Готовый перевод Living with My Cold Rival / Соперница в моей постели: неловкое сожительство: Глава 10

Рядом раздался тихий шорох: шаги, шуршание ткани, лёгкий стук вешалок и сушилки для белья.

Чэн Цинцзы вешала бельё.

Поскорее бы она закончила и ушла, Цинь Хуань очень хотела спокойно посидеть на ветерке.

Цинь Хуань только подумала об этом, как вдруг услышала вопрос со стороны:

— Нашла работу?

Тон был спокойным, эмоций уловить не удавалось.

Цинь Хуань не хотелось с ней разговаривать:

— Не твоё собачье дело.

Слова прозвучали резко. С характером Чэн Цинцзы она бы после такого больше не заговорила, но Цинь Хуань почему-то услышала едва слышный смешок.

Он утонул в полумраке, заставив кожу на затылке Цинь Хуань покрыться мурашками. Не удержавшись, она повернула голову.

Чэн Цинцзы действительно улыбалась.

Уголки её губ чуть приподнялись, но стоило её взгляду столкнуться с обернувшейся Цинь Хуань, как эта искра улыбки тут же погасла, сменившись привычным холодрами.

Цинь Хуань: «…»

Раз уж они обе друг друга терпеть не могут, с чего вдруг Чэн Цинцзы лезть к ней с разговорами?

— Ты только что сказала, что твой новый начальник — мягкая и заботливая старшая сестра, которая о тебе печётся?

Лицо Цинь Хуань изменилось:

— Ты всё-таки подслушивала!

Чэн Цинцзы убрала сушилку в угол, подошла к Цинь Хуань и небрежно оперлась локтем о перила балкона:

— Я не отрицаю.

Цинь Хуань молча отодвинулась в сторону и сквозь зубы процедила:

— Да, мой начальник — невероятно красивая, добрая и мягкая старшая сестра, понимающая и элегантная… Что, завидно?

Чэн Цинцзы ничего не ответила.

Постояв немного под вечерним ветерком и, видимо, решив, что говорить с Цинь Хуань больше не о чем, она повернулась и направилась в гостиную.

Уже у балконной двери она остановилась, через плечо бросив беспристрастно:

— Ближайшая к этому месту больница высшей категории находится в восьмистах метрах прямо по этой улице. Завтра суббота, желающих пройти осмотр будет много. Если тебе нужна медкомиссия для приёма на работу, лучше отправляйся туда пораньше. Если пройдёшь её до десяти утра, результаты будут готовы уже к трём часам дня.

Цинь Хуань даже не обернулась, упрямо подставив Чэн Цинцзы свой затылок:

— Угу.

Ветерок дул сильный.

Цинь Хуань стояла на балконе, обхватив себя руками и втянув голову в плечи.

Ночной вид Лувэя был поистине великолепным — как-никак мегаполис.

Надпись на Башнях-Близнецах изменилась. Расстояние было приличным, и Цинь Хуань не смогла толком разобрать, что там написано. В ушах шумел ветер и гул машин, и на секунду Цинь Хуань погрузилась в какое-то отрешённое состояние.

Отныне ей предстоит работать и жить здесь.

Она высунулась вперёд, задрала голову и посмотрела на тёмное-тёмное небо: о, надо же, сегодня вечером даже есть луна.

Достав телефон, она сделала несколько снимков, потом ещё полчаса листала короткие видеоролики и только после этого открыла балконную дверь и вошла в гостиную.

Уходя, она бросила взгляд на пустой пол балкона — как ни посмотри, а чего-то не хватает.

Чэн Цинцзы смотрела сериал на диване. Тот самый кусок с виду отвратительного хлеба по-прежнему лежал перед ней на журнальном столике, ничуть не изменившись с тех пор, как Цинь Хуань только что вернулась.

Цинь Хуань уселась на другом конце дивана и, вспомнив добрый совет Чэн Цинцзы, смягчила тон:

— Ты ужинаешь только этим?

Чэн Цинцзы замерла, скосив на неё взгляд:

— Я ещё выпила стакан молока.

Слегка согнувшись, она протянула руку, взяла сухой ломоть хлеба, откусила кусочек, откинулась назад и возобновила прерванное шоу.

Цинь Хуань слегка кивнула и уткнулась в телефон.

Разговаривать снова было не о чем.

Молчание было их привычным состоянием с Чэн Цинцзы. Раньше Цинь Хуань часто бывала на их совместных с Юэ Юйтун и Чэн Цинцзы обедах, и больше всего на свете она боялась момента, когда Юэ Юйтун отлучалась в туалет: темы для разговора испарялись, атмосфера леденела, а напротив словно сидел настоящий живой владыка ада.

Каждая секунда тянулась как пытка.

Теперь же, когда между ними не было сглаживающей углы Юэ Юйтун, воздух казался холоднее, чем в Антарктиде. Цинь Хуань тряхнула головой, принявшись быстро листать экран телефона, чтобы заставить себя отвлечься и начать поиски комнатных растений, подходящих для балкона.

Глядя на ярко-зелёные и симпатичные цветы и травы на экране, она невольно повеселела, и в воображении уже возникла картинка: балкон, заставленный листвой и цветами, дышащий жизнью.

Порывавшись сделать заказ прямо сейчас, она на секунду занесла палец, но всё же решила просто покидать всё в корзину.

Подняв голову, она украдкой бросила взгляд на Чэн Цинцзы, сидевшую на другом конце дивана.

В конце концов, зона общая, и перед тем, как что-то разводить, стоит спросить соседку по квартире.

— Слушай… — привыкнуть называть Чэн Цинцзы по имени ей всё ещё было трудно, но, к счастью, та подняла голову, услышав звук, и Цинь Хуань продолжила: — Я тут подумала завести на балконе пару горшков с цветами. Там и солнца много, и места как раз пустуют…

Она замолчала, а потом добавила:

— Не бойся, много места они не займут, и убираться за ними буду я.

Чэн Цинцзы молча смотрела на неё. Из-под длинных ресниц чуть шевельнулись серо-голубые зрачки — казалось, она обдумывает предложение.

— Какие растения ты хочешь завести?

Голос прозвучал прохладно, но возражения в нём не чувствовалось.

Сначала выяснить, что за растения, прикинуть, сможет ли она с этим смириться, и лишь потом дать ответ — это в точности соответствовало стилю Чэн Цинцзы.

Цинь Хуань опустила глаза и открыла скриншоты приглянувшихся горшечных растений:

— Я скину тебе посмотреть.

Чэн Цинцзы опустила взгляд, скользнув по ней глазами, едва слышно произнесла «угу», и уголки её губ чуть заметно дрогнули.

Она взяла со столика кусок сухого хлеба и откусила ещё малюсенький кусочек. Хлеб был донельзя сухим, так что ей пришлось сделать небольшой глоток молока.

Жевала она очень медленно, каждое движение было неторопливым. Краем глаза она заметила, как Цинь Хуань вдруг замерла посередине отправки скриншота.

Отводя взгляд, Чэн Цинцзы продолжила неторопливо пережёвывать хлеб, а на её губах играла еле заметная улыбка.

Сверху падал свет, на диване колыхалась тень, а Цинь Хуань в полном отчаянии погладила себя по лицу:

Конец. Она же забыла заблокировать и удалить Чэн Цинцзы из друзей!

Да ладно, раз Чэн Цинцзы не спрашивает об этом, она и слова не скажет. А если вдруг спросит… С какой стати ей спрашивать?! Какое у Чэн Цинцзы вообще право донимать её этим!

Мысленно подготовившись, Цинь Хуань с сияющей улыбкой повернула голову и придвинулась на пару шагов ближе к Чэн Цинцзы:

— Давай я тебе прямо так покажу.

Чэн Цинцзы отставила молоко, наклонила голову и подняла глаза — только вот её взгляд упал вовсе не на протянутый телефон, а прямо на лицо Цинь Хуань. В глазах не читалось никаких эмоций, но сердце Цинь Хуань отчего-то резко сжалось.

К счастью, тот взгляд тут же опустился вниз:

— Угу.

Цинь Хуань развернула к ней экран.

Чэн Цинцзы вглядывалась в картинки, как вдруг подняла руку, и её прохладный, нежный палец легонько коснулся запястья Цинь Хуань. От этого ледяного, живого прикосновения Цинь Хуань подпрыгнула, чуть не выронив телефон из рук.

Эта реакция заставила Чэн Цинцзы снова поднять глаза, в которых мелькнуло лёгкое недоумение:

— Ближе.

— О-о-о.

Приглушённо отозвалась Цинь Хуань. Послушно подав телефон вперёд, сама она при этом изо всех сил отклонилась назад, стараясь держаться от Чэн Цинцзы на безопасном расстоянии, чтобы не допустить ни малейшего физического контакта — даже дыхание смешивать было нельзя!

Цинь Хуань листала картинки одну за другой.

Чэн Цинцзы методично критиковала каждую: эта сложна в уходе, та слишком капризная, от этой вечно заводятся мошки, а от аромата во время цветения начнёт першить в горле…

Чем дольше Цинь Хуань слушала, тем сильнее ей казалось, что собеседница намеренно к ней придирается. Не выдержав, она ткнула пальцем в экран, переходя в контратаку:

— Вот эта и вот эта! Если солнца хватает, никаких мошек не бывает! У нас на балконе такое солнце, что мошкам просто неоткуда взяться! И с чего это от неё в горле першит? Очень даже приятный тонкий аромат, балкон же продувается, улица всё-таки…

В какой-то момент Чэн Цинцзы умолкла.

Цинь Хуань фыркнула и подняла голову:

— Сдалась, да?

Речь оборвалась на полуслове.

Кончик к кончику. До соприкосновения носов оставалось меньше миллиметра.

Тёплое дыхание Чэн Цинцзы едва уловимо касалось её переносицы, а в обычно холодных глазах словно клубился лёгкий туман; в её невероятных зрачках безмятежно отражалась сама Цинь Хуань.

Густые брови, длинные ресницы, а в серо-голубых глазах — застывшее от растерянности лицо Цинь Хуань.

Из-за того, что они вместе разглядывали экран, они сами не заметили, как оказались непозволительно близко друг к другу, так что чудное дыхание каждой чувствовалось отчётливо.

Цинь Хуань резко пришла в себя и, будто обжегшись, отлетела с одного края дивана на другой.

Она двигалась так резко, что зажатый в руке телефон выскользнул, описал дугу в воздухе и, казалось, неизбежно шмякнется на пол, но в следующее мгновение его уверенно перехватила изящная, словно из нефрита, рука.

Чэн Цинцзы легко выдохнула, перевела взгляд на Цинь Хуань, которая испуганным зверьком жалась на противоположном конце дивана, чуть наклонила голову и, подавшись вперёд, протянула телефон:

— Ладно, пусть будут любые. Только горшки ставить исключительно на балконе, в гостиную не заносить.

Голос звучал с какой-то странной, пугающей мягкостью.

Видя, что та не спешит брать трубку, Чэн Цинцзы аккуратно положила телефон на диван рядом с Цинь Хуань и произнесла:

— Забыла сказать тебе одну вещь: вчера вечером…

Глава 9

— Замолчи!

Не успела она договорить, как в голове Цинь Хуань раздался резкий звон. Больше не раздумывая ни секунды, она перебила её на полуслове:

— Ой! Вчера… Вчера была отличная погода! Сегодня погода ещё лучше, чем вчера! Сегодня вечером луна на небе, а завтра будет ещё погода прекрасней! Ах да, кстати, ты же завтра идешь обедать с Юйтун, да? Ну, тогда искренне поздравляю, ха-ха!

Вышло слишком уж неуклюже и подозрительно.

К счастью, томительная, странная атмосфера рассеялась в одно мгновение.

Уставившись на блики на полу и натягивая на лицо вымученную улыбку, Цинь Хуань мысленно взмолилась: молю, не надо… умоляю, не продолжай!

Дай ей пожить пару спокойных дней.

Прикусив губу и напрягшись всем телом, она вцепилась пальцами в подлокотник дивана, приняв такую позу, словно была готова в любую секунду сорваться с места и сбежать.

На губах Чэн Цинцзы мелькнула едва заметная холодная усмешка. Её взгляд задержался на лице Цинь Хуань, словно она собиралась что-то сказать.

Но в конце концов она лишь опустила глаза, отвернулась и проглотила недосказанное.

Вместо этого она бросила:

— Поздравления излишни. Если за каждый совместный обед ты будешь меня поздравлять, то никаких поздравлений не напасёшься, боюсь, у тебя языка не хватит.

http://bllate.org/book/24870/2942877