Готовый перевод I Really Can't Give Birth / Цена спасения: Мой покровитель из прошлого: Глава 5

Услышав, что Ши Босяо приехал ради него, Цяо Чжэнь задумался: не возросли ли случайно шансы снова стать любовником этого человека? И одновременно ответил:

— Иди к тебе.

Он запрокинул голову, глядя на Ши Босяо, и заметил, как тот снял верхнюю одежду и с мрачным лицом приближается к нему.

Прогретое теплом пальто опустилось на плечи, на лицо Цяо Чжэня пахнуло жаром, и он увидел, что суровая ледяная маска на лице Ши Босяо немного растаяла.

— Зачем ты меня искал?

Но едва накинув пальто на плечи Цяо Чжэня, Ши Босяо тут же отступил на полшага назад, мало того что напустил на себя суровый вид, так еще и заговорил жестким тоном:

— Разве ты не просил меня уйти?

— Если ты не хочешь, чтобы я тебя искал, я и не буду.

Цяо Чжэнь подергал за края пальто, которое было ему велико на два размера и норовило в любой момент соскользнуть, совершенно не понимая, почему Ши Босяо рассердился. Мысленно приготовившись к худшему, он только собрался снять пальто, как Ши Босяо крепко ухватил его за запястье.

— До чего же ты бессердечный? — Ши Босяо в упор вглядывался в него так, будто пытался прожечь взглядом насквозь.

Они встретились глазами, но взгляд Цяо Чжэня был полон лишь растерянности.

— Проехали, — Ши Босяо слегка ослабил хватку, но отпускать не стал, а потащил его за собой к машине. — Разве ты не хотел со мной поговорить?

— В машине поговорим.

Цяо Чжэнь сопротивлялся всего пару секунд, а затем послушно зашагал следом.

Снаружи дул прохладный ветер, а атмосферное давление вокруг Ши Босяо упало настолько, что казалось, будто вслед за ним бушует стужа. Стоило им забраться внутрь, как перегородка посередине салона опустилась, и мягкие волны теплого воздуха принялись постепенно выгонять холод из тела Цяо Чжэня.

— Зачем звал? — лицо Ши Босяо оставалось хмурым.

Цяо Чжэнь аккуратно положил руки на колени и сел прямо:

— У тебя сейчас есть кто-то другой?

Ши Босяо холодно усмехнулся:

— Тебя это еще заботит?

Любимый человек в самый разгар страсти внезапно бесследно исчез, и он искал его дни и ночи напролет — откуда у него мог взяться кто-то еще?

К тому же за целый год Цяо Чжэнь ни разу не соизволил выйти с ним на связь, и это совсем не походило на проявления заботы.

Однако для Цяо Чжэня этот встречный вопрос прозвучал совершенно иначе.

Обычно считалось в порядке вещей, когда богатый покровитель держал при себе нескольких любовников одновременно.

Осознавая, что в качестве простого любовника он не имеет ни малейшего права вмешиваться в чужую личную жизнь, Цяо Чжэнь слегка закусил губу и снова спросил:

— Тогда тебе все еще нужны люди рядом?

Брови Ши Босяо сошлись на переносице. Почему-то эти слова до боли напомнили ему фразу: «В вашей компании еще требуются сотрудники?», которую родители задали перед тем, как насильно пристроить Сяо Линя к нему в компанию личным ассистентом. Сколько бы он ни вдумывался, он не уловил здесь ни намека на извинения или попытку всё вернуть — напротив, фраза резала слух.

Не умеющий ходить вокруг да около Цяо Чжэнь чуть подогнул пальцы и заговорил напрямую:

— Ты всё еще можешь меня содержать?

— Как содержат других. — Будешь спать со мной — получишь деньги.

Ши Босяо, еще не до конца переваривший предыдущую фразу, мгновенно замер, словно пораженный громом, и невольно повысил голос:

— Тебя кто-то содержал?!

Цяо Чжэнь впервые видел его повысившим голос, инстинктивно подался в сторону и поспешил внести ясность:

— Нет.

Осознав собственную несдержанность, Ши Босяо попытался усмирить сбившееся дыхание, но не успело напряжение спасти окончательно, как Цяо Чжэнь произнес с абсолютно чистой серьезностью:

— Только ты меня содержал.

— …?

Поздним летним вечером Ши Босяо сидел в салоне машины с работающей на полную мощность печью, но чувствовал себя так, будто среди лютой зимы ему вылили на голову ушат ледяной воды. Губы его зашевелились, и лишь спустя долгое время он смог выдавить собственный голос:

— То есть, по твоему мнению…

То время, что мы жили вместе раньше — это я… содержал тебя?

Мужчина с крепким телосложением, чья тень целиком могла накрыть Цяо Чжэня, с трудом выдавил из себя эти слова до конца. Он-то искренне полагал, что они с Цяо Чжэнем состоят в романтических отношениях, а тот, оказывается, рассматривал их связь исключительно как отношения покровителя и содержанца.

В глазах Цяо Чжэня плескалась кристальная ясность, и он искренне переспросил:

— Разве нет?

Короткий резкий выдох вырвался из носа Ши Босяо. Застрявшая в груди злость, не находящая выхода ни вверх, ни вниз, в конце концов превратилась в абсурдный смешок, прорвавшийся сквозь плотно сжатые губы. Он зажмурился, откинулся назад и запрокинул голову, лишь бы не видеть лицо Цяо Чжэня.

Чем дольше смотришь, тем сильнее злишься.

Но этот человек сидел с ним в одной машине, и даже с закрытыми глазами он продолжал отчетливо слышать дыхание Цяо Чжэня, а тонкий прохладный аромат, присущий только ему одному, с каждой секундой становился всё ощутимее.

Хлоп! — дверца машины резко распахнулась и захлоплась вновь.

Ши Босяо решил выйти наружу, чтобы остыть в одиночестве, оставив Цяо Чжэня запертым в салоне.

Спустя изрядное время растерянный Цяо Чжэнь так и не дождался возвращения мужчины и тихонько постучал костяшками пальцев по стеклу.

Дверцу снова дернули, и холодный ветер, не успев даже толком ворваться внутрь, был наглухо отсечен захлопнувшейся створкой.

Ши Босяо вернулся на свое прежнее место, по-прежнему избегая смотреть на Цяо Чжэня.

— Если ты не хочешь содер…

— Ты собрался искать кого-то другого? — не успел Цяо Чжэнь договорить, как Ши Босяо подорвался с места и со всего маху приложился головой о потолок автомобиля, издав глухой стук.

Однако выражение мрачной решимости на его лице не дрогнуло ни на йоту.

Цяо Чжэню от одного этого зрелища показалось, что у него самого заболела голова, но, видя, как Ши Босяо ведет себя так, будто ничего не произошло, он мысленно восхитился: поистине великий киноактер.

— Не буду искать, — среди всех возможных покровителей он знал только Ши Босяо. — У других нет столько денег, сколько у тебя.

Будучи наследным принцем Минъюаня, тот обладал поистине баснословным состоянием.

То ли слова Цяо Чжэня прозвучали чересчур искренне, то ли боль от удара о крышу помогла Ши Босяо окончательно взять себя в руки.

До него мгновенно дошло, что Цяо Чжэнь вовсе не жаждет вновь становиться чьим-то любовником — ему банально нужны были деньги.

— Ты хочешь, чтобы я тебя содержал, а потом на мои деньги лечить твоего ребенка?

Цяо Чжэнь без тени смущения кивнул:

— И еще я хочу, чтобы ты помог ему прописаться здесь.

В машине воцарилась тишина, атмосфера упала до нулевой отметки.

Понимая, что запросы вышли несколько завышенными, Цяо Чжэнь не собирался никого принуждать:

— Если тебе не хочется, я пойду спать.

С этими словами он потянулся к ручке двери.

— Ладно.

Обладатель знакомого голоса перехватил его за запястье, и Цяо Чжэнь послушно повернулся обратно, встречаясь взглядом с его светло-карими глазами.

— Но пока ребенок не поправится, вы оба будете жить со мной, — процедил Ши Босяо сквозь зубы.

— Прямо сейчас переезжать к тебе? — Цяо Чжэнь, уже имевший опыт проживания в апартаментах Ши Босяо, был вполне готов без лишних проблем снова туда переселиться.

А вот Яя при смене места жительства непременно поднял бы рев и вряд ли смог бы быстро адаптироваться.

Заметив замешательство на его лице, Ши Босяо вспомнил всю ту грязь, что в избытке лилась на них в интернете.

Поэтому он слегка смягчил тон и прочистил горло:

— Впрочем, я сейчас работаю здесь неподалеку, так что переезжать пока не придется.

— Пока не закончится моя работа, поживете у тебя.

— Ладно… М? — не успел Цяо Чжэнь порадоваться, что переезд отменяется, как предложение мужчины поселиться в его собственном доме заставило его замереть в растерянности.

— У тебя там завелся другой покровитель? — взгляд Ши Босяо стал острым, как клинок.

Цяо Чжэнь покачал головой:

— Только ты.

Едва затихли его слова, как мужчина услышал еле слышный, едва уловимый смешок. Подняв глаза, он увидел, что Ши Босяо уже толкнул дверцу и вышел наружу.

— Разве ты не собирался спать? Или намерен выспаться прямо в машине? — Ши Босяо уперся рукой в дверной проем, дожидаясь, пока Цяо Чжэнь выберется наружу, после чего с легким щелчком захлопнул дверь.

Они стояли у входа в деревню, и Цяо Чжэнь бросил взгляд на кузов машины, сплошь покрытый брызгами желтой грязи:

— Ты приехал сюда по работе?

— Иначе по-твоему, я приперся на тебя посмотреть? — Ши Босяо отвернулся и зашагал по направлению к деревне.

Цяо Чжэнь ответил:

— Нет.

В его голосе не было ни капли удивления или грусти, зато Ши Босяо шел со стиснутой линией челюстей, а на дне его глаз залегла глухая тень.

Ему хотелось что-то сказать, но боковым зрением он заметил, как Цяо Чжэнь слабо зевает, и обратил внимание на сероватые круги теней на безупречно белой коже, из-за чего в конце концов сбавил шаг и поравнялся с ним.

Тусклый свет фонаря у въезда в деревню падал сверху, вытягивая их тени в длинные силуэты, и Ши Босяо, опустив взгляд на теневой силуэт спутника, который был заметно ниже его собственного, качнул носком ботинка так, что обе тени слились воедино.

— В деревне есть собаки, — Цяо Чжэнь остановился и повернулся к Ши Босяо. — Они кусают незнакомцев.

Ши Босяо пришел в себя, но взгляд его оставался совершенно спокойным и безмятежным:

— Если я пойду с тобой, меня тоже укусят?

— Нет.

Следом за этим Цяо Чжэнь озабоченно добавил:

— Но когда ты будешь уходить, мне придется снова тебя провожать.

Коренные зубы Ши Босяо издали отчетливый скрежет:

— Разве мы не договорились, что я буду жить у тебя?

— Но дом еще не убран, — Цяо Чжэнь похлопал ресницами и пояснил, что в комнатах пока грязновато.

— …Завтра приберешься и позвонишь мне.

Цяо Чжэнь тихонько протянул «угу» и попытался вернуть пальто владельцу, но его руку прижали к себе.

— Где тлефон? — Ши Босяо подозревал, что у Цяо Чжэня банально не сохранен его номер, иначе как объяснить, что тот прожил целый год в таких тяжелых условиях и ни разу ему не позвонил.

Так и оказалось.

Цяо Чжэнь извлек на свет древнюю кнопочную звонилку, на клавиши которой приходилось давить по два-три раза, чтобы экран наконец ожил, и честно признался:

— У меня нет твоего номера.

— Разве я не давал его тебе раньше?

— Почему ты не забрал телефон, который я тебе оставил?

Сталкиваясь с вопросом Ши Босяо, Цяо Чжэнь вспоминал всё то, что довелось увидеть в памяти того старого аппарата, и его ресницы затрепетали, скрывая бурю эмоций на дне глаз.

— Этим пользоваться удобнее, — ответил он, демонстрируя «кирпич», чей экран погас, не проработав и двух секунд.

С черной тучей на лице Ши Босяо вытащил из кармана собственный смартфон и сунул его мужчине в руки:

— Возьми.

— И маршируй спать, — отрывисто бросил он.

Цяо Чжэнь поймал гаджет, озадаченно покрутил его в пальцах, после чего сильнее запахнул на плечах чужое пальто и зашагал вглубь деревни.

Раз уж не пришлось ехать в город на поиски, нужно было скорее возвращаться к Яя, пока Ян Тяньмин еще не лег спать.

К счастью, малыш еще не спал, и едва услышав стук в дверь, принялся сквозь слезы звать папу. Ян Тяньмин, обладавший силой, способной удерживать взрослого быка, с трудом справлялся с этим чертенком.

Стоило крохе увидеть Цяо Чжэня, как он вмиг превратился в послушного щенка, заурчал и затыкался носом ему в шею.

— Папа.

Когда они добрались до порога дома, Яя уже не плакал и не терся о него, а крепко спал, уткнувшись в шейную впадинку Цяо Чжэня и бормоча во сне его имя.

Уложив тяжеленького пухлика на мягкую детскую кроватку, Цяо Чжэнь лег на свое место, повернулся на бок и легонько ущипнул Яя за пухлую щечку.

Кожа по ощущениям напоминала желе — стоило надавить, как она тут же пружинила обратно, а на кончиках пальцев оставалось ощущение нежности сахарной ваты.

Самое главное — стоило ему ткнуть малыша, как тот тут же комично выпячивал губы.

Словно какая-то игрушка со встроенным механизмом.

— Когда вылечим болезнь, никто больше не посмеет смотреть на тебя свысока, и тогда я найду тебе нового папу.

http://bllate.org/book/25115/2985779