Летнее солнце лениво и неторопливо лилось сверху, заливая лесную чащу ленивым светом. Сяо Мин курил трубку, подложив одну руку под голову и развалившись на ветке дерева. Уголок его глаза заметил, как из дупла показалась крошечная мордочка. Сперва она крайне настороженно огляделась по сторонам, убедившись в отсутствии опасности, а затем осторожно вылезла наружу и покатилась вперёд, точно пушистый комок.
Сяо Мин приподнял бровь: похоже, это легендарная белка. Размером она была примерно с виденных им прежде мутировавших крыс, но столь крошечных белок он ещё отродясь не встречал. На самом деле он и не подозревал, что эта белка уже считается весьма упитанной.
Распустив духовную силу, Сяо Мин сосредоточил на ней всё внимание. Эта маленькая белка излучала живой ум, сильно отличаясь от всех животных, что ему доводилось видеть раньше. Плутая из стороны в сторону, белка всё кружила вокруг зарослей колючего кустарника. Сяо Мин криво усмехнулся: хитрый зверёк.
Долгое время спустя малышка снова подняла голову, огляделась по сторонам, а затем шустро нырнула в самую гущу колючек, проскользнула сквозь низкий кустарник и наконец оказалась перед деревом, сплошь усыпанным маленькими красными плодами.
Дух Сяо Мина встрепенулся, он сорвался с места вперёд, глубоко вздохнул и сразу же уловил знакомый, манящий запах. В этих мелких плодках таилась точно такая же энергия, как и в мутировавших фруктах. Глядя на то, как зверёк радостно резвится под деревом, Сяо Мин подумал: неужели это та самая легендарная белка-кладоискатель?
Одним мгновением он схватил малыша за хвост, приподнял и слегка качнул:
— Неплохо, неплохо, мясо плотное, оставлю на черный день.
Белочка тут же окостенела и закрыла глаза, притворяясь мёртвой. Пождав добрую малую долю времени и не дождавшись, пока Сяо Мин её отпустит, она снова открыла глаза, прижала передние лапки к груди и принялась строить умильные глазки, но Сяо Мин лишь с живым интересом разглядывал её.
— Зажарить в масле? Приготовить на пару? А может, просто сварить миску мясного супа?
Шерсть у белки встала дыбом, она повращала глазами, сунула лапку в рот и, с трудом шаря внутри, выудила маленький красный плод, протянув его Сяо Мину. Её влажные глазки умоляюще смотрели на него.
Сяо Мин с брезгливым видом взглянул на испачканный слюной плод, вскочил на дерево, сорвал одну ягоду и закинул в рот. Густая волна энергии заставила его блаженно прищуриться и немного расслабиться. Воспользовавшись моментом, белка выскользнула из рук и в мгновение ока скрылась из виду.
Сяо Мин злодейски усмехнулся, не спеша пускаться в погоню. Когда зверёк уже почти выбежал за пределы зоны сканирования духовной силы, он снова настиг его единым рывком и ухватил за шею.
Малышка снова закрыла глаза и притворилась мёртвой, но стоило Сяо Мину разжать пальцы, чтобы сорвать плод, как она с пронзительным свистом бросилась наутёк. И едва она решила, что наконец-то в безопасности, как её снова ухватили за загривок…
После дюжины подобных метаний туда-сюда белка наконец выбилась из сил и с недовольным видом растянулась рядом с Сяо Мином, лениво принявшись грызть ягоду.
Видимо, от обилия съеденных мутировавших фруктов даже животные способны обрести разум. Успокоив сердце, Сяо Мин погрузился в медитацию и принялся медленно поглощать энергию.
Когда солнце уже клонилось к закату, Сяо Мин вместе с бельчонок вернулся в усадьбу. В зале Пьянящего Ветра управляющий Линь расставил с людьми целый стол сладостей. Заметив Сяо Мина, он сложил руки в приветственном жесте:
— Заместитель главы, вам велели передать угощение. В прошлые дни вам пришлось самому ходить за ними на кухню — это недосмотр старого слуги.
— Ничего страшного, дядя Линь. Знаешь ли, если просто сидеть и ждать, то ни любовь, ни сладости сами собой не появятся, — Сяо Мин с улыбкой отмахнулся, всем видом показывая крайнюю беспечность, и бросил в рот одно пирожное. — Раньше я был слишком застенчив. Уж коли ты мужчина, надо действовать напролом.
Заметив сладости, сидевший у него на руках зверёк загорелся глазами и отчаянно забарахтался, пытаясь забраться на стол, и Сяо Мин тут же подбросил его вперёд.
Лицо управляющего Линя мгновенно побагровело, и он бросил на него многозначительный косой взгляд:
— В последнее время на кухне то и дело что-то пропадает, отчего все только и делают, что тревожатся. Ещё бы: стоит стряпчим подать свежие сладости к столу, как в мгновение ока от них не остается и следа, и вся работа людей идёт насмарку. Остается лишь надеяться, что этот мелкий воришка поумерит аппетит, а то старику совсем покоя нет.
— Разве в жизни пустые хлопоты не обычное дело? Если вечно из-за всего переживать, этому не будет конца, — Сяо Мин откусил кусочек пирожного. — Воровство — прямая обязанность вора, нельзя же лишать людей средств к существованию, верно? Дядя Линь, нужно быть шире душой, только так и можно завоевать благосклонность красавиц.
Пока длился этот разговор, белка уже прикончила целое блюдо и теперь усердно зарывалась мордочкой в тарелку, вылизывая остатки. Сяо Мин постучал по пустому блюду трубкой:
— Как называется это угощение?
— Цзаонигао, — управляющий Линь забрал пустое блюдо, с любопытством окинув взглядом странного зверька. Он никогда прежде не слыхал о белках-сладкоежках, да и к тому же, не слишком ли эта белка раскормлена?
Сяо Мин ухватил белку за загривок и с улыбкой уставился на её испачканную крошками мордашку:
— Отныне тебя будут звать Цзаонигао, понял?
Бельчонок прижал передние лапки к груди и под этим пронзительным взглядом с трудом кивнул. На мгновение лицо Сяо Мина озарилось ласковой, мягкой улыбкой, и он похлопал зверька по носу:
— Хороший мальчик, хороший мальчик.
Стоило ему ослабить хватку, как белка кубарем скатилась далеко в сторону и, свернувшись тугим клумком, задрожала от страха: этот человек просто ужасен! Погладив свой круглый животик, она оптимистично подумала: быть может, проснувшись после сна, этот негодяй снова переименует её?
Управляющий Линь бросил взгляд на сообразительного зверька и осторожно предложил:
— Быть может, велеть обустроить маленькую кухню в Обители Слушающих Бамбук? Делить кухню с остальной прислугой вечно доставляет неудобства.Хорошо, нужно отобрать тех, кто повидал жизнь. В этом мире, где правят чудовища, сильный дух просто необходим, если хочешь выжить. — Взглянув на сладко спящую белку, он хмыкнул: неудивительно, что эта животина так отъелась. — Нужно еще обустроить для Цзаонигао гнездо.
Управляющий Линь молча закатил глаза. Чудовища? Что это вообще за бред?
Рано утром следующего дня Сяо Мин поднялся на задний склон горы и бросил Цзаонигао перед тем самым деревом с мутировавшими фруктами. Стоило белке обрести свободу, как она пустилась наутек, отчаянно пытаясь прорваться к своему старому убежищу. Разумеется, ее тут же схватили за загривок. На этот раз зверек окончательно сдался: он жалобно посмотрел на Сяо Мина и сложил передние лапки на груди, пытаясь вызвать умиление. Сяо Мин разжал пальцы, и малыш послушно остался на месте. Бросив ему мутировавший фрукт, Сяо Мин приступил к культивации.
Матушка Ху шла следом за управляющим Линем, тихо опустив голову. Лишь когда мужчина впереди остановился, она слегка приподняла взгляд, незаметно осматривая место, где ей предстояло жить и работать. Изысканный дворик, красивые древние деревья, цветы — место было прекрасным, но в нем совершенно не чувствовалось жизни. Это и была Обитель Слушающих Бамбук; она оказалась на удивление тихой и безлюдной.
Хотя ее называли матушкой Ху, на самом деле ей было всего тридцать. Она овдовела пять лет назад, и у нее остался семилетний сын. Ребенок был немного не в себе, тугодум, из-за чего его постоянно обижали мальчишки на кухне.
Когда рано утром управляющий Линь велел ей собирать вещи и переезжать в Обитель Слушающих Бамбук, она была поражена. Честно говоря, внешностью она не блистала, кулинарными талантами тоже не особо выделялась, да еще и этот проблемный сын... Она не понимала, чем приглянулась управляющему Линю. Лишь спустя долгое время матушка Ху узнает, что ее выбрали за привычку сохранять невозмутимое лицо — у нее был тот самый дар оставаться спокойной, даже если перед глазами обрушится гора Тайшань.
Вечером, едва войдя во двор, Сяо Мин почувствовал запах еды. Весь стол был заставлен блюдами, из которых он узнал только свинину в кисло-сладком соусе, салат из говяжьих субпродуктов и рыбу в остром масле. Сяо Мин швырнул Цзаонигао на стол, и тот сразу помчался к свинине — похоже, этот зверек был еще тем сладкоежкой.
Когда весь стол опустел, Сяо Мин с наслаждением погладил живот. У обладателей особых способностей был отменный аппетит, особенно у тех, кто специализировался на физической силе: они быстро проголодались и с трудом насыщались. Давненько он не чувствовал такого удовлетворения.
— Заместитель главы усадьбы, сегодня я привел двух слуг для работы на кухне, — управляющий Линь подождал, пока Сяо Мин отложит палочки, и шагнул вперед, указывая на людей. — Это кухарка, матушка Ху, именно она приготовила этот обед. А это старина Ду, он будет выполнять мелкие поручения.
Матушка Ху и старина Ду поклонились. Сяо Мин с улыбкой осмотрел их: матушка Ху была одета просто, выглядела опрятно и держалась спокойно, а у старины Ду был солидный живот и добродушное лицо.
Оба выглядели людьми сдержанными и надежными — сразу было видно, что знают свое дело.
— Еда сегодня была очень вкусной. У меня здесь нет особых правил, ведите себя проще. Обычно я буду предупреждать, если собираюсь пообедать дома, а если не вернусь — не нужно ничего готовить, не тратьте продукты зря.
Матушка Ху и старина Ду переглянулись. Они никак не ожидали, что легендарный заместитель главы, о котором ходили слухи как о человеке с несносным характером, окажется таким обычным. Похоже, молве верить нельзя. Но аппетит у него и вправду был выдающимся: блюд на столе хватило бы на четверых или пятерых человек. Они украдкой взглянули на худощавую фигуру Сяо Мина и невольно прониклись уважением.
Вернувшись в комнату, Сяо Мин обнаружил, что в углу уже появилось небольшое гнездо, и бросил в него своего питомца. Бедняга, только что сытый и довольный, уже клевавший носом, от такого грубого обращения перепугался, решив, что на него напали. Однако, подскочив на месте, он обнаружил, что новый бессовестный хозяин подбросил его в уютное, теплое и мягкое гнездышко. Ленивая и падкая на комфорт белка окончательно пала жертвой «сладкого плена» и навсегда оставила мысли о побеге.
Сяо Мин, разумеется, не вникал в сложные душевные терзания зверька. Он медленно курил, обдумывая план, как бы набрать себе верных людей.
Тем временем Цзаонигао пробрался в свое старое дупло, выкопал спрятанные запасы и принялся жадно набивать ими брюхо. То, что не поместилось, он спрятал обратно в защечные мешки, пока они не раздулись до предела.
Провозившись какое-то время, он так и не дождался, пока Сяо Мин придет его ловить. Зверек не выдержал и по своим следам вернулся обратно. Сяо Мин сидел в той же позе для медитации, ни на дюйм не сдвинувшись с места. Белка осторожно приблизилась, схватила лежащий на полу фрукт и бросилась наутек.
Сяо Мин медленно впитывал энергию мутировавшего фрукта. Истинная ци совершила несколько циклов по меридианам, и вскоре внизу живота разлился жар, словно от теплого пламени, наполняя всё тело приятным теплом.
Сяо Мин сосредоточился на дыхании, направляя энергию в даньтянь. Время шло, меридианы расширялись, по телу разливалась знакомая ноющая боль — тело преображалось. Мышцы натягивались, меридианы покалывало, будто иглами, и это продолжалось до тех пор, пока лоб не покрылся испариной. Сяо Мин почувствовал на коже липкий налет. Как только уровень культивации преодолевает нулевую отметку, духовная сила начинает свободно циркулировать по организму, очищая его от скверны и укрепляя тело.
Погрузившись в ручей, Сяо Мин просканировал тело с помощью духовной силы и внезапно «увидел» в своем мозгу чисто-белый кокон. Он попробовал коснуться его духовной силой, но тот даже не шелохнулся, словно был мертвым предметом.
Сяо Мин напряг память, но не нашел никаких воспоминаний об этом белом коконе. Похоже, это случилось еще до того, как он потерял память.
http://bllate.org/book/25417/3030051
Готово:
