Мисаки Сёкухо, заметив толпившихся вокруг людей, поспешно выплюнула палец Яако Тоонэ. Лишь капельки кристально чистой влаги на пальце заставили её покраснеть. Сделав вид, будто её это вовсе не волнует, Мисаки Сёкухо достала из сумочки салфетку и вытерла оставшуюся жидкость.
Яако Тоонэ положила другую руку на колено и подалась корпусом вперёд, пытаясь закрыть небольшой холмик на юбке. Если бы кто-то заметил вздувшуюся ткань, ей бы точно пришёл конец. К счастью, эта поза не вызвала ни у кого подозрений — окружающие решили, что ей просто очень больно от раны на пальце.
— В следующий раз будь осторожнее, Тоонэ-доно! — с беспокойством напомнила учительница, наблюдая, как одноклассница сцелительным даром залечивает рану Яако. — Спасибо, Кана-доно.
Небольшое происшествие на уроке быстро забылось, и отношения между Яако Тоонэ и Мисаки Сёкухо, казалось, ничуть не изменились.
Самым красивым букетом по итогам урока аранжировки цветов признали работу группы Мисаки Микото. Хотя сама Яако не заметила особой разницы между всеми этими букетами. Они ведь все такие красивые, верно?
— Тоонэ-доно, ты можешь уделить мне минутку? — после окончания урока Мисаки Микото подошла к уткнувшейся в парту Яако.
— О, без проблем.
Яако поднялась и послушно последовала за Мисаки Микото из класса.
— Тоонэ-доно, я всё же должна тебя предупредить: Мисаки Сёкухо явно замышляет что-то недоброе. Она та ещё коварная особа, держись от неё подальше, — в коридоре Мисаки Микото прижала Яако к плечу. — Хоть я и не знаю, почему она тебя не зазомбировала или не сделала чего похуже, но ничего хорошего от неё ждать не стоит.
— Можешь звать меня… просто Яако.
Яако опустила голову, избегая этого двусмысленного с точки зрения парня положения.
— Ты вообще слушаешь, что я тебе говорю?! Яа! Ко! То! О!нэ!
— По крайней мере, пока Мисаки-доно ничего мне не сделала, верно? — с этими словами Яако бросила взгляд на Мисаки Сёкухо, которая улыбалась ей из класса.
— Сейчас — не значит потом. Даже если сейчас ничего нет, будет уже поздно, когда она что-нибудь с тобой сотворит.
— У Мисаки-доно и Мисаки-доно такие сложные отношения… — вздохнула Яако и тут же добавила: — Но ведь дружба и всё остальное зарождаются и крепнут со временем, разве нет?
— Пусть так, но всё же… — Мисаки Микото крепко сжала плечо Яако.
— Даже если что-то случится, Мисаки-доно ведь спасёт меня, как и в прошлый раз? Правда? — Яако одарила Микото широкой улыбкой.
— Ну… ладно, пусть будет так.
Бессильно опустив руки, Мисаки Микото вместе с Яако вернулась в класс.
Дальнейшие занятия прошли без сучка и задоринки: обычные уроки, перерывы, поход в столовую с Мисаки, снова уроки и перемены — вплоть до окончания занятий.
Под угрозами Мисаки Микото превратить её в бразильский шашлык, если она посмеет обидеть Яако Тоонэ, мрачная Мисаки Сёкухо усадила Яако в школьный автобус.
— Больше не смей так близко сходиться с Мисаки Микото, — произнесла Мисаки Сёкухо, когда автобус тронулся, глядя на Яако, которая смотрела в окно.
Яако молча повернула голову и пристально заглянула в глаза Мисаки Сёкухо.
Та, похоже, почувствовала себя неловко под этим взглядом и потрепала себя по волосам:
— Ах… ладно. А где твой багаж? Я велю кому-нибудь привезти его позже.
— У меня нет багажа.
Яако остолбенела. Неужели ей, пробывшей девушкой всего один день, придётся тащить сюда свои мужские семейники в клетку?
— Нет?! — Мисаки Сёкухо округлила глаза. — А косметика? Нижнее бельё? Верхняя одежда и юбки? Обувь? Сумочки? Дакимакура? Пижама?
— А… я ничего этого не взяла! Оставила всё за пределами Академгородка…
Мисаки Сёкухо онемела.
— …Сегодня я одолжу тебе комплект, а завтра сходим вместе купим.
Яако обхватила голову руками и кивнула. Быть женщиной… такая тяжёлая ноша…
К счастью, автобус быстро довёз их до общежития, так что никаких лишних эксцессов не произошло.
Шагая вслед за Мисаки Сёкухо по коридору общежития, Яако во все глаза озиралась по сторонам. Условия Токивадая полностью оправдывали своё название… По сравнению с общежитием школы Сэнханэ — это просто небо и земля. Только взгляните на этот светильник, эту вазу, эту колонну, эту картину… А эта женщина…
Яако, которая чуть было не выпустила бабочек на защиту, и Мисаки, заметив появившуюся фигуру, мгновенно вытянулись по струнке. Напряжённо уставившись на самую грозную правительницу этого общежития… легендарного коменданта, у которой, по слухам, никогда не было парня.
Как страшно! До чего же страшна комендант. В воображении промелькнула картина, как Сираи Куроко решительно сворачивают шею и выбрасывают вон. Яако со страхом посмотрела на приближающегося коменданта.
Наконец взгляд коменданта остановился на бабочке, сидевшей на плече у Яако.
— В общежитии запрещено держать питомцев.
— Эм… это моя способность, я могу контролировать их, чтобы они не разлетались, — пробормотала Яако, и голос её становился всё тише.
— В общежитии запрещено использовать способности.
— Когда они сидят у меня на плече, я не использую способность для контроля…
Комендант на мгновение задумалась, словно разрываясь между правилами, но в итоге всё же позволила Яако и Мисаки пройти:
— Добро пожаловать в общежитие новенькой.
А комендант-то оказалась довольно мягкой, подумалось Яако. Она поблагодарила коменданта и бросилась вдогонку за Мисаки Сёкухо, которая уже взбежала на второй этаж.
— Местный комендант вполне оправдывает свою репутацию легендарной личности, — пробормотала Мисаки Сёкухо, после чего с милой улыбкой постучала в чью-то дверь. Пообщавшись с хозяйкой комнаты с самым нежным выражением лица, она благополучно захватила помещение.
Конечно же, звуки вроде этого самого пи-пл я решительно отказываюсь признавать, что слышала, — думала про себя Яако.
Поскольку постельные принадлежности уже были подготовлены школой, Яако бросила школьную сумку на письменный стол и с размаху рухнула на кровать. Пружинистый матрас подбросил её пару раз вверх-вниз, издав удовлетворённый скрип.
Заметив странный взгляд Мисаки Сёкухо с соседней койки, Яако открыла глаза и с покрасневшим лицом смущенно улыбнулась.
Так они и лежали в тишине, глядя друг на друга, пока за окном постепенно сгущались сумерки. Яако как раз собиралась встать и включить свет, как зазвонил мобильный телефон. Быстро взглянув на экран, она ответила на вызов.
— Алло… ты чего не в общежитии? Живо дуй на наш обычный перекрёсток! Сегодня отмечаем конец очередной недели, мы ждём тебя, давай быстрее!
Раздался голос Сяо Чунь.
Поразмыслив немного, Яако всё же решила пойти — в конце концов, это можно считать прощальной вечеринкой с друзьями. Сбросив вызов, Яако обулась.
— Уходишь? Скоро ужин, — приподнялась на кровати Мисаки Сёкухо.
— Угу, кое-какие дела.
— Парень? — с чисто женским любопытством спросила Мисаки Сёкухо, пока Яако закидывала на плечо сумку.
— Да нет же! — с покрасневшим лицом запротестовала Яако и вылетела из комнаты, спасаясь бегством.
Дверь захлопнулась, погружая комнату в полумрак. Мисаки Сёкухо встала, подошла к кровати Яако и растянулась на ней.
А Яако, выбравшись из общежития, сначала завернула в укромный уголок и переоделась в школьную форму Сэнханэ, лежавшую в сумке. Правда, из-за нехватки времени причёску менять не стала.
— Эй… ты чего так долго тащился, мы тебя уже сто лет ждём! — едва Яако вылезла из транспорта, Сяо Чунь тут же принялась ворчать.
Поскольку они были закадычными друзьями, образ можно было менять как угодно — её всё равно узнавали. Яако отделалась парой слов и поздоровалась с остальными.
— Приветствую, старший! — дружно поклонились Яако окружающие парни. Они уже полностью привыкли к тому, что их второй главный — парень в женском платье.
— Хватит любезностей, умираю с голоду, пошли жрать.
С этими словами Яако повела за собой компанию прямиком в излюбленную забегаловку. Будучи местной шпаной Академгородка, Яако в бытность свою мужчиной занимала там далеко не последнее место.
Войдя в ресторанчик, Яако бросила сумку на стул и села. Стандартные школьные сумки Академгородка ничем не отличались друг от друга, кроме эмблемы учебного заведения.
Младшие товарищи принялись свистеть, подзывая официанта. Услышав этот свист, Яако вдруг почувствовала странную растерянность. Хотя она проучилась в Токивадае всего один день, почему же те «друзья», с которыми она раньше тусовалась, теперь казались ей столь чуждыми?
Уплетая еду, Яако исподлобья наблюдала, как её приятели вовсю хохочут и ведут себя развязно, как и положено хулиганам. Внезапно в груди зародилось сильное желание уйти. Скучающе отвернувшись, она заметила, как кто-то распахнул входную дверь, и поспешно уткнулась лицом в стол.
Мисаки Микото проследовала мимо их столика, насмешливо бросив взгляд на местную гопоту.
«Мисаки Микото…» — мысленно взвыла Яако. Подобная опасная ситуация просто выбивала из колеи, не оставляя ни малейшего понимания, как поступить. Оставалось лишь надеяться, что подчинённые загоградят её собой и её не заметят. Но…
— Ой… я отойду в туалет.
— А… я тоже…
— И я со всеми…
«Ублюдки!» — мысленно выругалась Яако, но к её великой удаче Мисаки Микото уже прошла мимо.
За столом остались только Сяо Чунь и Яако.
Сяо Чунь покосилась на удалявшуюся Мисаки Микото, затем перевела взгляд на ссутулившуюся Яако, которая боялась даже поднять голову, и понимающе улыбнулась. Ну прямо девственник-стесняшка, а не братан.
— Эй! Смелее, не тушуйся. Брат поможет тебе позвать её, а дальше всё зависит от тебя! — Сяо Чунь гордо подняла большой палец вверх перед Яако и под ужаснувшимся, умоляющим, полным проклятий и паники взглядом направилась прямо к Мисаки Микото.
— Девушка… не хотите составить нам компанию? Можно?
До боли знакомая сцена заставила Яако закрыть лицо руками. Неужели сейчас на сцену выйдет товарищ Камидзё?
И точно.
Камидзё Тома появился как по заказу, а приспешники, как и полагалось по сценарию, выскочили из туалета как раз в тот момент, когда Камидзё «спасал» Сяо Чунь. Взбешённая Сяо Чунь вместе с ватагой бросилась в погоню за Камидзё.
Эх… Яако тяжело вздохнула. Как жаль лазанью с горькой тыквой и улитками, которую заказал Камидзё. Посидев в тишине ещё немного, дождавшись, пока стихнут посторонние звуки, Яако подняла голову.
Но…
— А?!!!!!! Яако Тоонэ?!!!!!
И нос к носу столкнулась с ошеломлённой Мисаки Микото.
Мне крышка!
Три огромные буквы замерли в сознании Яако, а по щекам покатились слёзы. Не переставая беззвучно плакать, Яако выдавила из себя горькую улыбку, глядя на Мисаки Микото.
— Не… не плачь ты… — растерялась Мисаки Микото, заметив слёзы Яако, но тут её взгляд упал на школьную форму в руках у той, и она остолбенела.
— Я… я не это…
Яако попыталась что-то объяснить, но Мисаки Микото оборвала её на полуслове.
Схватив школьную форму из сумки Яако и развернув её, Мисаки Микото — судя по всему, додумав в своей голове бог знает что — выдала покрасневшему от стыда и гнева лицом фразу, от которой Яако окончательно лишилась душевного равновесия:
— Неужели… они и правда устроили с тобой какое-то постыдное ролевое шоу?!
— А?… А?!…
У Яако снова защипало в глазах. Разве в такой ситуации мог найтись хоть какой-то другой оправдательный аргумент?
http://bllate.org/book/24683/2905916
Готово:
