Готовый перевод Interstellar First-Rate Lawyer / Звёздный адвокат высшей категории: Глава 3

— Снова не расторгать договор?

— ……

Хотя Гу Янь уже машинально отвечал на сообщения в оптическом комме и вовсе не хотел отвечать на подобный вопрос, это холодное молчание было лишь иной формой кивка.

Янь Сюйчжи в этот момент окончательно потерял способность понимать происходящее: он до того разозлился, что смотреть на меня не хочет, и при этом не прогоняет? Не прогоняет, так ещё и деньги даёт? Послушайте, молодой человек, вы случайно не лунатиком страдали?

— Гу, честно говоря, мне кажется, что ты сегодня сам не свой, — Физз озвучила мысли Янь Сюйчжи вслух.

Разумеется, только на этой фразе всё и закончилось, потому что в следующую секунду Физз с улыбкой добавила:

— Но ты чертовски нравишься мне! Если действительно прогнать его, будет трудно что-то исправить. В конце концов, у нас с Университетом Меца заключено соглашение, и при внезапном увольнении стажёра потребуется приложить целую гору бумаг. У меня в последнее время от всех этих экранов и букв кружится голова, а от одного вида документов начинают болеть сердце, печень, селезёнка и почки.

Адвокат Гу, молчавший полдня, наконец ответил:

— У меня кружится голова от стажёров.

Физз: «……»

Янь Сюйчжи: «……»

— Ладно, как бы то ни там ни было, сегодня в тебе чувствуется столько человеческого тепла, — расточая похвалы, Физз совершенно потеряла всякое чувство меры. — Жань наверняка считает так же?

С этими словами она повернулась к Янь Сюйчжи.

Жань? Кто это?

Профессор Янь вежливо улыбнулся и выдержал пятисекундный зрительный контакт.

В течение этих пяти секунд весь кабинет был наполнен удушающим молчанием. Высокий каблук Физз снова едва не сломался.

Пять секунд спустя Янь Сюйчжи наконец вспомнил о вымышленном имени, которое ему кто-то присвоил, — Жань Е.

Жань, Е, — если произнести любой из этих иероглифов по отдельности, получается до странного…

Янь Сюйчжи мысленно заменил «Жань» и произнёс:

— За тот час я наговорил много неподобающих вещей, и мне так неловко, что я уже не решаюсь заговорить.

— Ничего страшного, новички всегда совершают мелкие ошибки, было бы странно, если бы они их не делали…

Мисс Физз долго ходила вокруг да около, рассуждая о небрежности, промахах и прощении, словно пытаясь зайти издалека. В конце концов, даже погруженный в чтение документов Гу Янь не выдержал, поднял глаза и произнёс:

— Так когда же ты переведёшь этого стажёра к Морру?

Физз кашлянула:

— Я как раз издалека и заходила, чтобы поговорить об этом.

— Мм?

— Не могу перевести.

— ……Причина?

— У меня рука лёгкая, его справка о прибытии уже прошла все процедуры и закреплена за тобой, Ассоциация адвокатов всё проверила, перевести невозможно. — Физз бросила на него косой взгляд.

Гу Янь:

— То есть из того, о чём я просил, ты не выполнила ни единой вещи?

— Нет, вообще-то одну вещь я выполнила, — откликнулась Физз. — Я оформила аванс по зарплате.

Едва она договорила, как на финансовой карте Янь Сюйчжи раздался звенящий звуковой сигнал.

Надо же было такому случиться: это умное устройство оказалось у него в руках всего несколько дней, он ещё ничего не настраивал, и стоял режим по умолчанию. Поэтому все услышали, как чистый электронный синтезированный голос отчетливо произнёс:

Поступило средств: 4680 си.

Тип: аванс по зарплате.

Счёт-источник: карта служебных активов Гу Яня.

Исполнитель: Эйлин Физз.

Баланс: 5022 си.

Янь Сюйчжи: «……»

Оставалось только признать, что оперативность адвокатского бюро Южный Крест в таких ситуациях просто пугает.

Вы даже не удостоились выяснить обстановку, а уже начали расплачиваться?

Причём расплачиваться деньгами Гу Яня.

В кабинете снова воцарилась мёртвая тишина. На мгновение стало трудно сказать, какая фраза в этом уведомлении заставляет сомневаться в разуме умных устройств сильнее.

Спустя мгновение Физз повернулась и посмотрела на Янь Сюйчжи невероятным взглядом:

— Если бы не аванс, на твоём счету осталось бы всего чуть больше 300 си? И как бы ты жил?

Даже Гу Янь, который упорно на него не смотрел, перевёл взгляд в его сторону.

Янь Сюйчжи пожал плечами и с беззаботной улыбкой произнёс:

— К счастью, реальность — это не «если».

Возможно, его баланс оказался настолько устрашающим, что это шокировало даже Гу Яня. Утренний шумный инцидент с «расторжением контракта» в итоге сошёл на нет сам собой. Янь Сюйчжи официально обосновался в кабинете адвоката Гу, получив признание и молчаливое согласие хозяина кабинета.

Гу Янь больше не обращал на него внимания, погрузившись в работу так, что земля горела под ногами. Попутно он выкроил минутку, чтобы связаться с административным помощником этажом ниже и дать кое-какие поручения, а затем принял звонок и покинул кабинет. Перед уходом он без всяких церемоний скинул Янь Сюйчжи оптом всю документацию по делам за последние пять лет.

Подобное, пожалуй, было первоначальной задачей, с которой сталкивался любой стажёр — разбор архива. В своё время Янь Сюйчжи тоже поручал другим эту работу, так что был с ней прекрасно знаком. Честно говоря, подобный труд отличался огромными объемами, однообразием и способен был посадить зрение, изрядно выматывая душу.

Но Янь Сюйчжи был только рад. Зачем он проникал в адвокатское бюро Южный Крест под видом стажёра? Как раз ради этой работы, от которой никому не удавалось отвертеться. Теперь он мог совершенно легально изучить все детали дела о взрыве, разворачивавшиеся до и после происшествия.

Оптический комм Янь Сюйчжи выплевывал голографические страницы больше часа — как раз до самого обеденного перерыва. Перед тем как эти голографические файлы автоматически свернулись, их стопка была настолько высока, что могла заживо похоронить его вместе со всем письменным столом.

В конце концов, пока другой стажёр по имени Рок — тот самый парень со светлыми волосами — не заглянул спросить, идет ли он обедать, этот комм так бы и не умолк.

— Боже мой, столько? — изумился Рок. — И всё это дела, которые вёл адвокат Гу?

— Не знаю, еще не вглядывался.

Янь Сюйчжи заставил файлы свернуться, и стопка за стопкой мгновенно превратились в тонкие плоские листы, потеряв прежнюю устрашающую массивность.

— Чрезмерный реализм — это тоже нехорошо, — заметил Рок. — Тебе не сказали, к какому сроку нужно всё разобрать? Почему ты выглядишь таким довольным?

Потому что наконец-то удастся взглянуть на собственную «причину смерти».

Впрочем, если высказать это вслух, Рок, пожалуй, испугается, поэтому Янь Сюйчжи с заботливым видом выдумал другую причину:

— Потому что наконец-то удастся поесть.

Они с Роком вышли из кабинета и столкнулись с остальными стажёрами. Недолго думая, вся компания направилась в ресторан неподалеку от бюро.

— Цените редкие дни, когда можно нормально поесть, — с улыбкой произнесла девушка по имени Филлида. — Когда начнётся настоящая работа, мне больше не придется худеть по собственной инициативе.

Едва она договорила, как другая стажёрка, Анна, посмотрела на Янь Сюйчжи:

— Жань? Почему ты ешь даже меньше нас двоих?

У Янь Сюйчжи была профессиональная болезнь, которой часто страдают адвокаты — нелады с желудком. Эта напасть из разряда докучливых: большой беды не предвещает, и если совсем довести желудок до ручки, можно просто сделать медицинскую операцию и поставить новый искусственный орган, смертельной угрозы тут нет. Но и мелочью её не назовёшь — в конце концов, не будешь же постоянно менять желудки, а есть нужно каждый день, и каждый раз приходится проявлять осторожность, чтобы приём пищи не превратился в сплошное мучение.

В последнее время Янь Сюйчжи приходилось следить за этим с особой тщательностью, ведь он полгода нормально не питался, и организм пока не мог усвоить много еды.

Однако он не любил распространяться о подобных пустяковых хворях, поэтому лишь неторопливо прожевал пищу, сделал глоток теплой воды и улыбнулся им:

— Вернусь — предстоит разбирать горы документов, так что переедать не стоит.

Вырвет ещё.

Рок, как раз отправлявший в рот вторую порцию, поперхнулся пастой и зашелся кашлем.

В разгар обеда Янь Сюйчжи внезапно получил сообщение.

От апартаментов, где он жил. Тот человек, который его спас, арендовал эту квартиру, используя вымышленные личные данные и коммуникационный номер самого Янь Сюйчжи, не оставив ни единого следа.

Содержание было кратким — всего две фразы. Стоило Янь Сюйчжи бросить на них взгляд, как кусок застрял в горле: в сообщении уведомлялось, что срок аренды истекает завтра, и если он хочет продолжить проживание, необходимо внести предоплату.

За полгода вперёд.

«……»

Профессор Янь впервые за столько лет до глубины души сокрушался из-за денег. Ему казалось, что он ещё не успел приняться за архивные дела, а его уже тошнит.

В сообщении также говорилось, что чуть позже поступит вызов для подтверждения по голосовой связи.

Пять минут спустя на коммуникатор Янь Сюйчжи неожиданно поступил вызов с незнакомого номера. Разумеется, это были из конторы по аренде жилья.

Он принял вызов и с натянутой улыбкой произнёс:

— Прошу прощения, продлевать аренду не буду.

Денег нет, какая к черту аренда.

На том конце связи помолчали несколько секунд, после чего, не сказав ни слова, просто сбросили вызов.

«……» Янь Сюйчжи был совершенно сбит с толку. Разве у службы поддержки апартаментов бывает такая манера общения?!

Командировка (часть 1)

— Что? Срок аренды истекает? — Рок с трудом проглотил последнюю вилку макарон и невнятно бормотал: — И правда, когда я встретил тебя сегодня утром, у меня возникло ощущение, что мы незнакомы. Ты ведь редко бываешь в университете, да?

Янь Сюйчжи кивнул:

— И правда редко.

В Университете Меца имелся Зал славы. Будучи старейшим элитным учебным заведением, он закономерно взрастил целую плеяду выдающихся выпускников, и чьё бы имя ни было внесено в Зал славы и вписано в историю университета, само по себе это являлось величайшей честью.

Фотография Янь Сюйчжи была помещена в Зал славы юридического факультета ещё несколько лет назад. Окруженный сонмом людей среднего и пожилого возраста, он выглядел донельзя экзотично и своеобычно. Без сомнения, он был самым молодым обитателем этого Зала славы…

И самым ранним покойником.

Теперь эта фотография, пожалуй, уже перенесена в «Зал славы усопших», где все желающие могут почтить его память.

Об этом не стоило думать лишний раз: стоило лишь мысленно вернуться к этому, как у него тут же начинал болеть желудок.

Короче говоря, будучи членом Зала славы, он прожил яркую и невероятно насыщенную событиями жизнь. Хотя он носил гордое звание «декана» и располагал просторным кабинетом, который мог обустроить по своему вкусу, в реальности он проводил в стенах Университета Меца не так уж много времени.

Обычно он задерживался там всего на несколько дней лишь тогда, когда в университете или на факультете случались важные дела, попутно выкраивая немного времени на то, чтобы довести студентов до белого каления.

Довести до белого каления одного конкретного студента.

В периоды отсутствия в университете он также не засиживался в адвокатском бюро Южного Лу, и уж тем временем реже бывал в собственном доме.

С этим делом даже был связан один курьезный случай —

Шесть лет назад, во время масштабной реформы в Декаме, все личные дела подлежали повторной регистрации и подтверждению. Конечно, эти досье не нужно было заполнять вручную по буквам, как в былые времена: в основном всё генерировалось автоматически на основе использования финансовых карт и прочих данных, требовалось лишь бросить взгляд и поставить личную подпись.

В досье значился пункт под названием «обычное место жительства». Система автоматически вычисляла его на основе длительности и частоты вашего пребывания в том или ином районе.

Когда Янь Сюйчжи отправился в архивное ведомство для подтверждения, графа «обычное место жительства» запестрела строчками, пока в конце концов на экране не выскочили пять иероглифов:

Междугородный челнок.

Молоденькая девушка-архивист тогда едва не свалилась со стула от смеха.

Никакое изящное выражение лица не могло скрыть позеленевшую физиономию «летуна» профессора Яня.

Впрочем, насколько бы зелёной она ни была тогда, сейчас его лицо выглядело ещё более несчастным.

Янь Сюйчжи снял ушную клипсу, принявшись рассеянно крутить её в пальцах, и снова молча взглянул на сообщение от арендодателя.

Завтра истекал срок аренды, а это означало, что съезжать придется сегодня же. Впрочем, всё его имущество помещалось в кармане пальто, так что перевозить было нечего. Главная проблема заключалась в том, чтобы найти новое пристанище…

На счету ровно 5022 си, за вычетом расходов на еду и транспорт — и где на это что-то снимешь?

— Не нашёл новое место? — с догадкой в голосе спросила Анна.

Она сидела напротив, её голографический экран, обработанный специальным покрытием, был односторонним и изогнутым, так что посторонним содержимое было не разглядеть. Разумеется, склонности подглядывать за чужими сообщениями у неё не было, просто заметив, что Янь Сюйчжи больше не притронулся к обеду, она решила проявить участие.

— Мм? — Янь Сюйчжи поднял голову и с легкой усмешкой ответил: — Как раз подыскиваю.

— Может, вернёшься в университетское общежитие? — предложил Рок. — Наше общежитие расположено близко к Южному Кресту, а в сезон стажировок ещё и выплачивают пособие.

Пособия были гордостью юридического факультета: каждый год в сезон стажировок факультет выделял определенные средства и распределял их среди студентов, добросовестно проходящих практику. Это великолепие гордо именовалось «стипендией для стажёров», сокращённо — пособием, а неофициальное название было подлиннее: «мы знаем, что вы ни черта не зарабатываете на стажировке и подохнете с голоду, поэтому даем вам немного денег, чтобы спасти ваши жизни».

Впрочем, сумма была небольшой — по 30 си в день, выплачивалось раз в месяц. Хватало на покрытие транспортных расходов, и еще оставалось на самую малость.

— Воробьиный шаг — тоже шаг вперед, — похвалил стипендию Рок.

Янь Сюйчжи подумал про себя: спасибо за напоминание, но даже до воробьиного шага я дотянуться не могу.

Фальшивому студенту вроде него было ещё простительно изображать буйную деятельность в адвокатском бюро, но заявись он в университет — это же чистое самоубийство, оставалось только ждать, пока вскроется обман. Он боялся, что по привычке направится прямиком к двери кабинета декана.

К тому же, разве в университете хранятся материалы по делу о взрыве?

Нет.

Во второй половине дня просторный кабинет по-прежнему принадлежал исключительно Янь Сюйчжи.

Гу Янь, судя по всему, не имел привычки отчитываться перед подчиненными о своих перемещениях, поэтому Янь Сюйчжи понятия не имел, чем тот занят и вернется ли вообще сегодня в офис. Впрочем, даже если бы не вернулся, он бы не удивился, ведь он и сам прежде вел точно такой же образ жизни.

Сложенные стопкой архивные дела выглядели тонкими полосками и не мозолили глаза. Янь Сюйчжи не спешил браться за их разбор, а сперва задал в поисковой строке по этим документам ключевое слово «взрыв».

Комм дважды звякнул, и сопутствующие взрыву документы отфильтровались автоматически.

Они один за другим легли стопкой прямо перед глазами Янь Сюйчжи.

Удобно-то удобно… но мать вашу, не слишком ли их много?!

Притом очевидно, что речь шла далеко не об одном деле, их было добрых полсотни, если не больше.

Янь Сюйчжи скрестил руки на груди, тяжело откинулся на спинку стула и едва не рассмеялся от злости: неужели в адвокатском бюро Южный Крест последние пять лет только тем и занимались, что брались исключительно за дела о взрывах?!

— Жань? — пока Янь Сюйчжи предавался головной боли, Рок снова отворил дверь и заглянул внутрь, озираясь по сторонам словно заправский воришка.

— Ты бы лучше натянул на лицо носок, прежде чем заходить, — не удержался от шпильки профессор Янь, чей настрой был далек от идеального, и принялся едко улыбаться.

Объект насмешки пару раз хмыкнул и всё-таки вошел:

— До чего же ты забавный.

Янь Сюйчжи: «…Не забавнее тебя».

— Адвокат Гу еще не вернулся? — Рок прокрался в комнату на цыпочках. Он понятия не имел, почему две девушки из их группы так рвались перевестись именно в этот кабинет. Что до него, то стоило ему взглянуть на ледяную физиономию адвоката Гу, больше похожую на статичную фотографию, как у него тут же подкашивались ноги — страх перед ним поселился в душе ещё до того, как они успели толком познакомиться.

— А если бы он вернулся, ты бы рискнул переступить порог? — попал в самую точку Янь Сюйчжи.

— Ни за что. Он выглядит ещё менее доступным, чем мой преподаватель, — скривил губы Рок.

Его наставника звали Хоббс: седые волосы, орлиный взгляд, сухощавый, строгий — старый адвокат с ярко выраженными элитарными манерами. Но если говорить о способности состроить ледяную минý, он выглядел так, будто приходился отцом самому Гу Яню.

— Как продвигается разбор архива? Я тут совершил одну глупость, — признался Рок.

— Какую?

— У меня дрогнула рука, и я случайно перетащил ту таблицу в корзину безвозвратного удаления.

— Какую таблицу? — не сразу сообразил Янь Сюйчжи.

— А? Ты что, ещё не заглядывал туда? — Рок изобразил в воздухе квадрат. — Ну, вот такая таблица, где расписан порядок сортировки дел: какие документы класть первыми, какие — следом.

— А, этот список? — произнёс Янь Сюйчжи, выпрямившись и перебирая пальцами. — Я ещё не смотрел. Ничего страшного, что удалил, попроси этого адвоката прислать тебе копию.

Рок нервно усмехнулся:

— Моего преподавателя? О нет, я боюсь.

— ……

— К тому же, его нет на месте, — добавил Рок, чтобы не выглядеть таким уж трусом. — Кажется, я ему не особо нравлюсь. Он сказал, что едет на встречу с доверителем, но меня брать не стал.

Янь Сюйчжи успокоил его:

— Пустяки, по крайней мере он удосужился назвать причину своего ухода.

Тот, к кому приставлен я, перед уходом даже не взглянул в мою сторону.

— К тому же, в первый день стажёров обычно не берут на выезды, — холодно заметил профессор Янь. — Для стажёра это означает внезапное появление надсмотрщика, который целыми днями цепляется к мелочам, а для именитого адвоката — появление обузы, путающейся под ногами. Обеим сторонам требуется время, чтобы прийти в себя.

Рок: «……» Звучит на удивление разумно.

— Нашёл, — Янь Сюйчжи отыскал список, где значились «обложка дела», «опись дела», «договор поручения» и прочие материалы, выстроенные в ряд.

— Точно-точно, она самая!

— Ладно, ступай обратно, я перекину копию на твой комм, — сказал Янь Сюйчжи.

Роксыпался в благодарностях, едва не заставив Янь Сюйчжи усомниться в том, что он переслал парню всего лишь файл, а не перевёл на его счет миллион си.

Хотя кабинеты всех адвокатов в бюро Южный Крест были изолированы друг от друга, существовала общая кадровая и административная служба, а вместе с ней — и единая система внутренней связи. Отыскав Рока в списке, Янь Сюйчжи переслал ему перечень.

Он уже собирался закрыть интерфейс, как боковым зрение заметил в списке имя Гу Яня — рядом горел статус «доступен для связи».

Профессор Янь помедлил пару секунд, и в его голове неожиданно созрел план.

Приподняв бровь, он ткнул в профиль Гу Яня и отправил сообщение:

— Адвокат Гу, в кабинете можно остаться на ночь?

Профессор Янь, за всю свою долгую жизнь ни разу не испытывавший нужды в деньгах, рассуждал следующим образом: раз срок аренды истек, а подходящего (недорогого и со вкусом) нового жилья ещё не нашлось, почему бы не перекантоваться пару дней прямо в кабинете?

В конце концов, в былые времена ему приходилось ночевать на рабочем месте чаще нежели дома, так что опыта в этом деле у него хватало.

Однако отправленное сообщение долго оставалось без ответа.

Янь Сюйчжи уставился на экран, мысленно усмиряя свой характер, и с напускным терпением повторил попытку:

— Адвокат Гу?

Прошло не меньше минуты, прежде чем наконец прозвучал сигнал входящего сообщения.

Янь Сюйчжи приподнял веки и увидел, что Гу Янь не написал ни единого слова, а просто взял и переслал случайный скриншот.

Что за чертовщина?

Кликнув по изображению, Янь Сюйчжи обнаружил, что фрагмент вырезан из руководства для стажёров. Там красовалась фраза: «Правила этикета: стажёр должен обращаться к своему наставнику со словом „учитель“, а…»

Предложение обрывалось на полуслове, из чего можно было сделать вывод, насколько наплевательски отнёсся адресат: вероятно, просто чирканул пальцем по экрану и перекинул первое попавшееся.

Профессор Янь с улыбкой уставился на экран переписки и подумал: Учитель????

Послушай, парень, похоже, твоя наглость не знает границ.

С такой запутанной расстановкой ролей язык у него точно не поворачивался произнести подобное.

Зато действовать он умел.

Янь Сюйчжи хмыкнул носом и, постучав по голографическому экрану, отправил потерявшему страх Гу Яню третье сообщение:

— Ладно, учитель Гу, я остаюсь ночевать в кабинете.

На сей раз ответ не заставил себя ждать. Гу Янь проявил спартанскую лаконичность, выдав всего два иероглифа:

— Причина.

Как можно заявить своему студенту — пусть даже у этого студента напрочь отсутствовал должный пиетет — столь нелепую причину вроде «чтобы не ночевать под мостом»? Поразмыслив, Янь Сюйчжи решил, что лицо всё-таки стоит спасти. Поэтому он выдал с три короба:

— Сверхурочная работа, разбор архива.

Гу Янь долго молчал — судя по всему, его потряс столь грандиозный трудовой энтузиазм стажёра.

Ещё минуту спустя прилетел ответ:

— Возвращайся домой и работай там.

Ах ты ж…

Профессор Янь с досады откинулся на спинку кресла.

Да пошел ты, будь у меня дом, стал бы я чёрт возьми страдать сверхурочно?!

Он пришел к выводу, что величайшей ошибкой в его жизни было обучение столь непутёвого создания, как Гу Янь. Сколько лет прошло после выпуска, а тот всё так же мастерски умел действовать ему на нервы.

К счастью, это раздражение длилось недолго: ближе к вечеру диалог, который Янь Сюйчжи захлопнул с психу, внезапно «ожил».

Внутри обнаружилось новое сообщение от Гу Яня:

— В 6 часов, жду в порту Ньюсер.

— Зачем? — лениво откликнулся Янь Сюйчжи.

— Командировка.

— ?

http://bllate.org/book/25447/3034074