Готовый перевод Transmigrated to the Four Seasons Farm / Четыре времени года: Сельская идиллия в другом мире: Глава 14

Добраться до городского поселка Танцяо даже для крепкого и сильного мужчины занимало добрых полчаса. Разумеется, население деревни Линься было немаленьким, и каждые несколько дней кто-нибудь обязательно отправлялся туда, чтобы поторговаться или купить необходимые вещи, которые не росли на собственных огородах. Поэтому, если не выпадало горячей сельскохозяйственной поры, в рыночные дни на дороге всегда было оживленно и шумно.

Правда, направлявшиеся в поселок люди обычно делились на несколько групп. Стоило ночной страже миновать свой первый час, как те, кто рассчитывал на выгодную торговлю, уже снимались с мест. Они отправлялись в путь, неся на коромыслах выращенные собственными руками овощи или небольшую дичь, добытую с помощью горных силок, чтобы как раз поспеть к приходу покупателей. Если везло, кто-нибудь мог положить глаз на их товар прямо с утра, что избавляло от лишних хлопот с сидением у прилавка.

Е Сяоань, разумеется, не спешил вставать спозаранку. Проспав ночь в тесной комнатушке, он хоть и перестал чувствовать прежние дурные запахи, но первозданная земля оказалась до того твердой, что, поднявшись, он с ужасом подумал, будто поясница больше ему не принадлежит.

С другой стороны, Е Юпин уже исчез без следа. Выйдя наружу и потянувшись, Е Сяоань обнаружил, что и соседняя комната, которую раньше занимало семейство Е Гэньбао, тоже стояла пустой. На сложенной накануне открытой печи стояли железный котел и бадья с колодезной водой.

Единственным продовольствием, которым они сейчас могли воспользоваться, оставался тот небольшой пакет белой муки, что принес дядя. Недолго думая, Е Сяоань принялся за работу: добавив в муку сахар, он замесил тесто на воде и на раскаленной сковороде напек сладких лепешек. Кулинаром он себя назвать не мог — раньше его навыки ограничивались варкой лапши быстрого приготовления и жаркой яичницы, но процесс выпечки таких лепешек ему доводилось наблюдать перед каждым Новым годом, так что дело спорилось.

— Ань-гэр! — едва он потушил огонь, как издалека раздался голос Тянь Дачжуана. Позади него шагал какой-то паренек лет десяти с небольшим.

— Ой, братец Тянь, — Е Сяоань с недоумением посмотрел на то, как тот подталкивает к нему подростка.

— Разве ты не собирался на рынок? Возьми с собой Сифаня. Сегодня дома делать особо нечего, а он давно хотел побывать на торжище, — заметив его взгляд, Тянь Дачжуан потер руки.

Стоявший рядом паренек скривился с сомнением. Е Сяоань перевел взгляд с одного на другого и лишь спустя мгновение во всем разобрался. Он вспомнил, что парнишку звали Тянь Сифань и он приходился Тянь Дачжуану двоюродным братом. Наверняка этот сорванец вовсе не рвался на рынок, просто Тянь Дачжуан хотел, чтобы он составил им компанию!

Тянь Сифань получил легкий тычок в руку от старшего брата и выдавил из себя улыбку, здороваясь:

— Братец Ань, можно я пойду с тобой на рынок?

Е Сяоань, который вечно ходил по деревне с забитым и испуганным видом, ему не особо нравился, но ослушаться двоюродного брата, всегда готового защитить его, он не смел. Взвесив все за и против, паренек решил стерпеть — в конце концов, предстояло провести на ногах всего лишь одно утро. В слова же брата о том, что Ань-гэр стал намного общительнее, он верить отказывался.

— Конечно, только я не очень хорошо знаю дорогу в поселок, боюсь, по дороге мне придется побеспокоить тебя и попросить провести меня, — Е Сяоань и впрямь не имел ни малейшего представления о местных местах, поскольку прежний хозяин этого тела никогда не получал возможности сюда выбраться. Он не собирался отвергать добрые намерения Тянь Дачжуана: чтобы изменить отношение людей к себе, для начала требовалось показать собственные перемены, а по-настоящему влиться в местную жизнь можно было лишь через живое общение.

Он помнил, что Тянь Сифань — парень довольно рассудительный: несмотря на юный возраст, говорил и вел себя вполне толково, так что он казался отличным спутником.

— Без проблем, — охотно согласился Тянь Сифань, благо именно с этой целью старший брат его сюда и привел.

— Ну, болтайте, а я побежал, — увидев, что они договорились, Тянь Дачжуан тут же собрался уходить. Отец ведь все еще ждал его в поле!

— Сифань, ты уже позавтракал? — Е Сяоань не знал, куда ушел Е Юпин, и внезапно понял, что они так и не обговорили планы на день. Впрочем, бегать искать его сейчас было уже поздно, оставалось лишь заговорить с Тянь Сифанем.

— Давно поел. Если ты будешь копаться, к возвращению пропустишь весь обед, — глядя, как тот неторопливо подцепляет лепешку, Тянь Сифань не удержался от шпильки.

Е Сяоань был вынужден проглотить еду на ходу, после чего достал спрятанные в комнате деньги и вышел. Оставшиеся в котелке лепешки он накрыл перевернутой деревянной ложкой, чтобы Четвертый братец сразу их заметил, вернувшись.

В этот час множество людей, подобно им, направлялось в поселок, однако из-за разной скорости шага путники вскоре растянулись по дороге. Шагая посередине, они то и дело ловили на себе любопытные или пытливые взгляды.

Хотя воспоминания перешли к Е Сяоаню, они не казались такими яркими, как собственный опыт, и при первой встрече с людьми ему приходилось немного подумать, прежде чем вспомнить, кто есть кто. Поэтому всю дорогу он отделывался невнятным бормотанием вроде: «Дядя, здравствуйте!» или «Тетушка, привет!» Тянь Сифань вел себя куда определеннее: к одним он приветливо и шумно подберал с окриком, а другим лишь слегка кивал, кривя уголки рта.

К счастью, путь на базар предстоял неблизкий, и все шли небольшими группками по двое-трое, болтая о деревенских сплетнях, так что никому не было дела до них двоих.

Базар в поселке оказался куда более оживленным, чем представлял себе Е Сяоань. Если окинуть взглядом торговые ряды, здесь нашлось бы абсолютно все: одежда, еда и разнообразная утварь, а лавки по обеим сторонам улицы завлекали прохожих улыбками зазывал.

Поначалу Тянь Сифань держался с ним довольно скованно, но заметив, что спутник ведет себя с незнакомцами совершенно непринужденно и больше не смотрит себе под ноги, как раньше, мало-помалу разговорился. Впрочем, стоило им войти в центр поселка, как он сам мгновенно забыл обо всем, очарованный царившим вокруг весельем.

Они шли вперед, по сторонам разглядывая диковинки. У Тянь Сифаня редко выпадала возможность погулять вот так свободно — не то что раньше, когда родителям вечно приходилось тащить его за руку, — и теперь он мог всласть глазеть на все забавные вещицы. Е Сяоань не мешал ему, лишь держал в уме, где именно продаются нужные им масло, соль, глиняные горшки и постельные принадлежности, рассчитывая расправиться со всеми покупками за один присест.

Когда Тянь Сифань вдоволь натешился и наконец поднял голову, они уже миновали всю улицу от начала до конца. Тут он сообразил, как все выглядит, и впервые смущенно потупился:

— Э-э, братец Ань, а что тебе нужно купить?

Воспользовавшись моментом, Е Сяоань уже успел составить общее представление о местных товарах и, видя, что спутник закончил зевать по сторонам, произнес:

— Дома шаром покати. Сначала побредем в тот конец, купим масляную лампу, котел, миски, соль да масло, а после возьмем пару постельных комплектов.

Тянь Сифань прекрасно знал, в каком трудном положении они с Е Юпином оказались, поэтому молча кивнул и послушно поплелся следом.

Е Сяоань уже приметил на улице лавку, где торговали ароматическим маслом. Помня, что нынче масло — вещь дорогая, он решил сначала заглянуть туда и прицениться.

— Чего желают два молодых господина? Масло в нашей лавке на редкость душистое, а цен ниже вы во всем поселке не найдете! — едва они переступили порог, как примостившаяся у прилавка дородная женщина тотчас засуетилась навстречу.

Ее голос, одновременно визгливый и дребезжащий, так неожиданно ввинтился в уши, что Е Сяоань невольно передернул плечами от побежавших по коже мурашек. Бросив беглый взгляд на стоявшие в лавке глиняные кувшины с наклеенной на них красной бумагой, он уже собирался спросить о цене, как вдруг поймал себя на мысле, что эта баба кажется ему смутно знакомой.

Видимо, из-за хорошей жизни и зрелого возраста эта особа раздалась вширь настолько, что на ее руках бугроватыми слоями залегли складки жира, а глазки глубоко утопали в пухлых щеках, так что отыскать их на лице казалось непростой задачей. Обычные сельчане носили по будням самую практичную грубую рабочую одежду, но она нарядилась в длинный зеленый халат с вышитой лиловой нитью по вороту и подомам. Из-за излишней полноты наряд сидел на ней так туго, что казалось, будто швы на поясе вот-вот лопнут по швам. Добавьте к этому выдающийся вперед круглый живот — и вылитая раздувшаяся лягушка.

Тянь Сифань едва сдерживал смех, а Е Сяоань чувствовал себя неуютно из-за этого внезапно всплывшего в памяти «знакомого лица». Впрочем, раз уж они зашли в лавку, отступать было поздно. Он произнес:

— Отвесьте-ка мне парочку мер этого ароматного масла.

Масло здесь делилось на сорта в зависимости от сырья — кунжутное, соевое и прочее. Он не разбирался в тонкостях, но, помня о скудном кошельке, ткнул пальцем в тот самый кувшин повыше, на котором значилась самая дешевая цена.

— Сейчас сделаем! Молодой человек, часом, кунжутного не желаете? Оно такое ароматное! — Продавец действовал споро, сразу зачерпнув медно-деревянным черпаком нужное количество.

— Братец, мы вернулись! Торговля нынче просто загляденье, все подчистую раскупели... — с улицы в лавку шагнули еще двое, причем один тащил на коромысле пустые масляные бочонки.

На этот шум Тянь Сифань и Е Сяоань машинально обернулись. Их взгляды встретились с глазами вошедших, и Е Сяоань на мгновение замер.

До него наконец дошло, почему эта физиономия показалась ему знакомой.

— Тьфу ты, да ты, оказывается, не сдох! Ах ты сукин сын, из-за тебя я и убытки понес, и удачу спугнул, да еще теперь таскаюсь по дворам масло вразнос продаю... — Тот сразу узнал его, взъярился пуще прежнего и со звонким стуком швырнул коромысло на пол.

Оказалось, что перед ним стоял тот самый лавочник Ли, который некогда пытался насильно взять его в жены, а после побега Е Сяоаня с повозки замял это дело. Супруги были почти одного возраста и комплекции, вот Е Сяоань с первого взгляда и принял одного за другого.

Если вспомнить, Лавочник Ли тогда страстно желал ублажить свои прихоти и, заполучив человека, даже не смел приводить его в дом, собираясь тайком содержать на стороне. Ли Цзиньюань напропалую клялся, что его младший братец — тихоня каких поискать, и стоит лишь немного напугать паренька, как тот ни за что не доставит хлопот. Кто же знал, что в самый решающий момент у тихого Е Сяоаня проречется такой характер — он выбросил фортель, которого никто никак не ожидал.

Из-за того срыва о происшествии прознало немало народу, и слухи очень скоро долетели до ушей законного супруга лавочника — Лю. А разве Лю был из тех, с кем можно шутить? После долгих допросов с пристрастием он не только выяснил правду, но и добрался до тайной кубышки неверного мужа. Разъяренный супруг тут же отобрал у благоверного всю финансовую власть, да вдобавок заставил собственного младшего брата лично присматривать за тем, чтобы ленивый муж каждый день обходил с коромыслом дворы и продавал масло, не разрешая возвращаться домой без выручки.

Лавочник Ли хлебнул лиха, и если бы Е Сяоань действительно отдал концы, было бы еще куда ни шло, но теперь, увидев живого обидчика собственными глазами, он снова закипел праведным гневом.

Лю в это время как раз разливал масло по бутылям, но мысли о проделках благоверного день за днем сидели у него костью в горле, а уж теперь, услышав обрывки фраз, он мгновенно сложил два и два. Приглядевшись к стоявшим перед ним юношам — оба ростом с него, лица чистые, черты миловидные, — он хоть и вспыхнул от злости, но вынужден был со злостью признать: эти сопляки за счет молодости и гладкой кожи выглядели куда привлекательнее его самого.

— Тьфу, так это ты, паршивка! Приличным людям жизнь портить вздумал, чужих мужей уводить норовишь? Сегодня я тебе покажу, как надо жить, чтобы впредь неповадно было чужих мужчин заманивать! — Сдерживаемая несколько дней ненависть прорвалась наружу. Швырнув в сторону мерный ковшик, Лю схватил стоявшую у стены метлу и ринулся в бой.

В этот момент цели супругов странным образом совпали, и они, образовав клещи, синхронно двинулись на Е Сяоаня спереди и сзади.

http://bllate.org/book/25342/3020996