Баогоя с женой произошли в те моменты, когда они оставались в одиночестве. Поэтому я предполагаю, что преступников гораздо меньше, чем нас.

Если мы поддадимся панике и разбежимся кто куда, мы лишь сыграем на руку убийце. К тому же сейчас ночь, а это лучшее время для нападения. Поэтому я считаю, что мы обязаны держаться вместе и переждать в доме до рассвета. Как только рассветет, мы сможем действовать и придумаем, как спуститься с горы.

На лице Ло Ифаня не осталось и следа прежнего испуга. Конечно, утверждать, будто ему совсем не страшно, было бы ложью, но в то же время его сердце наполнилось доселе невиданной яростью, которая постепенно затапливала его душу и отражалась во взгляде.

В подобных обстоятельствах всё, на что могут полагаться люди — это товарищи и собственное внутреннее спокойствие. Особенно это касалось мужчин: их хладнокровие не только придавало смелости им самим, но и давало женщинам чувство защищенности.

Все четверо мужчин в комнате давно уже не были зелеными юнцами и прекрасно это понимали. Поэтому никто из них не возразил словам Ло Ифаня.

Бянь Бэньи крепко сжал руку жены — ладони у обоих были мокрыми от пота.

Бухэ молча подошел к Хэ Мина, в то время как Ло Ифань ещё во время разговора сжал руку Лу Хуэймэй и не забыл привлечь к себе Ли Сун Вэйи.

— Идемте вниз, вернемся в гостиную на первом этаже.

Тон Ло Ифаня звучал непреклонно; незаметно для самого себя он уже превратился в стержень этой группы.

Фань Синьэр была мертва, и в их головах сама собой укрепилась мысль, что Вэй Баогой тоже погиб. Больше никто не заикался о том, чтобы искать его.

Все поспешно бросились к отступлению на первый этаж, и не прошло и минуты, как они уже шагали по лестнице вниз.

Однако всё оказалось куда сложнее, чем они предполагали.

Шедший впереди всех Цзян Синлун первым издал испуганный возглас:

— Плохо дело! Мы не можем выйти!

Деревянная дверь на лестничной площадке первого этажа неизвестно когда была заперта снаружи.

— Вышибаем дверь! Быстро! — тут же скомандовал Ло Ифань, находившийся на середине лестницы.

Несколько мужчин, используя уклон ступеней как опору, бросились на деревянную дверь. Бам! Бам! Бам! После трех грохочущих ударов подряд дверь даже не шелохнулась.

Только тогда они заметили, что снаружи дверь подперта чем-то тяжелым, и сбить её с петель не получится.

— Нет, я не хочу здесь умирать! — завизжала Лу Хуэймэй.

Но её крик, казалось, лишь сильнее отрезвил Ло Ифаня. Он крепко обнял девушку за талию и бросил остальным:

— Без паники! Наверх, в белую комнату! Помните: нас много! Не бойтесь!

После какофонии торопливых шагов все восемь человек вернулись в комнату Байсюэ. Последний из вошедших с грохотом захлопнул дверь и запер её.

К счастью, комната Байсюэ выглядела точно так же, как прежде, не изменившись ни на йоту.

Яркое белоснежное убранство действительно дарило людям ощущение безопасности, заметно уняв всеобщую панику.

— Похоже, Фэй Гу попал в беду, — первым заговорил Бянь Бэньи. Он проводил жену к дивану и велел остальным перепуганным женщинам тоже присесть.

Бухэ, похоже, был чрезвычайно озабочен балконом. Войдя в комнату, он не остановился, а сразу прошел вглубь, распахнул стеклянные двери по обе стороны и тщательно осмотрел белые балконные плиты. Убедившись, что там ничего нет, он с облегчением вернулся в центр комнаты.

Цзян Синлун, тяжело дыша, прислонился к стене у двери и произнес:

— Может, притащим что-нибудь и забаррикадируем дверь?

— Не нужно, — ответил Ло Ифань, постукивая по белым деревянным стенам вокруг. — Нас четверо мужчин, и преступник вряд ли осмелится вломиться сюда силой — иначе он сам же и пострадает. К тому же дверь — единственный вход и выход. Если мы её забаррикадируем, а преступник внезапно нападет изнутри комнаты, мы не сможем вовремя отступить и окажемся в крайне уязвимом положении.

— Неужели такое возможно?! Ифань, неужели на нас могут напасть и в комнате?! — испуганно съежившись в углу дивана, спросила Лу Хуэймэй.

— Почему нет, здесь наверняка есть потайная комната, — огорошил всех Бухэ. — Иначе откуда взялся тот шум? Мы же обыскали весь первый этаж сверху донизу, там не было даже мухи, к тому же все двери и окна были заперты изнутри. Если в доме нет секретных проходов, то кто забаррикадировал дверь на лестницу?

— Может, это Фэй Гу? Он вполне мог оказаться сообщником убийцы, притворился больным, а когда мы поднялись наверх, заблокировал дверь. Разве ты, дорогой, не слышал только что шаги внизу? — предположила Юань Муцзинь.

— Абсолютно исключено, — тут же возразил Бухэ. — Его приступы эпилепсии никак не выглядели фальшивыми. Хотя я никогда не работал профессиональным врачом, мой отец — сельский лекарь, специализирующийся на эпилепсии, и я видел много подобных больных. Некоторые симптомы во время припадка Фэй Гу просто невозможно сыграть.

— Неужели в этом доме действительно есть тайные комнаты или секретные проходы? Разве такое бывает не только в кино и по телевизору? — продолжала допытываться Юань Муцзинь, испуганно прижавшись к груди мужа и наблюдая за действиями мужчин.

Хэ Мина же продолжала безутешно плакать. Наверное, она уже начала раскаиваться в том, что разоблачила Фэй Гу, иначе сейчас у неё оставался бы хотя бы один «бойфренд», на которого можно было положиться.

— Что же нам делать, нас всех убьют? — со слезами на глазах тихонько спросила она.

— Ничего подобного, разве ты не слышала, что говорил Сяо Ло? У нас четверо мужчин, и пока мы держимся вместе, преступнику нас не одолеть, — подбадривал её Бянь Бэньи. Этот немолодой мужчина в обычной жизни производил впечатление расчетливого и ушлого дельца, но в критический момент оказался удивительно надежным.

Словно утешая себя самого и других одновременно, он произнес:

— Не бойтесь, не умрем. Пройдет еще часа два-три, и рассветет, а при дневном свете мы будем в безопасности.

— Помоги нам небеса, дай бог благополучно выбраться отсюда, — Юань Муцзинь сложила дрожащие руки в мольбе и продолжала неотрывно следить за Ло Ифанем, который продолжал обшаривать стены.

Тем временем Бухэ тоже подключился к осмотру внутренней части комнаты. Сначала он попытался отогнуть белое шерстяное ковровое покрытие, устилавшее весь пол, но обнаружил, что ковролин слишком тяжелый, к тому же его прижимали массивный платяной шкаф и двуспальная кровать, так что поднять его целиком не было никакой возможности — пришлось довольствоваться тем, чтобы приподнять краешек у стены и заглянуть внутрь. Было очевидно, что он подозревает наличие люка в полу.

Однако из-за густого ворса шерстяного ковра свет почти не проникал вниз, и разглядеть что-либо оказалось невозможно, поэтому Бухэ быстро бросил эту затею и вместе с Ло Ифанем принялся обследовать стены и мебель.

Они то ощупывали поверхности, то простукивали их. За исключением неподъемных кровати и шкафа, всю остальную мебель они отодвинули, тщательно осмотрев не только пространство за ней, но и днища кроватей, а также внутренности шкафов. Ло Ифань даже взгромоздился на тумбочку, чтобы досконально проверить исчерченный балками треугольный потолок.

Всё это время Цзян Синлун не сходил с места. Он прислонился к стене у двери, словно пытаясь передохнуть, но его взгляд неотступно следовал за действиями обоих мужчин.

Прошло много времени — настолько много, что забившиеся в угол женщины уже начали клевать носом, — как вдруг раздался приятный баритон Ло Ифаня. Все в ту же секунду очнулись от полудремного состояния.

— Что? Есть находка? — нетерпеливо спросил Цзян Синлун.

— Да, — уверенно ответил Ло Ифань. — Подойдите все сюда.

Он стоял у стеклянной двери южного балкона, которая была распахнута наружу, и жестом звал всех к себе. Один его палец указывал на пол, в то время как Бухэ стоял на самом балконе.

Цзян Синлун, Бянь Бэньи и четверо женщин столпились вокруг, но перед их взорами предстал вовсе не тайный лаз, о котором они думали, а лишь несколько узких ступенек, соединявших комнату с балконом.

— И на что тут смотреть? — озадаченно спросила Лу Хуэймэй, переводя взгляд с пола на Ло Ифаня.

Супруги Юань тоже ничего не поняли:

— Тут же ничего нет?

— Разве с этой лестницей что-то не так? — робко подала голос Хэ Мина.

— Верно, именно эта лестница. Разве вы не находите здесь странностей? — переспросил Ло Ифань.

Бянь Бэньи со всей силы топнул ногой по деревянной лестнице, состоявшей всего из трех ступенек, и произнес:

— Не прогибается, сплошной массив. Неужели под ней потайная дверь?

— Даже если и так, она слишком узкая, в неё не протиснешься! — возразила ему Лу Хуэймэй.

— Эй, Сяо Ло, — Юань Муцзинь подняла голову на Ло Ифаня. — Хватит темнить, говори уже, в чём дело?

— Пусть лучше объяснит Бухэ, он первый заметил, — Ло Ифань указал на Бухэ.

Все перевели взгляды на молодого монгола, который до этого молчал. Сейчас на его лице читалось едва ли не торжествующее выражение.

Бухэ заговорил:

— Вообще-то я поначалу тоже не обратил внимания на эту лестницу. Просто когда я проходил по ней, мне в голову пришла одна мысль, показавшаяся мне странной. Подумайте сами: если вспомнить ваши собственные комнаты с балконами дома, разве полы в комнате и на балконе не находятся на одном уровне? Никто ведь не станет делать там ступеньки при ремонте, верно?

— Ой, и правда ведь, — после его слов остальные тоже почувствовали неладное.

— К тому же… — Бухэ посмотрел на Цзян Синлуна. — На балконе красной комнаты, где мы были недавно, ведь тоже были такие ступеньки?

Цзян Синлун неопределенно кивнул.

Бухэ продолжил:

— Если здесь соорудили ступеньки, значит, пол в комнате должен быть значительно выше пола балкона. Мы с Ло Ифанем только что измерили высоту этих трех ступенек и выяснили, что перепад высот между полами как раз достаточен для того, чтобы взрослый мужчина мог проползти там на четвереньках. Иными словами, мы предполагаем, что между полом комнат второго этажа и потолком первого этажа может существовать некоторое пространство, и вполне возможно, что именно это и есть проход в потайную комнату.

— Такая вероятность крайне высока, — подхватил мысль Бухэ Ло Ифань. — Я всё думал: почему та ужасающая картина, которую мы видели в красной комнате, исчезла бесследно за столь короткое время? Куда делся неизвестный труп, висевший на балках? И как тело Фань Синьэр оказалось у меня на руках?

— Пусть даже наличие тайной комнаты не всё объясняет до конца, одно можно сказать наверняка: красную комнату мы осмотрели вдоль и поперек, и спрятать там тело просто физически было негде. Столь быстрое исчезновение трупа имеет лишь одно объяснение — в комнате есть тайный ход, где можно укрыться.

— Разве такое возможно? — Цзян Синлун выглядел крайне озадаченным. — И где же тогда этот тайный ход?

— Подойдите сюда, взгляните, — Бухэ подвел всех к балкону и указал на нижний край внутренней стены.

Этот балкон полукруглой или крючкообразной формой огибал часть дома, и изнутри казалось, что он разделен комнатой на две зоны: большая часть примыкала к западному торцу комнаты, а примерно четверть — к южной стене. Те восемь человек, что собрались сейчас здесь, находились как раз на этом маленьком южном участке балкона.

Все проследили за указательным пальцем Бухэ: у самого основания деревянной стены примостился крошечный сверкающий металлический предмет. Бянь Бэньи присел на корточки и вгляделся внимательнее — это был прямоугольный металлический брусок, смахивающий на деталь из нержавеющей стали, намертво впаянный в стену вровень с поверхностью, без малейших зазоров.

Поднявшись на ноги, Бянь Бэньи спросил:

— Что это такое?

— Может, кнопка какая-то? — предположила его жена.

Ло Ифань покачал головой:

— Нет. Мы с Бухэ перепробовали все способы, чтобы узнать, для чего нужен этот металл, но как бы мы ни давили, он сидит на месте и не шелохнутся.

— Вы часом не напридумывали лишнего? Это же просто элемент декора, — предположил Цзян Синлун.

— А вы взгляните сюда, — Ло Ифань выпрямился, помедлил секунду, вглядываясь в деревянную стену прямо над металлическом бруском, и указал на одну из прямоугольных досок, составлявших обшивку стены. — Раньше под ней ничего не было. Когда я простукивал стену в этом месте, я случайно ударил по этой доске, и металлический брусок внизу тут же выскочил наружу.

— Поэтому мы с Бухэ решили, что это спусковой механизм чего-то, но как бы мы после этого ни стучали по доске и ни ковыряли сам брусок, больше никакой реакции не последовало.

При этих словах и Ло Ифань, и Бухэ выглядели несколько разочарованными.

Остальные переглянулись с выражениями глубокого разочарования на лицах.

— Выходит, никакой тайной комнаты вы не нашли? — уныло протянул Бянь Бэньи.

— Тоже нельзя так говорить, — возразил Бухэ. — Это всё же лучше, чем не найти вообще ничего. Я чувствую, с этим металлическим бруском связана какая-то тайна, возможно, где-то есть еще один переключатель.

— Может, в комнате или на другой стороне балкона? — Цзян Синлун счел слова Бухэ разумными и предложил: — Как насчет того, чтобы поискать вместе? Сидеть сложа руки всё равно бесполезно.

— Они вдвоем только что всю комнату облазили вдоль и поперек, и толку ноль, что мы найдем, если поищем снова? — воспротивился Бянь Бэньи.

Юань Муцзинь спросила мужа:

— Дорогой, и что же нам делать?

— По мне так хватит суетиться, давайте просто посидим здесь и дождемся рассвета. Подумайте сами: даже если мы найдем потайную комнату, что толку? Мы туда войдем или нет? А если войдем и столкнемся с еще более жутком трупом? Вэй Баогоя ведь до сих пор не нашли, вдруг он лежит в каком-нибудь углу этой тайной комнаты, и вид его куда страшнее, чем у его жены!

— Верно, лучше останемся здесь и подождем рассвета, — поддержала мужа Хэ Мина, которой уже не хотелось рисковать.

Ло Ифань покачал головой:

— Дядя, посудите сами: первый этаж заблокирован, а значит, единственный вход и выход из этого дома наглухо отрезан. На втором этаже все окна наружу защищены решетками. Мы только что проверяли, решетки установлены на совесть, никаких инструментов у нас нет — даже если доживем до рассвета, как мы отсюда выберемщися?

— Это…

— И даже если отбросить всё и попытаться вломить решетки — второй этаж такой высокий, а внизу дорожка, выложенная щебнем, неужели мы должны прыгать вниз с мыслью, что шансов выжить один на миллион?

Бянь Бэньи не нашелся что ответить, остальные тоже хранили молчание. И впрямь, Ло Ифань был абсолютно прав: сбежать со второго этажа не представлялось возможным.

Хотя в глубине души эти восемь человек вовсе не доверяли друг другу, они прекрасно понимали: в подобной ситуации не держаться вместе равносильно самоубийству. Тот, кто первым открыто выразит подозрение к ближнему, неминуемо окажется в изоляции от коллектива.

Поэтому до сего момента каждый член группы изо всех сил старался делать вид, что они доверяют друг другу. Можно сказать, они постепенно погружались в эту атмосферу, подсознательно используя окружающих как защитный щит и страшась разрушить эту хрупкую иллюзию.

— Следовательно, наш единственный шанс — отыскать тайный проход, — продолжил Ло Ифань. — Судя по многим признакам, вероятность наличия здесь секретного хода крайне высока. Подумайте: перед тем как мы поднялись сюда, все двери и окна на первом этаже были заперты изнутри — откуда тогда пробрался преступник, чтобы заблокировать дверь? Перед подъемом наверх я видел состояние Фэй Гу, и это определенно не было игрой.

Даже если дверь забаррикадировал он, остается другое: Сяо И говорила, что видела человека, похожего на Юн Синь, которая зашла в спальню на первом этаже и растворилась там, а затем вылезла из кустов на улице — как это объяснить? Плюс исчезнувший в красной комнате труп и странные стуки — всё это доказывает, что здесь с огромной долей вероятности имеется еще один вход и выход.

Судя по всему, преступник хочет уморить нас голодом в этом доме, а когда мы выбемся из сил, нанести удар. На втором этаже нет никакой еды, кроме воды, и если за нами никто не придет на помощь, нас либо убьют, либо мы просто умрем здесь от голода.

Ло Ифань был абсолютно прав: архитектура этой Обители Лоцюэ была уникальна, и никаких иных выходов, кроме парадной двери, в ней не предусматривалось. Раз уж они оказались заперты на втором этаже, убийца фактически взял их измором. Ему достаточно было отсиживаться в тени, ожидая подходящего момента, и когда они совсем ослепнут от голода и потеряют способность сопротивляться, прикончить их не составит ни малейшего труда.

Бянь Бэньи и Хэ Мина умолкли. Спустя мгновение Бянь Бэньи поднял взгляд на Ло Ифаня и спросил:

— И что же нам делать? — в его голосе звучало решение, к которому он наконец пришел.

Цзян Синлун задумчиво смотрел в непроглядную черноту за окном:

— Похоже, нам стоит поторопиться… — взгляд его был затуманен, и догадаться, о чем он думает, было невозможно.

— Прежде всего, нужно взять инициативу в свои руки и не позволять убийце застать нас врасплох, — решительно произнес Бухэ, совершенно не замечая того, как по-разному отражались эмоции на лицах остальных.

В отличие от мужчин, на лицах четырех женщин по-прежнему застыл смертельный ужас, однако под этой внешней оболочкой их психика, возможно, скрывала еще какую-то неведомую никому сторону.

Наблюдая за реакцией остальных семерых спутников, Ло Ифань произнес:

— Бухэ абсолютно прав, мы должны перехватить инициативу. Есть ли здесь потайной ход на улицу или нет, мы обязаны попытаться его отыскать — сейчас это наша единственная надежда на выживание.

— Ифань, как же его искать? А вдруг вход в тайный ход вообще не в этой комнате? — спросила Лу Хуэймэй.

Её слова, казалось, подсказали Ло Ифаню новую мысль. Он умолк и погрузился в раздумья.

Спустя изрядное время Ло Ифань повернулся к Бухэ и спросил:

— Как ты думаешь, эта комната и та красная похожи?

— Похожи? — слегка удивился Бухэ. — Вроде бы… погоди-ка, дай подумать.

Он постоял пару секунд в раздумьях, затем хлопнул себя по лбу и воскликнул:

— Точно! Если не считать цвета, размеры, расположение мебели, форма балкона… хм… лютра, панорамные окна — всё практически один в один!

— Верно, только зеркально отражено, словно смотришься в зеркало, — добавил Ло Ифань.

— Тогда… — Бухэ не до конца уловил мысль Ло Ифаня и озадаченно посмотрел на него.

Лицо Ло Ифаня слегка оживилось:

— А теперь сравни эту белую комнату со спальней на первом этаже, которая находится прямо под ней.

— Ну… комната на первом этаже должна быть чуть поменьше этой, а в остальном… пожалуй, ничего общего, — размышляя вслух, ответил Бухэ, в то время как остальные шестеро в упор смотрели на них обоих, явно пытаясь угадать, к чему клонит Ло Ифань.

— А как по-твору, красная комната шире гостиной внизу или нет? — терпеливо продолжил допытываться Ло Ифань.

— Исключено. Ширина гостиной внизу примерно от четырех с половиной до пяти метров, никак не больше пяти. А красную комнату я внимательно осматривал: её ширина с севера на юг тоже вряд ли превышает пять метров, максимум — как гостиная.

Услышав слова Бухэ, Ло Ифань расслабил лицо и сказал:

— Подумайте сами: в зеркальном отражении этой планировки на первом этаже северная и южная части соединены спальней, кабинетом и гостиной. Хотя спальня выглядит чуть меньше комнат наверху, но если прибавить к ней квадратный кабинет примерно такого же размера, она окажется намного шире этой белой комнаты на втором этаже, где мы сейчас находимся, верно?

— Верно... — Бухэ, казалось, что-то понял. Задумчиво продолжая мысль, он заговорил: — Значит, если предположить, что Красная комната действительно равна по ширине гостиной на первом этаже... над промежуточным кабинетом должно оставаться немало свободного пространства. А когда мы только что бегали туда-сюда, между белой и красной комнатами мы видели лишь деревянные стены. Возможно, как раз эта часть и есть...

На этом моменте глаза Бухэ тоже начали загораться.

— Возможно, это потайная комната, — закончил за него Ло Ифань.

— И как же нам туда войти? — спросил Цзян Синлун, на его лице читалась смутная тревога.

Юань Муцзинь тут же добавила:

— Даже если мы войдем, что делать, если внутри не окажется прохода на первый этаж? Мы ведь заходили в кабинет снизу, его потолок — сплошной деревянный щит, совсем не похоже, чтобы там был какой-то спуск!

— Сейчас об этом думать некогда, сначала нужно найти вход в тайную комнату, — произнес Ло Ифань. — Думаю, наиболее вероятное место — всё же здесь, на балконе. Этот металлический выступ определенно таит в себе какую-то загадку. Хм... если здесь есть такая штука, то будет ли она в Красной комнате? Бухэ, вы когда были там, не заметили ничего подобного?

— Кажется, я не обратил внимания... А вы, господин Цзян? — задумался Бухэ.

Цзян Синлун покачал головой:

— Я тоже ничего не видел.

— Может, вернемся и взглянем еще раз? Подозреваю, что вход в потайной ход получится открыть, только если нажать на обе стороны одновременно.

— Нет! — истеричный крик прервал разговор мужчин. Это был голос Лу Хуэймэй.

Услышав предложение Ло Ифань вернуться в Чиянь, Лу Хуэймэй окончательно потеряла над собой контроль. Хоть она и не видела своими глазами ужасающей картины внутри, но абсолютно верила Ло Ифаню — этот ужас она ясно ощутила по его недавним словам и поведению. К тому же снаружи лежало обезглавленное тело Фань Синьэр. Как бы то ни было, она никоим образом не желала, чтобы Ло Ифань снова подвергал себя подобному риску; она просто не представляла, что с ней станет, если она его потеряет.

— Нет! — она без всяких смущений уткнулась лицом в грудь любимого мужчины, повторяя одно и то же слово. В этот момент чужая безопасность, казалось, заставила её забыть о собственной жизни.

— Хуэймэй...

Разве мог Ло Ифань не понимать глубины чувств Лу Хуэймэй к нему? Он и сам много раз испытывал чувство вины за то, что не может ответить взаимностью этой женщине. Но... *Эх!* — мысленно тяжело вздохнул Ло Ифань. Сейчас вовсе не время для нежных сантиментов, в любом случае необходимо заново всё проверить в Красной комнате.

Он мягко отстранил Лу Хуэймэй и сказал Бянь Бэньи и Юань Муцзинь:

— Дядя, тетя, помогите присмотреть за Хуэймэй.

Бянь Бэньи кивнул и подтянул её к своей жене.

Затем Ло Ифань обвел взглядом остальных и произнес:

— Ну что? Возвращаемся в Красную комнату попытать удачи, решайте сами!

Остальные явно опасались тела Фань Синьэр, преграждавшего путь. Переглядываясь друг с другом, никто не спешил отвечать первым.

Наконец заговорил Цзян Синлун:

— Эту комнату мы уже обшарили вдоль и поперек, входа в потайной ход здесь нет, так что догадка господина Ло, скорее всего, верна. Я за то, чтобы вернуться и попробовать еще раз.

— А вы что думаете?

— ...

— Ладно, была не была, я тоже согласен, — выразил свое согласие Бухэ.

Бянь Бэньи переводил взгляд с одного мужчины на другого:

— Мало просто согласиться — кто пойдет? Или все вместе?

— Все вместе точно нельзя. Если вдруг для открытия действительно потребуется задействовать обе стороны, а мы уйдем целиком, убийца воспользуется моментом и заблокирует дверь с этой стороны — тогда нам всем конец.

С самого начала Ло Ифань вел быстрый мыслительный анализ. Среди восьми присутствующих здесь людей лишь двоим можно доверять безоговорочно, поэтому действовать приходилось предельно осторожно. Когда улики практически равны нулю, даже обнаружив потайную комнату, они не факт что сумеют благополучно выбраться из Обители Лоцюэ.

К тому же среди тех пятеро вполне мог находиться подельник убийцы, который сейчас изо всех сил старается передать их планы спрятавшемуся преступнику. Неизвестных факторов слишком много, оставалось лишь действовать по обстановке.

Слепо бежать точно нельзя — единственный путь к спасению заключается в том, чтобы разоблачить убийцу. И самое главное — сберечь жизнь тому человеку; внизу их ждут вещи куда более важные.

Поэтому в критический момент придется пожертвовать пешкой ради спасения ладьи...

Размышляя об этом, Ло Ифань не прекращал давать указания вслух:

— Женщинам тоже нужно действовать, по крайней мере придумать, как себя защитить. Пусть каждая найдет себе какой-нибудь предмет в качестве оружия — вазу, деревянную палку или что-то еще, лишь бы это могло послужить для самообороны.

Всех нужно разделить на три группы: один мужчина и две женщины дежурят на балконе; две женщины похрабрее вместе с одним мужчиной охраняют вход в белую комнату на подстраховку; оставшиеся двое мужчин возвращаются в Красную комнату для осмотра.

Самое опасное — это поход вдвоем в Красную комнату. Поскольку эту идею предложил я, то я буду одним из них. Второго выберите сами. Независимо от того, где возникнет опасность, нужно громко закричать, чтобы предупредить остальных, иначе убийца перебьет нас поодиночке. Что думаете?

— Сейчас остается только так, — выражение лица Бухэ выдавало крайнее напряжение. Он добавил: — Двоим отправляющимся в Красную комнату тоже нужно вооружиться. Давайте сначала поищем здесь вокруг всё, что может сойти за средство защиты.

— Ой! Кстати, а где же та палка, что была у господина Цзяна? Куда она делась?

— У меня? — попытался вспомнить Цзян Синлун. — Наверное, когда свет погас, я выронил её где-то?

В тот момент, когда погас свет, впопыхах хватая за руки товарищей, он действительно мог обронить то, что сжимал в ладони.

Цзян Синлун явно не помнил, куда дел палку, и Бухэ не стал допытываться дальше.

Зато сам Цзян Синлун продолжил рассуждать:

— Искать снаружи какое-то оружие для самообороны точно невозможно. А в комнате... откуда оно возьмется? Не диван же с пультом от телевизора с собой таскать.

Цзян Синлун был прав: в белой комнате и впрямь не нашлось бы ничего подходящего на роль оружия.

Поразмыслив немного, Юань Муцзинь, до этого хранящая молчание, внезапно подошла к большому платяному шкафу, распахнула дверцы и заглянула внутрь.

— Жена, ты... — опешил Бянь Бэньи, но быстро сообразил, в чем дело, и подошел помочь.

— Вы что делаете? — остальные растерянно переглянулись.

— О! Отлично, какая большая и к тому же деревянная!

Юань Муцзинь тут же радостно воскликнула. После этого они с мужем принялись вытаскивать что-то из глубины шкафа.

Их действия заставили стоявшего неподалеку Цзян Синлуна вытянуть шею.

Не прошло и минуты, как супруги вернулись с полными руками вещей и показали остальным. Оказалось, что это была целая охапка деревянных вешалок для одежды — довольно крупных, штук десять на вид.

Тут все сразу всё поняли: предмет толстый, прочный и не слишком тяжелый, для самообороны подходил просто идеально.

Юань Муцзинь потрясла вешалкой и спросила:

— Подойдет?

— Подойдет, без проблем, — ответил Ло Ифань.

Тогда Юань Муцзинь принялась раздавать их. Вскоре женщины обзавелись по вешалке: Лу Хуэймэй и Хэ Мина сжали их обеими руками точно дубинки, и выглядели они действительно весьма грозно.

Ли Сун Вэйи, самая хрупкая из четырех женщин, по всей видимости, не имела ни малейшего понятия, как использовать эту вещь в качестве оружия, либо же просто сильно испугалась — её первой реакцией было прижать вешалку к груди словно мягкую игрушку.

Ло Ифань беспомощно вздохнул и уже собирался подойти, чтобы исправить её ошибку, но Цзян Синлун опередил его. Он подошел к Ли Сун Вэйи, аккуратно забрал вешалку из её объятий и заставил взять её в обе руки, как это сделали остальные женщины.

Закончив с этим, Цзян Синлун слегка наклонился и наказал девушке крепко держать вешалку, не бояться при нападении, изо всех сил бить обидчика по голове и громко звать на помощь. Его тон звучал необыкновенно мягко.

Напоследок Цзян Синлун похлопал Ли Сун Вэйи по плечу и спросил:

— Запомнила?

А Ли Сун Вэйи, покраснев словно школьница, кивнула.

Ло Ифань посмотрел на него странным взглядом, но, бросив взгляд на этого мягкого и заботливого хорошего парня, воздержался от каких-либо комментариев.

Тем временем Юань Муцзинь стала предлагать вешалки мужчинам, но те неизменно отказывались.

— Спасибо, мне не нужно, — четко ответил Бухэ.

— Почему? — удивилась Юань Муцзинь.

— Ну... — замялся Бухэ с неловким выражением лица. — Прошу прощения, но я все же считаю кулаки надежнее и удобнее этой штуки.

— Ну ладно.

Юань Муцзинь не стала настаивать и повернулась к Ло Ифаню.

Однако Ло Ифань тоже покачал головой, оттолкнув вешалку.

— Возьми, а вдруг в Красной комнате объявится убийца? Всяко лучше, чем с пустыми руками, — уговаривала она.

— Не нужно. Убийца там не появится, да и идем мы туда ради поиска входа в тайную комнату, с ней будет только неудобно, — ответил Ло Ифань.

Услышав это, Цзян Синлун обернулся и с недоверием спросил:

— С чего ты взял, что убийца не появится?

— Раз уж преступник благополучно затаился в потайной комнате и пытается заморить нас голодом, зачем ему выходить и вступать с нами в открытое столкновение? Разве что... — Ло Ифань сделал многозначительную паузу, в упор глядя на Цзян Синлуна.

Цзян Синлун, разумеется, прекрасно понял невысказанное продолжение: разве что среди нас есть предатель. А недоговаривал Ло Ифань лишь для того, чтобы не сеять всеобщую панику и подозрения.

Цзян Синлун был умным человеком: он видел подозрения и догадки Ло Ифаня в свой адрес и, по некоторым неописуемым причинам, в общих чертах угадывал его мысли в данный момент.

*Мне тоже, пожалуй, стоит остерегаться тебя*, — думал про себя Цзян Синлун. Эта мысль заставляла его нервничать еще сильнее, и мысленно он выругался: Черт побери!

Кто же в конце концов убил этих совершенно посторонних людей и загнал их в такое положение — Цзян Синлун никак не мог взять в толк.

*Как бы то ни было, даже ценой собственной жизни я должен защитить жизнь того человека.*

Молча приняв решение, Цзян Синлун с максимально бесстрастным лицом посмотрел на Ло Ифаня, ожидая дальнейших указаний.

Однако Ло Ифань не собирался продолжать эту тему, а вместо этого сменил вопрос:

— Кто готов пойти со мной в Красную комнату еще раз?

— Я!

К неожиданности Ло Ифаня, на этот раз первым вызвался Цзян Синлун.

— Ты... — Ло Ифань на секунду лишился дар речи, но тут же взял себя в руки: — Хорошо!

Ответил он просто и коротко, но в душе мобилизовал бдительность на двести процентов. В конце концов, по сравнению с остальными, Цзян Синлун вызывал наибольшие подозрения.

Ему никак нельзя было расстаться с жизнью, ничего не добившись.

С составом группы для Красной комнаты определились, дальше всё стало проще.

Бянь Бэньи предложил:

— Давайте так: мы с женой плюс Сяо Лу сторожим балкон. Бухэ, выручай, бери этих двоих и охраняйте дверь, страхуя Сяо Цзяна и Сяо Ло, идет?

Он указал пальцем на Ли Сун Вэйи и Хэ Мину.

— Это... — Бухэ замялся. — Они такие трусишки, если что-то случится, я буду связан по рукам и ногам.

— И что же делать? — Бянь Бэньи явно тоже не горел желанием брать на себя Ли Сун Вэйи и Хэ Мину.

Ло Ифань нахмурился: дело принимало неприятный оборот.

Он уже собирался заговорить, как его прервал тихий, едва слышный, но твердый голос:

— Господин Бухэ, я... не стану тянуть вас назад. Пожалуйста, поверьте мне.

Всегда робкая Ли Сун Вэйи неожиданно подняла взгляд и прямо посмотрела на Бухэ. Её щеки все еще горели румянцем, но в глазах читалась решимость внести свой вклад.

— Эх... — не зная, что ответить, Бухэ лишь кивнул.

Ли Сун Вэйи молча покрепче перехватила вешалку, мысленно подбадривая себя, и последовала за Бухэ к двери.

Увидев, что Ли Сун Вэйи высказалась, Хэ Мина тоже поспешила следом.

Оставаться одной посреди комнаты ей вовсе не улыбалось — это было слишком опасно.

Бухэ обратился к тем двоим, кто готовился выступить в Красную комнату:

— Господин Цзян только что был прав, вам обоим хотя бы одному нужно взять оружие. Если вешалка кажется неудобной, как насчет прихватить вазу?

— Не нужно.

Не дожидаясь ответа Ло Ифаня, Цзян Синлун перехватил инициативу:

— Сейчас я тоже считаю, что кулаки практичнее этой ерунды, к тому же я верю тому, что сказал Сяо Ло: убийца вряд ли станет рисковать и появляться в комнате.

— Ладно, будьте осторожнее, если что — мы вовремя придем на помощь, не переживайте.

— Хорошо.

Ло Ифань кивнул Бухэ, после чего они с Цзян Синлуном без колебаний направились в ту сторону, где по-прежнему лежало тело Фань Синьэр.

А лица оставшихся в белой комнате людей были переполнены тревогой.

Лу Хуэймэй и Юань Муцзинь на балконе безостановочно молились о благополучном исходе, но действительно ли всё обойдется?

http://bllate.org/book/24612/2892465