Готовый перевод System Forces Him to Have Babies / Система принудительного материнства: Родить или умереть: Глава 2

Су Цзинъян с оцепенелым телом стоял на оживленной, полной людей улице. Его и без того большие глаза выкатились от изумления, а сам он пребывал в состоянии полного шока и не мог поверить в происходящее.

До этого он ни за что не подумал бы, что из-за неосторожно брошенной фразы понесет наказание и какая-то штука по имени Система забросит его сюда!

А та самая фраза, навлекла на него столь страшную беду, по его мнению, была вовсе не такой уж обидной.

Он действительно просто сидел рядом с коллегами-женщинами, которые горячо обсуждали недавнюю новость о прыгнувшей с крыши роженице. Не в силах сдержать чистое любопытство, он вставил слово: «Рожать что, и правда так больно?»

Будучи сиротой, Су Цзинъян уже двадцать три года жил бобылем и интересовался исключительно особями мужского пола. Он почти не общался с женщинами близко, и его познания об их жизни зияли огромными пробелами. Ранее он, конечно, слышал, что роды — это больно, но после постоянно видел в новостях сюжеты вроде: сходила в туалет и прямо там родила или ребенок выпал на ходу посреди улицы. Это неизбежно создавало у него иллюзию, что роды — дело само собой разумеющееся и вроде бы довольно легкое.

Задавая этот вопрос, он определенно не имел никаких злых умыслов.

Его тихий вопрос быстро потонул в гневных и громких спорах. Коллеги-женщины его не услышали, а потому и не ответили, и он успокоился.

Однако стоило ему зайти в комнату отдыха, чтобы налить воды, как в голове внезапно раздался полный гнева и презрения голос: «Глупый, невежественный мужчина!!!»

Застигнутый врасплох Су Цзинъян испугался, едва не выронив чашку из рук. Оглядевшись по сторонам и никого не обнаружив, он уже решил, что у него слуховые галлюцинации, как голос снова отчетливо зазвучал в его голове: «Ха-ха, подонок!»

Су Цзинъян почувствовал себя несправедливо обвиненным и машинально переспросил: «Подонок? Это ты мне?»

В голосе сквозила лютая злоба, и собеседник злобно выпалил: «Невежественный мужчина, именно тебе!»

Что вообще происходит?! Су Цзинъян перевел глаза и молча заподозрил у себя шизофрению, как тот холодно усмехнулся: «Впрочем, сколько ни спрашивай, толку не будет. Хочешь узнать, больно ли рожать — иди и роди сам, тогда и узнаешь».

Су Цзинъян тогда не мог понять, чего в нем было больше — изумления или оцепенения. Оказывается, всё из-за того, что он ляпнул ту фразу, он и притянул к себе эту странную хрень!

Но, считая себя человеком честным и неподкупным, он не боялся всякой нечисти. Презрительно скривив губы, он не придавил этому большого значения, мысленно размышляя: ты еще кто такая? С чего это мне рожать? Я вообще кремень, а чтобы рожать, у меня и навыков таких нет.

Держа чашку с чаем и собираясь с невозмутимым видом вернуться за стол, он услышал в голове еще один леденящий душу окрик, а затем... а затем он попросту не успел среагировать. В водовороте кружащегося пространства он внезапно очутился на этой незнакомой древней улице!

Всё произошло слишком быстро, и он одно время даже сомневался, не снится ли ему сон, но окружающая действительность была до жути реальной!

Тот самый тип по имени Система напрямую внедрил в его мозг некий массив информации, и, приняв его, он был потрясен.

Оказывается, в этом мире существовало целых три пола: мужчины, женщины и еще двойной сын?!

Так называемый двойной сын внешне ничем не отличался от мужчины, разве что обладал чуть более хрупким телосложением. Самое главное отличие заключалось в том, что они могли беременеть, вынашивать и рожать детей!

Самым явным признаком двойного сына была красная родинка на ладони. На левой руке или на правой — размер и форма различались у каждого. Эта родинка оставалась с человеком до самой старости и смерти, не исчезая никогда. Даже если вырезать ее вместе с мясом, она упрямо вырастала заново.

В мгновение ока Су Цзинъян вспомнил кое-что из сказанного Системой ранее, и у него встали дыбом волосы на теле, предчувствуя неладное.

Он резко поднял обе руки и вытаращил глаза на свои ладони.

На ладони правой руки красовалась красная родинка размером с соевое зерно!

У Су Цзинъяна загудело в голове, дыхание зачастило, а руки затряслись. Он мог поклясться, что это его собственное тело, но за столько лет жизни на его ладони сроду не было ничего подобного. Неужели... неужели...

«Система!!!!!!» — Су Цзинъян чувствовал, что сейчас взорвется.

Ледяной голос Системы прозвучал вовремя: «Верно, твое нынешнее тело было перестроено мной в тело двойного сына. Насколько сильно больно рожать, ты вскоре прочувствуешь на собственной шкуре».

У Су Цзинъяна затылок покрылся мурашками — он вовсе не хотел ничего чувствовать!

С трудом сглотнув застрявший в горле ком, он невероятно возмущенно выдавил: «Я ведь просто задал вопрос! Я не совершал ничего ужасного! Обязательно было так со мной поступать?!»

Услышав слова Су Цзинъяна, Система гневно произнесла: «Ты до сих пор не осознаешь собственной вины, а это уже само по себе ужасно! Все вы, мужики, одним мазаны — вечно бросаетесь парой легких словечек, словно всё, что делают женщины, предопределено небесами. Не испытав всё на себе, ты вовек не поймешь, в каком трудном положении находятся женщины! Наказание пойдет тебе на пользу, научит уму-разуму!»

«...Да с чего бы?!» — Су Цзинъян незаслуженно схватил обвинение и просто офигел. Пусть в этом вопросе он и был немного невежественен, но как можно было возводить всё в такой масштаб?! Это же сущая крайность!

Он еще не привык общаться с Системой мысленно, поэтому со стороны выглядело так, будто он разговаривает с воздухом. Проходящие мимо люди начали смотреть на него странно и подсознательно отшатываться.

Заметив это, Су Цзинъян семенящим шагом забрался в безлюдный переулок, укрываясь от взглядов, принимавших его за сумасшедшего. Присев на корточки, он с возмущением продолжил мысленный спор с Системой: «Я никогда себя так не вел!»

«Ты не говорил, но разве ты не так думал?!»

Су Цзинъян едва не плевался огнем от злости.

Он столько лет был одинок, даже за руку девушек не держал и никому не причинял вреда, а эта Система наказала его родами всего за одну фразу! Какая же несусветная глупость!

Однако к этому моменту Су Цзинъян кое-что понял: раз она смогла затащить его в этот мир, то для возвращения придется только умолять ее, идти напролом нельзя.

Глубоко вздохнув и долго успокаивая себя, он миролюбиво обратился к ней: «Раз уж дошло до такого, скажу честно: мне нравятся мужчины, я никогда в жизни не обижал ни одну женщину и не обижу в будущем. Пожалуйста, отпусти меня обратно».

Система холодно фыркнула: «Мало ли мужчин, которые любят мужчин, но при этом обманывают женщин и заставляют их рожать? Подонки и отребья общества!!!»

«...» Су Цзинъян окончательно лишился дар речи.

Теперь он точно понял: эта Система переполнена обидой, злобой и одержимостью, и она не даст ему ни единого шанса на разумный диалог.

Главное — связавшись с такой мистической дрянью, он не имел против нее ни малейшего оружия.

Тупо уставившись перед собой стеклянным взглядом, Су Цзинъян чувствовал, как внутри все леденеет. Какого черта, почему это порядочное и честное молодое поколение угодило в такую переделку?!

Что же делать...

«Хочешь вернуться? Пожалуйста, — презрительно бросила Система. — Сначала роди, а потом поговорим».

«...» Прошу, дайте мне спокойно помереть.

После того как все попытки достучаться до Системы провалились, Су Цзинъян с круглыми от растерянности глазами и полной кашей в голове побрел шататься по незнакомым улицам. Вокруг сновали люди в старинных одеждах. Пройдя немного, он заметил, что прохожие больше не смотрят на него как на психа. Спохватившись, он опустил взгляд на себя: его рубашка и брюки сменились на серую крестьянскую одежду с запахом набок. Автоматически подняв руку, он коснулся волос — его короткая молодежная стрижка непостижимым образом отросла до самых плеч... Трансформируя его тело, Система в мгновение ока сменила и его гардероб.

Эта штука по имени Система и впрямь обладала жуткой черной магиею.

От этих мыслей Су Цзинъян впал в еще большее уныние. Он уже смирился с суровой реальностью: он всего лишь из плоти и крови, ему ни за что не одолеть эту силу. Раз не одолеть, неужели придется покориться?

Ему не хотелось сдаваться, но... если не покоряться, то как же вернуться домой?

Побродив еще немного в полном смятении, он от усталости присел на корточки под деревом у арочного моста, растерянно глядя на снующих туда-сюда людей.

Какой-то миловидный мужчина с огромным выпирающим животом медленно шел по мосту. Он так не вовремя попался на глаза Су Цзинъяну, что того аж передернуло от резкого кашля — он чуть собственной слюной не подавился!

Су Цзинъян понимал, что тот человек наверняка был двойным сыном, но выглядел-то он мужчиной, и при этом — с огромным беременным животом! Картина, казавшаяся окружающим привычной и обыденной, для человека, прожившего два с лишним десятка лет в современном обществе, стала сильнейшим шоком!

Он физически не мог принять мысль, что сам превратится в то же самое, что и этот прохожий!

Получив столь мощный удар по нервам, Су Цзинъян снова засуетился, принявшись звать Систему и умолять отпустить его. Но сколько бы он ни усовещал ее, доводя себя до сухости во рту, Система молчала как партизан.

Злясь, бесись и паникуя одновременно, Су Цзинъян едва не выдирал волосы на голове, но был абсолютно бессилен. Уныло глядя в небо, он, обычно жизнерадостный и пофигистичный, тяжело задыхался от подступившего к горлу кома.

Поскольку он прибыл сюда впервые, у него не было ни гроша за душой, ни крыши над головой. К ночи Су Цзинъяну пришлось отыскать заброшенный старый храм, застелить пол охапкой сехи и лечь. К счастью, стояло лето, и, если не считать полчищ комаров, в таком месте вполне можно было перекантоваться до утра.

Су Цзинъян думал, что молчание Системы означает предоставление ему времени на раздумья, однако практика показала... его доброта ограничивалась лишь границами его фантазии.

«Выбирай, — холодно произнесла Система. — Если не выберешь сама, я помогу».

Су Цзинъян с недоверием уставился на возникший прямо в воздухе быстро мелькающий интерактивный экран, стиснув зубы так, что пальцы задрожали.

— Эта сволочная Система заявилась как раз тогда, когда он почти заснул, да еще и заставила выбрать мужика из этого мира, чтобы переспать с ним!

Хотя Су Цзинъян и впрямь предпочитал мужчин, у него вообще-то имелись свои моральные принципы! Эта ублюдочная Система заставляет его лечь в постель с первым встречным мужиком ради случайной связи — не слишком ли это легкомысленно?!

— Ты, ты, ты... ты просто... перешла все границы! — Су Цзинъян понимал, что отвертеться не удастся. Доведенный до слез от злости, он сжав зубы ругался: — Сволочь!

Система усмехнулась: «Вместо того чтобы тратить время на ругань, лучше поторопись. Если время выйдет, я выберу сама. Хе-хе... Но если выбирать буду я, то подойду к делу гораздо со-ве-ст-ли-вее!»

— Чую, добра от тебя не жди... — Заметив, что шкала времени на экране вот-вот испарится, Су Цзинъян судорожно сглотнул. Забыв о перепалках, он отчаянно завопил: — Стоп!

Однако прокрутка продолжалась. Помолчав секунду, Система бросила: «...Идиот».

Лишь мгновение спустя Су Цзинъян сообразил, что эта штука не реагирует на голос. Шкала времени почти обнулилась, и в панике он наугад ткнул указательным правом пальцем в движущийся свиток. Тот наконец замер. Су Цзинъян уж было подумал, что сейчас увидит, какого именно мужчину ему подобрали, но в голове раздался резкий писк, в глазах потемвело, и он рухнул на землю.

Перед тем как провалиться в беспамятство, ему показалось, что он слышит злобный шепот Системы: «Подонок, еще легко отделался!»

Су Цзинъян почувствовал, что погрузился в пучину мрачного кошмара, но точно знал — это не сон.

Ощущение тесного переплетения тел было слишком реальным, а разрывающая боль — чересчур ощутимой до мозга костей. Стиснув зубы и превозмогая свирепые толчки незнакомца, Су Цзинъян давился слезами от боли.

— У него действительно не было ни секунды на подготовку, как какой-то тип набросился на него и взял прямо на месте!

Где уж ему, впервые в жизни, вынести столь дикий натиск? Но спрятаться было негде: возможно, дело было в манипуляциях Системы, но всё его тело напрочь обмякло и не слушалось.

Су Цзинъян терпел стиснув зубы, вокруг царил непроглядный мрак, пот катился градом, а тело почти онемело от боли.

Гнусная Система! Су Цзинъян мысленно песочил эту собачью дрянь на все лады.

Он совершенно не мог разглядеть лицо оказавшегося сверху мужчины, лишь улавливал в его горячем дыхании слабый запах алкоголя. Хотелось издать хоть звучок, но горло будто забили ватой, позволяя лишь глухо стонать и тяжело дышать.

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Су Цзинъяну показалось, что его едва не загнали насмерть, и человек сверху наконец затих. В голове царил долгий пустой звон. Когда он кое-как пришел в себя, тот мужчина как раз опустился ниже, чтобы поцеловать его в губы. Помимо легкого винного перегара, дыхание и язык незнакомца были свежими. Судя по прикосновениям кожи и чересчур мощной выносливости, Су Цзинъян догадался, что этот выбранный жребием мужчина, судя по всему, был молодым и чистым парнем.

Как ни смешно это звучало, но для Су Цзинъяна это действительно оказалось наименьшим злом из всех возможных.

В теле не оставалось ни унции сил, и он просто смирился со своей участью — лежал бревном, позволяя себя целовать, с мертвенно-пустым сердцем.

Су Цзинъян думал, что на этом всё кончено, цель Системы достигнута и она вышвырнет его из этого кошмарного места, но... когда человек сверху снова начал двигать бедрами, Су Цзинъян понял, что значит плакать без слёз.

Когда этот бесконечно долгий и мучительный сон наконец закончился, Су Цзинъян с трудом разлепил веки и пришел в себя. Он по-прежнему лежал на соломе в заброшенном храме, а всё тело ныло так, будто ему переломали кости.

Длинные ресницы Су Цзинъяна дрогнули. Отупевшим взглядом уставившись в обветшалую крышу, он покрасневшими глазами схватился за ноющую пятую точку и жалобно, заунывно прошептал:

— Хвост отвалился...

http://bllate.org/book/25122/2986462