Готовый перевод Equation Superstar / Формула легенды: Из демонического пути в короли гонок: Глава 5

Так называемый талант

— Что ты натворил?

Другие, пожалуй, и не заметили бы странностей той машины, но он всё же был способен их почувствовать.

— На самом деле ничего особенного, просто не удержался и захотел провести один эксперимент, по ходу дела слегка перестроив ту машинку, — беззаботно бросил Янь Цянь, стоя у защитного ограждения. — Расслабься, ничего не случится. У меня всё под контролем...

Едва замолкли его слова, как Мо Фэй, стоявший рядом, всем телом резко бросился к ограждению и от удивления слегка приоткрыл рот:

— Янь... Яньцзи.

Увидев это, Янь Цянь тут же обернулся. Неужели этот сорванец не смог войти в поворот и натворил дел?!

Однако на самом деле всё обстоит иначе. Когда Янь Цянь вновь перевёл взгляд на гоночный трек, карт под управлением Мо Яньцзи уже завершил поворот и теперь на полной скорости мчался по прямой.

Глаза Янь Цяня блеснули, и он тут же поднял взгляд на мужчину рядом с ним.

— Вес. Он использовал собственный вес, чтобы войти в этот поворот, — произнес зеленоглазый мужчина. — Я видел, как его тело неестественно наклонилось.

Мо Яньцзи действительно в момент потери равновесия подал всё тело вправо — но следом пришла и боль. Его рёбра с размаху ударились о сиденье. Сейчас его тело принадлежало десятилетнему мальчику, хрупкий костный скелет еще не до конца окреп, и от сильного давления он тут же пронзительно заныл.

Но у него не было другого выбора. К тому же Мо Яньцзи вложил едва ли не всю свою силу, чтобы справиться с этим крутым шпилькообразным поворотом. Эта боль заставила его вспомнить мучения, сопровождавшие тренировки в прошлой жизни. Поэтому сейчас он лишь слегка нахмурился, преодолевая поворот, ведь то воспоминание было далеко не самым приятным.

А на прямой трассе подобное нарушение баланса не доставило ему особых помех. Почему же так?

Мо Яньцзи ломал над этим голову, в то время как Янь Цянь слегка приподнял уголки глаз. Сказать, что он не был удивлен — значит соврать. Подумать только, пацан, впервые севший за руль карта, сходу заметил дисбаланс кузова, да еще и сумел мгновенно трезво оценить ситуацию и отреагировать... Как его чувствительность, так и скорость реакции были просто превосходны.

Но это всего лишь превосходно. Если бы речь шла о настоящих соревнованиях, полагаться только на одни эти факторы для победы было бы далеко недостаточно.

— Вернулся! Яньцзи, давай!

Видя, что Мо Яньцзи снова приближается к ним, Мо Фэй понял, что его сын без происшествий проехал полный круг. Он мгновенно пришел в крайнее восторги и принялся вовсю размахивать руками, подзывая Мо Яньцзи.

Словно порыв ветра, Мо Яньцзи вновь промчался мимо на карте. За темным шлемом выражение его лица было невозможно разглядеть.

Затем Мо Фэй, который только что радостно подпрыгивал, внезапно замер.

— Странно... Погодите-ка, та штука, похожая на двигатель сзади, разве она раньше не слева стояла?

Как только эти слова слетели с его губ, стоявший рядом смотритель резко вздрогнул, а когда вгляделся получше, его рот широко раскрылся от изумления:

— Ка... Какого чёрта?! Почему двигатель оказался слева?!

Поскольку во время недавней настройки всю полноту ответственности взял на себя Янь Цянь, тамошние техники со спокойной душой доверили дело ему. Но теперь... кто-нибудь может объяснить ему, что здесь происходит?! Почему двигатель, изначально установленный с правой стороны карта, перекочевал налево?!

Смотритель резко обернулся и уставился на Янь Цяня. Однако этот сорванец тут же сделал вид, будто ничего не замечает, и беззаботно затянул свист, а на его лице отчетливо читалось: «Это сделал я, и что ты мне сделаешь?»

Дядя-смотритель на мгновение задергался в нервном тике, после чего чья-то рука легоду опустилась ему на плечо. Это был тот самый мужчина.

— Ничего страшного. Смотри, разве тот ребенок сейчас не едет отлично?

— Но ведь если... вдруг...

Ответа не последовало: мужчина молча указал на находившееся неподалеку табло с результатами. На седьмой строчке красовалась четкая надпись: «Карт № 21, время — 2 минуты 42,07 секунды».

В ту секунду в голове у дяди-смотрителя мелькнула лишь одна мысль: «Это надо быть слепым, чтобы считать, будто у этого ребенка нет таланта».

Всего на этой трассе сейчас гоняли шестнадцать картов, включая машины объемом 80 и 100 куб. см. При этом электронное табло учета времени не делало между ними различий — а это означало, что седьмое место в общем зачете соответствовало первому месту среди картов с объемом двигателя 50 куб. см!

— Эй, ты только посмотри на этот двадцать первый номер! Он едет прямо перед четвертой машиной и даже не думает уступать дорогу!

Несколько других посетителей автодрома тоже наблюдали за происходящим на треке и теперь вовсю перешептывались.

По идее, пятидесятикубовый карт, оказавшись позади восьмидесятикубового, обязан уступить дорогу. Точно так же, как в официальных гонках отставший на круг участник должен пропустить лидера.

Изначальные характеристики машин различались, а значит, и скорость их была разной. Никакого сравнения здесь быть не могло.

Однако Мо Яньцзи ничего этого не знал. Ему было известно лишь одно: какой-то тип в зеленом шлеме сидит у него на хвосте, и от него никак не удается избавиться. В то же время гонщик, чья голова, к его величайшему несчастью, была увенчана злосчастным зеленым шлемом, испытывал не меньшее раздражение.

У этого парня карт объемом всего пятьдесят кубов, почему же он прет с такой яростью, будто под капотом целая сотня?! Неужели его восьмидесятикубовый карт отечественной сборки? Нет-нет... сейчас отечественный автопром тоже на подъеме. Даже братья Хайэр уже не осмеливаются щеголять с голой грудью.

По правде говоря, карт под номером 4 вовсе не был не способен обогнать Мо Яньцзи. Стоило им выехать на прямой участок, как разница в технических характеристиках машин давала о себе знать — четвертый карт с легкостью оставлял Мо Яньцзи далеко позади. Но, к полнейшему неверию окружавших, стоило добраться до поворота, как Мо Яньцзи вновь настигал соперника.

После нескольких подобных кругов всё больше зрителей на трибунах стали обращать на них внимание.

— Этот двадцать первый номер снова побил рекорд прохождения круга! — произнес кто-то, указывая на табло, после чего Мо Яньцзи на очередном повороте вновь настиг четвертую машину. — Двадцать первый вошел в поворот по невероятно крутой траектории...

— Это и есть тот результат эксперимента, которого ты добивался? — мужчина с силой удержал Мо Фэя, который яростно рвался вперед с намерением задать Янь Цяню хорошую трепку, и процедил сквозь зубы.

— Понятия не имею, — пожал плечами Янь Цянь. — До начала я и сам столького не планировал. Не ожидал, что этот сорванец выложится на полную, это поистине радует мне сердце.

Пока он это говорил, Мо Фэй по соседству буквально полыхал праведным гневом — над его головой не хватало разве что дыма от барбекю.

— Послушай, ты, сопляк, как ты мог?! Ты же сказал, что просто чинишь карт, так какого чёрта надо было впутывать в это нашего Яньцзи?! А если бы случилась авария? У меня ведь всего один сын! Эй, механик, ну скажи ты ему, механик, с какой стати?!

Тогда «мальчик-механик», как его назвал Мо Фэй, наконец повернул голову. Он невозмутимо переглянулся с зеленоглазым мужчиной, тот едва заметно кивнул, и в следующее мгновение мужчина подхватил Мо Фэя на руки и понес его прочь...

Позади остался лишь затихающий вдали неразборчивый вопль.

— Ха... Какое яркое солнце, — с чувством произнес Янь Цянь.

На самом деле знойным было не только солнце, но и царившая на трассе борьба.

Мо Яньцзи отчетливо чувствовал, как боль становится всё резче, но упорно хранил молчание и уже несколько кругов подряд не заезжал на пит-лейн. В его голове роился лишь один вопрос: почему машина впереди способна двигаться с такой скоростью?

Он ведь так старался, почему же после поворота тот соперник с такой легкостью отрывался от него?

Мо Яньцзи не разбирался в различий между этими картами. В прошлом физические данные каждого адепта боевых искусств не так уж сильно отличались от того, что описывали в романах, поэтому если чье-то кунг-фу превосходило навыки остальных ровесников, причина была лишь одна: этот человек пахал усерднее любого другого!

Как говорится, усердием можно восполнить недостаток таланта. На самом деле «старание» — это и есть самый эффективный способ оторваться от остальных.

И потому сейчас Мо Яньцзи предпочитал терпеть боль, но не собирался сдаваться. Он крепко сжал губы. В его понимании не было людей, рожденных гениями.

Снова тот самый шпилькообразный поворот. Четвертая машина вошла в него на мгновение раньше Мо Яньцзи.

Мо Яньцзи в упор, не отрывая глаз, следил за этим картом, перестав замечать даже рев моторов вокруг. В поле его зрения существовал лишь зеленый кузов и визг трущихся о покрытие шин.

Он собирается пойти по внутренней траектории!

Мгновенно просчитав траекторию четвертой машины, Мо Яньцзи следом вошел в поворот. Он знал, что для обгона ему необходимо сместиться наружу! А это означало, что всю тяжесть своего тела придется еще сильнее перенести вправо.

Колющая боль в ребрах взорвалась с новой силой! Мо Яньцзи невольно зажмурился, а когда открыл глаза вновь, на его лице уже застыло хладнокровие, а спокойный взгляд казался сияющим!

Предельная боль постепенно парализовала всё тело, однако мысли в голове сделались кристально чистыми.

Недостаточно глубоко, еще недостаточно... В этот поворот можно войти еще круче...

Краем глаза он заметил заднее колесо зеленого карта — да! Именно сейчас! Тормоз! Поворот!

— Двадцать первый с ума сошел?! Он не сможет выписать этот вираж!

— Боже мой! Быстро, готовьтесь...

Зрители по всему периметру трассы в один голос завопили, но в следующую секунду раскаленный гул трибун внезапно стих — стих настолько, что был слышен лишь визг шин Мо Яньцзи, проходящего поворот!

Он не только преодолел этот вираж, но и оставил четвертую машину позади!

— ...Каким образом этот сорванец овладел такой техникой? Чистая случайность? — на этот раз даже Янь Цянь остолбенел. Пусть он и заметил ранее проворную реакцию Мо Яньцзи, он во сне не мог представить, что тот на шпилькообразном повороте за счет чистой техники обойдет карт класса 80cc!

Такие навыки прохождения поворотов обычно постигаются лишь после долгого и упорного вождения картинга, не так ли?

Пока Янь Цянь стоял со странной улыбкой на губах, собираясь разразиться хохотом, он и не подозревал, что в это самое время зеленоглазый мужчина уже затащил — нет, скорее, занес на руках — Мо Фэя в свой спорткар.

После этого мужчина нажал на сенсорный экран на приборной панели, и на дисплее запустилась запись безупречного входа Мо Яньцзи в тот самый шпилькообразный поворот.

— А! Яньцзи! Сынок! Господи!

Пока Мо Фэй безумно вопил и метался, зеленоглазый мужчина тоже был изрядно поражен. Однако он слегка прищурился, снял солнцезащитные очки и в упор уставился на Мо Фэя своими синеватыми глазами.

Мо Фэй от странной атмосферы внутри салона растерялся и постепенно утих.

Тогда мужчина поинтересовался:

— Твой сын действительно когда-то занимался?

— Да... да. А что? Заинтересовался?

— Заинтересовался, — улыбнулся мужчина. Судя по только что увиденной реакции, он понял, что Мо Фэй безбожно лгал. — Но не им, а вами.

Улыбка мужчины стала еще шире, а его лицо приобрело демонический, колдовской оттенок, напоминая прекрасного морского ёкая.

От автора:

Всякие там правые смещения двигателя и прочее — воспринимайте исключительно как художественный выдумка.

Дорогие читатели, не пытайтесь повторить это дома! ~

http://bllate.org/book/25345/3021188