— Я позвонила организаторам насчет того баскетбольного турнира, его уже отложили ради тебя.
В трубке послышался обеспокоенный голос Кун Цзяоцзяо.
— Отложили? — Тан Юэфэй потерял дар речи. — Мам, можешь ты не лезть в мои дела? Со мной всё в порядке, просто пару раз скрутило живот. Даже если я не могу участвовать, остальным-то игрокам это нужно! Из-за твоего переноса планы стольких людей полетят к чертям.
— Я не отменила, а отложила, пока тебе не станет лучше. Как поправишься — всё продолжится. Сегодня вечером ты обязан быть дома, на этом всё.
Кун Цзяоцзяо повесила трубку, не дожидаясь ответа. Тан Юэфэй нахмурился, глядя на телефон.
— Брат Фэй, кто твоя мать? Как она вообще смогла добиться приостановки турнира? — спросил Ся Дун.
Остальные ребята смотрели на Тан Юэфэя с полным недоумением.
— Кто-кто, женщина обычная.
Тан Юэфэй не хотел раскрывать подробности о своей семье. Кроме пары учителей и Мо Чжэ, во всей школе никто не знал о его происхождении. Ответив так, он проигнорировал удивленные взгляды товарищей, снял синюю повязку с волос и начал массировать живот.
Тем временем из раны на голове Хэ Цзиня всё еще сочилась кровь, и врачи из соседних кабинетов ушли искать бинты и дезинфицирующие средства. Хэ Цзинь смотрел на толпу старшеклассников, и у него разболелась голова.
— Прости, я был неправ, — Хэ Цзинь прижал руку к ране и искренне извинился перед Тан Юэфэем.
Тан Юэфэй не ожидал такой прямоты, отчего на мгновение смутился. Он обмотал повязку вокруг запястья:
— Я… ладно, забудь. Я оплачу медицинские расходы.
Хэ Цзинь покачал головой:
— Не нужно, всё в порядке. Заходи, снимай штаны, нужно осмотреть тебя — проверим, нет ли выпадения прямой кишки. Тот парень, что приходил за стаканчиком, — это для тебя было? Ты уже отнес анализы в лабораторию?
Тан Юэфэй никогда в жизни не чувствовал себя настолько опозоренным. Он отчаянно замотал головой:
— Нет у меня никакого выпадения! Просто болит немного. Еще не отнес, сейчас пойду.
Сказав это, Тан Юэфэй, придерживая живот, рванул в сторону третьего этажа. Хэ Цзинь посмотрел ему вслед, рассмеялся и, придерживая рану, опустился на стул.
Тридцать минут спустя…
— Острая кишечная инфекция. Нужно ставить капельницы, как минимум на неделю, — Хэ Цзинь взглянул на результаты анализов и принялся выписывать рецепт.
Тан Юэфэй был близок к тому, чтобы впасть в отчаяние. Неделя? Через неделю баскетбольный турнир уже закончится. Нет, постойте — это что, ему придется мучиться с животом целую неделю?— Доктор Хэ, вы уверены, что целую неделю? Вы часом не издеваетесь надо мной нарочно?
Тань Юэфэй чувствовал, что ему уже намного лучше, капельницу, пожалуй, можно было и вовсе не ставить.
На лбу у Хэ Цзиня красовался большой пластырь, закрывавший половину левого глаза. Выглядел он довольно комично, и это сильно портило его смазливую внешность.
— Я врач или ты врач? Если не хочешь капаться, можешь уходить прямо сейчас, но через пять минут ты гарантированно вернешься.
Закончив говорить, Хэ Цзинь протянул листок с назначениями Тань Юэфэй и поднялся, направляясь к выходу. Пользуясь тем, что в коридоре никого не было, ему срочно нужно было сбегать к зеркалу и проверить, не останется ли шрама.
Как только Хэ Цзинь ушел, Тань Юэфэй со злости принялся пинать ногами стул:
— Хо Хао... Хо Хао... Хо Хао... Твою мать, тебе конец!
Тем временем Хо Хао, уже устроившийся в туристическом автобусе, крепко спал, откинувшись на сиденье. Он как следует не отдыхал уже целую неделю, а началось всё еще больше полумесяца назад.Больше полумесяца назад Ян Цзя, сосед Хо Хао по комнате, собирался отправиться со своей седьмой по счету девушкой в отель. Кто же знал, что не успеют они выйти из общежития, как хлынул проливной дождь. Ян Цзя не хотел вымокнуть и соблазнил Хо Хао, который сидел за книгами, пятьюдесятью юанями на расходы, попросив его сбегать за презервативами. Ради этих пятидесяти юаней Хо Хао решил пойти — в конце концов, он всегда нуждался в деньгах.
В школе их было не достать, пришлось идти в ближайший супермаркет. Пятая средняя школа и старшая школа Чэнлин находились по разные стороны дороги: одна по левую руку, другая по правую.В тот день в супермаркете было не протолкнуться. Хо Хао, чтобы дождаться, пока народу станет поменьше, нарочно купил несколько шпажек с кальмаром в соседней шашлычной. Лишь когда поток покупателей схлынул, он с кальмаром в руках зашел в супермаркет, быстро схватил коробку презервативов, расплатился и собрался уходить. Кто бы мог подумать, что, едва развернувшись, он с размаху врежется в какую-то девушку.Очень красивая девушка в форме Старшей школы Чэнлин. Презерватив упал прямо ей на грудь. Хо Хао в тот момент — то ли от сильнейшего напряжения, то ли потому что совсем мозги набекрень сдвинулись — вообще на это не обратил внимания.Там было столько всего, он протянул руку и попытался схватить девушку за грудь. Презерватив-то он заполучил, но женский крик привлек внимание толпы зевак, и Хо Хао бросился наутек, оставив позади лишь свой лихой силуэт.После этого целых полмесяца «парень» той девчонки пытался его поймать, повсюду разыскивая этого «лапальщика». Поскольку лица они толком не разглядели и помнили лишь про кальмара, поиски начались прямо с кальмаров. И надо же было такому случиться — невезение чистой воды! Поймать-то его не смогли бы, но он сам трепал языком понапрасну и полез на рожон прямо под чужой прицел. Всё ради одной несчастной шпажки кальмара — в итоге его знатно проучили. Целую неделю он отлёживался дома, пропустив не только экзамены, но и олимпиаду по физике. Стоило только телу прийти в норму, как тут же началась месса…
— Приехали, приехали, быстрей выходим.
Голос водителя междугороднего автобуса успешно разбудил Хо Хао. Хо Хао протёр глаза и выглянул в окно: они прибыли на автовокзал.
Едва сойдя с автобуса, Хо Хао столкнулся с Ло Шуаем из соседней деревни.
— Хао-Хао, ты чего не в школе? — удивился Ло Шуай, заметив Хо Хао.
Хо Хао потёр виски:
— Баскетбольный матч был, я участвовал, так что уроков не было, только что из города вернулся.
Ло Шуай протяжно промычал — о-о-у, — расспрашивать дальше не стал, вытащил из кармана сигарету, закурил и прислонился к урне возле вокзала, не сводя глаз с проезжающих машин.
— Ждёшь кого-то?
Хо Хао с удивлением уставился на него. Ярко-красная шевелюра в стиле взрыв на макаронной фабрике слепила глаза, в носу красовался пирсинг, одет он был в мешковатые штаны с мотней до колен и белые кеды, а на шее болталось несколько подвесок с черепами — вид у него был крайне вызывающий, вполне в духе последних модных тенденций. Ло Шуай не поступил в старшую школу, а после окончания средней сразу подался на улицы. Сейчас он подрабатывал учеником в парикмахерской, получая фиксированную зарплату в восемьсот юаней в месяц.
Ло Шуай выпустил кольцо дыма и кивнул:
— Угу, жду свою жену из игры. Сегодня встречаемся в первый раз, боюсь, заблудится и не найдёт меня. Я тут уже почти два часа торчу.
Хо Хао улыбнулся и больше ничего не сказал. Последние два года игра Одиссея танца невероятно популярна. С самого первого класса старшей школы многие его одноклассники зависали в ней. Вот только у него не было ни денег на игры, ни времени на интернет-кафе, да и заводить девушку в старшей школе он вовсе не планировал. Девушек, которым он нравился, было хоть отбавляй — в одном классе таких нашлось несколько, но ни к одной из них у него не ёкнуло сердце. К тому же сейчас он вовсе не мог позволить себе такие развлечения: у него даже не хватило денег полностью оплатить взнос за этот семестр в размере восьми сотен.
Хо Хао достал телефон, чтобы проверить время — почти пять часов. Этот мобильный ему отдал Ян Цзя, когда тот перешёл на другую модель. У Ян Цзя водились деньги: его семья владела мебельной фабрикой, он был богатеньким сынком и самым обеспеченным парнем во всей школе. Скорость, с которой он менял девушек, поражала воображение — пожалуй, он успел приударить практически за каждой мало-мальски симпатичной девчонкой в школе.
Хо Хао только собрался сделать шаг, как вдруг какая-то девушка бросилась прямо на него и крепко обняла:
— Муж, я наконец-то тебя увидела!Хо Хао сильно испугался и поспешно оттащил девушку: Ты ошиблась человеком, ты кто вообще?
Я же Мяомяо, — растерянно произнесла девушка.
Не успел Хо Хао прийти в себя, как Ло Шуай оттащил её в сторону: Жена, ты перепутала, я твой муж, я — Бог Шуай. Я же говорил, что буду ждать тебя здесь, я ждал тебя уже два часа.
Ах! — на лице девушки отразилось крайнее удивление, и под взглядом Ло Шуая её выражение лица начало заметно меняться — она-то думала, что это какой-то писаный красавец.
Хо Хао безмолвно покачал головой: неужели эти двое даже не созванивались по видеосвязи заранее? И правда, сетевая любовь совершенно ненадежна.
Шуай, я пошел, возвращаюсь в школу, как-нибудь в другой раз увидимся. — Хо Хао попрощался с Ло Шуаем и лихо развернулся уходить — ему совсем не улыбалось быть третьим лишним.
Не успел он пройти и нескольких шагов, как Ло Шуай что-то крикнул ему в спину, но он не расслышал, потому что зазвонил телефон.
Хо Хао достал телефон, посмотрел на номер и нажал кнопку громкой связи.
Алло, брат, мама велит тебе сейчас же, немедленно, сию секунду идти домой, есть разговор.
Собеседник выпалил это и, не дожидаясь ответа, бросил трубку.
Хо Хао нахмурился, чувствуя тревогу и раздражение. Долго колеблясь, он всё же зашагал в сторону дома — пешком идти было минут сорок.
Едва дойдя до окраины деревни, он встретил своего младшего брата Лю Яна — сына его мачехи, который был младше его на девяносто месяцев, но в этом году уже учился во втором классе старшей школы в Старшей школе Чэнлин. Родители Хо Хао уже ушли из жизни, и теперь главой семьи была его мачеха Хуан Гуйчжи.
В чем дело, чего ты так торопишься? — спросил Хо Хао.
Лю Ян опустил голову и молчал.
У Хо Хао сердце ухнуло в пятки, и он ускорил шаг по направлению к дому.
Их дом находился во втором ряду от въезда в деревню.
Едва войдя в главную комнату, он увидел мужчину — младшего брата мачехи, Хуан Ицзюня, учителя математики в Старшей школе Чэнлин, который вел уроки у первачков.
Дядя, — поздоровался Хо Хао.
Хуан Ицзюнь окинул его беглым взглядом и ничего не ответил.
Хуан Гуйчжи держала в руках початок кукурузы и шелушила его; увидев, что Хо Хао вошел, она остановилась, подняла на него взгляд и заговорила: Хо Хао, твой вопрос с платой за учебу младшего дяди Яна решит, но ты обязан перевестись в школу и пойти в класс к Яну, чтобы помогать ему с учебой. В этот раз он скатился на последнее место в классе. Я не требую, чтобы он, как ты, занимал первые места по всей параллели, но по крайней мере он должен набрать баллы на проходной балл в вуз второго уровня. Если его успеваемость не поднимется, ты тоже перестанеш учиться — с чего у меня столько денег, чтобы вас двоих содержать?
Просто и понятно! Никаких лишних слов: смысл в том, что если не переведешься в другую школу, то учебу придется бросить.Хо Хао глубоко вздохнул и, пристально взглянув на Лю Яна, долго молчал:
— Последнее место? Как ты умудрился так сдать?
Услышав это, Лю Ян еще ниже опустил голову.
Хуан Гуйчжи, схватив кукурузный стебель, швырнула его в Лю Яна, а затем залилась горькими слезами, причитая о своей тяжелой доле. Она вышла замуж за двух мужчин, и оба преждевременно скончались, а теперь, будучи одинокой вдовой, она тянула двоих старшеклассников — как тут не испытывать колоссальное давление?
Хо Хао на самом деле был благодарен Хуан Гуйчжи. Его отец умер три года назад, и хотя мачеха порой вела себя с ним суховато, она исправно покупала всё необходимое, оплачивала обучение и расходы на жизнь. Хотя бы за это он был ей признателен.
— Я понял, мама. Переводите, — сказал Хо Хао. — Учиться можно везде. За успеваемостью Яна я прослежу. Он только во втором классе, шанс еще есть. Если приложит усилия, подтянется.
Хуан Гуйчжи не ожидала, что Хо Хао согласится так легко, и на мгновение опешила. Зато Хуан Ицзюнь кивнул парню:
— Тебе сегодня в школу уже не нужно. Твои документы я позже сам оформлю, а учебники и постельное белье заберу за один раз, чтобы ты лишний раз не бегал. С классным руководителем твоего будущего класса я знаком.
Сказав это, Хуан Ицзюнь, не дожидаясь ответа, вышел за дверь, сел на мотоцикл и уехал.
Хо Хао еще долго смотрел вслед Хуану Ицзюню, прежде чем прийти в себя. Он протянул руку и взъерошил волосы Лю Яна:
— Ладно, не вешай нос при каждой неприятности. Просто плохие оценки, а не конец света. Брат тебе поможет, обязательно подтянем всё.
Лю Ян был почти на голову ниже него, никогда не отличался разговорчивостью, да и учились братья в разных школах, поэтому общались мало. Несмотря на то, что они выросли вместе и их связывали почти десять лет жизни, разница в характерах делала их отношения довольно прохладными.
Лю Ян молча смотрел в пол. Если бы Хо Хао присмотрелся, то заметил бы, что глаза у того покраснели.
Хуан Гуйчжи, увидев, что братья ладят, поднялась со стула:
— Тебе полегчало? Может, отдохнешь еще пару дней?
Хо Хао покачал головой:
— Почти прошло, живот уже не болит, могу идти на занятия.
Шутки в сторону: он и так пропустил неделю, если запустить учебу еще сильнее, потом будет не догнать. Такого он допустить не мог — всё его будущее зависело от оценок. Только поступив в хороший университет, он сможет вырваться из этой глуши.
***
Спустя некоторое время Лю Ян ушел в школу на вечернюю самоподготовку. Хо Хао не пошел — он больше не числился в Пятой школе. Он не знал, как именно Хуан Ицзюнь уладит перевод, но знал одно: завтра нужно просто явиться в новое учебное заведение. Было ли ему жаль расставаться с Пятой школой? Особых привязанностей у него не было. Разве что Ян Цзя, но их нельзя было назвать близкими друзьями, отношения были посредственными. Хотя Ян Цзя и был типичным «богатеньким сынком» с кучей недостатков, человеком он оказался порядочным. Они полгода просидели за одной партой, и Ян Цзя постоянно списывал у него домашку. Теперь, когда Хо Хао ушел, Ян Цзя, вероятно, впадет в ярость. При этой мысли Хо Хао невольно улыбнулся — жизнь порой делает такие неожиданные повороты.
На следующий день.
В классе 2-8 стоял шум. Как только прозвенел звонок с первого урока, Хо Хао с черным рюкзаком за спиной появился у задней двери.
— Лю Ян, сходи купи мне пачку салфеток, — раздался голос из-за спины.
Лю Ян взглянул на свои тетради, нахмурился и, опустив голову, не шелохнулся.
— Эй, я с тобой разговариваю? — сидевший сзади парень ткнул его в спину фломастером.
Лю Ян немного подался вперед, но остался на месте.
— Да твою ж мать, я сказал — иди купи салфеток! — Мо Чжэ, сидевший позади Лю Яна, не выдержал и с силой пнул его стул.
Лю Ян с грохотом рухнул на пол, книги со стола разлетелись в разные стороны. Перемена только началась, многие ученики ходили мимо, но лишь бросали равнодушные взгляды — подобная картина была для них привычной.
Лю Ян поднялся с пола, молча наклонился, чтобы собрать книги. Его щеки пылали от стыда, он стоял у парты Мо Чжэ, не поднимая глаз.
— Ты оглох, что ли? Я полчаса тебя прошу, — Мо Чжэ в ярости швырнул стоювневую купюру прямо в Лю Яна. Деньги спланировали на пол.
Лю Ян посмотрел на купюру, его кулаки сжались так, что выступили вены. Спустя долгое время он все же наклонился, чтобы подобрать деньги.
Но кто-то оказался быстрее.
— Нужны салфетки? У меня есть, — Хо Хао поднял купюру и, достав из кармана пачку, протянул её Мо Чжэ.
Неожиданное появление парня заставило всех в третьем ряду подпрыгнуть от испуга.
— Ты как здесь оказался?
Мо Чжэ обернулся, его глаза округлились. Окружавшие его ребята тут же повскакивали со своих мест — вся шайка Тань Юэфэя была в сборе.
Хо Хао положил салфетки на парту Мо Чжэ:
— Пришел проведать. Кстати, как там Тань Юэфэй? Он в порядке?
Хо Хао усмехнулся. Ему и в кошмарном сне не могло присниться, что он попадет в этот самый класс.
Мир тесен, а враги встречаются часто!
Мо Чжэ пришел в себя и с силой толкнул Хо Хао:
— Жить надоело? Решил сам прийти на расправу?
Хо Хао взглянул на место, куда пришелся толчок, и улыбнулся:
— Не стоит переносить наши старые счеты на меня. К тому же, это тебя не касается. Если он хочет отомстить, пусть сам приходит.
Затем Хо Хао хлопнул Лю Яна по плечу:
— Если он просил купить салфетки, надо было купить. Сто юаней за пачку — это же такая выгодная сделка, зачем отказываться?
— …
Лю Ян поднял голову, его глаза были широко раскрыты от изумления. Не только он, но и все вокруг смотрели на Хо Хао с нескрываемым шоком. Мо Чжэ первым пришел в себя:
— С чего ты взял, что я давал ему сто юаней?
— Ты же только что их кинул, все видели, — Хо Хао моргнул, на его губах играла легкая улыбка.
Мо Чжэ был готов взорваться от ярости. Он схватил пачку салфеток со стола и швырнул её в мусорное ведро в конце четвертого ряда.
— Верни деньги, — Мо Чжэ протянул руку.
Хо Хао без колебаний шлепнул стоювневой купюрой по парте:
— Деньги твои, а салфетки верни мне в целости и сохранности.
— …
Мо Чжэ взглянул на мусорное ведро. Что, ему лезть в мусор? Это же так унизительно! Ни за что.
Весь класс наблюдал за происходящим. Мо Чжэ побагровел:
— Я… я куплю тебе новую пачку, какая разница?
— Черт! — Мо Чжэ тут же пожалел о сказанном, проклиная себя за глупость.
Многие в классе начали прыскать в кулаки.
Хо Хао с развязной улыбкой отпихнул Лю Яна, сел на стул и посмотрел на Мо Чжэ:
— Мо Чжэ, сходи купи мне пачку салфеток.
Мо Чжэ:
— …
— Я сказал, иди купи мне пачку салфеток, — повысил голос Хо Хао.
Мо Чжэ:
— …
— Ты оглох, что ли? Я полчаса тебя прошу.
Хо Хао с силой пнул парту Мо Чжэ. Его лицо, только что насмешливое, вмиг стало холодным и жестким. Четкие черты лица, ледяной, глубокий взгляд — он смотрел на Мо Чжэ с пугающей прямотой.
В классе воцарилась гробовая тишина. Мо Чжэ застыл на месте, ошарашенный такой переменой.
Хо Хао поднялся и вздохнул:
— Видишь? Не знаю, каково тебе сейчас — неприятно или стыдно, но мне лично было бы очень стыдно. Интересно травить одноклассников? Особенно тех, с кем сидишь в одном кабинете.
Мо Чжэ, оправившись от шока, собирался броситься на Хо Хао, но его остановили.
— Хо Хао, как ты здесь оказался? Пришел… — Сюй Чэньнуо преградил путь Мо Чжэ и, приподняв бровь, недоговорил.
Хо Хао положил рюкзак на парту Лю Яна, подошел к мусорному ведру, поднял пачку салфеток, отряхнул её и сунул в карман:
— Нет, я не за дракой пришел и не неприятности искать. С сегодняшнего дня я официально учусь в восьмом классе.
Как только Хо Хао произнес это, все девушки в классе уставились на него: Боже, какой красавчик, новенький?
Челюсти всей компании Мо Чжэ едва не упали на пол. Лю Ян смотрел на Хо Хао, глаза его снова покраснели.
Хо Хао подошел к нему и взъерошил волосы:
— Тебя так тут травят? Почему раньше не сказал? Какой бы я ни был, я их не боюсь. Вон, Тань Юэфэй из-за меня в больницу загремел.
После этих слов по классу пронесся гул. Тань Юэфэй в больнице из-за этого новенького? Неудивительно, что соревнования прервали, а его самого до сих пор нет в школе.
Сюй Чэньнуо сложил руки на груди и, загадочно улыбнувшись, произнес:
— Вы друг друга стоите. Разве не говорили, что ты сам только что из больницы?
Хо Хао осекся. Он внимательно оглядел Сюй Чэньнуо и нахмурился:
— Я его подожду.
Этих трех слов хватило, чтобы все замолчали. Это было личное дело между ним и Тань Юэфэем, и разбираться они должны сами.
В этот момент прозвенел звонок. Через несколько секунд в класс вошел классный руководитель 8-го класса Хэ Инсюн, известный как Старик Хэ. Он сам нес парту:
— О, Хо Хао, ты уже здесь? А чего не подождал?
http://bllate.org/book/25135/2988770
Готово:
