Готовый перевод The Little White House Collector / Коллекционер светлых комнат: Путь к спасению: Глава 6

Не то чтобы человек на фотографии казался ему неприятным — просто у Шэнь И на мгновение возникло чувство, что этому человеку вовсе не следовало появляться на свет.

— ...К тому же я хочу, чтобы он перешел в Развлекательную компанию Дунъюань.

Произнеся это, Ци Яо принялся внимательно следить за переменами в выражении лица Шэнь И. Когда тот внезапно помрачнел, а его взгляд стал таким холодным, словно вот-вот должен был пролиться ледяной дождь, сердце Ци Яо забилось в бешеном ритме, а дыхание перехватило. Он боялся нарушить эту зыбкую тишину перед бурей.

Он ждал довольно долго и начал было жалеть о своей затее. Если бы на его месте был настоящий Цзоу Нин, он бы ни за что не стал обсуждать это с Шэнь И, а разобрался бы со всем сам.

Согласно исходному сюжету, Цзоу Нин не расставался с Су Цзином и даже дал ему дополнительную банковскую карту. Когда у Су Цзина появились долги, он просто погасил их этой картой. Позже, когда Цзоу Нин обо всем узнал, Су Цзин солгал, что якобы вложил деньги в инвестиции, но его обманули. Цзоу Нин, не имея ни тени сомнения, продолжал баловать любовника.

Теперь же, когда Ци Яо занял место Цзоу Нина, он разорвал отношения с Су Цзином и заблокировал карту. Су Цзин, у которого была пагубная страсть к азартным играм, остался без средств. В оригинальном сценарии упоминалось, что после того, как Цзоу Нина заперли в заточении, Су Цзин снова попал в ловушку, набрал долгов на десятки миллионов и, по сути, продал себя, снимаясь во второсортных низкопробных фильмах.

— Ты хочешь… чтобы Развлекательная компания Дунъюань подписала с ним контракт?

Ци Яо, отвлекшись, не сразу расслышал слова Шэнь И. Он на секунду замер, но затем по ключевым словам восстановил смысл сказанного.

— Да, — кивнул Ци Яо. Увидев, как сузились зрачки Шэнь И, он поспешил добавить: — Су Цзин сейчас на пике популярности, у него огромная база фанатов. Я думаю, будет разумно подписать с ним контракт от имени Развлекательной компании Дунъюань, временно погасить его долги, а затем загрузить его работой в кино и сериалах, чтобы он постепенно всё вернул.

Таков был план Ци Яо. Су Цзин — популярный артист, чей имидж солнечного и целеустремленного парня очень нравился публике. Актерские данные у него были куда лучше, чем у коллег по цеху. При наличии хорошего сценария и грамотного режиссера сделать из него звезду было нетрудно.

Су Цзин предал Цзоу Нина, а не его, Ци Яо. Хотя сам Ци Яо не питал к нему симпатии, он знал из сценария, что в будущем Су Цзин завоюет множество престижных наград благодаря своему таланту. Ци Яо ценил его потенциал, который сулил огромную прибыль для Развлекательной компании Дунъюань, принадлежащей Шэнь И.

Он привык тратить деньги Шэнь И. Раз уж он решил исправиться и показать Шэнь И свою полезность, Су Цзин был идеальным инструментом. Подписав с ним контракт, он будет держать его под контролем. Ци Яо не боялся, что тот взбрыкнет: в современном шоу-бизнесе черное легко выдать за белое, а белое — переврать.

Фанаты любят Су Цзина за внешность, а внешность в наше время — превыше всего.

Ци Яо не стал говорить об этом прямо, полагая, что Шэнь И, с его-то умом, всё поймет сам.

Шэнь И прекрасно осознавал скрытый подтекст, но в то же время считал, что Ци Яо пришел к нему с этой просьбой лишь потому, что всё еще питает чувства к этому мелкому актеришке. В индустрии развлечений редко встретишь чистого человека, а Су Цзин к тому же связался с ростовщиками. Одно только это — если бы дело касалось Шэнь И — означало бы, что Су Цзин до сих пор жив только благодаря недюжинному везению.

В своей тяге к артистам Ци Яо был слишком похож на своего покойного отца. В конечном счете, для него, того, кто опекал его более десяти лет, этот паренек оказался важнее, чем тот мертвец, который подарил ему жизнь и кровь, но при этом предал жену и детей.

Что касается Су Цзина, Шэнь И решил: после подписания контракта с Развлекательной компанией Дунъюань он ни за что не позволит ему остаться в Ечэне.

Шэнь И дал согласие. Ци Яо вышел из комнаты, но, сделав пару шагов, вспомнил, что забыл забрать свой телефон. Вернувшись, он на мгновение помедлил и снова постучал.

Забрав телефон, он по привычке проверил фотографию и с удивлением обнаружил, что она исчезла — Шэнь И удалил её.

Сжав телефон в ладони, Ци Яо спустился вниз. С фотографией проблем нет, но у Су Цзина осталось видео. Ци Яо нахмурился, и между его бровей залегла глубокая морщинка. Спустившись в главный зал, он набрал номер Су Цзина.

Трубку сняли после второго гудка. Глаза Ци Яо похолодели, а голос лишился всякой теплоты.

— Молодой господин Нин… — послышался с того конца взволнованный, удивленный голос.

Ци Яо, прихрамывая, медленно направился к выходу.

— Где ты?

Су Цзин тут же назвал адрес дешевого отеля: люди из конторы ростовщиков караулили его у дома, и он боялся туда возвращаться.

Изначально долг составлял два миллиона, но проценты росли, и за несколько месяцев сумма удвоилась. Ростовщики пригрозили, что если он не вернет деньги через пять дней, ему несдобровать. Все свои деньги Су Цзин вложил в инвестиции, а быстро продать дом и машину, подаренные Цзоу Нином, было непросто. Загнанный в угол, он мог просить о помощи только у Ци Яо. Су Цзин верил, что, несмотря на то, что тот знает об измене, Ци Яо всё еще любит его и не позволит ростовщикам причинить ему вред.

Оказалось, что он прав: Ци Яо всё ещё дорожит им. Су Цзин, кажется, совсем забыл, что сам же шантажировал Ци Яо фотографиями и видео.

Ци Яо провел дома меньше часа и снова отправился в путь, чтобы встретиться с Су Цзином.

По дороге он получил несколько сообщений от своего друга Цзян Хуаня — список имен и номера телефонов. Ци Яо скопировал информацию в зашифрованный файл, а затем удалил сообщения.

Навигатор привел его к отелю, который назвал Су Цзин. Сидя в машине, Ци Яо позвонил ему и сказал, что ждет снаружи.

Стоило завершить звонок, как в одном из окон наверху распахнулась створка. Кто-то выглянул, и, убедившись, что внизу стоит машина Ци Яо, тут же бросился вниз.

Су Цзин подбежал к машине с лицом, полным шока и радости.

Ци Яо был сдержан, он даже не проронил ни слова, лишь слегка качнул подбородком, приказывая сесть в салон.

Су Цзин обошел машину, открыл дверь и юркнул внутрь. Его глаза светились надеждой — именно этим обманчиво невинным видом он когда-то обводил вокруг пальца доверчивого Цзоу Нина.

Находясь рядом с Ци Яо, Су Цзин почему-то почувствовал, как воздух вокруг стал тяжелым и душным. Он нервно теребил пальцы и прошептал:

— Молодой господин Нин…

— В какой конторе занял деньги, где они находятся? — Ци Яо искоса посмотрел на него, его голос звучал равнодушно.

Су Цзин ахнул, а затем честно ответил.

— Едем в Хэси, — приказал Ци Яо водителю. Тот бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида, завел мотор, и машина плавно тронулась с места.

В салоне повисло гнетущее молчание. Су Цзин хотел было расплакаться и разжалобить Ци Яо, но холодный взгляд и ледяное спокойствие парня заставили его проглотить все заготовленные слова.

На полпути Ци Яо внезапно спросил:

— Ты сказал, что у тебя есть видео?

Лицо Су Цзина не дрогнуло, но тело мелко задрожало. Он тут же затряс головой, как неваляшка:

— Нет, я не снимал! Я просто сказал это, испугавшись, что ты не захочешь мне помогать. Я не нарочно, мне было так страшно…

— Ты ведь не злишься, правда? — Су Цзин в эмоциональном порыве схватил Ци Яо за руку, в его глазах блестели слезы.

Ци Яо смотрел на это выражение лица, которое должно было вызывать жалость и желание защитить, и лишь бесстрастно, палец за пальцем, разжал хватку Су Цзина.

— Развлекательная компания Дунъюань готова подписать с тобой контракт. Твой долг они временно закроют, но после этого ты переходишь под их крыло.

Если говорить начистоту, Развлекательная компания Дунъюань была куда солиднее агентства, в котором состоял Су Цзин. Он давно хотел перейти туда, но неустойка составляла десятки миллионов, которых у него не было.

Слова Ци Яо убедили его в том, что тот всё еще любит его — иначе зачем так стараться? Су Цзин корил себя за жадность, ведь он думал, что раз Ци Яо не управляет Развлекательной компанией Дунъюань и не имеет реальной власти, то не сможет ему помочь. Су Цзин крепко сжал кулаки, радуясь, что он всё еще дорог Ци Яо. Он пообещал себе, что теперь остепенится и будет во всем слушаться его.

Ци Яо мельком взглянул на него. По радости на лице Су Цзина он понял, что тот всё неверно истолковал. Впрочем, это неважно. В этой ситуации для него была выгода. Если Шэнь И пошел на уступки, значит, в конечном счете, он всё же дорожит им.

У Шэнь И нет наследников, и кроме дяди Циня, ближе всего к нему был только он. Состояние и бизнес Шэнь И в будущем должны кому-то достаться. Ци Яо не собирался быть тем прежним Цзоу Нином, который упустил столь огромное богатство. У него были планы, и весьма амбициозные.

Даже если в будущем у Шэнь И появятся свои дети, это не станет серьезным препятствием. Он уже достаточно убедился в том, насколько сильно Шэнь И дорожит им — место, которое он занимает в сердце мужчины, никто не сможет занять.

Машина вскоре остановилась у высотного здания. Поднявшись на лифте на семнадцатый этаж, они вышли. Су Цзин уже бывал здесь, поэтому уверенно зашагал по коридору, повернул налево и прошел еще десяток метров до офиса кредитной компании.

Прозрачная стеклянная дверь была закрыта. Су Цзин открыл её и пропустил Ци Яо вперед.

Ци Яо вошел, полный холодной решимости. Сотрудники компании, едва взглянув на него, были поражены его внешностью и аурой — их глаза мгновенно загорелись.

Ци Яо быстро обвел взглядом помещение, а Су Цзин, идя следом, прошептал, куда идти.

Они вошли в кабинет менеджера.

Все прошло гладко. Как только Ци Яо вошел, менеджер сразу его узнал. Понимая, кто стоит за спиной этого парня, он стал рассыпаться в лести и даже предложил Ци Яо кредит под банковский процент.

Ци Яо, который никогда не нуждался в деньгах, сразу отказал.

Погасив долг Су Цзина и забрав долговую расписку, Ци Яо оставил её у себя. Выйдя из офиса, он велел водителю отвезти Су Цзина домой. Когда машина прибыла на место, Су Цзин внезапно замер на сиденье.

Ци Яо удивился:

— Почему не выходишь?

Су Цзин нервно теребил пальцы, бросил быстрый взгляд на Ци Яо и тут же опустил глаза.

Он тихо пригласил его:

— Молодой господин Нин… поднимись наверх, посиди немного.

Дождавшись тишины, Су Цзин резко поднял глаза и наткнулся на холодный, полный презрения взгляд.

— Су Цзин, кажется, я еще не говорил тебе…

Су Цзин замер. Он нутром почуял, что сейчас услышит что-то неприятное, но не смог вымолвить ни слова. Сарказм в голосе Ци Яо заставил его сердце сжаться от тупой боли.

— Ты слишком грязный.

Су Цзин, словно лишившись души, вывалился из машины. Прохожий толкнул его, и он, пошатнувшись, едва не рухнул на землю.

Водитель перевел взгляд с Су Цзина на Ци Яо в салоне.

Совсем недавно Ци Яо носил этого человека на руках, а теперь стал так холоден и непреклонен.

Впрочем, водитель считал, что разрыв с Су Цзином пойдет Ци Яо на пользу. Он считал, что неплохо разбирается в людях, и в глазах этого Су Цзина отчетливо видел лишь жадность и алчность.

Вернувшись в Поместье Шэнь, Ци Яо взглянул на имя в телефоне, которое уже перестало быть для него чужим, и на следующее утро, около восьми часов, связался с Ван Ивэем.

У семьи Ван Ивэя были связи в полиции, поэтому он попросил его пробить несколько человек, а не кого-то одного — так цель была бы слишком заметна.

Он обратился именно к Ван Ивэю, а не к Цзян Хуаню, потому что не хотел впутывать последнего. У Цзоу Нина было мало настоящих друзей, и Цзян Хуань был одним из немногих, кто искренне к нему относился. Пусть он и не был настоящим Цзоу Нином, но, заняв это тело, он не мог игнорировать чувства, которые к нему питали.

Ван Ивэй, в отличие от Цзян Хуаня, был расчетлив и не так импульсивен, он умел избегать пассивных ситуаций, поэтому Ци Яо выбрал его.

Ван Ивэй удивился, зачем Ци Яо понадобилось собирать сведения об этих людях. Ци Яо придумал нелепую отговорку. Ван Ивэй слышал, что Шэнь И наказал Ци Яо, но так как это были лишь слухи, а сам он в то время покидал Ечэн по делам, то, встретившись с ним в ресторане, не преминул спросить, правда ли это.

Ци Яо кивнул:

— Правда.

— И правда тридцать ударов плетью? Пятый господин и вправду смог поднять на тебя руку? Ты как, в порядке?

— Всё в норме, помазал мазью, уже затянулось.

— Ну и хорошо. Не переживай, с тем делом, о котором ты просил, я управлюсь за пару дней.

— Тогда заранее благодарю, — ответил Ци Яо.

Вернулся он уже ночью. В доме был только дядя Цинь: Шэнь И управлял огромной империей семьи Шэнь, поэтому свободного времени у него практически не было.

Прошло еще несколько дней, раны на ногах Ци Яо почти зажили, и он мог обходиться без трости.

В среду вечером, поужинав и приняв душ, Ци Яо лег спать. Среди ночи он проснулся от жажды и спустился вниз попить воды. Налив полстакана теплой воды, он собирался вернуться, но заметил, что в кабинете еще горит свет. Постояв немного в коридоре, он направился к кабинету.

Дверь была приоткрыта. Ци Яо заглянул внутрь и увидел, что Шэнь И сидит за столом, подперев голову рукой — видимо, уснул. Поколебавшись, он тихо толкнул дверь.

Но стоило двери едва скрипнуть, как человек за столом мгновенно проснулся. Его острый взгляд вонзился в Ци Яо — ясный, глубокий, проницательный и холодный. Стало ясно, что он вовсе не спал.

Ци Яо невольно сжал ручку двери, в другой руке всё еще держа стакан. Не раздумывая, он сказал:

— Пятый господин, будете воды?

Сказав это, он осекся. Он ведь только что сам отпил из этого стакана. Но дверь уже открыта, слова сказаны, отступать некуда. Выдержав тяжелый взгляд Шэнь И, Ци Яо вошел и поставил стакан подальше.

К счастью, Шэнь И не притронулся к воде, и Ци Яо внутренне выдохнул.

Шэнь И потер пульсирующие виски, его волевые брови были нахмурены. Он произнес низким, холодным голосом:

— Почему еще не спишь?

— Пить захотелось, вот и спустился… — Ци Яо осекся.

Взгляд Шэнь И упал на стакан с водой, в котором оставалось больше половины. Где остальное — было очевидно.

Ци Яо покраснел от неловкости, пойманный с поличным. Он хотел объясниться, но не знал как.

— Если дел больше нет — иди спать. — Шэнь И убрал руку от висков, но нахмуренные брови так и не разгладились.

Ци Яо посмотрел на резкие черты профиля Шэнь И и вспомнил, что в массажном салоне просил мастера научить его приемам расслабляющего массажа головы. Как раз сейчас это могло пригодиться.

Ци Яо не ушел, а шагнул ближе. Встретившись с ним взглядом, он промолвил:

— Пятый господин, голова болит? Позвольте, я немного разомну.

Не дожидаясь отказа, он подошел со спины, быстро закатал рукава и положил ладони на виски Шэнь И. Он надавил с идеальной силой — настолько, что слова отказа, готовые сорваться с языка Шэнь И, так и остались непроизнесенными.

Ци Яо стоял позади, и его голос, звучавший над головой Шэнь И, был таким же теплым, как и его руки.

— Ну как, такая сила нажатия подходит? — Ци Яо опустил взгляд, пытаясь разгадать выражение лица мужчины. Не заметив ничего необычного, он вытер холодный пот со лба: к счастью, сегодня удача была на его стороне.

В поле зрения Шэнь И были лишь руки Ци Яо, изогнутые перед его глазами — тонкие запястья, белая, почти прозрачная кожа, сквозь которую просвечивали голубые вены. Шэнь И тоже бывал в массажных салонах, но, сравнив ощущения, понял, что руки Ци Яо справляются лучше. Взгляд Шэнь И потемнел.

Размяв виски, Ци Яо перешел к другим точкам. Память у него была отменная, он запомнил всё, что показывал мастер. Стоя за спиной Шэнь И, он проработал всю голову. Шэнь И полностью расслабился. На лице Ци Яо медленно расцвела улыбка, а в глазах зажглись яркие искры.

От этого сияния сердце Шэнь И вдруг сжалось. В ту же секунду он вспомнил фотографию, спрятанную в его телефоне: полуобнаженный человек, присланный с телефона Ци Яо.

Шэнь И знал, что в душе у каждого дремлет свирепый и алчный зверь. И тот, что был заперт в клетке его сердца, уже начал просыпаться.

После массажа Ци Яо покинул кабинет. Он заметил, что документов на столе почти не осталось, и, прикинув время, решил, что Шэнь И справится еще за полчаса. Ци Яо спустился на кухню, немного похлопотал и сварил рисовую кашу для успокоения нервов, после чего принес её наверх.

Когда он подошел, Шэнь И заканчивал работу с последним документом. Ци Яо постоял у двери, дождался, пока Шэнь И закроет бумаги, и постучал.

Шэнь И посмотрел на вошедшего Ци Яо и миску каши в его руках. Тонкий аромат еды наполнил всю комнату. Головная боль после массажа заметно утихла. То, что делает Ци Яо — эти постоянные знаки внимания, которые раньше были ему не свойственны — попытки угодить ему, были очевидны.

Шэнь И не стал препятствовать. Такую инициативу он решил принять целиком и полностью.

Какова бы ни была цель Ци Яо, он даст ему всё, чего тот хочет.

Потому что Ци Яо уникален. Он незаменим.

Ци Яо наблюдал, как Шэнь И доел кашу. Улыбка отразилась в его глазах. Забрав пустую миску, он отнес её на кухню, помыл и только потом поднялся наверх. Свет в кабинете уже не горел, значит, Шэнь И ушел в спальню. Ци Яо зевнул и вернулся к себе. Уснул он крепко и проспал безмятежным сном до самого утра.

Так прошло четыре или пять дней. Когда Шэнь И засиживался допоздна, Ци Яо готовил ему успокаивающую кашу, а когда у того болела голова — делал массаж. Постепенно они привыкли к такому образу жизни.

В выходной день Ци Яо разбудил телефонный звонок.

Это был Ван Ивэй. Он сообщил, что навел справки обо всех, о ком просил Ци Яо, и спросил, прислать ли документы с курьером.

— Не нужно, я сам приеду, — сказал Ци Яо, сжимая телефон и натягивая тапочки.

— Ладно, тогда во сколько?

— В девять тридцать.

Ци Яо спустился вниз, потирая сонные глаза. Дядя Цинь уже встал и накрывал на стол. Ци Яо потянулся к стулу, чтобы сесть.

Внезапно он замер. Он посмотрел на диван в гостиной: человек, сидевший там, как раз вставал и направлялся к нему. Сердце Ци Яо забилось в ритме метронома. Обычно в это время мужчина уже уходил, но сегодня он остался. На нем был домашний костюм: бежевая рубашка и светло-серые брюки. Цвета должны были казаться теплыми, но на фоне холодного и строгого лица мужчины они лишь подчеркивали его отстраненность.

Однако, встретившись взглядом с Ци Яо, он на мгновение смягчился.

— Скоро поедешь со мной в компанию, — сказал Шэнь И, глядя на Ци Яо, сидящего напротив.

Ци Яо вздрогнул, проглотил кусочек еды и с сомнением произнес:

— Но я уже договорился…

— Отмени, — отрезал Шэнь И.

Ци Яо открыл рот, на его лице отразилась внутренняя борьба, но он все же кивнул:

— Хорошо.

http://bllate.org/book/24882/2943842