Жизненный распорядок Вэнь Цинцзэ был точен и размерен, словно будильник, к тому же у него не было вредных привычек: в семь утра он вставал, умывался, готовил завтрак, затем целый час медицировал рядом с Лотосом Бодхи, после чего отправлялся на поиски средств к существованию, а по вечерам закупал продукты на ближайшем рынке.
За несколько дней Е Шаоцин полностью изучил привычки сожителя и остался очень доволен новым соседом по этому иному миру, однако стоило ему вспомнить о себе — бездельнике, который сидит на шее у других и питается даром, — как настроение портилось окончательно.
Е Шаоцин постоянно пытался задействовать собственную духовную силу, но, к сожалению, Вэнь Цинцзэ не был жрецом, никакой системной подготовки по подобным восстановительным работам не проходил, а потому объяснял всё крайне расплывчато. Е Шаоцин слушал его словно в тумане, из-за чего его эксперименты то работали, то нет.
Потерпев уже пятую неудачу с починкой Носового Замка, Е Шаоцин с унылым видом присел на корточках в углу и молча принялся жевать дыню.
Вэнь Цинцзэ мягко похлопал его по плечу и утешил:
— Ничего страшного, если сломаешь окончательно, ко мне всё равно никто не ходит.
—... — Утешения это совершенно не принесло, и Е Шаоцин погрузился в тоску еще сильнее.
Словно нарочно издеваясь над Вэнь Цинцзэ, стоило ему произнести эти слова, как кто-то действительноми заявился на порог.
Раздался оглушительный стук в дверь: тук-тук-тук, — сопровождаемый крайне нетерпеливым голосом:
— Вэнь Цинцзэ, я знаю, что ты внутри, выходи быстрее! Если не заплатишь за аренду в этом месяце, то, клянусь, я выброшу тебя прямо на улицу!
— Это хозяин квартиры, — пояснил Вэнь Цинцзэ Е Шаоцину и только после этого отпер дверь.
Снаружи толпилось несколько свирепых здоровяков с грубыми лицами, у каждого за поясом торчала холодная металлическая электродубинка. Главарь носил черную фетровую шляпу, но его кричащий наряд диссонировал с вульгарными манерами, из-за чего он выглядел нелепо.
Ли Гоу был местным авторитетом. Изначально его звали Ли Гоу, но, посчитав это имя слишком неблагозвучным, он сменил иероглиф на другое написание. После того как щупальца Святого Престола дотянулись до этого неблагополучного квартала, Ли Гоу лишился возможности собирать дань за крышевание, однако проявил смекалку и принялся взимать плату за аренду.
Окруженный толпой людей, Вэнь Цинцзэ сохранял невозмутимость:
— Разве конец месяца наступит не через несколько дней?
Ли Гоу хмыкнул:
— На пару дней раньше или позже — платить всё равно придется. Велено платить — так выкладывай деньги, к чему разводить столько болтовни!
Не говоря больше ни слова, Вэнь Цинцзэ просто протянул небольшой мешочек. Тяжелые Звёздные монеты внутри глухо зазвенели, ударяясь друг о друга. Ли Гоу взвесил мешочек на ладони и лишь после этого сунул его в карман.
— Босс Ли, у него в комнате еще кто-то живет!
Ли Гоу замер, мгновенно сообразив, что это прекрасная возможность. Он давно невзлюбил Вэнь Цинцзэ: в округе все перед ним трепетали и вели себя предельно осторожно, и только этот тип держался вроде бы вежливо на людях, но в грош его не ставил. От одного воспоминания об этом взгляде в груди закипала злость!
Лидское лицо помрачнело, и он холодно усмехнулся:
— У тебя тут поселился еще один жилец, а ты посмел мне об этом не сказать? Неужели решил зажать деньжонки? И не думай! С сегодняшнего дня будете платить двойную аренду, этой суммы явно мало!
Вэнь Цинцзэ бросил взгляд за спину Ли Гоу и действительно заметил того самого парня, которому Е Шаоцин проломил голову лопатой: тот жалко сжался сзади, злорадно ухмыляясь.
Вэнь Цинцзэ нахмурился:
— Двойная аренда? Что-то я не припомню таких правил.
Ли Гоу презрительно хохотнул:
— Мое слово и есть правило! Раньше не было, а теперь есть!
Поняв, что незваный гость явился сюда намеренно по чьей-то наводке, Вэнь Цинцзэ нахмурился еще сильнее:
— Сейчас у меня временно нет столько денег. Давай я доплачу всё вместе в следующем месяце, идёт?
— Доплатишь? Не путайся! С чего это ты вздумал со мной торговаться? — повысил голос Ли Гоу и издевательски произнес: — Либо плати, либо собирай манатки и катись отсюда! Раз нет денег, выгони вон того паренька из комнаты, делов-то! Ха-ха!
Вэнь Цинцзэ и впрямь почувствовал себя в затруднении: в отданном мешочке лежала даже часть аванса за работу, и найти еще столько же сверху было абсолютно нереально. Но если заставить Е Шаоцина уйти, то и гадать не надо — его неминуленно ждала месть этой шайки.
Вэнь Цинцзэ, раздумывавший над выходом из ситуации, вдруг почувствовал, как кто-то коснулся его плеча. Е Шаоцин вышел из-за его спины; на нем была его собственная старая рубашка, а прежний бросающийся в глаза наряд он давно уже убрал.
Ли Гоу скользнул по нему взглядом сбоку, а затем вновь перевел глаза на Вэнь Цинцзэ. Подобных мелких людишек, загнавших себя в тугой угол и забредших сюда, в трущобы, были легионы; они не стоили того, чтобы удостаивать их хотя бы мимолетным взглядом. Если этот парень не освоит законы выживания в кратчайшие сроки, то очень скоро превратится в корм для крыс из сточных канав.
Трое прихвостней, прятавшихся позади, переглянулись и синхронно расплылись в самодовольных, мрачных усмешках. Главарь машинально пощупал крупную шишку под повязкой на лбу и в мыслях покрыл Е Шаоцина самыми последними ругательствами.
Заметив на лице Е Шаоцина совершенное равнодушие, Вэнь Цинцзэ торопливо прижал его за руку, опасаясь, что тот наломает дров сгоряча. Местные авторитеты были далеко не безобидны — объединившись, они представляли собой немалую силу, подмявшую под себя весь район и черный рынок, так что даже Храм и резиденция Правителя города смотрели на их проделки сквозь пальцы.
Е Шаоцин проигнорировал их пренебрежительные и насмешливые взгляды, лишь выудил из кармана несколько Звёздных монет, оставшихся после продажи перьевой ручки, и спокойно произнес:
— У меня есть только это.
Ли Гоу с издевательским хмыканьем ловко подхватил монеты, легко подбрасывая их на ладони, и насмешливо бросил:
— Всего-то? Даже за продажу задницы больше дают!
Подельники позади разразились хохотом, выкрикивая всё более грязные и мерзкие предположения. На лице Вэнь Цинцзэ проступил явный гнев, но его ярость в сочетании с бессилием лишь позабавила негодяев, и те принялись оскорблять их еще усерднее.
Е Шаоцин сказал:
— Пусть этого не хватит на месяц, но на несколько дней точно должно хватить. Через три дня я соберу остаток суммы.
Ли Гоу ничего не ответил. Его глаза бегло задвигались, окинули убогую гостиную и наконец зацепились за горшок с Лотосом Бодхи, приковав к себе всё его внимание.
— О? Лотос Бодхи? — Ли Гоу аж в лице изменился. Наплевав на гневный взгляд Вэнь Цинцзэ, он оттолкнул его, вошел в комнату, и его глаза намертво прилипли к цветку, источая нескрываемую жадность.
— Поглядите-ка, какая великолепная кондиция! Даже самый простецкий одноцветный Лотос Бодхи на черном рынке днем с огнем не сыщешь. Раз у вас водятся такие драгоценные сокровища, как же вы за аренду заплатить не можете? Непорядок! Сегодня я в хорошем настроении, так что заберу этот цветок в счет вашей арендной платы.
Лицо Вэнь Цинцзэ переменилось, и он ледяным тоном произнес:
— Ли Гоу, не перегибай палку! Этот Лотос Бодхи стоит столько, что на него с лихвой можно купить весь этот дом. Ты что, решил заняться грабежом средь бела дня?
Ли Гоу криво усмехнулся:
— Не выражайся так грубо. Грабеж? С чего бы мне заниматься подобным? Это всего лишь залог. Два дня! Наобещайте собрать остаток арендной платы за два дня, иначе цветок останется мне. Ну или, так и быть, могу проявить великодушие и простить вам квартплату еще за пару месяцев, ха-ха-ха!
— Ты... — Лицо Вэнь Цинцзэ посинело от злости, руки судорожно сжались в кулаки. Прежняя мягкость и интеллигентность испарились, сменившись невероятно свирепым аурой. В глазах бушевал огонь, казалось, он готов в любую секунду врезать негодяю прямо по физиономии.
Заметив свирепый блеск в его глазах, Ли Гоу ничуть не испугался:
— Что? Хочешь, чтобы старые раны дали о себе знать еще быстрее? Ладно бы ты был в расцвете сил, а сейчас... рискни-ка применить Божественное Искусство, я посмотрю! Советую вести себя смирно и забрать цветок!
Последняя фраза, разумеется, предназначалась его подручным.
Е Шаоцин, видя его состояние, уже приготовился вмешаться, но Вэнь Цинцзэ неожиданно стерпел. Он воочию наблюдал, как те забирают Лотос Бодхи и удаляются восвояси, после чего лишь обессиленно прислонился к стене и слабо улыбнулся Е Шаоцину:
— Никак не ожидал, что Ли Гоу заявится лично. Против него у меня нет уверенности в победе.
Е Шаоцин покачал головой:
— Это я втянул тебя в неприятности. Если бы ты просто позволил мне уйти, у него не было бы повода устраивать сцену.
Вэнь Цинцзэ вздохнул:
— Не было бы этого повода — нашлась бы другая причина. Этот тип всегда изо всех сил добивается того, на что положил глаз.
— У нас есть еще два дня, давай что-нибудь придумаем.
Вэнь Цинцзэ, однако, не питал особых иллюзий и горько усмехнулся:
— Раздобыть две тысячи Звёздных монет за два дня? Если бы деньги давались так легко, стал ли я терпеть здесь унижения? К тому же, даже собрав сумму, при жадности и жестокости Ли Гоу он ни за что добровольно не вернет то, что уже попало к нему в руки.
Заметив, как помрачнел Е Шаоцин, он даже попытался его утешить:
— По правде говоря, не будь тебя, тот Лотос Бодхи и так бы скоро завял, так что большой потери я не понесу.
Е Шаоцин знал, какую колоссальную роль Лотос Бодхи играет в исцелении его Моря Сознания, и всё было вовсе не так просто, как тот пытался показать.
Он мягко, но решительно произнес:
— Всё началось из-за меня, и я в любом случае найду способ вернуть цветок.
Вэнь Цинцзэ беспомощно улыбнулся, пропустив эти слова мимо ушей.
Е Шаоцин внезапно спросил:
— Не знаешь, есть ли поблизости кто-то, кто специализируется на лечении чудовищных зверей и редких растений?
Вэнь Цинцзэ замер:
— Ты хочешь...
В глазах Е Шаоцина вспыхнул яркий свет:
— Заработать денег! Заработать много денег!
Нищета — корень всех бед. Сейчас он отчаянно нуждался в перемене своего положения, и зарабатывание денег, разумеется, стояло на первом месте, иначе очень скоро он не сможет позволить себе даже белый хлеб за три Звёздные монеты.
Поразмыслив, Вэнь Цинцзэ ответил:
— Я действительно знаю одного такого человека. Его зовут Старик Тао, раньше он был жрецом Святого Престола, но из-за того, что кому-то перешел дорогу, был вынужден оставить службу и стал мастером артефактов.
Мастером артефактов?
Звучит как какая-то крутая профессия, — подумал про себя Е Шаоцин.
— Сейчас Старик Тао пользуется немалой известностью в районе черного рынка. Обычно к нему идут за помощью со сложной работой, которую не берутся делать в Святом Престоле. Мы со Стариком Тао в некоторых приятельских отношениях, так что я вполне могу тебя ему представить, но... вряд ли удастся заработать много за короткий срок.
Тот случай, когда Е Шаоцин невольно спас Лотос Бодхи, действительно выглядел потрясающе. Если бы он каждый раз показывал такой уровень, Вэнь Цинцзэ не о чем было бы беспокоиться, но, к сожалению, за все последние дни экспериментов у него не получилось ни разу, словно то мимолетное чудо было лишь случайностью.
К тому же, даже если бы Е Шаоцин в совершенстве овладел техникой лечения духовной силой, вряд ли кто-то стал бы рисковать и доверять починку своих сокровищ никому не известному юнцу.
Но как бы то ни было, это был шанс. Е Шаоцин всё же решил взять рекомендательное письмо от Вэнь Цинцзэ и отправиться на черный рынок.
http://bllate.org/book/25409/3029117
Готово:
