Фотография мужчины, которую предоставила Система, была не слишком четкой, однако всё же можно было заметить, что у него резкие черты лица, а сами они отличаются практически безупречным изяществом.
Особенно глаза — настолько острые, будто они способны пронзить человека насквозь. Он любил всё красивое, так что этот мужчина пришелся ему по вкусу. Подумав об этом, он бессознательно провел языком по верхнему нэбу: ему вдруг безумно захотелось увидеть, как тот самый человек внизу, под ним, со слезами молит о пощаде.
Сяо Бай, почувствовав мысли Хозяина системы, наконец-то мысленно с облегчением выдохнул. Подумать только, Хозяин системы наконец-то заинтересовался чем-то дельным.
— Кстати, Хозяин системы, текущая временная точка этого мира — спустя ровно три месяца после того, как первоначальный владелец тела вышел замуж за Линь Хуна. Из-за того, что мать и сестра Линь Хуна полностью превратили его в слугу, беспрестанно заставляя выполнять всю работу по дому, у первоначального владельца начался недосып, он толком не отдыхал, и из-за сильного упадка сил упал в оброк.
Сяо Бай как раз говорил об этом, как в следующее же мгновение увидел, как многоуважаемый Хозяин системы направился прямо на кухню, решительно подхватил кухонный тесак и двинулся к свекрови первоначального владельца, которая развалилась на диване и без остановки отправляла донаты какому-то стримеру-качку. Система так испугалась, что аж взвизгнула:
— Хозяин системы, что вы делаете?!
Такой шум заставил его слегка нахмурить брови, и он с полным чувством правоты мысленно ответил:
— Убью.
С этими словами он уже занес нож, собираясь опустить его.
— А? Нет, стойте, Хозяин системы, здесь же общество, живущее по законам, нельзя просто так убивать людей! — услышав это, Сяо Бай тут же в панике закричал, отчаянно пытаясь его остановить.
Бай Чуюй опустил взгляд и подумал про себя: «Какая занудная морока».
Ван Суин почувствовала, как на нее падает тень, подняла голову и увидела перед собой своего бесплатного зятя с кухонным тесаком наперевес, отчего у нее в груди тревожно ёкнуло. Но стоило ей вспомнить, как тот услужливо угождает ее сыну, словно императору, она тут же вновь стала бесцеремонной и наглой.
— Чего уставился? Стоишь тут, как ненормальный! Живо иди готовь еду, ты что, хочешь уморить меня голодом, твою мать-свекровь?!
— Хорошо, — Бай Чуюй совсем не рассердился на грубую отповедь, лишь улыбнулся в ответ, развернулся с тесаком в руке и вернулся на кухню.
— Хм, всего лишь курица, которая не умеет нести яйца, а возомнил о себе невесть что. Только и знает, что липнуть к моему Хунхуну и мозолить глаза. Если бы не ради Хунхуна, я бы давно вымела тебя, эту мусорку, поганой метлой из дома! — вопила на весь дом Ван Суин, вновь расплываясь в сладострастной улыбке, устраиваясь поудобнее на диване и продолжая пялиться на стримера.
В воспоминаниях первоначального владельца подобные унизительные упреки и брань звучали далеко не впервые, так что он к ним давно привык. Что же до Бай Чуюя, то он лишь слегка тронул губы усмешкой, аккуратно положил тесак на место и, опираясь на память прежнего владельца тела, вернулся в его спальню.
Увидев, что тот отложил нож, Сяо Бай наконец-то перевел дух.
— Хозяин системы, а вы что задумали?
Однако он еще не успел до конца успокоиться, как заметил, что Хозяин системы высыпал из стоявшей в спальне белой баночки несколько таблеток снотворного и снова направился на кухню.
С тех пор как первоначальный владелец вышел замуж за Линь Хуна, он страдал бессонницей, поэтому дома оставалось снотворное, выписанное им в больнице.
— Отравлю, — проговорил Бай Чуюй, раскладывая таблетки снотворного по трем мясным блюдам, одному овощному и супу. Убедившись, что лекарство полностью растворилось и не осталось никаких следов, он вынес всю еду и расставил на обеденном столе.
После этого он вернулся в комнату первоначального владельца.
Заметив, что в ход пошло всего лишь снотворное, Сяо Бай успокоился.
Бай Чуюй устроился в спальне, листая ленту на своем смартфоне. Заметив, что история переписки между Мо Шули и первоначальным владельцем обрывается на отметке двухмесячной давности, он перестал ее читать и принялся искать в сети информацию, связанную с Си Янем. Впрочем, то ли из-за особого статуса Си Яня, то ли по какой-то иной причине, в интернете оказалось не так уж много сведений о нем.
Заметив это, система Сяо Бай окончательно расслабилась. Похоже, многоуважаемый Хозяин системы действительно вознамерился выполнить задание, иначе стал бы он выискивать информацию о цели для захвата.
Ему ужасно хотелось сказать Хозяину системы, что у него в базе есть абсолютно любые данные, но, глядя на мрачное лицо Хозяина, он не смел и рот открыть, лишь забился в угол, дрожа словно перепелка.
Тем временем в гостиной Ван Суин, заметив, что обед готов, уселась за стол и принялась за еду. Не прошло и много времени, как она, поев еще немного, рухнула без чувств.
Услышав звуки в столовой, Бай Чуюй наконец вышел из комнаты.
Теперь в квартире остались только они вдвоем — он и эта старуха.
Младшая золовка ночевала неизвестно у какого мужика и домой не вернулась, а Линь Хун вчера звонил и говорил, что уезжает в соседний город в командировку на два-три дня. На самом деле командировка была лишь предлогом — сейчас Линь Хун наверняка куковал у своей любовницы.
Едва выйдя из комнаты, Бай Чуюй увидел рухнувшую на обеденный стол старуху. Бросив на нее лишь мимолетный взгляд, он прошел в спальню Ван Суин. В комнате старой карги нашелся сейф; пощелкав комбинацию цифр, он с легкостью его открыл.
Сяо Бай вылетел наружу и замер в полном оцепенении от открывшейся картины, поражаясь про себя: откуда только Хозяин системы всё умеет?
Бай Чуюй вытащил из сейфа все ценные золотые украшения, а заодно прихватил и пару банковских карт старухи.
— Хозяин системы, вы что творите? — ошеломленно и с вытаращенными глазами спросил Сяо Бай, наблюдая, как тот подчистую обчищает сейф.
— Разумеется, возвращаю имущество законному владельцу, — бросил Бай Чуюй и, прихватив добро, покинул квартиру семьи Линь, даже не обернувшись.
В семизвездочном отеле Бай Чуюй с полным комфортом проспал трое суток в президентском люксе, а когда проголодывался, заказывал доставку еды прямо в номер.
К тому моменту он уже полностью сменил имидж: все золотые украшения были распроданы, а деньги с банковских карт — после того как Сяо Бай взломал пин-коды — полностью сняты, после чего сами пластиковые карточки полетели в мусорку.Он сделал новую стрижку, сходил в салон на премиальный уход за лицом, прикупил укроенных на заказ вещей в бутике высокой моды, а также обзавелся новым смартфоном и сим-картой. После этого он отправился в отель и снял там люкс на месяц. После всех этих трат деньги, взятые у старой карги, были почти полностью исчерпаны.
Линь Хун был классическим маменькиным сынком: помимо содержания любовницы, он хранил большую часть средств у матери. А с тех пор, как первоначальный хозяин тела вошел в семью Линь в качестве зятя, все расходы на еду, выпивку и прочие нужды оплачивал исключительно он.
Мало того, стоило кому-то из семьи Линь положить глаз на какую-нибудь вещь, как они тут же заставляли первоначального хозяина оплачивать покупку. Именно поэтому мать Линь согласилась принять мужчину-невестку. К тому же её сынок просто разыгрывал перед тем комедию, а если понадобятся внуки, её драгоценное чадо всегда найдет, от кого их завести.
Хозяин системы, ты просто невероятен! Сейчас семейка Линь близка к помешательству. Обнаружив пропажу золотых украшений и банковских карт, они тут же позвонили Линь Хуну и велели ему возвращаться.
Вернувшись, Линь Хун попытался разыскать Хозяина системы, но обнаружил, что телефон Хозяина остался дома. Заявить в полицию он хотел, но не смел, ведь всё, что забрал Хозяин, до копейки покупалось на деньги первоначального владельца.
Теперь мамаша Линь Хуна закатывает истерики дома с утра до вечера, устраивая невообразимый скандал. А младшая сестра Линь Хуна, Линь Сяолин, оставшись без денег на содержание Сяо Бая, позвонила Хозяину, рассчитывая поживиться, но никого не нашла и тоже примчалась домой трепать Линь Хуну нервы.
Сейчас голова Линь Хуна пухнет от забот: старая карга вопит круглые сутки, младшая сестрица туда же. Изведенный до ручки, Линь Хун в конце концов обратился к Мо Шули, чтобы тот помог разыскать Хозяина.
Обладая деньгами и связями первоначального хозяина, Мо Шули, обнаружив исчезновение Хозяина, уже поднял людей на его поиски. Но Хозяин может спать спокойно: пока я, 7407, рядом, ему ни за что не отыскать Хозяина! — браво отрапортовала Система, порхая перед Хозяином с видом человека, заслужившего награду.
Бай Чуюй доел последний кусочек клубничного торта и, выслушав её слова, остался безмолвен.
Глядя на Хозяина с алыми губами, белыми зубами и нежной, словно молоко, кожей, Система украдкой сглатывала слюнки, то и дело громко их причмокивая. До чего же хорош их Хозяин! 7407 так и рвалось подлететь и чмокнуть его в щечку, но трусость брала верх.
Ах да, Хозяин, Си Янь вернулся, и его лучший друг Ся Хэнъюй сегодня вечером устраивает для него вечеринку-встречу в клубе Акула.
Бай Чуюй потянулся, поднялся на ноги и сквозь панорамное стекло окинул взглядом залитый огнями ночной пейзаж. Облизнув естественным образом покрасневшие нижние губы, он подумал: представление начинается.
В клубе Акула
Юноша в потрясающе сидящей черной рубашке и скроенных по фигуре брюках появился в самом центре танцпола и отдался во власти музыки.
Гибкая, белая, изящная талия то и дело мелькала в такт движениям, а прелестное личико ослепительно сияло посреди толпы. Он походил на дерзкого, прекрасного лесного духа, внезапно явившегося из ниоткуда, и мужчины, и женщины в клубе невольно тянулись к нему, стремясь подойти поближе.
Наблюдая за таким Хозяином, 7407 снова тихонько, взахлеб заглотало слюну.
На втором этаже чей-то жгучий взгляд неотступно следовал за извивающимся на танцполе юношей. Стоило тому появиться на танцполе, как он сразу привлек к себе внимание, и оторвать взгляд от этой картины уже не получалось.
Точеная талия, манящие ключицы под глубоким V-образным вырезом, ослепительно белая, сияющая кожа и лицо, чья неземная красота поражала с первого же взгляда...
О, да это же младший господин семьи Бай, Бай Чуюй?
Услышав это имя, Си Янь слегка приподнял брови, и интерес в его глазах вспыхнул с новой силой. Вот только следующие слова друга мгновенно погасили этот огонек.
Разве это его невеста?
Сам он свою невесту в глаза не видел — знал лишь о её существовании да о том, что этот брак — шутка, сболтнутая их матерями еще во время беременности.
Да нет, Бай Чуюй хоть и симпатичный, но совсем не производит такого ошеломляющего впечатления.
Ся Хэнъюй всмотрелся повнимательнее и удивленно произнес: С первого взгляда я и впрямь принял его за юношу из семьи Бай. Лица невероятно похожи, незнающий человек решил бы, что они близнецы. Вот только по сравнению с Бай Чуюем этот маленький чертенок выглядит на голову выше.
Тут он внезапно вспомнил, что младший господин из семьи Бай — это как раз тот самый партнер по браку по расчету, уготованный его закадычному другу, и благоразумно замолчал.
Если подумать, его названный братец ведь до сих пор даже не видел своего жениха?
Интересно, каково ему будет сегодня впервые взглянуть на свою половинку?
Надо сказать, сексуальная ориентация его дорогого друга покрыта мраком. К какому бы полу ни принадлежал человек, тот оставался к нему равнодушен. Сколько лет они знакомы, еще ни разу не доводилось видеть, чтобы Си Яня привлекла хоть одна женщина, не говоря уже о мужчинах.
При этой мысли взгляд Ся Хэнъюя вновь с многозначительным подтекстом скользнул по маленькому чертенку на танцполе: первый мужчина, сумевший заставить его друга задержать на себе взгляд... Какая жалость, у его друга уже есть пара.
Такой зажигательный чертенок может принадлежать только ему. Сердце Ся Хэнъюя затрепетало, и он уже начал строить планы, как спустится вниз и пригласит парня выпить.
Си Янь с бесстрастным выражением лица отвел взгляд, бросил беглый взгляд на явно заинтересованного Ся Хэнъюя, едва заметно нахмурился и холодно бросил: Пьем или нет? С этими словами он перестал обращать внимание на приятеля и повернулся, направляясь в отдельную кабинку.
http://bllate.org/book/24627/2895297
Сказали спасибо 0 читателей