Готовый перевод Farming with My Town / Мой городок в кармане: Фермерская идиллия в другом мире: Глава 9

Чжоу Юй ничего не знал о том, что произошло ночью. Когда он проснулся, дождь уже прекратился, и лишь капли, срывавшиеся с карнизов, подсказали ему, что ночью лило. Впрочем, сам он не слышал ни звука, так что дождь наверняка был слабым.

Весенний дождь тих и нежен, он бесшумно напояет все вокруг — эта фраза как нельзя лучше описывала погоду.

Чжоу Юй размышлял о том, что в ближайшие пару дней уже можно будет заняться огородом и сеять семена: весенняя влага как раз поможет им пойти в рост. Семена были заготовлены заранее, и сейчас как раз самое время подготовить всё для рассады, которую пора проращивать.

Солнце так и не показалось, было немного прохладно. Умывшись, юноша растирал ладони о ладони и вдруг захотел печеного батата. Батат хранился прямо в погребе Чжоу Юя — он вырастил его сам, и пришлось приложить немало усилий, чтобы сохранить урожай в целости, но, к счастью, всё удалось.

Захотелось — значит, надо взять. Он спустился за небольшим лукошком батата: клубни уродились на славу, каждый — плотный и круглый, покрытый тонким слоем высохшей земли. Самые крупные достигали размеров с ладонь юноши, а те, что поменьше, — в три пальца шириной. Нельзя было не признать, что почва в Долине Безлюдная невероятно плодородна, и всё, что здесь выращивали — будь то овощи и фрукты с огорода или зерно с полей, — давало потрясающие урожаи.

Чжоу Юй развел огонь, доверху наполнив водой оба котла. Батат он даже не стал мыть, прямо так бросил в жарко пылавшее жерло печи, внимательно следя за ним и то и дело переворачивая, чтобы не подгорело. Вскоре по комнате разнесся аппетитный аромат.

Юноша глубоко втянул носом воздух, и сидевший рядом с ним золотистый ретривер тоже зашевелил носом, заставив Чжоу Юя с улыбкой потрепать пса за ухо: — Шуайгэ, это не тебе.

Стоило ему перестать «отлынивать от работы» и заняться чем-то посторонним, как он тут же начинал кормить Дагэ и остальных собачьим кормом. Золотистый ретривер был не особенно разборчив в еде, но при этом страшно привязан к хозяину — в свободное время он больше всего любил крутиться рядом с Чжоу Юем, и тот охотно позволял ему это.

Человек и собака увлеченно играли на кухне, как вдруг в дверях появился Дуань Жун.

Судя по всему, он только что вернулся из гор: его черная одежда была грязной и отдавала сыростью, волосы тоже намокли и липли к телу. Весь его вид казался несколько потрепанным, но в руке он держал лукошко, в котором лежали побеги горного бамбука и немного съедобных грибов.

Несомненно, он принес всё это, чтобы отдать юноше.

Увидев Дуань Жуна в таком виде, Чжоу Юй изумленно замер и, широко раскрыл глаза, спросил: — Ты ходил в горы?

На его лице еще не успела исчезнуть улыбка, вызванная проделками ретривера, щеки горели легким румянцем, из-за чего он выглядел невероятно свежо и нежно: алые губы, белые зубы, влажный блеск в глазах — всё это излучало неосознанное манящее очарование.

Дуань Жун судорожно сглотнул, издав в горле низкий звук, и, сообразив, что подошвы его сапог испачканы, остался стоять на пороге, не решаясь войти: — В соломенной хижине протекает крыша, я хочу побыстрее достроить дом.

Строительство их нового дома уже подходило к концу. Как только крышу покроют черепицей, туда можно будет вселяться, а потом останется только доделать кое-какую внутреннюю отделку и завезти столы со стульями. Впрочем, всю эту работу Дуань Жун мог и не делать: Дядя Хэ до того, как устроиться управляющим в поместье Дуань, был плотником, так что любые плотницкие работы для него были сущим пустяком.

Поэтому, как только дождь прекратился, Дуань Жун отправился в горы. Было еще едва рассветно, когда Тетушка Хэ, не сумев уснуть, сказала, что хочет пойти с ним поиграть в горах и посмотреть, нет ли там чего съестного. Подумав, что сможет присмотреть за ней, Дуань Жун согласился.

Горный бамбук, который он держал в руке, собрала Тетушка Хэ — после недавнего дождя у подножья горного бамбучника высыпало множество нежных побегов. Тетушка Хэ нарезала их с избытком и предложила занести немного юноше, и Дуань Жун вызвался сделать это сам.

Чжоу Юй не знал всех этих подробностей, но, вспомнив их убогое жилище, мысленно вздохнул: — Значит, вы совсем не спали этой ночью?

Дуань Жун на мгновение замер и честно ответил: — Ни глаз не сомкнули.

Глядя на него, Чжоу Юй подумал, что этот мужчина выглядит донельзя жалобно, и выпалил, не раздумывая: — Не хочешь у меня искупаться и вздремнуть?

Как раз вовремя он вскипятил два котла горячей воды, ее должно хватить.

Дуань Жун тоже сообразил это. Поколебавшись пару секунд, он поджал губы и кивнул: — Доставлю тебе хлопот.

— Никаких хлопот.

Уголок, где Чжоу Юй мылся, находился сразу за кухней. Это была крошечная каморка, в которой после установки деревянной бадьи высотой в полчеловека почти не оставалось свободного места — лишь впритык для того, чтобы кто-то мог развернуться.

Осмотревшись, Дуань Жун заметил, что бадья вмонтирована прямо в дощатый пол. От нижней части днища, прямо от сливного отверстия, тянулся кусок бамбукового ствола: стоило после купания вытащить пробку, как грязная вода сама утекала наружу по бамбуковой трубе. Конструкция оказалась донельзя практичной и изобретательной, и мужчина невольно мысленно восхитился.

Дуань Жун прекрасно знал, что ум юноши граничит с чем-то непостижимым, а потому вовсе не хотел, чтобы кто-то, кроме него самого, приближался к парню. Как ни крути, а обнаружил его первым именно он сам.

Погрузившись в теплую, согревающую воду, мужчина почувствовал, как окутавший его пар затуманил и сделал глаза глубокими и темными. Подняв взгляд, он посмотрел перед собой так, будто мог затянуть человека внутрь. Вошедший Чжоу Юй почувствовал, как его сердце пропустило два удара. Опустив глаза, он положил принесенную одежду: — Твоя одежда пока не высохла, Дагэ, я принес ту, что покруче, потерпишь немного.

Дуань Жун ни капли не смутился: — Спасибо за хлопоты, А-Юй.

Чжоу Юй покачал головой, стараясь не смотреть ни на какую часть тела мужчины: — Я испек батат, когда закончишь купаться, заходи перекусить.

Заметив его смущение, уголки губ Дуань Жуна чуть приподнялись: — Хорошо.

Выйдя из купальни, Чжоу Юй похлопал себя по щекам. Он никак не мог взять в толк, с какой стати вид мужского тела заставил его сердцебиение участиться, а все тело — покрыться липким потом от неловкости, ведь всё то же самое имелось и у него самого!О нет, неверно, в голове промелькнула картинка, увиденная в самом начале, — с бесстрастным видом подумал юноша: у него-то были красивые и крепкие мышцы, а у меня нет!

Наверное, я просто позавидовал.

Чжоу Юй, технический гита… то есть технический задрот, у которого за две жизни так и не появилась девушка, с серьезным видом подумал: так дело не пойдет, есть досыта нечего, а от мышц какая польза, их же не съешь.

Вспомнив, что у него припасено избытком вкусной еды, он мгновенно обрел душевное равновесие.

Когда вышел Дуань Жун, Чжоу Юй как раз вытащил из устья печки запеченные до ароматной корочки бататы и сложил их кучкой у себя под ногами. Шуайгэ попытался придвинуться, чтобы понюхать, но юноша шлепнул его по руке: — Не трогай, горячо.

Услышав шаги мужчины, Чжоу Юй даже не поднял головы и позвал: — Дагэ, садись сюда.

С этими словами он немного подвинулся вглубь, уступая ему место.

Вскоре рядом оказалась еще одна испускающая жар фигура. Чжоу Юй бросил на мужчину быстрый взгляд и, заметив, что его волосы уже почти высохли и лишь на самых кончиках еще оставалась влага, невольно удивился: — Ты что, не мыл волосы?..

Дуань Жун повернул голову и с улыбкой посмотрел на него: — Высушил.

А? Чжоу Юй моргнул, ничего не поняв: — Как это высушил?

Мужчина многозначительно улыбнулся и лаконично бросил два слова, от которых внутренний мир Чжоу Юя взорвался: — Внутренняя энергия.

Чжоу Юй: — ……

Заметив растерянное выражение на лице юноши, Дуань Жун пояснил: — Я с детства занимаюсь боевыми искусствами, так что владею кое-какими навыками рукопашного боя.

Чжоу Юй: — !!!

Он был потрясен: у этого мужчины, оказывается, есть настоящее кунг-фу!

У каждого, кто смотрел сериалы о боевых искусствах, в душе наверняка живет мечта о цзянху. И хотя с возрастом человек постепенно начинает смотреть на вещи реально, некоторые люди продолжают бережно хранить это стремление на самом дне сердца. Пусть сам ты не умеешь драться, но если встретится тот, кто умеет, сердце все равно затрепещет от восторга и вознесет его до небес как кумира.

Чжоу Юй был именно таким человеком. Столкнувшись теперь с живым «мастером», он кипел от восторга, и его симпатия к Дуань Жун мгновенно взлетела до небес!

Заметив, как внезапно заблестели глаза юноши, Дуань Жун усмехнулся и с легким смешком переменил тон: — Хочешь научиться боевым искусствам?

— …… — Чжоу Юй немного поколебался и покачал головой.

До чего же он милый, подумал в этот момент Дуань Жун. Не удержавшись, он протянул руку и потрепал юношу по макушке: — Хоть уже и поздно, но если хочешь учиться, я могу тебя научить.

— Не надо, — при всей своей склонности к кумирам Чжоу Юй прекрасно понимал суровую реальность и знал, что уже перерос лучший возраст для начала тренировок. — Просто я считаю, что Дагэ невероятно крут.

— И правильно, что не хочешь, это очень тяжелый труд. — Дуань Жун не стал настаивать. Начать обучение в возрасте юноши означало претерпеть немалые лишения ради хоть каких-то успехов, а он этого не хотел.

Ему хотелось лишь одного — чтобы юноша был счастлив, а сам он закроет его своей спиной от любых бед.

— А ты в каком возрасте начал заниматься боевыми искусствами? — мгновенно переключившись в режим преданного фаната, Чжоу Юй страшно заинтересовался этим вопросом, и от него буквально исходила невидимая аура сплетника.

— В три года. — Взгляд Дуань Жун затуманился, в нем промелькнула ностальгия. — Отец говорил, что когда я освою боевые искусства, то смогу защитить его и маму от обидчиков.

Чжоу Юй: — ……Похоже, это и вправду был родной отец.

Дуань Жун не стал продолжать. Он скосил глаза на юношу и мягко произнес: — Так что, А-Юй, тебе необязательно учиться, я сам тебя защищу.

Мужчина говорил подобное не впервые, но именно сейчас это заставило Чжоу Юя проникнуться к нему абсолютным, доходящим до глубины души доверием. Мастер боевых искусств, пообещавший защитить — это же невероятно надежно!

В долгу он оставаться не собирался: еды у него было навалом, так что юноша про себя решил — впредь он ни за что не позволит мужчине голодать.

С этими мыслями Чжоу Юй быстро сунул в руку мужчины самый большой батат: — Дагэ, ешь.

Дуань Жун посмотрел на диковинку в своей руке и спросил: — Это и есть тот самый батат, о котором ты говорил?

Чжоу Юй кивнул: — Угу, попробуй, какой он на вкус.

В эту эпоху батата еще не существовало, и он вырастил его из семян, купленных в системе. Объяснять что-то про происхождение клубней и откуда он их раздобыл Чжоу Юй не собирался — в конце концов, им достаточно было знать, что это съедобно.

Разве не на этом строились тысячелетние традиции великой гастрономической державы?

Раз юноша сказал, что это съедобно, Дуань Жун не стал сомневаться. Ухватившись за краешек кожицы, которую юноша уже надломил для него, он обнажил желтовато-оранжевую мякоть и откусил кусочек. Мягкая, со сладковатым привкусом мякоть мгновенно заполнила рот и, не требуя усилий для пережевывания, быстро таяла на языке, оставляя после себя чудесное послевкусие.

— Вкусно.

Глаза Чжоу Юя изогнулись полумесяцем, он тоже взял себе клубень, очистил и откусил огромный кусок: — Я тоже считаю, что очень вкусно.

Оба молча уплетали бататы. Умяв по целой штуке, Дуань Жун почувствовал легкое насыщение. Он с некоторым удивлением подумал о том, что с виду это обычный плод, но насыщает куда сильнее любой еды.

Он хорошо знал свой аппетит, и раньше чувство сытости никогда не давалось ему так легко.

— Дагэ, тут еще есть. — Юноша придвинул ему еще один крупный клубень.

Когда они оба расправились со всеми бататами, Чжоу Юй хлопнул себя по груди и тихонько икнул. Поднявшись, он произнес: — Батат-то вкусный, только нужно помнить об одной вещи: если съесть его слишком много…

Он намеренно сделал паузу.

Дуань Жун поднял голову и пристально посмотрел на него, давая понять, что ждет продолжения.

Чжоу Юй с самым серьезным видом объявил: — Будешь пукать.

Дуань Жун: — ……

http://bllate.org/book/24693/2907535