Ван Шу, на что это ты смотришь? — Линь Хун вернулась домой в половине девятого вечера с заказанной на дом едой и увидела, что её драгоценный старший племянник лежит на диване и во все глаза пялится в телевизор. Там шла какая-то старомодная на вид многосерийная драма, а в правом нижнем углу чётко выделялись четыре иероглифа:
«Моя родина»
Ван Шу моргнул своими пересохшими глазами:
— Что купила?
— Овощи и рис, питаться вечно этой доставкой тоже не дело. — Линь Хун расставила контейнеры на журнальном столике. — Завтра ты свободен?
— Свободен, а что такое?
Линь Хун изогнула брови и приняла таинственный вид:
— Завтра у меня свидание, посидишь полдня в магазине? В субботу там будет суматошно.
Ван Шу, увядавший весь день, тут же ожил. Он приподнялся и уставился на Линь Хун:
— Свидание? С кем это?
— Секрет!
— Никаких секретов! Говори быстрее, я должен устроить строжайшую проверку!
В таком возрасте, как у Линь Хун, ошибаться уже нельзя.
— Через пару дней скажу.
Ван Шу совсем не хотел, чтобы Линь Хун наступила на те же грабли, и ухватил её за рукав:
— Так не пойдет, если не скажешь — я расплачусь.
В детстве Ван Шу только так и капризничал. Другие дети чуть что — сразу ревели или устраивали истерики, а он был совсем другим: пухлый малыш с алыми губами и белыми зубами с самым серьёзным видом заранее предупреждал о своём плаче. Если его желание не исполняли, он начинал горько рыдать, вздрагивая всем телом, и успокоить его было просто невозможно.
Линь Хун невольно рассмеялась:
— Да ты что, какой же ты большой уже.
— Говори, давай говори!
— …Ладно, это, хм, один университетский профессор.
Услышав про университетского профессора, Ван Шу слегка оживился — это уважение к людям науки.
— И как? Возраст?
— Сорок.
— Сорок? Старше тебя? Почему бы не поискать какого-нибудь молодого красавчика?
Линь Хун бросила на него сердитый взгляд:
— Женщины и так стареют быстрее мужчин. Если я найду кого-то помоложе, а потом моё лицо поплывёт, что делать, если на улице нас назовут матерью и дочерью? Хочешь, чтобы я прямо на месте покончила с собой?
Ван Шу просто пошутил и никак не ожидал, что она отнесётся к этому всерьёз, из чего следовало, что у неё с этим сорокалетним профессором и вправду всё серьёзно.
— Вы… как вы познакомились?
— Он вечно ходит пить кофе, туда-сюда, вот и познакомились.
— В сорок лет и до сих пор один, тут нет какого-нибудь подвоха?
— Что ты за глупости говоришь! Он был женат, у него есть ребёнок.
Ван Шу широко раскрыл глаза:
— Есть ребёнок?! Да ты сошла с ума!
Как ни посмотри, Линь Хун совсем не выглядела женщиной, способной стать мачехой.
— Не переживай, его сын ровесник тебе, он уже давно самостоятельный. Говорит, сын тоже очень хочет, чтобы отец снова женился.
Тут Линь Хун застенчиво улыбнулась, и в её улыбке промелькнула капелька сладости.
— Сорок лет… ребёнок моего возраста… Тётя, у тебя с математикой как вообще?
— Ой, ещё неизвестно, сложится у нас что-то или нет, вот пройдёт немного времени — и покажу его тебе.
Ван Шу подумал и решил, что она права, но одна деталь не давала ему покоя:
— Слушай, а что насчёт Цинь Цзюньчжуна? Тебе уже всё равно? Ты же говорила, что по-настоящему любила его?
Еще совсем недавно она скрипела зубами и клялась заставить его пожалеть, а прошло всего несколько дней — и уже собирается замуж за другого.
— То было в прошлом. Разве ты не знаешь, любила я его тогда или нет? Как там говорится? Время лечит всё, а к Цинь Цзюньчжуну у меня давно ничего не осталось. Тьфу, больше при мне не упоминай этого ублюдка.
Линь Хун выругалась пару раз, отвела душу и отправилась в комнату принимать душ.
Ван Шу повернулся к телевизору, где по-прежнему красовался высокий мужчина в военной форме, немного поколебался и выключил экран.
На следующий день в полдень Ван Шу отправился в «Удовольствие есть». Линь Хун сидела за кассой и накладывала макияж. Бросив на племянника взгляд, она спросила:
— Поел?
— Угу, поел.
Ван Шу поставил ноутбук на столик, собираясь закончить здесь сегодняшнюю главу, чтобы потом дома можно было просто лежать и отдыхать.
— Ну и отлично, как раз я закончила~
Линь Хун собрала косметику, подхватила сумочку и в прекрасном расположении духа выпорхнула на улицу.
Ван Шу обратился к официантке с расспросами:
— Скажи, моя тётя в последнее время случайно не сходится с каким-то мужчиной?
— Угу.
— На кого похож?
Она с трудом подобрала слова:
— Ну, лет сорок на вид, довольно высокий, в очках, интеллигентный такой.
Ван Шу вёл себя точь-в-точь как засидевшийся дома отец, расспрашивающий о бойфренде своей дочери:
— И как человек?
— Учтивый, вежливый.
Звучало и правда неплохо.
Ван Шу решил больше не расспрашивать:
— Сваргань мне чашечку кофе.
— Сестра Хун велела не давать тебе кофе. Если ты опять из-за бессонницы просидишь до рассвета, то снова перепутаешь день с ночью и уже не вернешься к нормальному режиму.
Услышав это, Ван Шу почувствовал тепло на сердце:
— Тогда лимонный сок.
— Хорошо!
Погода стояла отличная. Сделав глоток кисло-сладкого ледяного лимонного сока и чуть склонив голову набок, Ван Шу любовался мягким светом, льющимся из окна, и чувствовал, как на душе становится легко. Тоскливый тяжелый ком, оставленный Янь Янем в груди, полностью развеялся.
Нынешняя жизнь, по правде говоря, была очень даже неплохой. А если бы Линь Хун ещё родила ему младшего братика или сестрёнку — стало бы вообще чудесно~
Однако его прекрасные чаяния вовсе не собирались исполняться так просто.
— Здравствуйте.
Ван Шу поднял голову. Перед ним стоял стройный молодой человек с бледным лицом.
— Здравствуйте, присаживайтесь, выбирайте заказ.
Тот покачал головой и спросил Ван Шу:
— Владелицу этого заведения случайно не Линь Хун зовут?
— Да. Скажите, вы по какому делу?
— Это мой номер телефона, передайте его ей, пожалуйста, и попросите со мной связаться. Меня зовут Бай Цимин.
Ван Шу поджал губы, принимая протянутую бумажку, и смутно догадался, кем приходится этот парень:
— …Хорошо.
— Извините за беспокойство.
Проводив его взглядом, Ван Шу достал телефон и написал Линь Хун:
— Твоего профессора как зовут?
— Бай Хэн, а что такое?
Фамилия и правда оказалась байской.
Ван Шу тяжело вздохнул. Вспомнив вчерашние слова Линь Хун о том, что сын профессора поддерживает его повторный брак, он подумал, что раз Бай Цимин тайком от этого профессора Бая пришёл разыскивать Линь Хун, то он явно был против их союза. Или, говоря точнее, был против самой Линь Хун.
Впрочем, оно и понятно: заполучить из ниоткуда такую мачеху, как Линь Хун, для любого окажется испытанием.
Линь Хун вернулась уже в восемь вечера. Ван Шу сидел на месте, маясь от скуки и уже закончив писать завтрашнюю главу. Заметив её возвращение, он с видом человека, потерявшего всякий вкус к жизни, протянул ей бумажку:
— Линь Хунушка, лови сюрприз.
— …
Поскольку Линь Хун была без машины, обратно они шли пешком.
— Ты вообще собираешься говорить? Что значит это молчание?
Линь Хун выглядела слегка приунывшей, растеряв всё своё отличное настроение, с которым только что вернулась с улицы.
— Стоит ли мне вообще звонить? Что, если я ему не понравлюсь, и он не захочет, чтобы я общалась с его отцом?
Ван Шу подумал немного и спросил:
— А ты сама к этому профессору — действительно привязана?
— Да, он очень хорошо ко мне относится, просто прекрасно. Мне кажется, если жить с ним, жизнь будет очень счастливой.
В кое-каких взглядах Линь Хун полностью совпадала с Ван Шу: в конце концов, сделать так, чтобы ты сам был счастлив — это главное.
— Я понял. — Ван Шу протянул ноутбук Линь Хун. — Возвращайся домой первой, я тоже пойду встречусь с другом.
Визиты к друзьям Линь Хун поддерживала всеми руками:
— Давай, иди!
Ван Шу в одиночестве брёл по аллее жилого комплекса к виноградной беседка. Днём здесь обычно собиралось много стариков — они играли в шахматы и карты, но в такое время суток тут не было ни души. Седя спиной к длинной галерее, Ван Шу достал телефон и отыскал номер, сохранённый ещё днём.
Стоило вызвать абонента, как на том конце почти сразу ответили:
— Алло.
— Алло, здравствуйте.
Услышав его голос, на том конце на мгновение умолкли:
— Мы встречались?
— Да, сегодня в полдень в кафе. Я племянник Линь Хун. Насчет отношений моей тёти и вашего отца… я бы хотел с вами поговорить.
— …Говорите.
— По телефону не очень удобно. У вас завтра будет время?
Говоря это, Ван Шу прислонился к стоявшей рядом каменной колонне и машинально скосил взгляд в сторону.
И этот поворот головы едва не стал фатальным: по правую руку он заметил очень знакомый силуэт. Кто-то сидел в беседке, судя по всему, с кем-то разговаривая.
Ван Шу замер.
— Хорошо, у меня тоже найдётся пара слов. Если Линь Хун не желает общаться со мной напрямую, передайте это ей.
В его словах сквозила колючая неприязнь, но Ван Шу уже ничего не слышал. Бросив на ходу: «Время и адрес я скину тебе смс-кой», — он оборвал вызов.
Ван Шу в упор вглядывался в фигуру в беседке. Пусть это был всего лишь смутный силуэт вполоборота, но Ван Шу нутром чувствовал — это Янь Янь.
У него что, галлюцинации?
Нормальный человек в здравом уме никогда бы не додумался до такого.
Но Ван Шу подозревал у себя психическое расстройство уже далеко не первый день, и сейчас в его голове царил полный кавардак.
И вместе с тем — леденящая, неестественная ясность.
Если уж в таком месте, как Синьдунфан, появился Янь Янь — в этом не было ничего странного, он ведь и других знаменитостей здесь встречал…
Однако, видя живого Янь Яня собственными глазами, Ван Шу просто не мог удержаться и не подойти ближе.
Чем ближе он подходил, тем бешеные билось сердце.
Сидевшая напротив Янь Яня женщина заметила Ван Шу, с недоумением оглядела его, а затем спросила Янь Яня:
— К тебе?
Янь Янь ничего не ответил и даже не шелохнулся.
Ван Шу остановился прямо перед ними, и язык почему-то перестал его слушаться:
— Т-ты… здравствуйте, скажите, вы — Янь, Янь Янь?
Янь Янь, кажется, только сейчас обратил на него внимание, чуть кивнул:
— Да.
Всего одно слово — точно в таком же стиле, как в Вейбо.
Глядя в его глубокие и спокойные тёмные глаза, Ван Шу не мог разобрать собственных чувств. По сравнению с тем самым Янь Янем этот был чуть бледнее и держался куда увереннее, но во всём остальном — никакой разницы.
— Я… я ваш фанат.
Не успел Янь Янь и рта открыть, как заговорила женщина напротив:
— Надо же, у тебя бывают такие молодые фанаты? А я думала, одни тётушки да дяди.
Ван Шу перевёл взгляд на неё. На вид ей было около тридцати, внешность самая заурядная, зато одета в брендовые вещи, вся в дорогих украшениях, а на столе лежала та самая лимитированная кожаная сумочка, о которой так отчаянно мечтала Линь Хун. Встретившись с Ван Шу взглядом, она приветливо улыбнулась:
— И что тебе в Янь Яне нравится?
Она производила впечатление успешной в карьере женщины, и когда сидела там и допрашивала Ван Шу, от неё исходило какое-то странное превосходство. Ван Шу это жутко не понравилось, он крепко сжал губы и отвечать отказался.
Лю Цзюань же приняла его молчание за застенчивость — в конце концов, паренёк совсем молодой.
— Ха-ха, ещё и смущается. Ты не сердись, что Янь Янь молчит, он такой и есть, неразговорчивый.
Они выглядели непринужденно близкими.
Глядя на безмолвного Янь Яня, Ван Шу наконец понял, что больше не может обманывать самого себя.
— Ничего страшного.
Он развернулся и ушёл — на этот раз без малейшего сожаления.
Этот деревенщина Янь Янь… он ведь любил вовсе не ту внешность.
Если он еще хоть раз вспомнит о Янь Яне, он — круглый сумасшедший ублюдок!
Клянясь про себя последними словами, Ван Шу дошёл до лифта, как вдруг за спиной послышались торопливые шаги. Оглянувшись, он с изумлением обнаружил, что это снова Янь Янь.
Ван Шу склонил голову набок, переполненный немым удивлением.
— Я… тоже здесь живу. — Тот слегка запыхался и на секунду тяжело прервал фразу.
Вот как.
Ван Шу улыбнулся, и в его изогнутых глазах заискрились звёздочки:
— Какое совпадение.
Дзынь! Лиفت прибыл. Ван Шу шагнул внутрь первым и, едва развернувшись, уставился прямо на кадык Янь Яня.
Простите, но он всё-таки круглый сумасшедший ублюдок: сходство было слишком пугающим, вплоть до каждой черты, даже кадык выглядел абсолютно точно так же.
Эту точку он целовал, и даже кусал.
Возможно, его взгляд был слишком палящим, так что Янь Янь опустил глаза и, словно пытаясь развеять неловкость, спросил:
— Сфотографируемся?
— А?
Ван Шу внезапно вспомнил, что только что назвался фанатом стоящего перед ним человека, и торопливо закивал:
— Да, давайте, давайте.
— Угу, телефон.
Только тогда Янь Янь повернулся лицом к дверям лифта.
Ван Шу разблокировал экран телефона, открыл камеру и шагнул чуть ближе к Янь Яню. На экране отобразились лицо Ван Шу и подбородок Янь Яня. Сохраняя бесстрастное выражение лица, Янь Янь слегка раздвинул ноги в стороны, чтобы его собственное лицо тоже втиснулось в кадр.
Дзынь!
Стоило кадру сделаться, как лифт прибыл на пятнадцатый этаж. Ван Шу помахал Янь Яню рукой:
— Я приехал, до свидания.
Янь Янь проводил его взглядом из лифта и протянул руку, чтобы нажать девятку.
http://bllate.org/book/25379/3025679
Готово:
