Готовый перевод The Heartthrob's Shura Field / Когда все мои бывшие сошлись на поле боя: Глава 4

— Жуань-Жуань! Ты как здесь оказалась?

Цзян Лоу был крайне удивлен моему появлению. Словно пытаясь убедиться, что я настоящая, он потер глаза, а затем и вовсе протянул руку и ущипнул меня за щеку.

Я, сжимая в руках учебники и тетради с заданиями, подняла на него взгляд и максимально серьезно произнесла:

— Цзян Лоу, на этих зимних каникулах я буду жить у тебя. Ты обязан помочь мне подтянуть оценки!

Мы выбрали одинаковые факультативы и сдавали одни и те же экзамены, так что попросить его о помощи было самым логичным решением. Услышав мое грозное заявление, Цзян Лоу просиял и поспешил затащить меня в дом.

Он был дома один, родителей нигде не было. На мой вопрос об их местонахождении Цзян Лоу зевнул:

— Наверное, ушли по делам.

Ну да, семья Цзян Лоу довольно состоятельная. В конце концов, еще в десятом классе он угощал весь наш класс обедом в ресторане Хайдилау.

— Жуань-Жуань, ты уже ела?

Цзян Лоу внезапно обернулся на полпути к комнате. Только сейчас я заметила, что он до сих пор в пижаме.

Мое лицо вспыхнуло. Из-за вчерашней ссоры я, вернувшись из дома Лу Цзинчжоу, сразу легла спать, а проснувшись, была так зла, что даже не притронулась к еде, а сразу помчалась к Цзян Лоу.

— Нет, не ела. Цзян Лоу, дай мне, пожалуйста, новую зубную щетку. Я так торопилась, что даже не успела умыться.

Он принес щетку, отвел меня в ванную при своей спальне и разрешил воспользоваться своей кружкой.

— Умывайся, а я схожу на кухню за едой. Поедим прямо у меня в комнате.

Сказав это, он потрепал меня по голове и вышел.

Цзян Лоу принес фиолетовый батат, початок кукурузы, немного ямса и миску каши из кокосового молока с персиковой смолой. А еще, боясь, что я останусь голодной, набрал целую кучу закусок.

— Цзян Лоу, а лапша латяо есть? Хочу латяо.

Видя такое изобилие, я решила обнаглеть и попросить еще.

— Латяо — это вредная еда, Жуань-Жуань, лучше не надо.

— Я ее десять лет ела, и ничего, жива-здорова!

Я была недовольна его отказом. Заняв его рабочий стол и уставившись в задания, я заявила:

— Мне все равно, хочу латяо! Если не поем, то и задачи эти решить не смогу.

Цзян Лоу рассмеялся:

— Жуань-Жуань, ну и отговорки у тебя. Ладно-ладно, раз так хочешь — попрошу дворецкого купить. Что еще хочешь? Напиши список и скинь мне в WeChat.

— Цзян Лоу, ты мой самый-самый лучший друг! Обожаю тебя!

Я принялась активно показывать ему сердечки руками. Мне невероятно повезло, что в моей жизни есть такой замечательный человек. Я была настолько поглощена своей радостью, что не заметила, как Цзян Лоу, глядя на меня, вдруг посмотрел с каким-то странным, жадным блеском в глазах.

***

Лу Цзинчжоу действительно оказался человеком твердым. За все зимние каникулы я ни разу не попыталась с ним связаться, и он — ни разу со мной.

Мама пару раз спрашивала, почему я не иду гулять с Лу Цзинчжоу. У меня внутри все сжималось от горечи, и я отвечала, что нам обоим нужно готовиться к экзаменам, времени совсем нет. Я не могла признаться маме, что мы разругались. Зная ее характер, она бы тут же заставила меня идти мириться. В конце концов, для нее Лу Цзинчжоу был почти как родной сын. В глазах мамы он всегда был идеальным и рассудительным, поэтому, случись что, она всегда думала бы, что виновата я. Да и если бы она узнала причину нашего разрыва, ей было бы невыносимо смотреть в глаза матери Лу Цзинчжоу.

Я провела каникулы, занимаясь с Цзян Лоу. Иногда я оставалась у него с ночевкой, и мы решали задачи до глубокой ночи. Он подбадривал меня:

— Жуань-Жуань, если продолжишь в том же духе, на олимпиаде в следующем году точно покажешь отличный результат.

Я была ему безмерно благодарна и спросила, хочет ли он что-нибудь в подарок — что угодно, что я могу себе позволить купить.

— Ты хочешь сделать мне подарок?

Узнав, что я хочу отблагодарить его, Цзян Лоу очень обрадовался, его глаза превратились в полумесяцы.

Я вдруг подумала, что он на самом деле довольно симпатичный: светлая кожа, круглое лицо. Только иногда, когда мы долго проводим время вместе, он кажется немного наивным.

— Жуань-Жуань, просто поскорее довяжи мне шарф, который обещала.

— И это всё?

Я даже выдохнула с облегчением — боялась, что он попросит что-то дорогое. Шарф — это пустяки, пряжу я давно купила, за неделю справлюсь.

***

За два дня до конца каникул мне внезапно позвонил Му Тинъе. Я только позавтракала, мама спрашивала, не хочу ли я пройтись, но я отказалась, сказав, что после еды хочу полежать. Мама, посмеиваясь над моей ленью, ушла вместе с папой.

Именно в этот момент зазвонил телефон. Увидев имя Му Тинъе, я удивилась: с тех пор как на Новый год он перевел мне через Alipay 520 юаней и сухо поздравил с праздником, он больше не подавал признаков жизни.

Честно говоря, я даже разозлилась. Я хотела дружить с ним, но у него такой скверный характер — каждый раз, когда он смотрит на меня, кажется, что он готов ударить.

Я ответила на звонок, стараясь говорить холодным тоном:

— Зачем звонишь? Если ничего важного, я вешаю трубку.

— Пять минут на сборы. Выходи, поедем кататься на лыжах.

Голос Му Тинъе звучал властно и холодно, не терпя возражений.

Мне хотелось сделать все наперекор — с чего это я должна укладываться в пять минут? Но любопытство взяло верх: я никогда не каталась на лыжах и всегда мечтала попробовать. Бросив трубку, я помчалась вниз.

Му Тинъе ждал у подъезда, прислонившись к крутому красному мотоциклу. Он был уже совершеннолетним, я видела его водительские права. Сам он выглядел до крайности расслабленным, а его длинное пальто, совершенно не подходящее для зимы, делало его похожим на героя романа, только что вернувшегося из далеких странствий.

— Му Тинъе!

Восторг заставил меня забыть о его дурном нраве. Я крутилась вокруг мотоцикла:

— Как круто! Ты такой классный!

Му Тинъе повернулся и снял шлем, который привез для меня. Он подошел ближе, и высокий парень — он был на голову выше меня — посмотрел на меня сверху вниз. Я встретилась с ним взглядом, и вдруг в голове промелькнула шальная мысль: а ведь мне хочется его поцеловать.

Осознав это, я тут же отвесила себе две пощечины — правда, несильные, просто чтобы прийти в себя. Му Тинъе перехватил мои запястья, нахмурившись:

— Ты чего творишь? Совсем с ума сошла?

Я хихикнула:

— Му Тинъе, надевай скорее!

Он надел на меня шлем, и в этот момент краем глаза я заметила знакомую фигуру, направляющуюся в нашу сторону.

Я почувствовала себя неловко, но тут же одернула себя: с какой стати? Лу Цзинчжоу уже давно не обращает на меня внимания.

Да, это был он. Тот самый Лу Цзинчжоу, с которым мы не виделись почти все каникулы. Му Тинъе, похоже, тоже его заметил, но не придал значения, продолжая спокойно поправлять мой шлем.

— Куда смотришь? Смотри на меня.

Му Тинъе взял меня за подбородок, заставляя смотреть на него, но мои глаза предательски то и дело косились на Лу Цзинчжоу. Тот подошел ближе.

— Сюй Жуань, раз уж я перестал с тобой общаться, ты решила переключиться на таких вот типов?

Я думала, он пройдет мимо, но не ожидала, что после столь долгого молчания он начнет разговор с таких оскорблений — и меня задел, и Му Тинъе унизил. Внутри закипела ярость. Я повернулась к нему. На лице, которое раньше никогда не смотрело на меня с неприязнью, сейчас читалось отвращение.

— Лу Цзинчжоу, не переходи границы! Что значит таких вот типов? Му Тинъе — мой друг.

— Друг? Парень, которому можно лапать лицо? Сюй Жуань, я был прав, когда думал, что ты не вынесешь одиночества? Сколько времени прошло, а ты уже нашла замену. Весь отпуск тебя не было видно, что, вы с ним каждый день кувыркались? Уже переспали?

— Лу Цзинчжоу!

Я окончательно вышла из себя. Оттолкнув Му Тинъе, я сделала шаг к Лу Цзинчжоу и влепила ему звонкую пощечину. У меня защипало в глазах, покатились слезы. Я смотрела на человека, которого так сильно любила, и который теперь ранил меня такими грязными словами, что стало трудно дышать.

— Я уже сказала, что не люблю тебя, я пообещала держаться подальше! С чего ты взял, что имеешь право так меня оскорблять? Даже если бы я провела с Му Тинъе все каникулы, даже если бы мы переспали — тебе-то какое дело?

Слезы текли градом. Я увидела, как на лице Лу Цзинчжоу промелькнула растерянность.

— Жуань-Жуань, не плачь…

Он назвал меня Жуань-Жуань, словно только сейчас осознал, что натворил. Но я больше не хотела его слушать.

— Му Тинъе, поехали! Увези меня отсюда!

Му Тинъе послушно подхватил меня на руки и усадил на заднее сиденье мотоцикла.

— Сюй Жуань, держись крепче.

Я обхватила его за талию и отвернулась в ту сторону, где не было Лу Цзинчжоу. Я не хотела видеть его раскаяние, не хотела давать слабину — я хотела как можно скорее покинуть это место.

***

Му Тинъе отлично водил. Мы мчались быстро, но страха не было. Я крепко прижималась к его спине, чувствуя, как ледяной ветер сдувает всю накопившуюся в душе тяжесть.

Добравшись до лыжной базы, Му Тинъе слез первым и помог мне. Ноги после долгой поездки онемели, и если бы он вовремя меня не подхватил, я бы наверняка рухнула на снег.

— Сюй Жуань, знаешь, ты сейчас похожа на одного сказочного персонажа, — вдруг сказал он, глядя на меня сверху.

Я подняла голову, ожидая комплимента:

— На принцессу?

— Нет, на глупую русалочку, которая лишилась хвоста ради любви.

— Ничего подобного!

Внутри все заныло от обиды. Мне показалось, что он насмехается, и я в сердцах замахнулась кулаком.

— Еще раз ударишь — не буду учить тебя кататься.

Он снова угрожал. Я разозлилась еще больше, отвернулась и начала играть в молчанку.

— Пойдем, выберем тебе хороший лыжный костюм.

Видя, что я молчу, он решил заманить меня экипировкой. И, к моему стыду, я сдалась. Позволив Му Тинъе взять себя за руку, я пошла за ним на базу.

Народу было много. Проходя мимо склонов, я с восхищением смотрела на лыжников и мечтала, что когда-нибудь тоже буду так лихо кататься.

Му Тинъе купил мне новый костюм. Переодевшись и надев снаряжение, я вышла на снег. Под его чутким руководством я начала делать первые неуверенные шаги.

— Сюй Жуань, не бойся, иди ко мне.

Увидев, что я немного освоилась, он отошел на сто метров, остановился и поманил меня рукой.

Я все еще боялась упасть, но, глядя на Му Тинъе, который протягивал мне руки, готовый в любой момент подхватить, я набралась смелости и, забыв обо всем, рванула к нему.

— А-а, Му Тинъе, лови меня, лови!

http://bllate.org/book/24680/2905360