Готовый перевод Living with My White Moonlight / Под сенью белой луны: Любовь в эпоху апокалипсиса: Глава 15

Видя, что мать сейчас его утащит, Чжу Ли вскрикнул, взывая к Чжоу Ланьюэ: Чжоу Ланьюэ… Чжоу Ланьюэ…

Чжу Ли одновременно попытался высвободить левую руку из цепкой хватки матери. Его рука, изящная и тонкая, была покрыта заметными царапинами, из которых сочились капли крови.

Сердце Чжоу Ланьюэ сжалось от боли. Он бросился вперед и перехватил ладонь Чжу Ли.

Мать свирепо взглянула на Чжоу Ланьюэ и с новой силой дернула сына, желая поскорее увести его от человека, ставшего искушением для её ребенка.

От этого рывка на рубашке Чжу Ли оторвались две пуговицы. Они с цоканьем упали на землю, открыв взору бледную, нежную кожу, сплошь усеянную следами от поцелуев — глубокими и поверхностными, оставленными в пылу недавней близости.

Эти отметины одна за другой врезались в глаза матери. Внезапно она обмякла, её лицо, испещренное морщинами, словно постарело в одно мгновение. Устало взглянув на Чжу Ли, она спросила: Чжу Ли, ты спал с этим человеком?

Хотя пальцы матери разжались, Чжу Ли не решился отнять свою руку, словно боялся, что одно лишь движение окончательно сокрушит её хрупкое состояние.

Вина переполняла его: Я… я…

Чжоу Ланьюэ сжал его руку еще крепче, по-прежнему храня молчание.

Ощущая тепло и силу, исходящие от ладони Чжоу Ланьюэ, Чжу Ли прямо посмотрел матери в глаза: Да, я состоял с ним в близости, и не один раз.

Голос матери охрип: Когда вы начали?

В прошлом месяце, — ответил Чжу Ли.

Неудивительно, что в последнее время ты казался таким странным: мог внезапно засмеяться во время еды, стал приходить домой всё позже и позже… — голос матери дрогнул. — Неужели ты каждый вечер проводил с этим человеком?

Чжу Ли честно кивнул: Мама, я люблю его.

Мать уже хотела что-то ответить, но тут подал голос молчавший до этого Чжоу Ланьюэ: Тетя Чжу, Чжу Ли любит меня, а я люблю его. Если не считать того, что мы оба мужчины и не можем иметь детей, наши отношения ничем не отличаются от отношений обычной семейной пары.

Ничем не отличаются? — мать горько усмехнулась. — Я двадцать три года растила сына, а ты сбил его с пути истинного, и у тебя хватает наглости говорить, что вы ничем не отличаетесь от обычной пары? Ты выглядишь вполне прилично, не ожидала, что у тебя настолько нет стыда.

Она перевела дух, и её тон стал мягче: Мужчина должен жениться на женщине, завести детей. Связь между двумя мужчинами — лишь минутная блажь. Вы еще молоды и в ослеплении думаете, что сможете прожить вместе всю жизнь, но брак без юридической защиты и любовь, не скрепленная детьми, никогда не будут долговечными.

Услышав это, Чжу Ли наконец вытянул левую руку из пальцев матери и твердо произнес: Нет, мама, ты ошибаешься. Ни я, ни Чжоу Ланьюэ не ищем лишь сиюминутной прихоти. Мы обязательно будем вместе долго.

Правда? — лицо матери осунулось, она махнула рукой. — Ну, тогда поступай как знаешь.

Сказав это, она подняла с земли пластиковый пакет, дрожащими руками дошла до мусорного бака и выбросила его. Пакет издал едва слышный шорох и замер.

Чжу Ли содрогнулся от этого звука. Он сделал шаг, желая догнать мать и вымолить прощения, но ясно осознавал, что она его не простит.

Он был единственным ребенком матери, её единственной надеждой после смерти отца, и сегодня он нанес ей сокрушительный удар.

Чжоу Ланьюэ… — Чжу Ли уткнулся в грудь Чжоу Ланьюэ и тихо заплакал.

Чжоу Ланьюэ мягко погладил его по голове и вздохнул: Чжу Ли, прости.

Влажные глаза Чжу Ли блестели. Он поднял голову, посмотрел на Чжоу Ланьюэ и прошептал: Чжоу Ланьюэ, это не твоя вина. Это я виноват, я виноват, я виноват…

Он повторял это снова и снова, пока Чжоу Ланьюэ не накрыл его губы поцелуем, заставив умолкнуть.

Чжоу Ланьюэ целовал его какое-то время, затем отстранился, стер слезы с лица Чжу Ли и нежно сказал: Чжу Ли, поехали домой, хорошо?

Хорошо, — еле слышно ответил Чжу Ли, снова всхлипывая. — Мама, это я виноват… Мама, я так виноват перед тобой, мама…

Видя, как по его рукам катятся слезы Чжу Ли, Чжоу Ланьюэ погладил его по затылку: Чжу Ли, давай я понесу тебя на спине?

Парк находился далеко от дома Чжоу Ланьюэ, к тому же они были в самом уединенном его уголке, так что никто не заметил их сцену.

Чжоу Ланьюэ хотел донести его до выхода из парка, чтобы поймать такси, но Чжу Ли коснулся его правой руки и отказался: Нет, твоя рука еще не зажила. А если будут осложнения?

Он потерся щекой о рубашку на груди Чжоу Ланьюэ, пытаясь успокоиться. Спустя долгое время он поднял голову и вымученно улыбнулся: Чжоу Ланьюэ, отвези меня домой.

Хорошо, я отвезу тебя домой. В наш дом. — Чжоу Ланьюэ взял Чжу Ли за руку, и они покинули парк.

Как только они вошли в квартиру, Чжу Ли сам потянулся к нему с поцелуем — резким и яростным, до крови раскусив Чжоу Ланьюэ верхнюю губу.

Чжоу Ланьюэ, прижатый спиной к двери, не сопротивлялся, лишь успокаивающе поглаживал Чжу Ли по пояснице.

Через некоторое время во рту у Чжу Ли появился горький привкус, а ноздри заполнил густой запах крови.

Придя в себя, он с виноватым видом принялся слизывать капли крови с разбитых губ Чжоу Ланьюэ: Тебе больно? Прости.

Ничего, не больно. Скоро всё заживет, — Чжоу Ланьюэ коснулся щеки Чжу Ли. — Ты устал, давай я уложу тебя спать?

Нет, — Чжу Ли резко покачал головой, обхватил Чжоу Ланьюэ за шею и оттолкнул его.

Заметив, что Чжу Ли тянется расстегнуть пуговицы на своей рубашке, Чжоу Ланьюэ перехватил его руки: Чжу Ли, что ты делаешь?

Чжу Ли привстал на цыпочки, прикусил мочку уха Чжоу Ланьюэ и прошептал: Чжоу Ланьюэ, обними меня.

Горячее дыхание Чжу Ли, подобно юркой змейке, разлилось по всему телу Чжоу Ланьюэ.

Тот понимал, что Чжу Ли пытается с помощью близости заглушить боль разрыва с матерью, а не просто хочет ласки, но всё же поддался, сорвал с него рубашку и склонился в поцелуе.

В моменты высшего напряжения Чжу Ли вцепился в плечи Чжоу Ланьюэ и закричал: Сильнее, сделай сильнее… пусть мне будет больно, пусть я буду кровоточить…

Видимо, через эту близость Чжу Ли пытался наказать себя за содеянное.

Чжоу Ланьюэ с нежностью поцеловал его веки: Чжу Ли, ты ни в чем не виноват.

Чжу Ли распахнул глаза, глядя на него, и прерывисто выдохнул: Прости.

Прости, что я хотел использовать тебя, чтобы унять свою вину.

Всё это время близость была наполнена нежностью, но Чжу Ли не переставал плакать.

После всего Чжоу Ланьюэ прижал его к себе. Утомленный рыданиями, Чжу Ли наконец уснул.

Чжоу Ланьюэ гладил его заплаканное лицо: Чжу Ли, я буду заботиться о тебе.

Прошел час после заката, когда Чжу Ли внезапно очнулся. Казалось, он на миг забыл, что произошло, и озадаченно смотрел на Чжоу Ланьюэ.

Спустя мгновение он прикусил губу: Чжоу Ланьюэ, ты помыл меня?

Чжоу Ланьюэ не спал крепко и сразу отреагировал на движение. Он поцеловал Чжу Ли в лоб и тихо рассмеялся: Ну, ты ведь мыл меня целый месяц, теперь моя очередь ухаживать за тобой.

Голос Чжоу Ланьюэ звучал легко, и Чжу Ли тоже улыбнулся: Тогда помой меня в течение месяца, Чжоу Ланьюэ.

Хорошо, Чжу Ли, — согласился тот.

Чжу Ли потянулся за поцелуем, и лишь когда их губы опухли, он медленно произнес: Чжоу Ланьюэ, мама не хочет меня больше знать.

Чжоу Ланьюэ прижал его голову к своему плечу: Чжу Ли, зови меня Ланьюэ.

Послушно, как ребенок, он прошептал: Ланьюэ.

Чжоу Ланьюэ погладил его по спине и мягко, как вода, сказал: Пройдет время, и твоя мама поймет, что наши чувства серьезны, что мы не ищем сиюминутной прихоти, как она считает. Тогда она нас простит.

Чжу Ли тихо ответил, закрывая глаза: Ланьюэ, я хочу поспать еще немного.

Хорошо, спи, я буду держать тебя. — Чжоу Ланьюэ заботливо подоткнул одеяло.

Да, не отпускай меня, Ланьюэ… У меня теперь остался только ты. Ланьюэ, я люблю тебя, люблю… — голос Чжу Ли становился всё тише, пока он не уснул.

Чжоу Ланьюэ обнял его, взглянул на призрачный лунный свет за окном и тоже провалился в сон.

http://bllate.org/book/25423/3031573