Покорить Пэй Цичжоу, получить десять очков заслуг!
Тогда, даже если в этот раз не будет привычной награды, одних только этих десяти очков — по десять за раз — хватит, чтобы, выполнив задание еще шестьдесят-семьдесят раз, он, пожалуй, смог вернуться!
Получив столь волнующую новость, Лу Цзин не стал долго раздумывать и сразу же выбрал «да».
Взглянув на Пэй Цичжоу снова, он нашел его куда более милым, несмотря на то, что тот от злости перекосился в лице и позеленел!
После двух коротких звуковых сигналов система продолжила:
— Хозяин выбрал «да», скрытое задание активировано. Чтобы выполнить задание и получить в награду десять очков заслуг, Хозяину нужно сделать так, чтобы подлый мерзавец Пэй Цичжоу влюбился в него на сто процентов. Если задание провалится, Хозяин не будет уничтожен, но в качестве наказания у него спишут те же десять очков заслуг.
Чт… что?!
Лу Цзин, только что сочтравший Пэй Цичжоу милым, в следующую же секунду нашел его отвратительным.
Влюбиться в него на сто процентов… Ему придется постараться, чтобы какой-то мужчина влюбился в него на сто процентов!
За столь непосильное задание дают всего десять очков заслуг, а за провал еще и списывают столько же!
И подумать только: раньше для получения десяти очков заслуг ему приходилось выполнять задания как минимум в пяти мирах!
Если бы не то обстоятельство, что он находился на улице и вокруг были люди, Лу Цзин непременно высказал бы системе всё, что о ней думает!
Наблюдая за тем, как на лице Лу Цзина быстро сменяются выражения — за кратковременным удивлением последовало затяжное раздражение и гнев, — Пэй Цичжоу остался не в восторге от такой физиономии, но по крайней мере понял, что Лу Цзин вовсе к нему не равнодушен. Чем сильнее была реакция Лу Цзина, тем ярче это свидетельствовало о том, что тот переживает из-за него. Вспомнив недавние слова и шедшего позади Цинь Наня, Пэй Цичжоу слегка почувствовал себя виноватым.
Цинь Нань тоже быстрым шагом подошел ближе. Сначала он бросил глубокий взгляд на Лян Хуайаня, но тот даже не посмотрел в его сторону, после чего закусил губу и устремил взгляд на Лу Цзина.
— Лу Цзин… — стоило ему лишь произнести имя, как на Лу Цзина устремился полный осуждения взгляд.
У Лу Цзина уже не осталось сил злиться — ему хотелось лишь найти какое-нибудь тихое местечко и как следует пообщаться с системой. Поэтому ему было лень и разбираться со взглядом Цинь Наня, и спорить с Пэй Цичжоу, он даже на Лян Хуайаня смотреть не хотел. Однако искусной хозяйке не обойтись без риса для стряпни, а у него не было денег, поэтому приходилось держаться за Лян Хуайаня.
Повернувшись, Лу Цзин потянул Лян Хуайаня за рукав и, сдерживая гнев, поторопил:
— Пойдём отсюда!
Лян Хуайань кивнул.
Лу Цзин уже собирался сделать шаг, как вдруг его запястье кто-то крепко схватил.
Оглянувшись, он увидел, что Цинь Нань смотрит на него с еще большим осуждением:
— Лу Цзин, как ты можешь так поступать!
Как он поступает?
Этот Цинь Нань, который красиво именовался лишь другом первоначального владельца тела, мало того что увел у него под носом Пэй Цичжоу, так теперь еще явился с какими-то бессмысленными претензиями? Как он поступает? Неужели он имеет в виду то, что они с Лян Хуайанем вместе? Уж не пытается ли Цинь Нань усидеть на двух стульях — и Пэй Цичжоу пользоваться, и о Лян Хуайане вздыхать?
Настроение было испорчено, и Лу Цзин беззастенчиво парировал:
— Что такое, одного Пэй Цичжоу мало? Захотелось сразу двум мужам служить? — Он пожал плечами и скосил глаза на Лян Хуайаня. — Лично я не против, если хочешь — он не против, можете катиться вдвоем.
Лицо Цинь Наня вмиг побледнело, а глаза покраснели.
— Лу Цзин, как… как ты можешь так говорить обо мне… — Мы же друзья! Раз Лу Цзин ведет себя так, то это уже переходит все границы, и ему больше незачем сохранять лицо Лу Цзина. — Вчера вечером ты звонил Пэй Цичжоу, то машину просил, то деньги, а теперь говоришь такое обо мне! По-моему, это ты хочешь служить сразу двум мужьям!
Черта с два!
А он-то думал, что Цинь Нань — белая лотосовая цветочная душа, а это оказалась вовсе не белая лилия, а черная гадина!
Мало того что тот навесил на него несуществующие грехи, так еще и ответил тем же. Если дело касалось словесных перепалок, Лу Цзин никому не уступал, но когда речь заходила о мужской любви, тут ему становиться не по себе. В конце концов, он не презирал однополую любовь, но примерить подобное на себя точно бы не смог.
Поэтому он решил проблему с позиции грубой силы, сразу занеся кулак для удара.
— А-Нань! — испуганно вскрикнул Пэй Цичжоу и бросился вперед, обнимая Цинь Наня.
Лян Хуайань среагировал еще быстрее: он подбежал сзади и обхватил Лу Цзина, задействовав преимущество длинных рук, так что его ладонь полностью накрыла кулак Лу Цзина. Затем он рывком подал тело вперед, из-за чего удар лишь вскользь прошел мимо щеки Цинь Наня, не задев его лица.
Однако Цинь Нань от испуга едва не лишился чувств: дрожа в объятиях Пэй Цичжоу, он даже не мог вымолвить слова.
Поэтому Пэй Цичжоу, словно вспыхнувший бикфордов шнур, взорвался окончательно:
— Твою мать! Лу Цзин, какого черта ты творишь?! Мало того что сам распущенный, так А-Нань из добрых побуждений хотел тебе помочь, а ты посмел его ударить?! — С этими словами он ринулся вперед с таким видом, будто намеревался сам избить Лу Цзина.
Лу Цзин по-настоящему взбесился. С самого детства он еще не терпел подобных незаслуженных обид.
Подняв ногу, он со всей силы наступил Лян Хуайаню на ногу, а когда тот ослабил хватку, его кулак без колебаний полетел в непрерывно болтающий рот Пэй Цичжоу. Из-за сильного гнева он вложил в удар половину своей силы, так что Пэй Цичжоу мгновенно замолк, а в следующее мгновение его лицо исказилось от боли, и он выплюнул зуб.
И это еще повезло, что он только что переселился и физическая форма прежнего владельца тела не до конца восстановилась, иначе от такого удара у Пэй Цичжоу выпала бы едва ли не половина зубов.
— А-Чжоу! — пронзительно завопил Цинь Нань.
Лу Цзин холодно усмехнулся:
— Еще раз откроешь свой грязный рот — я выберу для удара другое место. — С этими словами он многозначительно скосил глаза на область между ног Пэй Цичжоу, оттолкнул Лян Хуайаня и зашагал прочь.
— Пи-пи… Внимание Хозяина! Внимание Хозяина! Уровень благосклонности Объекта покорения Пэй Цичжоу к вам падает: 20, 0, -20, -30, -50… Сообщаем Хозяину, что при падении благосклонности до -100 задание засчитывается как проваленное, и списывается десять очков заслуг.
Лу Цзин резко замер на месте.
Угроза лишиться десяти очков заслуг была слишком страшной, и Лу Цзин не мог позволить себе проиграть.
Система продолжала исправный отчет:
— -55, -60, -70, -80, -90…
Когда цифра дошла до -90, Лу Цзин больше не выдержал и резко обернулся.
Неподалеку Цинь Нань уже заливался слезами, в то время как Пэй Цичжоу, зажав рот рукой и запрокинув голову, злобно смотрел в эту сторону. Похоже, он не ожидал, что Лу Цзин повернется, и в момент, когда их взгляды встретились, он внезапно замер, а непрерывно падающий уровень благосклонности наконец остановился.
Лу Цзин внутренне с облегчением выдохнул.
Как бы трудно это ни было принять, но при мысли о том, что десять очков заслуг равны зря потраченным усилиям в пяти мирах, ему оставалось только покориться. Поскольку раньше он уже попадал в мир шоу-бизнеса, актерское мастерство Лу Цзина находилось на среднем или высоком уровне, поэтому сейчас он лишь закусил губу, и его глаза покраснели.
Тем не менее, он ничего не сказал — это и так было пределом его компромисса, а если бы его заставили произнести хоть слово, его бы просто стошнило.
Впрочем, существует изречение: молчание красноречивее слов.
Лу Цзин с покрасневшими глазами смотрел в ту сторону, и по мере того, как тянулась секунда за секундой, произошло чудо.
— Уровень благосклонности Объекта покорения Пэй Цичжоу к вам составляет: -88, -85, -80, -50, -30, -20, 10. — Наконец система выдала окончательное число, остановившись на десятке.
Десять — конечно, показатель совсем не высокий.
Но сейчас и это сойдет. Лу Цзин для вида провел рукой по глазам и зашагал дальше.
— А-Чжоу. — Цинь Нань проводил взглядом спину Лу Цзина и легко подтолкнул Пэй Цичжоу. — Как ты себя чувствуешь, сможешь встать? Давай съездим в больницу?
Пэй Цичжоу пришел в себя, и только теперь к нему вновь вернулось ощущение боли.
Один зуб был выбит, область вокруг рта и носа саднила от малейшего прикосновения, даже дышать и открывать рот стало больно. Сильно сжав брови от боли, он в конце концов посмотрел на стоявшего неподалеку Лян Хуайаня и, превозмогая страдания, процедил по слогам:
— Советую тебе даже не приближаться к Лу Цзину!
У Лян Хуайаня болели и руки, и ноги, и если он до сих пор не ушел, то лишь потому, что боль еще не отступила.
Услышав слова Пэй Цичжоу, он невольно усмехнулся.
С чего это Пэй Цичжоу возомнил, будто имеет право говорить такое?
Заметив презрение Лян Хуайаня, Пэй Цичжоу ухватился за руку Цинь Наня и медленно выпрямился:
— раз он посмел так со мной обойтись, я этого так не оставлю. Если ты посмеешь ему помогать, потом не пеняй на меня, я с тобой церемониться не стану!
Ого, а он-то думал, что Пэй Цичжоу не может забыть Лу Цзина, а тот, оказывается, жаждет с ним расправиться.
Забавно ведь: в их отношениях виноват исключительно Пэй Цичжоу, и то, что ему заехали в морду — еще цветочки, с какой стати он возомнил себя обиженным и планирует мстить?
— А-Чжоу… — смущенно протянул Цинь Нань и бросил беглый взгляд на Лян Хуайаня. — Старший брат Лян, этот Лу Цзин… он и правда переходит все границы. Послушай А-Чжоу, больше не общайся с ним, не то он в конце концов и твои деньги обманом выманит.
— Пошли! Чего ты с ним разговарваешь! — Пэй Цичжоу дернул Цинь Наня за руку и зашагал впереди.
Цинь Нань с тревожным видом посмотрел ему вслед, а затем снова уставился на Лян Хуайаня, словно ожидая от того какого-то ответа.
Попытка помешать Лу Цзину ударить Цинь Наня была чисто рефлексивной реакцией, но теперь, слушая, как Цинь Нань так отзывается о Лу Цзине, Лян Хуайань не удержался и выпалил:
— Я-то думал, вы близкие друзья.
Если они друзья, то за спиной у человека нож не втыкают.
Лицо Цинь Наня поочередно покрывалось то синевой, то бледностью, а в душе поднималась жуткая обида.
— Старший брат Лян, я же желаю тебе добра. К тому же… — попытался было он возразить. — Ты же сам видел…
— Цинь Нань! — раздался неподалеку разозленный голос Пэй Цичжоу.
Цинь Нань вздрогнул, и его дальнейшие слова оборвались на полуслове.Лян Хуайань не стал больше ждать. Превозмогая боль в подъеме стопы и слегка хромая, он бросился вдогонку за Лу Цзином, который уже ушел довольно далеко.
Прошлой ночью он съел всего лишь одну пачку лапши быстрого приготовления, поэтому сейчас в животе у Лу Цзина уже громко урчало от голода, вот только в кошельке осталось всего тридцать юаней, что вернули ему утром при выселении из отеля. Жалея денег на нормальную закусочную, он подошел к обочине и за четыре юаня купил четыре мясных паровых пирожка, поскупившись даже на соевое молоко. Так он и шел бесцельно вперед, на ходу уплетая еду.
Сегодня был будний день, как раз наступил утренний час пик, поэтому отыскать тихое и безлюдное место оказалось непросто. Лу Цзин откусывал пирожок и озирался по сторонам, размышляя о том, чтобы найти какой-нибудь парк: он надеялся, что когда впопыхах взойдет солнце и станет жарче всего, там точно никто не помешает ему спокойно переговорить с системой.
— Лу Цзин! — Лян Хуайань догнал его и, протянув руку, выхватил пирожок прямо у Лу Цзина из рук. — Я как раз тоже не позавтракал, давай найдем какое-нибудь место и нормально поедим.
Лу Цзин искоса взглянул на него и холодно фыркнул.
Если бы тот не преградил ему путь, эта маленькая черная лотосница Цинь Нань в любом случае схлопотала бы оплеуху. А теперь он явился звать его поесть? Чем он думал раньше?
Сначала Лу Цзин собирался потребовать с Лян Хуайаня денег, причем тех, что потратил сам — в конце концов, за вчерашний ночлег Лян Хуайань в любом случае должен был отдать половину суммы. Но из-за поведения Лян Хуайаня Лу Цзин передумал. Сейчас было современное общество, заработать деньги не составляло особого труда, да и к тому же из-за какой-то сотни-другой юаней ничего бы не изменилось, даже если бы он потребовал их с Лян Хуайаня.
Лян Хуайань, заметив это, прекрасно понимал, чем именно недоволен Лу Цзин. Однако его реакция тогда была действительно инстинктивной, хотя, правду говоря, смотреть на то, как бьют Цинь Нань, он и впрямь не мог. Так что даже если бы он не попытался остановить Лу Цзина в первую секунду, то, опомнившись, всё равно бы вмешался.
Он смущенно кашлянул и произнес:
— Прошлой ночью ты меня выручил, и я даже не знаю, как тебя отблагодарить. Позволь хотя бы дать мне шанс угостить тебя обедом.
Лу Цзин взглянул на его синяк под глазом, затем перевел взгляд на его слегка неестественную позу и уже хотел было заговорить, как вдруг в голове у него раздался знакомый трезвон системы:
— Внимание, Хозяин, обнаружен второстепенный персонаж Лян Хуайань. Запуск основного задания, Хозяин не может отказаться.
Спустя примерно три секунды система снова зазвучала:
— Основной квест успешно запущен: спасти преданного второстепенного персонажа Лян Хуайаня. За успешное выполнение задания полагается награда в десять очков заслуг, в случае провала задания Хозяин будет уничтожен. Пожалуйста, примите это к сведению.
Основное задание — спасти преданного второстепенного персонажа?Слава богу, всего лишь спасти, а не покорять.
Лу Цзин со сложными чувствами посмотрел на Лян Хуайаня. Вспомнив про десять очков заслуг, он подумал, что спасать его куда выгоднее, чем возиться с Пэй Цичжоу, а потому прогнал из головы раздражение и кивнул ему.
Лян Хуайань ободряюще улыбнулся, но тут же тихо шикнул от боли — движение потревожило кожу вокруг глаза.
Лу Цзин сделал вид, будто ничего не заметил, зашагал вперед и спустя пару шагов зашел в небольшую забегаловку, напоминавшую фастфуд.
Наевшись досыта, Лу Цзин откинулся на спинку стула, в мыслях переключился на другую волну и с виноватым видом посмотрел на Лян Хуайаня:
— Это я сегодня утром повел себя слишком опрометчиво. Смотрю, твой глаз теперь выглядит еще хуже, может, сходим в больницу проверимся?
Лян Хуайань и сам чувствовал, что глаз болит всё сильнее, однако этот завтрак означал, что они квиты, и ему хотелось только одного — поскорее разойтись в разные стороны. Поэтому он покачал головой и ответил:
— Ничего страшного, я вернусь домой и сделаю компресс, всё будет в порядке.
Раз уж систему нужно спасать, значит, необходимо наладить с ним хорошие отношения.
Лу Цзин мгновенно выпрямился и заявил:
— Так не пойдет! В конце концов, ты пострадал по моей вине. Если не хочешь идти в больницу, тогда… давай я помогу тебе сделать компресс.
Не выдержав настойчивости Лу Цзина, Лян Хуайань в конце концов был вынужден привезти его домой.
Лян Хуайань жил в двухкомнатной квартире с гостиной. В доме было очень уютно: деревянные полы, бежевые занавески, скатерть в светлую полоску, а в самых разных углах расставлены комнатные растения. Стоило переступить порог, как возникало ощущение, будто здесь хозяйничает заболивая и утонченная молодая женщина.
Но Лу Цзин знал: всё это, должно быть, дело рук Цинь Наня.
При мысли о Цинь Нане Лу Цзин невольно скривил губы — эту маленькую черносердечную штучку непременно нужно будет как-нибудь проучить.
Изначально эта квартира была местом, где душа и тело Лян Хуайаня отдыхали. Однако сейчас, возвращаясь сюда и вспоминая, что из той комнаты по соседству больше никогда не выйдет мужчина, который всегда готовил ужин и ждал его, он невольно помрачнел взглядом. Посадив Лу Цзина на диван, хозяин ушел в свою спальню. Будучи мужчиной, который щепетильно относился к качеству жизни, он, естественно, не собирался дальше носить вчерашнюю рубашку — мятую и пропахшую алкоголем.
Лу Цзин слегка завидовал — вообще-то он бы тоже не отказался переодеться.Но делать нечего, обстоятельства сильнее нас. Сейчас лучше об этом не думать, а когда получится вернуться в современную эпоху, наслаждений впереди ещё будет предостаточно. Воспользовавшись тем, что Лян Хуайань ушёл в спальню, Лу Цзин отыскал путь на кухню. Открыв морозильную камеру холодильника, он обнаружил там то, что искал — лёд.
Когда Лян Хуайань вышел, Лу Цзин уже завернул кубики льда в чистую полотенце, поманил его сесть на диван, а затем слегка подался вперёд, намереваясь приложить холод к ушибу. Полотенце почти коснулось слегка смущённого лица Лян Хуайаня, но тут Лу Цзин вспомнил о его сексуальной ориентации и поспешно отдёрнул руку.
— Я человек не особо аккуратный, да и с силой в руках совладать трудно. Может, сам приложишь? — с некоторым смущением улыбнувшись, предложил он.
Взгляд, которым Лян Хуайань окинул его, был полон оценивания, но в конце концов он всё же взял полотенце сам.
— Не хочешь тоже переодеться? — заметив, что Лу Цзин всё ещё в той же вчерашней футболке, тот не удержался от предложения. — Одежду Нана забрать не успели, вы ведь похожи по телосложению, давай я…
Перехватив всё более холодеющий взгляд Лу Цзина, Лян Хуайань с опозданием сообразил, что он вообще говорит.
— Прости! — тут же извинился он.
Лу Цзин скривил губы и ничего не ответил.
Носить одежду этого мелкого подлеца? Уж лучше он останется в том, в чём ходил вчера!
Вообще-то сейчас его голова шла кругом. Зачем охмурять подлого негодяя Пэй Цичжоу, он ещё понял, но что значит спасти второстепенного персонажа Лян Хуайаня? Неужели в будущем Лян Хуайаня подстерегает какая-то опасность? Или это как-то связано с Цинь Нанем?
Лу Цзин молчал, и Лян Хуайань чувствовал себя неловко.
Строго говоря, они с Лу Цзином были совершенно чужими людьми, но вчера его зачем-то потащили пить, потом они вместе провели ночь, а теперь ему самому разбили лицо до синяков. Если подумать обо всём этом, от череды событий голова шла кругом: с чего ради он вообще притащил человека к себе домой?
После своего каминг-аута он практически прекратил все связи с прежними друзьями, и после покупки этой маленькой квартиры здесь жили только он и Цинь Нань. Лу Цзин стал первым посторонним, переступившим этот порог.
После недолгой паузы заговорил всё же Лян Хуайань:
— Только что у входа в отель я слышал, как Пэй Цичжоу говорил, что ты всё ещё живёшь у него. Что ты теперь планируешь делать?
Раз уж сегодня дошло до драки, возвращаться туда было точно нельзя.
Лу Цзин поднял голову и подозрительно покосился на Лян Хуайаня:
— Решил меня приютить?
Лян Хуайань замер. Ему просто стало не по себе, и он брякнул первое попавшееся слово — о том, чтобы кого-то приютить, он и не помышлял. Но раз уж Лу Цзин задал вопрос, Лян Хуайань подумал: раз уж Цинь Нань не вернётся, комната по соседству всё равно пустует, к тому же в каком-то смысле они оба оказались в одинаково жалкам положении, так что если тому действительно некуда идти, оставить его здесь было вполне можно.
— Если хочешь — оставайся, комната по соседству как раз пустует.
Раз уж Лу Цзин сам завёл об этом речь, в душе он, конечно, был не против.
Пока было непонятно, в чём именно заключается это спасение второстепенного персонажа, но если он хотел наладить отношения, лучшего способа, чем видеться каждый день, просто не существовало. Хотя определённый риск в этом таился, но стоило ему проявить нежелание, как Лян Хуайань вряд ли стал бы брать его штурмом. К тому же, дай ему всего пару дней, чтобы полностью восстановить физическую форму этого тела, и Лян Хуайань ему вовсе не ровня.
Кивнув, Лу Цзин сразу же согласился:
— Ладно, а сколько аренда за месяц?
До этого Цинь Нань прожил здесь почти три года, и Лян Хуайань не взял с него ни яо. Сейчас же, услышав вопрос Лу Цзина и решив, что у того наверняка за душой ни гроша, он ответил:
— Заплатишь сколько сочтёшь нужным.
Денег ему всё равно хватало, и на эту арендную плату он не жил.
У самого Лу Цзина в кармане оставалось всего двадцать шесть юаней, сколько бы Лян Хуайань ни запросил, отдать он всё равно ничего не смог бы. Поэтому уточнять он не стал:
— У меня сейчас при себе ничего нет, через пару дней получу зарплату и сразу отдам.
Хотя воспоминаний прежнего владельца у него не было, раз тот уже взрослый человек, вряд ли он был из тех, кто привык жить чужим трудом и целыми днями бить баклуши. Раз у него была работа, пусть даже его сегодня уволили за прогул, какой-то источник дохода всё равно оставался.
Лу Цзин тут же поднялся на ноги:
— Прошлой ночью я толком не выспался, пойду прилягу. А ты посмотри, не нужно ли тут убрать чьи-то вещи.
Подумав, что Лу Цзин просто брезгует вещами Цинь Наня, Лян Хуайань кивнул.
Он вошёл внутрь, собрал всё, чем пользовался Цинь Нань, и вынес в угол гостиной, а затем достал из шкафа и постелил свежее постельное бельё. Одеяло под кондиционером раньше принадлежало Цинь Наню, поэтому пока Лян Хуайань выдал Лу Цзину лишь одно покрывало — перекантоваться на первое время, а перед выходом из дома он собирался купить новое одеяло.
Закрыв дверь и повернув задвижку, Лу Цзин первым делом рухнул на кровать, закрыл глаза и мысленно позвал систему.
На этот раз система объявилась вовремя. Стоило ей заговорить, как Лу Цзин сразу понял: голос отличается от прежнего, это был тот самый жеманный голос утреннего типа из отеля.
— Здравствуйте, Хозяин, какие будут указания?
http://bllate.org/book/24933/2949912
Готово:
