Готовый перевод Rebirth of the Ruthless and Uncaring + Extras / Пепел забытых чувств: Возрождение: Глава 17

Глава пятнадцатая: Новая встреча и неожиданная добыча

Бар «Близнецы».

Подняв голову и взглянув на мрачный переулок, я всё же запер дверцу машины и неторопливо пошёл внутрь. Приближался Новый год, и стены вдоль некогда тиского и укромного переулка покрыли светящимися флуоресцентными граффити. У узкого входа толпилось несколько человек, которые при моём появлении тут же принялись меня разглядывать с ног до головы.

Проигнорировав недвусмысленную похоть в их глазах, я прошёл дальше.

Бар явно преобразился: стены вокруг тоже были разрисованы разноцветными светящимися красками, а потолок густо увешан гирляндами из лент — чувствовалось некоторое новогоднее оживление. В полумраке, как и прежде, парочки жались друг к другу: вокруг раздавались намеренно приглушенные смешки, невнятные стоны, а кое-кто и вовсе без всякого стыда слился в единое целое.

Я направился к барной стойке. Барменом там теперь работал какой-то совсем юный парень; заметив моё приближение, он расплылся в дежурной улыбке и поприветствовал меня. Хм, даже не поинтересовался, сколько мне лет? Зайди я сюда в обычное время, новенького обязательно бы расспросили с пристрастием, чтобы избежать неприятностей. Видимо, даже накануне праздников бдительность здесь сильно ослабла.

Бармен даже не стал спрашивать, что я буду пить, а сразу налил стакан апельсинового сока и протянул его мне:

— Ищешь кого-то?

Я не притронулся к соку и, немного подумав, спросил:

— Где Вэнь Цин?

—… — Он с удивлением взглянул на меня, снова опустил голову и продолжил возиться со стаканами. — Хозяина нет.

— Понятно.

Чувствуя скуку, я полез в карман и вытащил визитку. Кажется, Вэнь Цин дал её мне в прошлый мой визит — должно быть, это его номер.

Гудки пошли.

—…Кто? — раздался чей-то голос на фоне знакомых прерывистых стонов.

Я ничего не ответил и сразу же сбросил вызов. Голос до боли знакомый, но никак не Вэнь Цин. Чей же тогда? Кому Вэнь Цин отдал свой номер? Мне стало немного досадно. Судя по приглушенным звукам со стороны собеседника, тот явно был занят кое-чем интимным, а я оказался как раз тем самым некстати заявившимся гостем. На душе скребли кошки, и я решил выпить этот сок и сразу уходить.

Осадок от неприятного разговора с Су Хэном тяжело давил на сердце. Сначала я собирался поехать к Мо Фэю просто поболтать, но, увидев тёмные, неосвещенные окна его квартиры, понял, что он еще не вернулся. В итоге я несколько раз бесцельно крутанулся по кольцевой автодороге, а возвращаться и снова смотреть в лицо Су Хэну отчаянно не хотелось. Самим богам известно, какими путями меня занесло именно сюда.

Неужели в глубине души мне всё-таки хотелось увидеть Хань Цяо?

Раньше, стоило мне столкнуться с трудностями или преградами, первым делом я вспоминал о Хань Цяо, а тот уже помогал найти выход. Во сне, после смерти деда, Мо Фэй — мой самый близкий и надежный друг — тоже погиб, и тогда мне оставалось лишь отчаянно цепляться за последнего оставшегося рядом человека. И пусть я понимал, что методы у него зачастую не самые чистые, но никогда не придавал этому значения.

Я верил ему, любил его, всецело полагался на него — и лишь когда годы спустя перед моими глазами начали всплывать горькие факты, я наконец осознал: да, он любил меня, но власть и деньги любил куда сильнее. Его постоянное использование меня в своих целях и предательство превратили любовь в осколки.

Нет, я больше не люблю его. Я пришёл сюда лишь затем, чтобы забиться в знакомое место. Мысленно я поставил точку. К счастью, жизнь получила продолжение, и всё можно начать сначала. Выдохнув, я принялся оглядываться по сторонам.

Моё появление привлекло внимание пары человек неподалеку — в мою сторону уже устремились несколько хищных взглядов. В дальнем углу я заметил знакомый силуэт: это был Ян Цянь. Он определенно меня увидел, но трусливо жался в тени угла, о чем-то шепчась со своим любовником.

Молодой бармен сделал вид, что протягивает мне колоду карт, и негромко произнес:

— Четвертый молодой господин, ступайте домой пораньше и не пейте что попало из чужих рук.

Сказав это, он с самым невозмутимым видом вернулся к своей работе.

Ха, этот парень меня знает? С возрастающим интересом я присмотрелся к нему: ростом примерно с меня, волевые брови, худощавое лицо — от него так и везло солнечной энергией. Стоп, вспомнил! Разве это не тот юноша, который выступал за Ли Дунсюаня на недавних соревнованиях по теннису? Если бы не упорство Су Хэна, победа тогда наверняка досталась бы им.

Я поманил его пальцем, подзывая ближе, и тихо спросил:

— Какими судьбами ты здесь? Разве ты не человек Дунсюаня...

Правая рука? Или их связывало что-то еще? Хм, об этом я понятия не имел.

— Я не вхожу в его ближний круг, я всего лишь один из его любовников… — ответил он бесстрастно, опустив голову и смешивая коктейль, который тут же забрал официант.

— Тогда что ты здесь делаешь? — не унимался я.

По логике вещей, те, кого Ли Дунсюань приближал к себе, должны были представлять ценность. Даже к любовникам он относился щедро — с чего бы ему позволять парню подрабатывать в таком месте?

— Некоторое время назад моему отцу делали операцию, и что-то пошло не так, — бросив на меня короткий взгляд, он всё же продолжил пониженным голосом. — Семье пришлось продать и дом, и всё остальное. Если бы не вмешательство Ли Дунсюаня, отец, пожалуй, остаток дней провел в тюрьме. Но теперь его уволили из больницы, а я больше не могу снова идти на поклон к молодому господину Дуну... К тому же моим младшим брату и сестре скоро нужно платить за учебу в следующем семестре.

— Как зовут твоего отца? — мой вопрос прозвучал прямо и коротко.

Видимо, он никак не ожидал, что я окажусь не в курсе столь громкого для медицинских кругов скандала, да и сам вопрос его озадачил. Парень повернулся и окинул меня испытующим взглядом. В общем-то, логично: обычный человек в лучшем случае выразил бы дежурное сочувствие, а не допытывался до каждой мелочи, как я. Сохраняя невозмутимый вид, я молча поднял в его сторону стакан с апельсиновым соком. Наконец он улыбнулся и тихо произнес:

— Ли Чанжу. Меня зовут Ли Вэньжуй.

А? Ли Чанжу? Это имя было мне отлично знакомо. Хоть выдающимся светилом науки тот старик не считался, одна из его научных разработок была нагло украдена некой компанией, после чего на рынок выпустили крайне популярное лекарство. Скандал тогда вышел знатный, так что это имя врезалось мне в память. Мысленно сопоставив факты и прикинув всё в уме, я достал из кармана чековую книжку, вписал сумму и протянул ему.

— Это… — взглянув на бумагу, он не спешил её брать.

— С этих пор ты мой человек. Это аванс, — я подмигнул ему.

— Четвертый молодой господин, вы шутите? — помявшись немного, он всё-таки взял чек и, вглядываясь в цифры, пробормотал. — Здесь… слишком много, я не смею брать. К тому же молодой господин Дун…

— Хе-хе, не переживай, чисто номинально. Иначе по какому праву я стану просить у Дунсюаня людей? — окинув взглядом зал, я заговорил размеренным тоном. — На самом деле у меня есть кое-какие планы на сотрудничество с твоим отцом… Понимаешь? Только, Вэнь Жуй, раз уж формально ты мой любовник, забудь про прочих партнеров по постели, кроме меня. Иначе перед Дунсюанем будет неудобно оправдываться.

— Понимаю. — Вэнь Жуй оказался парнем сообразительным: уловив мой скрытый подтекст, он тут же кивнул.

— Раз ты согласен, завтра я сам всё обговорю с Дунсюанем, и ваша семья перейдет под крыло семьи Су, договорились? Завтра передай учителю Ли Чанжу, чтобы заглянул сюда. — Я чирканул на клочке бумаги номер телефона и протянул ему. — Позвони по этому номеру и спроси Су Хэна. Передай ему мои слова: пусть в клинике «Жэньсинь» твоему отцу положат оклад вдвое больше прежнего жалованья в семье Ли, так пойдет?

— Спасибо, четвертый молодой господин.

Вэнь Жуй бережно спрятал чек и записку с номером.

Тем временем неподалеку Ян Цянь с кем-то о чем-то оживленно переговаривался по телефону. Неужели докладывает Хань Цяо? Я мысленно усмехнулся: если Хань Цяо сейчас сунется ко мне, пусть пеняет на себя.

———————————————————***———————————————————

— Малыш, играешь в карты в одиночку? Хочешь, старший брат тебя научит? — чья-то фигура заслонила мне обзор.

— И всё еще пьешь сок? Давай-ка старший брат угостит тебя чем-нибудь покрепче? — с другой стороны путь к отступлению перекрыл еще один тип.

И надо же было мне нарваться на столь банальный сценарий! Прищурившись, я окинул оценивающим взглядом обоих. Тот, что слева, выглядел опрятно, по одежде сразу угадывалось благополучное происхождение, а от самого человека веяло до боли знакомой атмосферой. Тот, что справа — повыше ростом, вполне смазливый, — улыбался во все тридцать два, но в глазах то и дело мелькало расчетливое и хищное выражение.

Я бросил успокаивающий взгляд на встревоженного Вэнь Жуя, дав понять, что всё под контролем, подмигнул и с легкой улыбкой ответил:

— С удовольствием, мне как раз скучно.

Моя улыбка явно произвела впечатление: оба парня оживились, переглянулись с легким соперничеством в глазах и устроились рядом со мной. Один тут же заказал несколько порций алкоголя, другой привычным жестом подался ближе. Завязалась пустая болтовня, из которой я быстро выяснил, что щеголь носит фамилию Чжоу, а его рослый приятель — Юй. Хм, неужели такое совпадение? Знаменитая медицинская семья Чжоу и клан Цзинлэй Юй, стоящие наравне с кланом Яньхуан?

С каких это пор семья Чжоу снюхалась с триадами из семьи Юй? Мысленно размышляя об этом, на лице я сохранял самую невинную мину. Наследника семьи Чжоу, Чжоу Жомина, я видел неоднократно, и этот парень явно был не он. Какую же роль он играет в своем клане? А вот про клан Юй Цзинлэй я знал немногое — разве только то, что впоследствии главой Цзинлэй станет Юй Цзюшан, весьма колоритная личность.

Стоило нам немного поиграть, как Юй подал незаметный знак. Судя по всему, Чжоу остался этим недоволен, но, не имея выбора, поспешил ретироваться под благовидным предлогом. Тут же на моей талии сомкнулась чужая рука, притягивая ближе; не встретив сопротивления, наглец осмелел и, интимно склонившись к моему уху, прошептал:

— Поздно уже, давай уедем отсюда в более приятное место?

— Ой, а мой друг говорил, что нельзя уходить с незнакомцами, — с наивной улыбкой протянул я.

Вэнь Жуй украдкой бросал на нас встревоженные взгляды, явно не решаясь вмешаться из-за страха перед этими людьми.

— Разве мы незнакомцы? — он прижал меня к себе, расплывшись в ухмылке.

— Я знаю только, что твоя фамилия Юй, какое же это знакомство? — обиженно захлопал я ресницами.

— Я девятый в семье, меня зовут Юй Цзюшан. Теперь знаешь? Пойдем, отведу тебя туда, где куда веселее.

Пытаясь вытащить меня из-за стола, он обнял меня за плечи. Черт, и правда Юй Цзюшан! Похоже, вечер перестает быть томным.

— А? С радостью, — улыбнулся я, но тут же ловким, незаметным движением разжал его пальцы, указал куда-то за его спину и произнес: — Ой, как удачно, мой друг как раз подошел. Спрошу-ка у него, разрешит ли он мне поехать.

— Ха! Думаешь заговорить мне зубы и сбежать, пока я отвлекся? Считаешь, я поведусь на эту дешевую уловку? — презрительно усмехнулся он и мертвой хваткой вцепился в мою руку. — Раз Девятый Господин положил на тебя глаз, хочешь ты того или нет, а пойдешь.

— Руки убрал.

Ледяной голос прозвучал как удар хлыста. Чья-то рука перехватила моё запястье, рывком оттащила назад и надежно заслонила собой.

— Ха, господин Хань, сколько лет, сколько зим! Какая встреча, неужели вы знакомы с этим пареньком? — на губах Юй Цзюшана заиграла улыбка, но в глазах отчетливо читалась настороженность.

Хань Цяо!

Скрипнув зубами от злости и стараясь не выдавать бешеный стук в груди, я подумал: надо же, явился! И еще смеет соваться ко мне? В мыслях я уже крыл его последними словами, совершенно забыв, что рядом крутится еще один опасный тип.

— Он мой друг, и оставь его в покое! — голос Хань Цяо звучал ровно.

Друг? С каких это пор я стал твоим «другом»?

Резко оттолкнув его, я холодно бросил:

— Кто я тебе такой? Не лезь не в свое дело!

— Перестань ломать комедию. Все обиды обсудим дома, не выставляй нас на посмешище перед Девятым Господином, — он снова перехватил мою руку, притягивая ближе, и бросил на меня предостерегающий взгляд поверх чужого плеча. Голос его звучал мягко, с нотками упрека, словно он отчитывал капризного любовника.

Я прекрасно видел, как из темных углов начали подниматься с десяток рослых фигур — судя по всему, телохранители Юй Цзюшана. Не ускользнуло от моего внимания и то, как Ян Цянь в окружении пары парней с недовольными минами двинулся следом. И уж тем более я заметил, как удивленно вытянулось лицо Юй Цзюшана, а настороженность в его повести сменилась пониманием — похоже, слова Хань Цяо посеяли в нем зерна сомнения.

Но я… я просто не смог сдержаться!

— Хань Цяо! — выбрав удобный момент, я вложил в удар всю накопившуюся злость, врезав ему прямо в челюсть, а затем тут же добавил коленом под дых, заставив согнуться пополам. Скривив губы и окинув ошарашенные лица зевак свирепым взглядом, я процедил сквозь зубы:

— Я же предупреждал: держись от меня подальше и не суйся к моим делам!

— Какого черта! Наш босс вообще-то пришел тебя спасать, а ты совершенно не ценишь добро! — взревел разъяренный Ян Цянь и уже бросился было вперед, но поднявшийся Хань Цяо преградил ему путь.

— Я понятия не имею, в чем провинился перед тобой и за что ты меня так ненавидишь, — его взгляд был тяжеловат, на дне глаз что-то бурлило, но тут же безжалостно давилось на корню. Тонкие, красивые губы выплюнули ледяные слова: — И я не понимаю, с чего вдруг влюбился в тебя и прощал выходку за выходкой. Но всему есть предел! Су Цзинь Янь, не испытывай мое терпение!

— Пошел к черту…

Я не мог сказать ему, что любил его сильнее собственной жизни. Не мог признаться, что его прошлые предательства искромсали мое сердце в лоскуты. Для меня — семнадцатилетнего, и для него — двадцатиоднолетнего, всё это еще только предстояло. Я не мог выплеснуть на него весь свой страх перед грядущим и панический ужас перед повторением пройденного кошмара.

— Пошел… Пошел к черту! Проваливай куда подальше!

Чем громче я кричал, тем отчетливее окружающие понимали: я на пределе, эмоции вышли из-под контроля.

— Исчезни из моих глаз! Чтобы я больше тебя не видел!

Сжав кулаки, я с ненавистью уставился на стоявшего передо мной человека — в этот момент для меня существовал лишь он один. Эти до боли знакомые черты холодного лица, красивые тонкие губы, дерзкая и резкая аура… Всё это навалилось разом, окатив такой жгучей волной отчаяния, что казалось, будто меня заживо смывает ледяным потоком.

— Хватит лезть ко мне! И оставь при себе свои бредни про любовь! Я больше никогда не полюблю тебя, даже не мечтай!

Сорвав голос до хрипоты, я закричал в последний раз, а затем колени подогнулись, и я рухнул прямо на пол, обхватив голову руками и горько зарыдав.

Кто-то бросился вперед, кто-то выкрикнул:

— Не трогайте его!

Дальше всё слилось в сплошной хаос. Я знал только одно: я плачу, вокруг кто-то шумит, слышны звуки драки и глухие удары тел. Кто-то рывком оттащил меня в угол, осколки посуды со звоном сыпались на пол, а чья-то надежная спина прикрывала меня от летящих обломков… Мне было уже всё равно. Я просто сидел на полу, крепко прижав колени к груди, и безостановочно плакал.

Я справлюсь! Я всё выдержу! Я сотру в порошок все эти кошмары из прошлого!

Я найду свое собственное счастье!

———————————————————***———————————————————

— Не трогайте его, он мой!

Кто это?

— Девятый Господин, ради меня, отпустите мальчишку! Хотя… если вы всерьез нацелились на него, советую сперва навести справки о том, кто за ним стоит.

— Безумец Хань, от тебя все шарахаются, а ты всё цепляешься! Мужчина ты вообще или кто?

Сознание возвращалось медленно.

— Юй Цзюшан, ты вообще соображаешь, где находишься? На этот раз прощаю, но если вздумаешь распускать руки — вали драться за пределы заведения!

— Девятый Господин, приятного отдыха. Провожать не буду! Господин Хань, вам, пожалуй, тоже пора.

— Я дождусь, пока он придет в себя.

— Что здесь черт побери произошло этой ночью?! Объясни толком!

—… — я открыл глаза.

Перед лицом маячили знакомые лица: Вэнь Цин, Чжан Чжэнь, Вэнь Жуй и угрюмо сидевший в сторонке Хань Цяо. Оглядев обстановку, я понял, что мы находимся в мансарде-гостиной бара.

— Очнулся наконец! Ну и вредитель же ты, скажи на милость, что ты снова натворил? Две крупнейшие группировки, Яньхуан и Цзинлэй, устроили знатную потасовку, и от бара «Близнецы» камня на камне не осталось! Ха, зуб даю, завтра об этом будет гудеть весь город.

Вэнь Цин смотрел на меня с равной долей досады и облегчения; в его ворчливом тоне отчетливо сквозило беспокойство.

— Да ладно, разве я сделал что-то особенное? — я приподнялся, потер ноющий лоб и жалобно вздохнул. — Так, пощекотал нервишки Девятому Господину да отчитал господина Ханя.

Мой взгляд скользнул по Хань Цяо: его одежда была измята, подол испачкан кровью, закатанные рукава обнажали перевязанное белым бинтом предплечье, сквозь которое уже проступали пятна крови.

— Еще и «так»?! Ну ты мастер наживать проблемы! — Вэнь Цин с безнадежным видом закатил глаза.

Я тут же подполз к нему и потерся щекой о плечо:

— Вэнь Цин, ну почему ты так поздно вернулся? Опоздай ты еще немного, и от меня бы и косточек не осталось.

Тело Вэнь Цина было мягким, обнимать его оказалось невероятно приятно. Стоило мне предаться этому моменту расслабления, как в спину впилось сразу несколько тяжелых взглядов. Взгляд Вэнь Жуя выражал презрение, взгляд Хань Цяо — ледяную, сдерживаемую ярость, а Чжан Чжэнь разглядывал меня с праздным интересом.

— Ха, мы с тобой вроде бы не настолько близки, — улыбнувшись, Вэнь Цин отстранил меня.

— Подумаешь… между прочим, мой самый первый… — я прикусил губу и жалобно уставился на него.

Тут же наглая ревность во взглядах окружающих усилилась как минимум втрое.

— …Эй, ты язык-то придержи, так и до греха недалеко, — с неловкой улыбкой переведя взгляд с Хань Цяо на Чжан Чжэня, он повернулся ко мне. — Малыш, зачем меня искал-то?

— Да так, собирался кое о чем попросить, но теперь уже передумал, — ухмыльнувшись, я поднялся на ноги. — В баре наверняка царит полный кавардак, тебе еще порядок наводить придется. Здесь слишком шумно, так что я пожалуй домой!

— Я отвезу тебя, — поднялся вслед за мной Чжан Чжэнь, буравя меня своими узкими, глубокими глазами.

— Ой, спасибо, братец Чжэнь, — расплылся я в улыбке.

— Заодно и Хань Цяо прихвати, он ранен, за руль ему садиться нельзя, — Вэнь Цин с многозначительной улыбкой перевел на меня взгляд, совмещая раздражение и забаву. — А ты, Вэнь Жуй, останешься, поможешь мне всё разгрести.

Хань Цяо промолчал. Не говоря ни слова, он молча поднялся и последовал за нами — судя по всему, твердо вознамерившись не выпускать меня из виду.

Мы вышли из бара. Ночной воздух приятно освежал легкой весенней влажностью.

— Сначала отвези его, — я кивнул на сидевшего на заднем сиденье Хань Цяо.

— Нет, сначала тебя! — коротко и безапелляционно бросил Хань Цяо, дав понять, что отступать не намерен.

— Ладно, сначала меня. Но… — взглянув на часы, я прикинул: после всех приключений было уже около двух часов ночи, самое время. Помявшись секунду, я добавил: — В общежитие я не поеду, отвези меня по другому адресу.

———————————————————***———————————————————

— Вы двое чего увязались? — я с раздражением уставился на парочку, неотступно следовавшую за мной.

— Поднимусь и убедитесь, что всё в порядке. Поздно уже, здесь небезопасно, — тоном, не терпящим возражений, заявил Чжан Чжэнь.

Я постучал в дверь. Через минуту на пороге появился заспанный Мо Фэй в очаровательной пижаме, и, не успел он и глазом моргнуть, как я бросился вперед, крепко обняв его пахнущее свежестью тело. Эх, Мо Фэй, теперь из близких у меня остался только ты.

— Кто там среди ночи? — раздался следом звонкий, до боли знакомый голос.

Из-за спины Мо Фэя показалась еще одна фигура, и в следующий миг оба застыли, уставившись друг на друга во все глаза.

— Братец Чжэнь? Ты что здесь делаешь? И… малыш… Янь… — Ли Дунсюань стоял на пороге с мрачным, потемневшим лицом, а в его глазах читалась сложная гамма эмоций.

http://bllate.org/book/25316/3018031

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь