Готовый перевод All Acting, No Pants Interstellar / Актёр в звёздной пыли: Мой ручной дракон — император: Глава 11

Конечно, рогатая и хвостатая зверюшка, разумеется, не была змеей — просто этот дракончик оказался донельзя крошечным. Даже Бай Цзинь, подойдя вплотную, разглядел это далеко не сразу.

Крошечные рожки на голове создания едва не превосходили по размерам усики улитки. Четыре лапки, разумеется, тоже были крошечными — прикинув на глаз, Бай Цзинь заметил, что на каждой ровно по пять пальцев.

До того как Бай Цзинь подошел, бедняжка провалялся здесь неизвестно сколько времени, да вдобавок попал под ливень. Вымокнув в луже, он продрог до нитки и теперь выглядел поистине жалко. Бай Цзинь слегка потрогал пальцем драконью голову и неторопливо произнес:

— Разве вы, драконы, не водные создания, способные даже вызывать дождь? С чего бы это тебе так жалко выглядеть из-за обычной непогоды?

Его тон балансировал на грани насмешки, но не был ею до конца. В этой легкой непринужденности сквозило то ли озорство, то ли неподдельное любопытство; движения казались уверенными, но в то же время бережными. Чжоу Цзиньюй и Чжэн Синлинь раньше видели его либо прикидывающимся паинькой в Отделе перевоспитания, либо держащимся с мудростью просветленного мастера перед своими родителями, либо с полуусмешкой на лице, когда он их лупил. Где бы они еще увидели его таким?

Однако в таком облике Бай Цзинь казался куда более живым и настоящим — пожалуй, именно это и было его истинное лицо.

— Что это за золотистая змейка такая, совсем на змею не похожая? Откуда она вообще взялась? — шепотом спросил Чжоу Цзиньюй у заклятого врага, раз уж их босс проявил к находке столько внимания.

Откуда же Чжэн Синлиню было знать? Бросив взгляд на Чжоу Цзиньюя, он напустил на себя важный вид и промолчал, изо всех сил пытаясь скрыть собственное невежество.

Но Бай Цзинь поднял на них глаза и произнес:

— Это дракон.

Услышав это, Чжоу Цзиньюй и Чжэн Синлинь дружно ахнули:

— Из мифов и легенд? Сбылся сюжет сказок?

Все это осталось в эпохе Древней Земли. После того как человечество вступило в звездную эру, многие пласты культуры оказались утеряны. То, что удалось сберечь, нельзя было назвать исчезающе малым, но и богатым наследием это не являлось. С годами всё это бережно охраняли, но утраченное уже было не вернуть.

Поэтому о драконах они знали самую малость: лишь то, что те отличаются исключительной плодовитостью и неравнодушны ко всему сверкающему.

Чжоу Цзиньюй напряг всю память в попытке выудить хоть какие-то познания, но Чжэн Синлинь тут же поспешил сбить с него спесь:

— К златолюбию склонны западные драконы, а восточные вроде бы…

Бай Цзинь не обращал на них внимания: подобрав дракончика, он зашагал обратно. Чжоу Цзиньюй с напарником поспешили следом, терзаемые смесью трепета и растерянности. Неужели это и вправду дракон? Им посчастливилось воочию увидеть настоящего дракона?

Их босс действительно был человеком выдающимся — надо же, стоило пойти за ним, и сразу довелось повстречать дракона!

Словно в тумане, они вдруг сообразили:

— Босс, а откуда вы узнали, что здесь… дракон?

— Разумеется, благодаря телепатии.

Бай Цзинь выглядел довольным. Направляясь к летательному аппарату, он дорогой бессознательно продолжал то поглаживать, то массировать маленького дракона.

Он был уверен, что в какой-то из прошлых жизней точно встречал драконов, и, судя по всему, даже держал одного в качестве питомца — иначе откуда у него взялась столь естественная привычка тискать чешуйчатых?

Жаль только…

Жаль, что при каждом переселении накопленный багаж знаний оставался при нем, а вот личные связи стирались из памяти.

Впрочем, стоило Духу Кактуса, прожившему невесть сколько сотен лет, предаться этой мысли хотя бы на секунду, как он тут же рассудил по-иному: ему довелось сменить столько воплощений, и если бы он помнил их все, то даже мощнейшего духовного сознания не хватило бы на этот груз воспоминаний. Пожалуй, лучше помнить поменьше — так на душе спокойнее.

Чжоу Цзиньюй и Чжэн Синлинь, разумеется, поплелись за ним, убрали зонты, забрались в летательный аппарат и вновь вышли на воздушную трассу.

Поллет снова шел на автопилоте, поскольку оба то и дело бросали косые взгляды на Бай Цзиня и крошечного дракона у него на ладони.

В их головах крутилась лишь одна фраза: «Благодаря телепатии».

Бай Цзинь с довольной улыбкой поглаживал дракончика и про себя думал: какая там к черту телепатия. Знал он обо всем, конечно же, потому, что его духовное сознание находилось на недосягаемой высоте — он просто уловил неполадку в потоках духовной энергии неподалеку, да к тому же отчетливо учуял запах крови.

То, что дракон потерял сознание, разумеется, не имело ничего общего с дождем, на который он только что ссылался: малыш получил внутренние повреждения.

Что же до запаха крови… скорее всего, тот либо сам харкал кровью, либо испачкался в крови врагов, а начавшийся ливень лишь смыл лишнее, но не смог заглушить въевшийся аромат, благодаря чему Бай Цзинь его и обнаружил.

Добравшись до места, Бай Цзинь спрыгнул на землю и мимоходом махнул обоим рукой:

— Не буду вас задерживать, ступайте.

Чжоу Цзиньюй и Чжэн Синлинь тоже взмахнули руками, прокричали «До встречи, босс!», и лишь когда его фигура скрылась за дверью, повернулись друг к другу.

Эти двое при любой встрече вечно пикировались или мерялись силами, но сейчас между ними впервые промелькнула тень товарищества. Увидь это Отец Чжоу и отец Чжэн, они бы наверняка прослезились от умиления.

— Это ведь и правда был дракон? — спросил Чжоу Цзиньюй.

— Наверное… да! — неуверенно отозвался Чжэн Синлинь. — Боссу-то смысла нет нас обманывать!

— Может, ему просто показалось забавным нас разыграть? — предположил Чжоу Цзиньюй.

После этих слов Чжэн Синлинь и вовсе потерял уверенность. Характер их босса… вполне мог выкинуть и не такое.

Поразмыслив, он произнес:

— Как бы то ни было, никому об этом ни слова.

— Пф, — Чжоу Цзиньюй откинулся на спинку кресла. — Думаешь, я дурак? Нашел кого поучать.

Стоило им заикнуться о чем-то не том, как они тут же едва не сцепились снова.

Тем временем Бай Цзинь, вернувшись домой, первым делом проверил чистоту. Обнаружив, что бытовые роботы этой эпохи работают на удивление исправно и в комнатах нет ни пылинки, он остался крайне доволен. Зайдя в ванную, он наложил на себя Заклинание Очищения, после чего наполнил ванну горячей водой и погрузился в нее.

Маленького дракона, разумеется, он тоже опустил в воду. Стоило тому коснуться горячей воды, как его крошечное тельце распрямилось, и он безмятежно заскользил по поверхности.

Он действительно был донельзя мал — толщиной всего с указательный палец и чуть длиннее обычного китайского палочки для еды.

***

Над Отделом перевоспитания стояло Управление Специального Назначения, основанное после появления Планеты Самосовершенствования. Пятый филиал располагался на Звезде Фэйлуань, представляя собой Пятое управление во главе с министром по фамилии Чжэн. Старший молодой господин Дуань прибыл сюда со Столичной планеты всего на месяц по служебной надобности.

Вообще-то он должен был вернуться еще вчера, но поскольку в предыдущие дни несколько раз фиксировал всплески Духовной энергии (Ци), так и не сумев выяснить их источник, он не решался уехать со спокойной совестью. Вот уже шесть дней подряд, стоило ему уловить колебания энергии, он принимался вдумчиво их анализировать, однако мог лишь с уверенностью утверждать, что обладатель силы находится в этом самом здании, а вот где именно — оставалось загадкой.

Лишь сегодня забрезжила какая-то ясность.

Причем зацепку обнаружил не он сам, а дежурившие круглые сутки без сна и отдыха сотрудники Управления Специального Назначения, всмотревшиеся в записи камер наблюдения.

— Мы заметили, что этот человек всякий раз падает, проходя мимо одного и того же места, — доложил секретарь Гэн Чжи. — С того момента, как вы зафиксировали всплески духовной энергии, он ходил туда пять раз — и все пять раз падал. Причем время… каждый раз точно совпадало с моментами ваших тревог.

Что любопытно:

— На полу ничего не было, покрытие совершенно гладкое.

Случайное падение на ровном месте — вещь хоть и глупая, но поручиться, что сам никогда подобным не страдал или не оплошаешь в будущем, не сможет никто. Однако упасть ровно пять раз за столь короткий срок — это уже наводило на размышления…

— Кроме того, — продолжил Гэн Чжи, — там была женщина. Она шла слишком быстро, едва не упала, но в последний момент ее будто что-то поддержало…

Этот случай выявить оказалось куда сложнее предыдущего: если бы не целенахправленный поиск и просмотр одной и той же записи добрый не один десяток раз, заметить подвох было бы невозможно.

— Несколько наших сотрудников попытались повторить подобное: удержать равновесие в таком положении обычный человек не способен, если только он не прошел специальную подготовку и не показывает выдающиеся результаты. А сотрудники Отдела перевоспитания в этом плане традиционно самые слабые, среди них просто не может быть подобных талантов. И эта женщина, разумеется, тоже к ним не относится.

Министр Чжэн несколько раз прокрутил видео туда-сюда, после чего перевел взгляд на Дуань Цзинжаня:

— Что думаешь?

Поразмыслив мгновение, Дуань Цзинжань ответил:

— Хотя я всегда скептически относился к вашему определению обитателей Мира Совершенствования как дикарей, там действительно все решается грубой силой, и в их манере поведения отчетливо прослеживается привычка чуть что — пускать в ход кулаки. Столь мягкие методы воздействия на их стиль совсем не похожи.

Указав на женщину, которую Бай Цзинь поддержал с помощью духовной энергии, он спросил:

— Что она говорит?

— Она ничего не знает. Когда мы завели об этом речь, ей пришлось долго вспоминать, — немедленно отрапортовал Гэн Чжи. — Похоже, она не лжет: она искренне считает, что в том падении не было ничего особенного, и списывает всё на собственную быструю реакцию.

Старший молодой господин Дуань поинтересовался:

— А что насчет второго?

При упоминании об этом человеке Гэн Чжи нахмурился. Заметив его реакцию, министр Чжэн тут же спросил:

— С ним что-то не так?

— Сам по себе он чист, но он указывает на другого.

Гэн Чжи открыл второе досье:

— Бай Цзинь. Мать — культиватор, отец — уроженец Звезды Фэйлуань. Бай Нинтао утверждает, что именно этот Бай Цзинь затаил на него злобу и подстроил его падения.

Закончив, Гэн Чжи вкратце пересказал отзывы остальных сотрудников Отдела перевоспитания о Бай Цзине, единодушно отзывавшихся о нем в положительном ключе, а также упомянул о попытках Бай Нинтао присвоить наследство покойного отца Бай Цзиня. И добавил:

— К тому же, согласно архивам, мать Бай Цзиня рожала естественным путем, но из-за старых ран спасти ее тогда не удалось — она входит в число редких в звездную эру людей, погибших при родах.

Старший молодой господин Дуань насмешливо хмыкнул:

— Выходит, его мать умерла сразу после его появления на свет, а Бай Нинтао пытается использовать это как доказательство того, что парень — культиватор?

Гэн Чжи и сам находил это нелепым: скорее всего, Бай Нинтао, не сумев завладеть чужим имуществом, пустился в бредовые обвинения, пытаясь навредить человеку. Именно поэтому он поначалу и нахмурился, поднимая этот вопрос. Но в любом случае любое обвинение требует доказательств — мало ли что им кажется или не кажется субъективно, так что докладывать об этом было нужно.

Министр Чжэн, отличавшийся суровым нравом, тут же грозно округлил глаза:

— Как человек с подобными моральными устоями вообще умудряется работать в таком бастионе справедливости, как Отдел перевоспитания?

Услышав это, Гэн Чжи понял, что Бай Нинтао, судя по всему, ждет увольнение — впрочем, поделом. Жаль только человека, порекомендовавшего его на пост заместителя командира: тому наверняка тоже вледет нагоняй. Кто же знал, что под безупречной внешней личиной скрывается столь черная душа?

— Но раз уж зашла речь, этого паренька стоит повидать лично, — министр Чжэн бросил взгляд на экран, где Бай Цзинь с благопристойным видом и правильными жизненными устоями честно и бескомпромиссно отказывался от сокращения срока наказания, и невольно проникся к нему симпатией. — Только соблюдайте осторожность в общении, пока во всем не разобрались — не пугайте ребенка.

Дуань Цзинжань улыбнулся:

— Надо же, вы способны проникнуться симпатией к подростку такого возраста.

Министр Чжэн бросил на него сердитый взгляд, снова посмотрел на «Бай Цзиня» и произнес:

— В наше время юношей со столь зрелым идейным осознанием сыщешь немного.

Старые кадры старшего поколения больше всего на свете ценили именно таких послушных, славных и рассудительных детей, как Бай Цзинь. А главное — способных признать свои ошибки и готовых понести наказание. При таком раскладе его мелкие прошлые прегрешения не имели особого значения, впредь будет урок.

Старший молодой господин Дуань усмехнулся:

— Ладно, я пойду взгляну на него лично. Обещаю, не испугаю.

Не успел он договорить, как браслет-коммуникатор на его запястье замигал, исторгая пронзительный сигнал тревоги. Старший молодой господин Дуань вздрогнул, на его лице мгновенно исчезло привычное мягкое выражение. Как правило, использование этого канала связи означало чрезвычайную ситуацию наивысшего уровня — значит, случилось нечто из ряда вон выходящее…

Он торопливо активировал устройство и прочитал сообщение:

— Маршал Ци подвергся нападению, получил тяжелые ранения и пропал без вести неподалеку от вашего сектора. Срочно разыскать!!!

http://bllate.org/book/25434/3032606