Более пяти часов вечера. Се Хунфэй отправился на встречу вместе с Се Гуаньнином.
Когда они подошли к банкетному залу ресторана и распахнули дверь, внутри обнаружился мужчина лет сорока. Увидев вошедших, он тут же поднялся навстречу и пожал руку Се Хунфэю:
— О, приветствую, директор Се! — затем он перевел взгляд на Се Гуаньнина и улыбнулся: — А это, должно быть, молодой господин Се?
Не дожидаясь, пока Се Хунфэй ответит, Се Гуаньнин весьма ловко протянул руку, одарив собеседника безупречно выверенной улыбкой:
— Директор Фан, наслышан о вас.
В глазах Фан Ци промелькнуло удивление, но он тут же взял себя в руки, пожал протянутую ладонь и добродушно рассмеялся:
— Ну что вы, что вы. Это директор Се постоянно упоминает вас в наших беседах.
Се Гуаньнин скромно улыбнулся:
— Какой я господин? Зовите меня просто Гуаньнин.
Фан Ци был искренне поражен, и в этот момент Се Хунфэй вставил слово:
— Да-да, он еще совсем ребенок. Директор Фан, давайте присядем.
Компания расселась по местам. Се Хунфэй бросил взгляд на Гуаньнина, и тот занял место на почтительном, но удобном расстоянии от директора Фана.
Подошел официант с меню. Фан Ци передал его Се Гуаньнину:
— Гуаньнин, посмотри, закажи что-нибудь на свой вкус.
Се Гуаньнин невозмутимо улыбнулся:
— Раз так, не буду отказываться.
Он открыл меню, бегло просмотрел его и, сделав заказ, добавил, обращаясь к официанту:
— А кроме этого, принесите все ваши фирменные блюда.
Официант кивнул, а Фан Ци с легким недоумением принялся внимательно изучать юношу.
Как оказалось, все выбранные им блюда были в точности теми, что любил сам Фан Ци.
Се Гуаньнин, обернувшись, слегка кивнул и с улыбкой заметил:
— Заказал наугад, надеюсь, я угадал ваши предпочтения.
Фан Ци скрыл глубокие раздумья за маской вежливости:
— Какое совпадение, это все мои любимые блюда.
Официант удалился, и беседа потекла в дружелюбном русле. Изначально Фан Ци пришел, чтобы обсудить с Се Хунфэем дела, но теперь он был явно увлечен Се Гуаньнином и, едва перекинувшись парой фраз с его дядей, полностью переключил внимание на юношу.
— Гуаньнину уже восемнадцать?
— В марте исполнилось восемнадцать, — ответил Се Гуаньнин.
— Значит, в этом году заканчиваешь школу, сдавал экзамены?
— Да, завтра уже должны быть известны результаты.
— О? И есть ли на примете учебное заведение?
Се Гуаньнин лишь улыбнулся, взял чайник и налил гостю чаю, переводя тему:
— Здесь отличный чай, попробуйте.
Фан Ци посмотрел на него с многозначительным прищуром, но Се Гуаньнин лишь продолжал улыбаться, храня молчание.
Фан Ци сделал глоток и кивнул:
— И правда, неплох.
Уголки губ Се Гуаньнина чуть приподнялись. Он внезапно повернулся к Се Хунфэю:
— Дядя, сходи, пожалуйста, поторопи официантов, я немного проголодался.
Се Хунфэй, который с самого начала чувствовал себя лишним на этом празднике жизни, услышав просьбу, едва заметно нахмурился.
Фан Ци перевел взгляд с одного на другого и со смешком заметил:
— Директор Се, вы так колеблетесь, неужели боитесь, что я обижу Гуаньнина?
— Ну что вы, директор Фан, — тут же отозвался Се Хунфэй. Он поднялся, напоследок бросив на племянника предостерегающий взгляд, и наказал: — Гуаньнин, будь гостеприимен.
Се Гуаньнин послушно кивнул.
Дверь закрылась, и в комнате воцарилась тишина. Се Гуаньнин сохранял полное спокойствие. Фан Ци внутренне хмыкнул: такой юный, а держится с поразительной выдержкой.
Он посмотрел на Гуаньнина с мягкой улыбкой:
— Директор Се ушел. Теперь, когда мы остались одни, можешь говорить прямо.
— Директор Фан шутит, — улыбнулся Се Гуаньнин, но тут же без колебаний перешел к делу: — Слышал, вы весьма заинтересованы сферой мехов.
Фан Ци приподнял бровь:
— Верно. Однако войти в индустрию мехов куда сложнее, чем в фармацевтику. — Он пригубил чай и проницательно посмотрел на юношу сквозь пар: — И что, хочешь сказать, у тебя есть связи?
— Я всего лишь ребенок, откуда мне взяться связям? — Се Гуаньнин снова наполнил его чашку и с улыбкой добавил: — Но не буду лукавить, директор Фан, я действительно намерен поступать в военную академию.
Фан Ци удивленно приподнял брови:
— В военную?
— В Первую военную академию Империи, — Се Гуаньнин встретился с ним взглядом, его глаза были спокойны. — На факультет проектирования мехов.
Фан Ци молча смотрел на него, и впервые в его взгляде промелькнула серьезность. Спустя мгновение он усмехнулся:
— Ну и что с того? Даже если тебя примут, на это направление каждый год подают документы тысячи человек. Почему ты решил, что станешь особенным?
Он рассмеялся, но в глазах читалось внимание:
— Малыш, для переговоров нужна искренность.
— Искренность, разумеется, имеется. — Се Гуаньнин не отвел взгляд. Он хотел было продолжить, но зазвонил терминал. Юноша на секунду замер, глянул на экран и небрежно сбросил вызов.
Его манеры оставались непринужденными, но в глазах появилась твердость и острота, совсем не свойственная его возрасту:
— Если не случится непредвиденного, завтра в это же время вы увидите...
Он не успел договорить, как телефон зазвонил снова. Се Гуаньнин нахмурился, а увидев, кто звонит, заметно растерялся.
Через секунду он посмотрел на Фан Ци и с улыбкой изменил тон:
— Кажется, та искренность, которую вы ждали, пришла раньше времени.
Фан Ци приподнял бровь.
Се Гуаньнин качнул терминалом:
— Вы не против, если я отвечу?
Фан Ци с интересом кивнул:
— Прошу.
Стоило ответить, как в трубке послышался взволнованный голос классного руководителя:
— Се Гуаньнин! Почему ты не берешь трубку?
Се Гуаньнин, не смущаясь, включил громкую связь, и Фан Ци принялся слушать.
Учитель тараторил:
— Только что звонили из приемной комиссии Имперского университета! Они не смогли дозвониться до тебя и вышли на меня. Срочно перезвони им!
Имперский университет — лучшее учебное заведение на Столичной планете и одно из самых престижных во всей Империи.
Фан Ци смотрел на Се Гуаньнина с нескрываемым изумлением.
Юноша, казалось, был совершенно не удивлен. Он ответил, что понял, и, даже не успев поблагодарить учителя, связь оборвалась.
В следующую секунду тот же номер высветился на экране снова. Се Гуаньнин бросил взгляд на Фан Ци, отметив его реакцию, и послушно нажал кнопку ответа.
Женский голос на том конце был необычайно мягким:
— Здравствуйте, это студент Се Гуаньнин?
— Да, это я. А вы...
— Это приемная комиссия Имперского университета. Мы заранее узнали, что ваши результаты экзаменов выдающиеся, и хотели бы поинтересоваться, не желаете ли вы поступить к нам?
Даже ожидая чего-то подобного, Фан Ци был поражен. Он невольно подобрался, его расслабленная поза сменилась серьезностью.
Се Гуаньнин все это видел. Он опустил глаза, на его лице играла спокойная улыбка — результат, похоже, ничуть его не удивил:
— Можно узнать, какой у меня рейтинг по результатам экзаменов?
На том конце замялись:
— Это...
— Первый? — уверенно спросил Се Гуаньнин.
Сердце Фан Ци пропустило удар — он подумал, что мальчишка слишком самонадеян, но, заметив тишину в трубке, сам затаил дыхание.
Спустя мгновение мягкий голос ответил, в нем слышалась легкая растерянность:
— Если ничего не изменится, то вы действительно заняли первое место на этих экзаменах.
— Мы заранее изучили ситуацию и решили проконсультироваться с вами. Если вы выберете наш университет, мы не только освободим вас от платы за обучение, но и предоставим максимальную стипендию. Если есть конкретная специальность или преподаватель, к которому вы хотите попасть, мы все устроим. Что касается бытовых вопросов — любые ваши требования будут выполнены.
Женщина продолжила еще более ласково:
— Имперский университет — лучшее заведение в Империи. Если вам интересно, завтра мы пришлем преподавателя, чтобы отвезти вас на экскурсию по кампусу.
На том конце еще долго что-то говорили, но Се Гуаньнин лишь ответил:
— Хорошо, я подумаю.
Звонок завершился. Фан Ци все еще пребывал в состоянии шока, а Се Гуаньнин, не выказав ни капли волнения, с улыбкой спросил:
— Директор Фан, скажите, достаточно ли этой искренности для вас?
http://bllate.org/book/24869/2942786
Готово:
