Вокруг стояла такая тишина, что были слышны лишь готовые выпрыгнуть из груди сердца и учащенное дыхание.
Цзян Юй слегка прищурился, и его боковой взгляд то и дело ненавязчиво скользил по необычайно спокойным Шао Цзэ и Цинь Цай, стоявim рядом. Что-то рвалось наружу, но тут же исчезало без следа. Он криво усмехнулся, и в этой усмешке крылся какой-то непонятный смысл.
Вэй Бинь принялся отчаянно дергать себя за волосы и, потеряв рассудок, грязно выругался: — Какого черта! Что это за дыра?
— А-а-а! — истошно заверещала Ли Янь. Слово «дыра» окончательно сломило ее, и она, словно обезумев, бросилась прочь.
Цзян Юй машинально прикрыл подростка, которого едва не сбила с ног Ли Янь. Из-за слишком близкого расстояния тот на мгновение напрягся и поднял до сих пор опущенную голову.
В следующий миг Цзян Юй невольно затаил дыхание: стоявший перед ним юноша смотрел на него абсолютно черными, безмятежными глазами. У него было невероятно красивое лицо, а правильные черты создавали какое-то жутковатое ощущение.
А У Гоцян, неизвестно когда рванувшийся вперед, уже заскочил в машину. Как ни барабанили снаружи Ли Янь и Чэнь Ипин, он даже не подумал открыть им дверь.
У Гоцян яростно вытер влажные ладони о штаны, резко сорвал с места автомобиль и уехал.
— Мать твою за ногу! У Гоцян, чтоб ты сдох в муках! — прокричал Чэнь Ипин с покрасневшими глазами, после чего у него разом иссякли все силы. Он в отчаянии обнял едва держащуюся на ногах Ли Янь, а на его лице застыла мертвенно-серая пелена.
— На телефоне нет сети, мы потеряли связь с внешним миром, — Вэй Бинь вытащил сигарету. Рука, державшая зажигалку, слегка дрожала, и огонек удалось высечь лишь с нескольких попыток.
Эти слова были произнесены негромко, но долетели до каждого из шестерых, отчетливо врезавшись в память. И без того трещавший по швам рассудок окончательно рухнул, оставив после себя лишь бесконечный страх.
Цинь Цай открыла сумку для ноутбука, достала устройство и спустя мгновение смертельно бледным голосом спросила: — Что нам теперь делать?
Она любила писать страшные истории, да и читать их тоже, но ей совсем не улыбалось испытать все это на собственной шкуре.
Залитая слезами Ли Янь с потухшим взглядом приникла к груди Чэнь Ипина. Вэй Бинь молча, затяжка за затяжкой, курил. Цзян Юй смотрел на далекий лес, а Шао Цзэ опустил глаза, уставившись неизвестно куда.
Никто не ответил.
— Я как-то смотрела фильм, — Цинь Цай выровняла дыхание и провела рукой по шелковистым длинным волосам. — По сюжету главный герой со своими друзьями случайно натыкается на пространственный разлом, и они попадают в незнакомое измерение.
Эти две фразы мгновенно привлекли всеобщее внимание. Поймав на себе несколько пар устремленных глаз, Цинь Цай выдавила из себя натянутую улыбку, как от нее и ждали: — В конце они находят трещину и благополучно возвращаются домой.
Это была всего лишь вымышленная история, но возразить не посмел никто.
Ли Янь судорожно вцепилась в руку Чэнь Ипина и, широко распахнув глаза, тревожно спросила Цинь Цай: — Ты хочешь сказать, что мы тоже попали в…
— Не знаю, — покачала головой Цинь Цай.
Затем воцарилась еще одна леденящая душу пауза.
Спустя какое-то время они впервые пришли к единому мнению и молча разошлись вокруг в поисках выхода.
Цзян Юй направился на юг. Пройдя несколько шагов, он заметил, что кто-то идет следом — шаги были легкими и ровными. Сначала он подумал на Цинь Цай, но никак не ожидал увидеть Шао Цзэ.
Они шли друг за другом, пробираясь сквозь лесную чащу.
Шедшего впереди Цзян Юя вдруг прошиб ледяной пот: у него возникло жуткое ощущение, будто за ним кто-то наблюдает.
— Не ходи у меня за спиной, — Цзян Юй резко развернулся и холодно посмотрел на опустившего голову юношу.
Тот молча стоял на месте. Члка закрывала веки, а одет он был лишь в бежевый свитер и черные брюки, что выглядело слишком легко для глубокой осени.
Изучив его взглядом, Цзян Юй раздраженно нахмурился: — Подойди сюда.
Шао Цзэ плотно сжал губы и шаг за шагом приблизился.
В нос ударил какой-то странный, неописуемый запах. Уставившись на черную макушку перед собой, Цзян Юй бросил: — Ты немой?
Никакого ответа.
Лицо Цзян Юя дернулось в нервном тике. Прищурившись с зловещей усмешкой, он процедил: — Раз увязался за мной, не создавай мне проблем.
Снова ни звука.
Дальше они пошли плечом к плечу, и то неприятное ощущение пропало навсегда.
Цзян Юй и Шао Цзэ вернулись к придорожной станции уже ближе к закату. Остальные тоже успели подтянуться, и ответы читались прямо на их лицах.
Бросив рюкзак на землю, Цзян Юй мрачно произнес: — На юге тянется лес, живых существ не обнаружено.
— Мы ходили на восток, ушли недалеко, только пруд с рыбой увидели, — у Чэнь Ипина дрожали губы. — Вода… вода отдает тухлятиной.
Лицо Вэй Биня приобрело неезобразимо белый оттенок, а голос звучал тяжело: — На западе стоит ветряная электростанция. Она заброшена.
Перебросившись информацией, все снова погрузились в молчание.
— У Гоцян мертв, — внезапно произнес Вэй Бинь.
Цзян Юй нахмурился: мертв? Он не стал смотреть на Вэй Биня, а вместо этого перевел взгляд на Цинь Цай, которая ходила на запад вместе с ним. Та тоже посмотрела в его сторону и едва заметно кивнула.
Получив подтверждение, Цзян Юй внутренне содрогнулся и дважды мысленно позвал три нуля, но ответа не последовало.
Почувствовав на себе чей-то взгляд, он вновь ощутил уже знакомые мурашки. Цзян Юй резко обернулся — вокруг никого. Раздраженно выругавшись сквозь зубы, он отвернулся.
Услышав эту новость, Ли Янь и Чэнь Ипин сначала испытали злорадство: так ему и надо! Хорошо хоть они не сели в ту машину.
А следом накатил страх: кто-то погиб.
И когда все хранили гробовое молчание, голос Вэй Биня зазвучал вновь — до боли сухой и хриплый: — Не похоже, чтобы это сделали люди.
— Такой крошечный прудик, — Вэй Бинь показал руками размер. — Взрослый мужик ростом под метр восемьдесят скручен в неестественной позе и запихнут туда. Кости будто бы вытаскивали по одной, половину головы срезали и положили сверху, а на ране ни капли крови…
— Э… это что… призрак? — последнее слово прозвучало почти как шепот, а Чэнь Ипин затрясся с мертвенно-бледным лицом.
Цинь Цай с красивыми хмурыми бровями выглядела отрешенно: — Он ушел от нас меньше трех часов назад, но труп уже начал разлагаться, и вокруг кишат черви.
— Хватит! — завопила Ли Янь, вытаращив глаза.
— Янь-Янь, что делать? Я не хочу умирать, я не хочу… — Чэнь Ипин трясся, вцепившись в руку жены, из глаз помимо воли текли сопли и слезы.
Глядя на жалкую и беспомощную слабость мужа, Ли Янь почувствовала, как внутри все заледенело от ужаса. Она с размаху отвесила ему пощечину: — Никчемный кусок мяса!
— А где машина У Гоцяна? — спросил Цзян Юй у Вэй Биня, не сводя при этом глаз с присевшего на корточки Шао Цзэ.
— Не видел.
Вэй Бинь снова принялся смолить сигарету. Сделав всего пару затяжек, его затошнило, и он отбежал в сторону.
День постепенно угасал, надвигалась ночь.
Эмоции Ли Янь немного улеглись, и она тревожно произнесла: — Скоро стемнеет, что мы будем делать ночью?
Все единодушно повернули головы к зданию станции — иного выбора, кроме как укрыться внутри, у них не оставалось.
Станция оказалась просторной. Судя по схеме на стене, она состояла из двух этажей: на первом располагались туалет, небольшой супермаркет и ряды столов со стульями, а на втором — ресторан самообслуживания и зона отдыха.
Вэй Бинь затворил стеклянную дверь и уселся на место поближе к выходу.
Ли Янь и Чэнь Ипин забились в самый дальний угол, прижавшись друг к другу. Цинь Цай уткнулась лицом в стол, погрузившись в оцепенение, а Цзян Юй занял другой угол. Расстегнув рюкзак, он порылся внутри и извлек бутылку воды, пакетик с маленькими булочками, галетное печенье, несколько ирисок и яблоко.
Его брови разгладились — еды оказалось больше, чем он рассчитывал.
В этом заточении всё покрыто мраком неизвестности, а еда и вода — самое главное, и делиться ими с кем-либо никто не станет.
Глухой хруст печенья, которое жевал Цзян Юй, разнесся по округе, и вскоре из других углов тоже донесся шуршащий звук вскрываемых упаковок.
Какое-то время на первом этаже раздавалось лишь чавканье жующих людей.
Чем глубже ночь, тем сильнее крепл ужас.
В тишине полуночи откуда-то донесся царапающий звук — скребущий, монотонный и непрекращающийся.
Холодало. С каждой минутой становилось все холоднее.
В кромешной тьме холла что-то исподволь испытывало человеческую психику на прочность.
Сидевший ближе всех к двери Вэй Бинь покрылся холодным потом. Его лицо посинело, а челюсти были сведены судорогой. Цинь Цай вперила взгляд в пустоту, охваченная крайним напряжением, а забитая в угол Ли Янь в ужасе зажала рот руками, беззвучно рыдая.
Ноги Чэнь Ипина тряслись так сильно, что по полу расплылся резкий запах мочи.
Цзян Юй почувствовал острую боль в руке. Опустив взгляд, он скользнул по вцепившейся в него ладони и едва заметно приподнял брови.
— Не бойся.
Во тьме над ухом внезапно раздался намеренно приглушенный голос. Шао Цзэ вздрогнул и отдернул руку, словно обжегшись о раскаленный уголь.
Цзян Юй усмехнулся: да он просто трус.
В следующий миг Цзян Юй нахмурился: когда это парень успел перебраться к нему?
И тут, когда все затаили дыхание в мучительном страхе, из темноты раздалось мяуканье, и перед глазами появилась черная кошка.
После запредельного напряжения мозг на миг опустел, и, пожалуй, каждый испытал облегчение человека, чудом избегнувшего смерти — к счастью, это всего лишь кошка.
Ли Янь подползла вперед и вцепилась в прибежавшее к ней животное мертвой хваткой. — Дянь-дянь, где ты пропадал?
Кошка принялась вылизывать руки Ли Янь, и ее теплое прикосновение принесло успокоение.
— Проклятая кошка, — Вэй Бинь смахнул пот со лба и мрачно принялся шарить по карманам в поисках телефона.
Вторая половина ночи прошла спокойно, но сомкнуть глаза не осмелился никто.
Сквозь стеклянную дверь пробился бледный свет — наступило утро. Хотя все выглядели изможденными до предела, в их глазах поубавилось паники: день не так опасен, как ночь, и это понимание заложено на уровне инстинктов.
— Действуем как вчера, разбредаемся в разные стороны, — обведя всех покрасневшими глазами, произнес Вэй Бинь.
Цзян Юй был не против — он по-прежнему не имел ни малейшего плана и собирался двигаться куда глаза глядят.
На этот раз Цинь Цай не пошла за Вэй Бинем, а молча шагнула к Цзян Юю и остановилась напротив, показывая, что ее выбор сегодня изменился. При этом никто не обратил внимания на Шао Цзэ, чье присутствие всегда было незаметным.
Цзян Юй против воли бросил на него взгляд, гадая про себя: а вдруг испытание в этом свитке связано именно с этим парнем?
— Что делать, если мы так ничего и не найдем? — пробормотал Чэнь Ипин с синими тенями под глазами. — Рано или поздно мы с голоду помрем.
Растрепанная Ли Янь прижимала к себе кошку — уходить нельзя, ведь У Гоцян погиб как раз на дороге к спасению.
— Тогда можете остаться здесь и разводить кошек, — Вэй Бинь, открывавший стеклянную дверь, внезапно замер.
Лица шедших позади тоже перекосило.
Снаружи стоял человек, повернувшись к ним спиной. Его фигура и знакомая одежда заставили каждого в ужасе отшатнуться назад.
Среди бела дня не ощущалось ни капли тепла, вокруг веяло леденящим душу холодом, и даже у Цзян Юя волоски на теле встали дыбом.
http://bllate.org/book/25413/3029642
Готово:
