Му Си наблюдала за поведением Сюй Цзэ со стороны, кривя губы и закатывая глаза. Про себя она подумала, что он просто притворяется.
Стоять перед ней — такой красавицей, да к тому же будущим защитником — и демонстрировать подобное безразличие и холодность было для Му Си крайне неприятно. В конце концов, если он оказался из тех, кто предпочитает мужские прелести женским, что ж, она, великая леди Му, женщина широкой души, не станет опускаться до ссор с ним, хотя изначально и планировала немного попортить ему жизнь.
Впрочем, этот Хуа Чэн был довольно занятным персонажем. Казалось, он далеко не так прост, как кажется на первый взгляд.
Му Си прекрасно знала, что порой ведет себя слишком вызывающе, и даже ее наставник не раз просил ее быть сдержаннее. Но она привыкла жить на широкую ногу и вовсе не собиралась ничего менять.
Обычно люди чувствовали себя крайне неловко, находясь с ней в одной комнате, не говоря уже о том, что случалось, когда она впивалась в кого-то пристальным взглядом. Даже Сюй Цзэ, который держался неплохо, подсознательно отводил глаза. Однако Хуа Чэн попросту проигнорировал её напор, что только подогрело интерес Му Си и вызвало желание сразиться с ним.
Если бы не строгие наставления учителя, она, возможно, тут же перешла бы от слов к делу.
Поэтому, не сдержавшись, она сделала шаг вперед и начала разговор: Привет! Я Му Си. Слышала, ты тоже пришел защищать Сюй Цзэ? Может, пообщаемся? — в ее голосе так и сквозило желание бросить вызов.
Но прежде чем Хуа Чэн успел ответить, Сюй Цзэ, отложивший в сторону телефон, вмешался. Он тут же встал между двумя людьми, стоявшими слишком близко друг к другу, и, сверкнув глазами, выпалил: Му Си, отойди в сторону. Разве А-Чэн может быть таким, как ты? Если возникнет проблема, ты и будешь разбираться! А А-Чэн пусть остается рядом со мной.
Черт возьми! Какой же он кретин! Му Си сжала кулаки так, что костяшки захрустели. Ей безумно хотелось прикончить этого идиота. К черту такую защиту! Выходит, в его глазах она всего лишь рабочая сила?!
Сделав глубокий вдох, Му Си посмотрела на Сюй Цзэ глазами, полными ярости, и, скрипнув зубами, процедила: Сюй Цзэ, только благодаря тому, что твой дядя — старый друг моего наставника, я до сих пор не прибила тебя на месте!
Сюй Цзэ закатил глаза и насмешливо бросил: Попробуй, если посмеешь.
Очевидно, он чувствовал себя в полной безопасности.
Я внезапно почувствовал, что главный герой ведет себя как капризный ребенок. — Хуа Чэн почувствовал, как у него зачесались руки. Что делать?
Я поддерживаю тебя, Хозяин, если ты решишь проучить главного героя.
А-Цзэ? — Хуа Чэн произнес это имя с легкой запинкой, не зная, уместно ли так обращаться к Сюй Цзэ. Но раз уж тот постоянно называл его А-Чэн, то если бы он сам холодно обращался к нему Сюй Цзэ или господин Сюй, ему казалось, что Сюй Цзэ расплачется прямо у него на глазах.
И действительно, услышав это обращение, Сюй Цзэ просиял. Хуа Чэну даже показалось, что если бы у того был хвост, он бы сейчас радостно вилял им.
Мне кажется, он стал еще милее. — Впрочем, Хуа Чэн озадачился. — Шиэр, ты не находишь, что главный герой слишком уж лишен бдительности по отношению ко мне? По логике вещей, президент такой крупной компании, воспитанный своим дядей, не должен вести себя настолько глупо. Что-то здесь не так.
…Хозяин, будь спокоен, это совершенно нормально. — Шиэр посмотрела на золотистые цифры и, не скрывая холодности, ответила: Ваша совместимость душ чрезвычайно высока, поэтому ты оказываешь на главного героя огромное влияние.
Э-э… — Хуа Чэн был ошеломлен. — Но я ничего такого не чувствую. Если совместимость душ высока, разве я не должен испытывать к нему симпатию?
Твоя аура высокомерного эксперта успешно помогла тебе изолировать большую часть влияния. — спокойно заметила Шиэр. — Но, пожалуйста, не пытайся делать вид, что у тебя частичная амнезия: ты уже несколько раз назвал этого главного героя, которого только что встретил, милым.
Неужели? Почему я помню только два-три раза… — Хуа Чэн запнулся. Что ж, он был вынужден признать, что действительно говорил это несколько раз.
А-Чэн, ты меня позвал? Что-то случилось? — Видя, как Сюй Цзэ с надеждой смотрит на него, Хуа Чэн еще больше убедился, что перед ним маленький милашка, виляющий хвостом.
Он протянул руку и ущипнул Сюй Цзэ за щеку: Ты слишком уж перегибаешь палку. — Хм, а на ощупь довольно приятный.Сюй Цзэ, который всё еще был погружен в радость от того, что Хуа Чэн пощипал его за щеку, тут же услышал его совершенно спокойные, лишённые и малейшего упрёка слова. Контраст оказался настолько резким, что удар по его психике исчислялся тоннами.
— Я... — он прикусил губу, и его персиковые глаза наполнились влагой.
— Я только что вспомнил, — кончики пальцев Хуа Чэна погладили его уголки глаз. — Помню, ты у нас великий ценитель женской красоты. Вести себя сейчас подобным образом с дамой — это совсем нехорошо.
Внезапно вспомнив своё прошлое записного повесы, Сюй Цзэ всем телом окоченел.
— Я-я-я... — он едва не плакал. Как поступить, если перед объектом твоих нынешних ухаживаний всплыла вся твоя прежняя бурная история? У него совершенно не было возможности оправдаться, ведь раньше он действительно был человеком, падким на свежую красоту.
Даже сейчас он захотел приударить за Хуа Чэном лишь из-за его утончённого лица, только вот почему-то после появления этой мысли ему отчаянно захотелось встать на путь истинный.
И как, чёрт возьми, ему теперь всё это объяснять?
[Кажется, наблюдать за тем, как у главного героя меняется лицо, довольно забавно, — с неким нездоровым азартом произнёс Хуа Чэн. — Этот его вид человека, готового разрыдаться, пробудил во мне давно уснувшую «злобу». Такое чувство, что если я разок-другой хорошенько его не поунижаю, то просто перед собой буду виноват!]
[......] Шиэр внезапно подумал, что этот носитель, пожалуй, с лёгким придурком. Наверняка его до этого довёл тот самый системный модуль F2574. Вспомнив жалкий вид Сюй Цзэ, когда тот собирался реветь, Шиэр вдруг отчасти его понял.
— Ну что? — пальцы Хуа Чэна скользнули от уголков глаз Сюй Цзэ к его губам и слегка помассировали их. — Неужели Му Си недостаточно хороша собой?
— Нет-нет-нет! Конечно нет! — Сюй Цзэ торопливо затряс головой. По правде говоря, Му Си и впрямь была красивейшей женщиной из всех, кого он когда-либо видел. Стоило учесть, что обладательницы подобной внешности большей частью начисто лишены нужного темперамента, в то время как красивые женщины с темпераментом редко могут похвастаться такой красотой, как у Му Си. Так что Му Си действительно оказалась совершенно уникальным номером первым среди всех виденных Сюй Цзэ красавиц.
Не встреть он Хуа Чэна заранее, Сюй Цзэ наверняка без сомнений принялся бы ухлёстывать за Му Си.
— Так что означает такое твоё отношение ко мне? — Му Си уже давно сидела в стороне, закинув ногу на ногу и наблюдая за этим представлением. Она склонила голову набок, приняв развязанную позу какого-нибудь солдафона.
Услышав эти слова, подливающие масла в огонь, Сюй Цзэ тут же перевёл на неё взгляд — его веки, секунду назад опущенные из-за чувства вины, мгновенно разъярились. Смерив её недобрым взглядом, он выпалил:
— Ты вообще-то должна меня защищать! Разве не правильно хоть немного напрячься ради этого?
— А-Чэн — это же дорогой гость, которого лично я пригласил! Дорогой гость! Ты вообще понимаешь, что такое дорогой гость? — от этого вида надувшегося цыплёнка Хуа Чэну безумно хотелось рассмеяться, однако он идеально сдерживался и просто продолжал слушать.
А Сюй Цзэ тем временем продолжал вытягивать шею и буянить:
— Или я должен был заставить А-Чэна самого пачкать руки? Какой же он тогда дорогой гость!
— Ох, — Му Си, услышав это, посмотрела на Сюй Цзэ взглядом мёртвой рыбы. — Значит, ты собираешься ублажать господина Хуа Чэна деликатесами и развлечениями, а всю тяжёлую и грязную работу сваливать на меня?
Сюй Цзэ был категорически не согласен с такой постановкой вопроса:
— С чего это всю тяжёлую и грязную работу я свалил на тебя?! Разве я не обеспечиваю тебя самыми изысканными яствами и напитками? Я просто говорю, чтобы ты разобралась с теми людьми, когда они появятся, разве не для этого мой дядя тебя сюда прислал?
Хотя слова звучали именно так и смысл был верен на все сто, от этого Му Си захотелось набить ему морду ещё сильнее. И что ей теперь делать?
— Господин Хуа Чэн? — она посмотрела на того, кто здесь явно принимал решения, и вопросительно приподняла бровь.
Тот кивнул, и его губы едва заметно шевельнулись:
— Постарайся бить легче.
Сюй Цзэ, который ничего из этого не услышал, в этот момент выглядел невероятно надменно, а его спесь взлетела до самой высшей точки. Хуа Чэн не удержался и потрепал его по волосам:
— Если вдруг заплачешь — не забудь прийти ко мне.
Оставив ошеломлённого Сюй Цзэ стоять в полном недоумении, он развернулся и поднялся наверх.
[Носитель, это же твоя половинка тела...] — голос Шиэра звучал сухо.
[Разве её ощущения не притуплены? Пожалею потом, когда степень близости повысится!] — вот такой он был бессердечный маленький извращенец.
http://bllate.org/book/24938/2950421
Готово: