Готовый перевод 100 Ways to Become a God / [Быстрое перемещение] 100 способов покорить мужского бога: Глава 17

Янь Цзюгэ с балующим взглядом посмотрел на оживившегося юношу и мягко произвел:

— Так как же Сяо-Ань хочет его отметить?

Чу Юйань покачал головой и растерянно ответил:

— Не знаю, брат Янь. Раньше я всегда справлял свой день рождения в одиночестве.

Услышав слова Чу Юйаня, Янь Цзюгэ тут же почувствовал, как сердце сжимается от жалости — он уже знал обо всех испытаниях, выпавших на долю Чу Юйаня за эти годы. Мужчина сразу же предложил:

— Давай в этом году отпразднуем его вместе, м?

Сказав это, Янь Цзюгэ посмотрел на юношу, словно ожидая ответа.

Чу Юйань на мгновение задумался, бессознательно постукивая пальцами по оконному стеклу. Сердечко Янь Цзюгэ слегка затрепетало, он почувствовал, как участился пульс, и тут Чу Юйань легко кивнул.

В тот момент, когда юноша кивнул, душа Янь Цзюгэ мгновенно взмыла ввысь. Даже когда он много лет назад, впервые попав в компанию, заключил свой самый первый крупный контракт, Янь Цзюгэ не испытывал подобной радости.

Кивнув, Чу Юйань заметил, что сидящий рядом мужчина хранит глубокое молчание, и от неожиданной тревоги внутри заскребли кошки. Поразмыслив немного, Чу Юйань изо всех сил придвинулся ближе к Янь Цзюгэ, а затем умоляюще уставился на мужчину снизу вверх.

Янь Цзюгэ, конечно же, заметил маленькие хитрости Чу Юйаня. В его глазах мелькнула капелька улыбки, и он внезапно протянул руки, заключая добровольно попавшегося в ловушку юношу в объятия. Застигнутый врасплох внезапным объятием, юноша растерянно поднял голову и посмотрел на прижимающего его к груди мужчину.

Янь Цзюгэ подавлял бушевавшее внутри волнение, но в глазах, устремленных на Чу Юйаня, всё же неудержимо мерцали искорки света. Он тихо произвел:

— Сяо-Ань, я очень рад.

Заметив, что юноша слегка ошеломлен, он повторил:

— Я очень рад.

Чу Юйань быстро пришел в себя:

— Брат Янь, я тоже очень рад.

Машина остановилась у входа в лабораторию, и первыми к ней шагнул ожидаввший у дверей И Юнь. Увидев, как Янь Цзюгэ сначала вышел из машины и достал инвалидное кресло, затем открыл дверь со стороны Чу Юйаня и бережно перенес его на сиденье, заметив царившую между Янь Цзюгэ и Чу Юйанем гармоничную атмосферу, И Юнь на мгновение замер на месте.

Однако не успел И Юнь подойти к Чу Юйаню, как тот сам заметил его. Глаза юноши ярко засияли, и он звонко окликнул:

— Брат И!

И Юнь на секунду опешил, а затем ускорил шаг, приближаясь к Чу Юйаню и взволнованно глядя на него:

— Сяо-Ань, ты помнишь?Чу Юйань моргнул, и в его глазах мелькнула живая, игривая искорка:

— Я конечно же помню.

Заметив явное удивление на лице стоявшего перед ним И Юня, Чу Юйань поднёс палец к губам и цыкнул:

— Брат И, это наш с тобой маленький секрет.

Янь Цзюгэ видел, как эти двое, которые, по его мнению, были едва знакомы, в мгновение ока обзавелись общим секретом, и на душе у него сделалось крайне неприятно. Однако он не стал показывать виду перед Чу Юйаном и лишь холодно бросил, когда те закончили переглядываться:

— Давайте скорее войдём внутрь.

Лишь тогда Чу Юйань опомнился:

— Верно, нам пора заходить.

С этими словами он с некоторым смущением произнёс:

— Брат Янь, снова доставляю тебе хлопоты.

Янь Цзюгэ ответил:

— Сяо Ань, между нами такие отношения, тебе не нужно чувствовать неловкость.

Сказав это и убедившись, что Чу Юйань не возражает, он самодовольно покосился на И Юня.

И Юнь только что обрадовался, поняв, что Чу Юйань вовсе не забыл те дни, когда они проводили время вместе. Но стоило ему перевести взгляд и поймать этот победный взгляд Янь Цзюгэ, как он мысленно тяжело вздохнул: неужели этот на редкость ребячливый мужчина и есть тот самый Янь Цзюгэ?

Янь Цзюгэ, разумеется, не собирался отвечать на молчаливые мысли И Юня и тут же повёз кресло с Чу Юйаном в лабораторию.

Народ внутри лаборатории методично занимался своими делами. Старейшина И сразу заметил вошедшего Чу Юйаня, однако, за исключением самого Старейшины И и ещё одного профессора, присутствовавшего в тот день, никто больше даже не взглянул в сторону Чу Юйаня. Те, кто мог сюда попасть, были любимцами небес; и хотя опубликованная Чу Юйанем научная статья вызывала у них уважение, они вовсе не считали его намного превосходящим их самих.

Чу Юйань ничуть не удивился подобной атмосфере. Всё то время, пока он был прикован к больничной койке, отчаянно скучая, он снова и снова дорабатывал своё исследование. На самом деле в прошлом мире этот результат уже был успешно достигнут. Ещё до возвращения в Семью Чу он вместе с пожилым профессором завершил эту научную работу, и тогда её триумф потряс весь мир, став величайшим чудом в истории медицины.

В этой жизни, опираясь на воспоминания из прошлого мира, Чу Юйань дополнительно изучил смежные медицинские направления и уже запечатлел в памяти каждый шаг. Заметив приближающегося Старейшину И, Чу Юйань озарил лицо милой и послушной улыбкой:

— Профессор И, могу ли я ознакомиться с тем, на какой стадии сейчас находится эксперимент?

Профессор И кивнул:

— Я невероятно рад уже тому, что ты согласился заранее прийти в лабораторию. Отныне ты — часть нашего коллектива, и у тебя, конечно же, есть полное право знать о ходе исследований.Хотя старейшина И выглядел весьма доброжелательным, в лаборатории он обычно держался очень строго. Никто и подумать не мог, что перед этим новеньким юношей он окажется столь мягким и разговорчивым. Впрочем, никто и не думал возмущаться или завидовать, ведь всецело доверяли старейшине И. К тому же каждый из них был гордостью небес, и они точно так же приветствовали появление ещё более талантливого человека, чтобы вместе учиться друг у друга и совершенствоваться.

Чу Юйань, которого везли в кресле, знакомился с ходом работ, а старейшина И подробно всё ему объяснял. Подойдя к месту, где как раз проводился один из экспериментов, Чу Юйань внезапно остановился, молча понаблюдал за процессом пару мгновений, а затем сказал старейшине И: В этом шаге есть изъян.

Услышав слова Чу Юйаня, старейшина И на мгновение остолбенел. Он бросил взгляд на выполнявшуюся процедуру — этот шаг был самым обычным звеном эксперимента, и так делали уже много лет. Они ломали головы над усовершенствованием других этапов, но никому и в голову не приходило, что с этим могут быть какие-то проблемы.

В этот момент остальные исследователи, услышав замечание Чу Юйаня, повернули головы в его сторону.

Чу Юйань, оказавшись под прицелом стольких глаз, не изменился в лице и лишь продолжал смотреть на тот самый экспериментальный шаг. Тот же, кто проводил опыт, ни капли не смутился и с бесстрастным выражением лица завершил начатую операцию.

Заметив это, Чу Юйань одарил его одобрительным взглядом. Когда этот человек закончил текущий этап, он повернулся и молча посмотрел на Чу Юйаня.

В одном месте этого шага неправильная дозировка, — произнес Чу Юйань.

Стоило ему закончить, как человек послушно отошел в сторону, а Янь Цзюгэ подкатил Чу Юйаня на то самое место, где тот только что стоял. Под пристальными взглядами окружающих Чу Юйань ничуть не растерялся.

Он полностью погрузился в собственный ход эксперимента. На одном из этапов Чу Юйань поменял местами дозировки двух экстрактов, после чего успешно завершил процедуру и передал готовый образец тому самому исследователю.

Тот взглянул на результат, храня молчание. Это было лишь крошечное звено эксперимента. Он передал вещь сотруднику, ответственному за следующий этап.

Янь Цзюгэ бросил взгляд на Чу Юйаня: сейчас лицо юноши излучало ослепительную уверенность. Глядя на него, Янь Цзюгэ поймал себя на том, что его глаза невольно затуманились от наваждения. И Юнь, случайно перехвативший взгляд, которым Янь Цзюгэ смотрел на Чу Юйаня, вздрогнул от неожиданности. Затем он непринужденно отвел глаза.

Сяо Ань, — с улыбкой произнес И Юнь, — с чего ты решил, что этот экспериментальный шаг неверен?

Сидевший в кресле юноша поднял голову, немного подумал и серьезно ответил: Дома, тщательно обдумывая этот эксперимент в свете слов старейшины И, я всё время чувствовал: хотя последовательность и кажется безупречно логичной, в ней словно бы что-то не так. Но ведь это выглядело слишком странно. И вот, увидев этот шаг своими глазами, я интуитивно почувствовал ошибку.

Впрочем… — Чу Юйань запнулся, повернулся и виновато произнес: — Простите, что нарушил работу лаборатории.

Старейшина И отмахнулся: Ты не сделал ничего дурного, смелость подвергать сомнению устоявшиеся вещи — это прекрасный дух научных исследований. Он также обратил внимание на то, что юноша, похоже, был невероятно уверен в собственных действиях и от начала до конца не обмолвился ни словом о том, что его метод может оказаться ошибочным.

Даже несмотря на то, что Чу Юйань изменил экспериментальный шаг, результаты нельзя было увидеть сию же минуту. Старейшина И продолжил экскурсию по лаборатории для всей группы. К тому времени, как они осмотрели каждый уголок, на улице уже совсем стемнело.

Поскольку старейшине И нужно было продолжать работу над экспериментом, он не смог проводить Чу Юйаня, зато И Юнь последовал за Янь Цзюгэ. Когда они стояли у выхода, И Юнь, заметив, что Янь Цзюгэ собирается везти Чу Юйаня домой, неожиданно окликнул последнего: Сяо Ань!

Чу Юйань обернулся на зов. На улице уже царила ночь, но фонари у входа светили очень ярко, и погруженный в этот свет юноша казался выточенным из чистейшего нефрита. Он посмотрел на И Юня: Старший брат И?

И Юнь приоткрыл рот, но под тяжелым взглядом Янь Цзюгэ всё же выдавил: Сяо Ань, ты давно не заходил к нам в гости, не хочешь ли сегодня поужинать вместе?

В душе Янь Цзюгэ шевельнулось мрачное раздражение: с какой стати И Юню вдруг приглашать Чу Юйаня? Это заставляло его подозревать, что у И Юня тоже появились какие-то невыразимые виды на Сяо Аня.

Впрочем, он постарался отогнать эти подозрения, ведь судя по прошлому опыту Сяо Аня, они с И Юнем вообще не должны были быть знакомы; даже если они столкнулись случайно, любовь с первого взгляда просто не могла случиться с таким человеком, как И Юнь.

И Юнь, конечно же, не мог влюбиться в Чу Юйаня с первого взгляда — его чувства зарождались постепенно.

Чу Юйань изначально хотел отказаться, но И Юнь, заметив это по его лицу, тут же поспешно добавил: Или Сяо Ань уже совсем ничего не помнит из того периода? И надо же — у взрослого мужчины в голосе при этих словах проскользнули жалобные нотки.И Юнь, конечно же, знал, насколько мягкосердечным человеком был Чу Юйань. И действительно, после его слов на лице Чу Юйаня, уже выражаявшем некоторое несогласие, мелькнуло сомнение. Он на мгновение замолчал, явно колеблясь, но всё же повернулся к Янь Цзюгэ, испрашивая его согласия.

Заметив молчание Чу Юйаня, И Юнь сразу понял, что его цель достигнута. Хотя так пользоваться мягкосердечностью Чу Юйаня было не совсем честно, но когда добиваешься расположения будущего супруга, бесстыдство — дело естественное.

Лицо Янь Цзюгэ уже давно помрачнело, но стоило Чу Юйаню обернуться, как его выражение мгновенно смягчилось. Раз уж Чу Юйань захотел пойти, как мог Янь Цзюгэ пойти против его воли? Он кивнул и нежно произвил:

— Хочешь пойти — иди.

Затем он бросил взгляд на И Юнь и добавил:

— Я пойду с вами.

И Юнь на мгновение замер. Хотя из-за присутствия Янь Цзюгэ он не сможет под предлогом позднего часа уложить Сяо-Аня спать вместе с собой в обнимку, но возможность поужинать с Сяо-Анем, которого он так долго не видел, была тоже весьма неплоха.

За ужином в доме И Юня Чу Юйань вел себя совершенно непринужденно и естественно. Видя, как просто и по-свойски держится Чу Юйань, И Юнь переполнился нежностью и балующей лаской.Наевшись, Чу Юйань по привычке хлопнул себя по круглому животику и посмотрел на сидевшего рядом И Юня. И Юнь с полным взаимопониманием протянул руку и принялся бережно массировать животик мальчика.

Янь Цзюгэ со стороны наблюдал за их слаженными движениями, и в глубине его глаз мелькнуло недоумение.

И Юнь массировал Чу Юйаня уже некоторое время, когда тот вдруг вспомнил, что теперь он не бесплотный дух, как раньше. В его глазах промелькнуло смущение, он отодвинул животик в сторону и тихо произвел:

— Н-не нужно больше.

Однако такой вид Чу Юйаня вызывал лишь еще большее желание подразнить его. И Юнь послушно убрал руку, но в тот момент, когда мальчик потерял бдительность, легонько пощекотал его за бока.

Почувствовав щекотку, Чу Юйань звонко засмеялся. Смеясь, он принялся отползать в сторону, но из-за своей неуклюжести в новом теле, а теперь еще и растеряв все силы от смеха, он и вовсе не мог сдвинуться с места и был полностью во власти обидчика.

Уголки глаз мальчика покраснели от смеха, и он жалобно протянул:

— Братец И, хватит, братец И…

В конце его голос мягко взлетел вверх, словно маленькая кисточка, заставив сердца обоих мужчин сладко защемить от щекотки.Янь Цзюгэ некоторое время понаблюдал за ними, а затем неожиданно протянул руки, подхватил юношу на руки и перенес на диван. В руках у И Юня внезапно стало пусто, и, заметив явно ревнующего мужчину, он беспомощно вздохнул.

Однако, стоило И Юню бросить взгляд на послушно устроенного на диване юношу, на сердце у него вновь скребли кошки. Тот юноша, что прежде был столь здоровым и жизнерадостным, теперь с трудом мог передвигаться самостоятельно. Пусть это и временно, но в любом случае подобные вещи наносят ущерб организму.

В наступившей тишине у Чу Юйаня зазвонил телефон. Достав аппарат и ответив привычным «Алло», он сразу же услышал возбужденный голос старейшины И: — Успех!

Сперва Чу Юйань даже не сообразил, о чем говорит старейшина И. Впрочем, судя по всему, ответа от него и не требовалось. Старейшина И продолжил невероятно взволнованным тоном: — Сяо Ань, мы продолжили прежние эксперименты, используя твой экстракт, и в итоге обнаружили ту самую группу бактерий, о которой всегда мечтали!

На самом деле Чу Юйань уже догадывался об этом, но сейчас на его лице отразилось легкое волнение, а щеки слегка покраснели: — Правда?

— Разумеется, правда! — воскликнул старейшина И. — Сяо Ань, ты просто гений!

От похвалы щеки Чу Юйаня порозовели еще сильнее. Поговорив со старейшиной И еще немного, он получил приглашение уже завтра приехать в лабораторию для проведения дальнейших исследований.

Завершив вызов, Чу Юйань посмотрел на И Юня: — Брат И, уже поздно, мы с братом Янем пожалуй поедем домой.

Хотя в душе И Юню не хотелось их отпускать, настаивать он не стал. Проводив Чу Юйаня и Янь Цзюгэ до самого выхода из подъезда, он вдруг наклонился к самому уху Чу Юйаня и тихонько прошептал несколько слов.

Услышанное заставило Чу Юйаня на мгновение замереть, но затем он повернулся и с улыбкой ответил: — Хорошо.

Янь Цзюгэ стоял рядом, но расслышать слова И Юня не смог. Он нахмурился: с самой первой встречи с Чу Юйанем этот И Юнь вел себя странно. Поразмыслив над происходящим, мужчина внезапно вспомнил о возможности, которую до сих пор подсознательно игнорировал. От этой догадки Янь Цзюгэ невольно бросил взгляд на И Юня. Стоило ему взглянуть на соперника под новым углом, как стало очевидно: во взгляде, которым И Юнь смотрел на Чу Юйаня, плескалось абсолютная, ничем не прикрытая нежность.

Вечером Янь Цзюгэ привычным жестом заключил Чу Юйаня в объятия. Он прижимал юношу к себе так крепко, что в сердце поднималась смутная тревога вперемешку с глухим раздражением. Он совершенно не представлял, при каких обстоятельствах познакомились Чу Юйань и И Юнь, и теперь свирепый зверь в его груди рычал, требуя запереть человека из его объятий в неприступной глуши особняка.Янь Цзюгэ думал об этом, невольно опустив голову, чтобы при свете луны вглядеться в лицо мирно спящего на его руках юноши. При лунном свете юноша казался необыкновенно чистым и сияющим. Взгляд Янь Цзюгэ становился всё глубже и темнее. Он медленно перевёл руку на лицо Чу Юйань и принялся вновь и вновь гладить его. Подобно дракону, он отчаянно жаждал защитить похищенного им маленького принца. Но маленький принц был слишком прекрасен, и вокруг оставалось немало тех, кто желал вернуть его обратно, — тех, кто пришёл бы с богатыми дарами из самоцветов и цветов, чтобы посвататься, забрать домой, холить и лелеять.

Терзаемый внутренним беспокойством, он изо всех сил старался искусить маленького принца всевозможными роскошными нарядами и изысканными яствами, чтобы тот навек заблудился в воздвигнутой для него темнице. Если же он не заблудится... При одной мысли об этом сердце Янь Цзюгэ медленно уходило в пятки, а на дне его глаз проступало безжалостное ожесточение. Если маленький принц попытается сбежать, он запрёт его. Выкует золотую клетку, построит высокую башню и поселит его на самом её верху; что бы тот ни пожелал, он сам достанет для него, нужно лишь, чтобы он послушно сидел в своей башне.

Должно быть, Янь Цзюгэ слишком долго задерживал взгляд на лице Чу Юйань, и юноша, обладавший интуицией маленького зверька, слегка повернул голову. Янь Цзюгэ ещё раз взглянул на Чу Юйань, склонил голову и с благоговейным трепетом запечатлел поцелуй на его щеке, после чего преданно, словно верный рыцарь, тихо произнёс: — Спокойной ночи, мой принц.

Когда рассвело, Янь Цзюгэ заботливо привёл Чу Юйань в идеальный порядок, а затем отвёз в лабораторию. Оказавшись на месте, Чу Юйань искренне попрощался с Янь Цзюгэ: — Братец Янь, иди поработай, мне тоже пора за дело.

Услышав слова юноши, Янь Цзюгэ невольно рассмеялся: — Тогда веди себя здесь послушно, а как закончу, братец Янь придёт за тобой.

Чу Юйань закивал наперебой, всем своим видом выражая крайнее послушание. Янь Цзюгэ наклонился, коснулся губами макушки Чу Юйань, а затем решительно развернулся и вышел. Чу Юйань за последнее время уже привык к такой нежности со стороны Янь Цзюгэ, поэтому не чувствовал в этом абсолютно ничего странного. Лишь когда Янь Цзюгэ ушёл и он повернул голову, то столкнулся со странным взглядом старейшины И.

Чу Юйань слегка удивился: — Профессор И?

Придя в себя, старейшина И посмотрел на чистого юношу перед собой и мысленно выругал Янь Цзюгэ за то, что старый конь до зелёной травы охотников зарится да несовершеннолетних соблазняет. Посмотрев на Чу Юйань, он произнёс: — Сяо Чу, я как раз собираюсь показать тебе вчерашние результаты.

Когда Чу Юйань на этот раз вошёл в лабораторию, все сотрудники встретили его дружелюбными взглядами. Вчерашнее предложение Чу Юйань подтвердило свою эффективность, лишний раз доказав, что он и впрямь настоящий гений.

Старейшина И сразу повёл Чу Юйань посмотреть на выращенную накануне колонию бактерий. Чу Юйань молча изучил её, покачал головой и сказал: — Профессор И, я больше силен в химии, а в этой сфере понимаю немного, поэтому вряд ли смогу предложить какие-то идеи.

Услышав это, профессор И вовсе не разочаровался — напротив, он проникся к Чу Юйань еще большим уважением. Какой молодой человек, и с какими прекрасными манерами! Он с улыбкой произнёс: — Ничего страшного, абсолютно ничего страшного! Я просто привёл тебя взглянуть: мы задумывали подобные бактериальные культуры уже давно, но за столько лет никто так и не смог их вырастить.

Затем старейшина И вновь воодушевился: — Благодаря тебе, как раз когда мы уже собирались менять направление исследований, нам наконец удалось добиться прорыва! Вот я и подумал, что тебе обязательно стоит на это посмотреть.

Видя, как воодушевлен профессор И, Чу Юйань невольно улыбнулся уголками рта и ответил: — Это результат совместных усилий всех нас. Но с сегодняшнего дня я буду стараться вместе с профессором И и со всеми вами.

Старейшина И одобрительно кивнул и проводил Чу Юйань в комнату, которую для него выделили в лаборатории.

Здесь каждый рабочий процесс лаборатории был для Чу Юйань прозрачным, к тому же он мог в любой момент получать информацию о новых исследованиях.

Главной задачей Чу Юйань на сегодня было освоить лабораторные процессы и конкретные проекты.

Изучив всё это и полностью разобравшись в вопросе, Чу Юйань уже мысленно набросал готовый план эксперимента.

Когда Янь Цзюгэ пришёл забрать Чу Юйань, тот естественным образом вложил почти готовый план в руки Янь Цзюгэ, а в его глазах сиял немой призыв похвалить его.

Янь Цзюгэ ничего не смыслил в том, что написал Чу Юйань, но всё же похвалил: — Сяо Ань просто молодец!

В глазах Чу Юйань мелькнула капелька гордости, а уголки рта изогнулись ещё сильнее. Подумав немного, он сказал: — Когда я вернусь домой и немного доработаю этот план, то смогу отдать его профессору И.

Янь Цзюгэ неопределенно кивнул, а в душе от слов Чу Юйань «вернусь домой» всё ликовало. Из последних сил сдерживая рвущуюся наружу улыбку, он аккуратно подхватил Чу Юйань на руки и понес к машине, словно начисто забыв о существовании инвалидного кресла.

Чу Юйань же уже привык к тому, что его носят на руках, поэтому, хотя поначалу в душе и было немного неловко, он очень быстро и непринужденно расслабился в объятиях Янь Цзюгэ.

Оба они дружно предпочли не замечать сотрудников лаборатории.

http://bllate.org/book/24768/2927792