Се Цинянь внезапно и без всяких предвестников почувствовал сильную головную боль, и все перепугались.
Разве в последнее время у нас не было слишком много ночных сценок? — Мэн Хуэй нахмурился и поторопил съемочную группу пересмотреть график съемок.
Се Цинянь сначала хотел немного передохнуть прямо на площадке, но в конце концов ему стало совсем худо, и Мэн Хуэй отправил его домой:
— Не терпи, если нужно к врачу — иди, надо отдохнуть — отдыхай. На площадке столько людей, впереди еще уйма сцен, всё успеем переиграть, без тебя одного не пропадем.
Затем он повернулся к Цзянь Яо:
— Сяо Цзянь, вы ведь сейчас живете вместе с учителем Се, присмотри за ним получше.
Цзянь Яо плотно сжал губы, опустив взгляд на Се Циняня, лежавшего в шезлонге. Никто не видел выражения его лица. Мэн Хуэй дал им отгул на всю вторую половину дня:
— Как только врач поставит диагноз, дай мне знать.
— Хорошо, — ответил Цзянь Яо и быстрым шагом направился за ними.
Помощница Се Циняня по имени Янь Сюнь села за руль, а они с Се Цинянем устроились на заднем сидении.
Се Цинянь сидел с крепко зажмуренными глазами. Янь Сюнь бросила взгляд в зеркало заднего вида и сказала Цзянь Яо:
— В бардачке на заднем сидении поищи лекарства.
Цзянь Яо пошарил вокруг, открыл крышку и действительно обнаружил несколько баночек с таблетками разных цветов, аккуратно расставленных в ряд. Заметив в уголке синюю баночку, он взял ее и уточнил:
— Это она?
Янь Сюнь вырулила со стоянки и на секунду бросила взгляд назад, на ее лице на мгновение промелькнуло удивление:
— Да, это она. Раз так сильно болит, пусть выпьет две таблетки.
Цзянь Яо высыпал лекарство и поднес к губам Се Циняня. Се Цинянь, казалось, замер на мгновение, и Цзянь Яо произнес:
— Учитель, представьте, что это просто конфета. Если совсем невтерпеж, у меня с собой еще есть засахаренные сливы.
Оба держались настолько естественно — с точки зрения постороннего человека, это выглядело так привычно, будто они проделывали такое уже тысячу раз, — что сами участники даже не задумывались об этом.
Цзянь Яо кивнул и снова перевел взгляд на Се Циняня. Тот уже снял очки, откинувшись на спинку сиденья и закрыв глаза, чтобы немного отдохнуть. Цзянь Яо взял маленькую подушку, положил ее себе на колени и обратился к Се Циняню:
— Учитель Се, не хотите прилечь?
Се Цинянь с закрытыми глазами лениво ответил:
— Уже лучше, чем было.
Обезболивающее постепенно начинало действовать, хотя эффект был не слишком сильным.
Учитывая характер босса Се, варианты вроде неопрятного вида или беспорядочного валяния вповалку казались исключенными. К тому же Янь Сюнь не была до конца уверена, насколько далеко зашли их дружеские отношения. Обладая высочайшим профессионализмом, она за секунду придумала способ сгладить углы и осторожно прощупала почву:
— Ехать совсем недалеко, без пробок и получаса не пройдет...
Не успела она договорить, как Се Цинянь глухим голосом бросил «спасибо» и уже пристроился головой на коленях у Цзянь Яо.
Янь Сюнь: «……»
Ну что ж, в целом характер их отношений ей теперь понятен, впредь она будет вести себя аккуратнее.
Сахарная оболочка обычно сладкая, но некоторые лекарства горькие снаружи. Каждый раз перед приемом Се Цинянь хмурился. Янь Сюнь пару раз доводилось проходить мимо его кабинета и замечать, как сильно он противится подобным пилюлям, привычно затягивая процесс: высыплет на крышечку, и то, что предназначалось на полдень, могло пролежать до самого вечера.
Оба спутника на мгновение замерли, а кончики ушей Цзянь Яо слегка покраснели. Он снова выпрямился и поинтересовался:
— Нам нужно в государственную больницу?
Слушая, как Цзянь Яо уговаривает его словно маленького ребенка, Янь Сюнь одновременно испытывала любопытство и сдерживала улыбку. Се Цинянь и впрямь послушался и проглотил таблетку в один присест, без лишних разговоров.
Янь Сюнь вовсе не страдала манией шипперинга, просто порой фанаты пейрингов увлекали и ее за собой. Постучав указательным пальцем по рулю, она прикинула, что этот дуэт придется переоценить — все-таки сериалы с двумя главными героями — штука страшная...
Янь Сюнь подняла глаза, глядя на обоих через зеркало заднего вида, и слегка крутанула руль, одновременно прокручивая в голове мысли. Похожить, совместное проживание идет им на пользу: Цзянь Яо знает все привычки Се Циняня наизусть, и теперь им гораздо проще заботиться друг о друге.
Высота подушки оказалась идеальной, и бешено пульсирующие виски Се Циняня наконец начали успокаиваться. Пока он так лежал, одна рука Цзянь Яо опустилась ему на грудь, а другая мягко провела по волосам.
Янь Сюнь приподняла бровь и намеренно поддразнила:
— Босс, а вы у нас, оказывается, любите двойные стандарты.
Янь Сюнь ответила:
— Нет, у босса есть частная клиника, куда он всегда ходит.
Лоб овеяло прохладой. Се Цинянь открыл глаза и увидел тонкое белое запястье Цзянь Яо, застывшее прямо перед его лицом. В следующее мгновение прохладные пальцы коснулись его межбровья, принявшись легко и мягко массировать кожу. На секунду он замер, проследив взглядом от запястья до самого подбородка Цзянь Яо.
— Так будет легче? — опустив ресницы, Цзянь Яо внимательно вглядывался в его лицо.
Се Цинянь долго смотрел на него, тихо произнес «угу» и снова смежил веки. Он чуть склонил голову, прячась в недоступной для чужих глаз тени, и уголки его губ тронула легкая улыбка.
Янь Сюнь еще немного понаблюдала за ними через зеркало, а перед самым светофором протянула руку и включила магнитолу. Музыку ставить не стала, выбрав звуки белого шума: там доносилось щебетание лесных птиц и журчание ручья — идеальная атмосфера для отдыха.
Наверное, просто глядя на то, как эти двое ладят между собой, она и сама прониклась такой картиной.
Дорога действительно оказалась короткой. Янь Сюнь припарковала машину у входа в частную клинику, где их уже ждали медсестры.
Се Цинянь крепко спал на сиденье. Ему казалось, что за всю свою жизнь он еще никогда не засыпал так быстро. Голова безумно болела, но при этом он спал удивительно крепко и безмятежно, а проснувшись, обнаружил, что Цзянь Яо все это время продолжал делать ему массаж.
— Устал? — Се Цинянь виновато произнес: — Прости.
Цзянь Яо покачал головой и с улыбкой ответил:
— Я ведь нигде этому не учился, главное, чтобы учителю Се помогало.
Конечно, помогало, да еще как — эффект был поистине чудесным. Улыбка на лице Се Циняня была едва заметной, но на душе стало так мягко и тепло, словно водную гладь озарило рябью солнечных бликов.
Врач, принимавший их, последние полгода вел Се Циняня и прекрасно знал историю его болезни, поэтому вскоре выписал рецепт:
— Западные лекарства действуют быстро, но нельзя полагаться только на них. Мой совет — пропить курс традиционных китайских снадобий для восстановления. Переломы и ушибы заживают за сто дней, а голова — штука куда более ценная. Побереги себя, и в дальнейшем нужно будет регулярно проходить обследования.
Се Цинянь отмахнулся:
— Сейчас все в порядке, просто изредка болит голова, ничего серьезного.
Старый доктор улыбнулся:
— Эх, молодежь... Совсем себя не бережете.
Пока они разговаривали, Цзянь Яо стоял рядом. Он ничего не смыслил в томограммах, но от слов старого доктора у него каждый раз сжималось сердце — все эти фразы вроде повреждение костей и мышц или нужно поберечь голову заставляли гадать, что именно было задето и где получены травмы, ведь он не знал о случившемся ровным счетом ничего.
Прием продлился недолго, всего полчаса или около того. На какое-то время их пути разошлись: пока Янь Сюнь звонила по телефону, а Се Цинянь проходил полное обследование, Цзянь Яо подгадал момент и постучал в дверь кабинета старого доктора.
— Что такое? — врач поправил очки.
Цзянь Яо изо всех сил пытался подобрать слова, но вопросов накопилось слишком много, и он даже не знал, с чего начать.
— Я слышал... что в прошлом году учитель Се попал в аварию и потом очень долго лечился.
Старый доктор ответил:
— Хм, да, было дело. Я участвовал в разработке части плана лечения. В то время у пациента были сломаны ребра и нога, к счастью, внутренние органы не пострадали. Но вот удар пришелся на голову, и он целый месяц пробыл без сознания.
Цзянь Яо ошеломленно смотрел на него. Каждое слово отдавалось острой болью в сердце, в глубине глаз что-то закипело, но он усилием воли заставил это отступить:
— А сейчас? Каково его состояние здоровья...
Доктор вздохнул:
— Сейчас, конечно, уже лучше. Кости и сухожилия срастаются, в его возрасте за три месяца все полностью заживает. Вот только с гематомой в голове справиться было сложнее. По моим тогдашним оценкам, у него должна была пропасть часть воспоминаний, хотя здесь все индивидуально.
— Воспоминания?
— Да, именно. Но судя по тому, как он отреагировал, когда очнулся, и по отзывам его семьи, ничего по-настоящему важного он не забыл. Разве что события самой аварии стерлись из памяти почти полностью.
Цзянь Яо тяжело дышал, в его глазах теплился слабый огонек. Он переспросил:
— А если... если он действительно что-то забыл, есть ли шанс, что это вернется?
Доктор задумался на мгновение:
— Трудно сказать. У одних память возвращается урывками, а другие не могут вспомнить ничего до конца жизни. Учитывая нынешнее состояние пациента, если у него действительно есть провалы в памяти, то второй вариант куда более вероятен.
Затем он добавил:
— Разве что на него подействует какой-то сильный внешний раздражитель, но с медицинской точки зрения мы подобное крайне не рекомендуем.
http://bllate.org/book/25182/2998070
Сказали спасибо 0 читателей