Ливень стоял стеной, небо заволокли свинцовые тучи. По размокшей горной тропе, спеша сквозь тьму, двигались несколько десятков людей, неся на себе всю тяжесть непогоды. Крупные, размером с гальку капли яростно бились о землю, взметая брызги грязи, из-за чего их и без того потрепанные одежды выглядели еще более грязными.
Земля под ногами была скользкой и труднопроходимой, а хлещущий по лицу дождь сильно мешал обзору, так что и без того короткая процессия быстро лишилась трети людей.
Серебряноволосая девушка, затерявшаяся в середине колонны, оглянулась назад. Ночь стояла непроглядная, и те, кто упал без чувств в грязь, казалось, были полностью поглощены тьмой, угадываясь лишь смужными силуэтами.
Ледяная дождевая вода пропитала одежду, принеся с собой волны холода. Серебряноволосая девушка подняла руку, чтобы потереть плечо, и остро ощутила, как несколько взглядов устремлены прямо на нее. Не привлекая внимания, она слегка повернула голову и поняла, что смотрят не на нее саму, а на ее наряд.
На девушке было надето лунно-белое платье, а на ногах красовались серебряные сапоги. Несмотря на проливной дождь и летящую грязь, ее одежда и обувь оставались безупречно чистыми. Точно так же, как и ее бросающиеся в глаза в темноте серебряные волосы, они приковывали к себе взгляды окружающих.
Серебряноволосая девушка нахмурилась и, опустив голову, окинула взглядом округу. В этот момент она заметила неподалеку человека, который ничком лежал на земле. Его тело задеревенело, лицо было синевато-бледным, и казалось, он уже не дышал.
Сделав несколько быстрых шагов, она наклонилась и сорвала с мертвеца лохмотья черного балахона, кое-как обмотала их вокруг себя и натянула мокрый капюшон. Игнорируя исходивший от одежды кислый смрад, она оставила открытыми лишь глаза.
Горная тропа вилась змеей. Неизвестно, сколько времени они шли, но наконец идущие впереди люди нашли пещеру, где можно было переждать непогоду. Серебряноволосая девушка вместе с потоком людей направилась к пещере, как вдруг среди раскатов грома и вспышек молний ее внимание привлек слабый плач.
Девушка проследила на звук и увидела четырех- или пятилетнюю девочку, которая сидела прямо в луже грязи, выплакавшись до синевы на лице.
Толпа проходила мимо ребенка, направляясь в пещеру, и никто не останавливался. Серебряноволосая девушка посмотрела на приближающегося ребенка, немного поколебалась, а затем наклонилась, подняла малышку на руки и вошла в пещеру.
Внутри было просторно, но очень сыро, однако такие условия все равно шли ни в какое сравнение с улицей. Серебряноволосая девушка с ребенком на руках прошла к свободной площадке и опустилась на землю.Четырех-пятилетний ребенок уже вполне способен узнавать людей. Едва девушка опустила малыша на землю, как тот со слезами побежал в какую-то сторону. Сереброволосая девушка подняла взгляд и увидела, что ребенок подбежал к бледной и исхудавшей женщине, обнял ее за ноги и горько заплакал, но та с совершенно оцепенелым выражением лица опустила голову и даже не попыталась его утешить.
Сереброволосая девушка слегка опустила глаза. В пещере было темно, она откинулась назад, прячась в тени.
Большинство животных в критический момент не бросают свое потомство; похоже, этот мир не только опасен, но и невероятно жесток.
Сереброволосая девушка, скрываясь в темноте, о чем-то размышляла, как вдруг ее слуха коснулся незнакомый голос:
— Городок Стон, номер сто двадцать семь... Синтия?
Услышав имя Синтия, девушка инстинктивно обернулась. Миниатюрная девушка в черной мантии стояла позади нее и смотрела на деревянную бирку, висевшую у нее на поясе. Девушка подняла руку, коснулась деревянной бирки, неизвестно когда оказавшейся на виду, с ног до головы окинула взглядом девушку в черном, и в ее сердце закралась настороженость.
Хотя взгляд этой незнакомки был несколько холоден, в нем не чувствовалось мертвенности. Она разительно отличалась от тех людей в пещере, которые, подобно ходячим мертвецам, источали оцепенение и отчаяние.
Сереброволосая девушка отпустила деревянную бирку, кивнула девушке в черной мантии и тихо произнесла:
— Привет, меня зовут Синтия, я из Городка Стон.
Что именно означал этот номер сто двадцать семь, она еще не поняла, а потому попросту пропустила это мимо ушей.
— Челси, — девушка в черной мантии бесстрастно уставилась на золотые глаза Синтии, а поймав ее недоуменный взгляд, так же равнодушно отвела глаза.
Она осталась стоять рядом с Синтией, даже не думая уходить.
Такие нормальные люди, как Челси, казались Синтии еще более опасными, чем те оцепенелые несчастные. Последние бежали лишь ради того, чтобы выжить, тогда как Синтия понятия не имела, преследует ли Челси ту же цель, присоединившись к этому отряду.
В пещере протекала подземная река. Возможно, из-за сильнейшего ливня на улице уровень воды поднимался очень быстро, и вскоре она уже залила их ноги до щиколоток.
Синтия отсутствующе смотрела на мутную речную воду, как вдруг раздавшийся неподалеку испуганный крик вырвал ее из задумчивости. Она подняла глаза и, глядя на ледяной гроб, плывущий по поверхности воды, слегка прищурилась.
— Эта река ведет наружу, ледяной гроб, должно быть, приплыл из Морской области Силейд.
Заметив, что Синтия замерла, Челси решила, что та испугалась, и пояснила в двух словах.Ледяной гроб был кристально чистым и источал едва заметный холодок. Несколько смельчаков подошли ближе, пытаясь его открыть, но стоило их ладоням коснуться поверхности, как они мгновенно превратились в ледяные глыбы. Они даже не успели издавить ни единого крика — их тела рухнули прямо в речную воду и поплыли по течению.
Эта жуткая гибель нескольких человек успешно отбила охоту у остальных. Люди опустили головы, и в пещере воцарилась прежняя давящая, мертвенная тишина.
Увидев силу ледяного гроба, Челси проявила к нему слабый интерес. Подойдя ближе, она наклонилась и принялась внимательно его осматривать: сквозь прозрачные, кристально чистые стенки было прекрасно видно, что внутри абсолютно пусто.
Синтия, заметив, что Челси приблизилась к гробу, отвела взгляд. Она ни капли не удивилась тому, что те, кто прикоснулся к нему, были заживо заморожены.
А причина… заключалась, конечно же, в том, что она уже видела эту сцену единожды.
Синтия слегка прищурилась, всматриваясь в темноту, и её взгляд стал глубоким. Подумать только, она уже со счету сбилась, сколько раз дежурила в полярных регионах, пытаясь сфотографировать детенышей белых медведей, но в этот раз она неожиданно заблудилась и угодила в метель. Проведя в ледяной ловушке несколько дней и ночей, она была уверена, что ей конец, однако судьба сыграла с ней злую шутку, забросив в этот незнакомый мир.
Хотя вряд ли этот шутник преследовал добрые цели.
Сутки назад, когда она перенеслась сюда, она очнулась именно в этом ледяном гробу. Первое, что она увидела, открыв глаза, — как несколько людей погибли, сражаясь за него и превратившись в лед.
Деревянная бирка на её поясе и имя, которое она теперь носила, достались ей как раз от одной из тех бедных девушек.
Оказавшись в этом мире, она не обнаружила в своей голове ни единого воспоминания об этом теле или новой незнакомой реальности. Помимо странного ледяного гроба, при ней оказалась лишь самая обыкновенная, ничем не примечательная с виду каменная глыба.
Синтия опустила голову. Правая рука медленно высунулась из широкого рукава, и на ладони показался белый, совершенно заурядный камень, который в темноте источал слабое сияние.
Незнакомый мир, неизвестная личность и камень непонятного назначения… Синтия подняла руку и потёрла переносицу. Прохладные пальцы помогли ей привести в порядок слегка спутавшиеся мысли.
Как бы то ни было, для начала нужно постараться выжить. Судя по её первому впечатлению, здесь не только суровые условия, но и глубокая, звенящая отрешенность этих людей, их полнейшее отчаяние — всё это явно имело куда более глубокие причины.
Насколько силен ледяной гроб, оставалось загадкой. Издалека понаблюдав за ним какое-то время, Челси о чем-то задумалась и вернулась к Синтии. Заметив её возвращение, Синтия поспешно спрятала камень.
— Не знаю, когда только прекратится этот ливень, — тихо произнесла Синтия, повернувшись к выходу из пещеры.
Челси прислонилась к каменной глыбе и закрыла глаза, погружаясь в медитацию.
— Перестанет, как только рассветет.
Синтия бросила на Челси мимолетный взгляд, тут же вернув лицу невозмутимое выражение, и непринужденно ответила:
— Вот и отлично. Как только он прекратится, мы сможем выйти и поискать еды.
Среди всех обитателей этой пещеры живыми людьми Синтия чувствовала только себя и Челси.
Случилось именно так, как и предсказывала Челси: с наступлением рассвета ливень стих. Вода в пещере поднялась выше колен, но сквозь проход пробивались тонкие лучики солнца, рассеивая царивший внутри мрак.
Заметив свет, люди в пещере наконец ожили: на их изможденных лицах промелькнула тень надежды, и они молча двинулись к выходу.
Синтия присоединилась к толпе. Длинные серебристые волосы она скрыла под капюшоном, а бледное лицо нарочно испачкала грязью — опустив голову и затерявшись среди людей, она больше не привлекала к себе лишнего внимания.
После грозы окрестности пещеры представляли собой унылое зрелище. Челси стояла на относительно сухом камне, её карие глаза неотступно следовали за Синтией, а до ушей доносился приглушенный шепот, доносившийся сзади.
— Золотые глаза… — хриплым голосом произнес исхудавший взрослый мужчина, сгорбившись и бросая вороватые взгляды в сторону Синтии и двух других людей, мужчины и женщины, что жались к нему. — Я слышал от Серебряного Рыцаря, что здешняя аристократия без ума от женщин с золотыми глазами.
— Нам не спастись… Серебряный Рыцарь очень скоро нас отыщет.
— Если поймать её и преподнести знати в дар, возможно, нам тоже удастся стать Серебряными Рыцарями.
— Если мы продолжим бежать, то рано или поздно просто свалимся замертво или умрем от голода.
Пока что они распоряжались собственной свободой, но это лишь приближало их к гибели. Тень смерти неизменно висела над их головами, и никакое бегство не могло этого изменить.
Перед лицом страха перед смертью на принятие любого решения уходит ровно секунда. Синтия, всё ещё шарившая по раскисшим кустам в поисках съедобных диких ягод, даже не подозревала, что кто-то уже положил на неё глаз.Здесь нет диких ягод. Челси спрыгнула с камня, подошла к Синтии, протянула ей красный фрукт и негромко произнесла: Я ухожу, ты пойдёшь со мной?
Красный фрукт был не слишком большим, Синтия наклонилась, принюхалась и обнаружила, что запах чем-то напоминает яблоко. Зажав фрукт в руке, она не спешила его есть и вежливо отклонила предложение Челси: Нам, пожалуй, не по пути.
Она просто интуитивно чувствовала, что Челси приглашает её не с самыми бескорыстными намерениями.
Челси пристально посмотрела на неё и бесстрастно произнесла: Ты ещё пожалеешь.
Синтия покрутила фрукт в пальцах и с улыбкой поблагодарила: Спасибо за еду.
Челси покачала головой, поправила капюшон и повернулась, её фигура быстро растворилась в густых зарослях леса.
Запомнив направление, в котором ушла Челси, Синтия повернулась и направилась к пещере. Несмотря на сильный голод, дикий фрукт, полученный от Челси, она есть так и не стала.
Погода в этом мире стояла переменчивая: только что светило прекрасное солнце, а теперь небо снова заволокло тучами. Синтия собиралась вернуться в пещеру, чтобы попытаться выведать у кого-нибудь хоть какую-то информацию, но стоило ей дойти до входа, как оттуда вылетела маленькая фигурка и врезалась ей в ноги.
Синтия протянула руку, помогая девочке удержать равновесие. Подбежала мать ребёнка и заикаясь произнесла: Спа-спасибо тебе за прошлый раз.
Я, я не хотела её бросать, она сама упала и отстала.
Женщина выглядела невероятно взволнованной, её бегающий взгляд постоянно метался по сторонам. Неподалёку четверо или пятеро людей сверлили их взглядами: из-за голода и истощения лица у них были жуткого цвета, а выражения лиц — на редкость мрачными.
Синтия перевела взгляд с матери девочки на тех людей неподалёку, в её душе зародилось подозрение, однако внешне она не подала виду. Сохраняя отрешенное и угрюмое выражение, какое было свойственно этим одурманенным голодом людям, она молча покачала головой, показывая, что не желает ни с кем разговаривать.
Девочка была очень голодна и, заметив в руке Синтии дикий фрукт, с пудром в глазах протянула к нему ручку, клянча еду. Мать, увидев это, поспешно попыталась её остановить, но движение её вышло резким — скорее похожим на попытку выхватить фрукт из рук Синтии.
Девочка стояла слишком близко, и Синтия, опасаясь толкнуть её, лишь слегка отвела руку в сторону, но мать ребёнка успела вцепиться в её запястье.
Ледяное и какое-то шершавое прикосновение чужой руки к тыльной стороне ладони неприятно резануло Синтию. Нахмурившись, она хотела стряхнуть эту руку, но внезапно всплывшие в голове образы и звуки заставили её оцепенеть.
Фрукт вывалился на землю, и мать девочки, бросившись вперед, в два-три укуса проглотила его целиком.
Шум, поднятый ими, привлек всеобщее внимание. Заметив, что на неё смотрит всё больше людей, Синтия машинально опустила голову и пониже надвинула капюшон, пытаясь скрыть глаза.
Она стояла неподвижно, уставившись на собственную ладонь, погруженная в оцепенение. К ней кто-то осторожно приближался, шурша шагами. Взгляд Синтии блеснул; помедлив мгновение, она подошла, помогла матери девочки подняться и, отбросив недавнюю угрюмость, тихо произнесла: Я видела тут неподалеку еще немного диких ягод, но одной мне их не собрать. Ты не поможешь мне?
Мать девочки замерла на секунду, бегло и испуганно бросив взгляд на тех людей, что всё это время крутились поблизости, а затем закивала с безумной поспешностью: Да-да, давай пойдем прямо сейчас.
Синтия улыбнулась и ее тонкая белая ладонь незаметно сжала руку женщины. В ее сознании вновь пронеслись обрывки видений, сопровождаемые неясным диалогом.
Приведите женщину с золотыми глазами в Городок Стон и преподнесите тем аристократам...
Мы тоже сможем стать Серебряными Рыцарями...
Если нас поймают и вернут назад, нас непременно убьют, мы обязаны схватить эту золотоглазую...
Золотые глаза... Аристократы... Серебряный Рыцарь... У Синтии совершенно не было времени разбираться, откуда в её голове взялись эти внезапные видения и голоса, но из этих нескольких обрывков фраз она ясно поняла одно: её нынешнее положение было весьма незавидным.
Уведя женщину вглубь леса, она заметила, что следом за ними тайком двинулось еще несколько человек. Синтия слегка скосила глаза на эти крадущиеся силуэты, сохранив совершенно спокойное выражение лица.
После ливня земля была сплошь усыпана прелыми листьями; чем дальше они углублялись в чащу, тем отчетливее становился смрад разложения. Женщина испугалась и, не решаясь идти дальше, дрожащим голосом произнесла: Д-давай здесь, если мы пойдем дальше, то можем встретить Монстра.
По дороге им уже попадалось немало разлагающихся трупов — как человеческих, так и принадлежавших Монстрам.
Высказавшись, она остановилась и обернулась, желая проверить, не отстали ли остальные, но не успела ничего разглядеть, как в затылок пришелся резкий удар. В глазах у нее потемнело, и она рухнула на землю.
Синтия небрежно отбросила в сторону подобранное с земли орудие. Боковым зрение заметив, что черные силуэты сзади подбираются всё ближе, она нахмурилась и резко сменила направление, пытаясь оторваться от преследователей.
В тишине леса внезапно раздался странный рев, напоминавший звериный, за которым последовало несколько отчаянных, жутких криков. Шаги Синтии замерли; подняв глаза, она увидела выходящую из-за дерева Челси и удивленно произнесла: Почему ты здесь?
Она ведь специально выбрала противоположное от Челси направление для побега.
Челси, казалось, вовсе не расслышала вопроса Синтии. Указав куда-то ей за спину, она бесстрастно произнесла: Я спасла тебя.
Синтия обернулась: те злоумышленники уже были мертвы — их убил «зверь», который на поверку оказался огромным кроликом.
Кролик запрыгал навстречу Челси и прямо на ходу обратился в серую дымку, рассеявшуюся в воздухе.
Синтия впервые видела нечто подобное, похожее на настоящую магию. Поднеся руку к подбородку, она нисколько не испугалась, а скорее проявила неподдельный интерес и спросила: Это что, какая-то магия?
Это Колдовство. Челси взглядом велела Синтии следовать за ней. Возвращаться назад для тебя смертельно опасно. Пойдешь со мной?
Прекрасно осознавая, что в глазах окружающих она выглядит не иначе как беспомощная овечка, Синтия и не думала возвращаться. Она послушно зашагала следом за Челси, пытаясь выведать хоть какие-то сведения: Ты знаешь, куда они собирались меня отвезти?
Городок Стон. Там расквартирован отряд Серебряных Рыцарей, которые охраняют похищенных вампирами кровавых рабов. Челси обернулась, заглянула в глаза Синтии и тихо добавила: Ты — потомок богов, твоя кровь очень ценится вампирами.
Эти короткие слова Челси несли в себе колоссальный объем информации. Помолчав некоторое время и переваривая услышанное, Синтия опустила взгляд; она хотела расспросить Челси еще о чем-нибудь, но, вспомнив про деревянную бирку на поясе, благоразумно прикусила язык.
Легенда того персонажа, чью личину она заимствовала, была родом как раз из Городка Стон, и если задавать слишком много вопросов, Челси легко сможет ее раскусить.
Впрочем, Челси на самом деле раскусила маскарад Синтии с самого начала. Деревянные бирки рабов-потомков богов выглядят вовсе не так.
К тому же кровь богов настолько желанна для вампиров, что пойманных представителей богов содержат под строжайшей охраной, и сбежать оттуда попросту невозможно.
Челси с самого начала знала, что бирка Синтии — подделка.
Поняв, что ее разоблачили, Синтия не только не испугалась, но даже легко улыбнулась уголками губ: Вот как? В следующий раз я буду внимательнее к таким деталям.
Выбросив бесполезную бирку, она поднесла руку к глазам и задумчиво спросила: Боги — такая редкая раса?
Те люди называли ее женщиной с золотыми глазами, да и Челси уже не раз всматривалась в ее глаза. Похоже, этот цвет радужки на данном континенте действительно считался отличительной чертой богов.
Боги... звучит вроде бы могущественно, но, судя по словам Челси о том, как сильно вампиры жаждут крови богов, реальность наверняка оказалась далеко не такой прекрасной, как она себе воображала.
Челси мало интересовало, о чем именно размышляет Синтия. Прокладывая путь, она коротко бросила: Ты — первая представительница богов, которую я встретила.
Они уходили все дальше в глушь. Лесной туман влажной пеленой осел на их волосах; оглядевшись по сторонам, Синтия нахмурилась и спросила: Куда ты направляешься?
Челси на мгновение замерла и негромко ответила: Я хочу выбраться наружу.
Выбраться? Синтия моргнула: Но мы же углубляемся в чащу.
Челси молча посмотрела на нее.
Окинув взглядом окрестности и мысленно восстановив весь пройденный ими маршрут, Синтия указала в определенную сторону: Мне кажется, нам нужно идти туда.
Ничего не ответив, Челси взглядом показала, что теперь вести дорогу должна Синтия.
Под руководством Синтии они довольно быстро выбрались из леса. Оказавшись на опушке, Челси извлекла из Пространственного Драгоценного Камня карту и углубилась в ее изучение.
Скрестив руки на груди и прислонившись к стволу дерева, Синтия при тусклом свете внимательно разглядывала Челси. По сравнению с ее собственной потрепанной черной робой, темный плащ Челси, сшитый в весьма сдержанном стиле, казался невероятно роскошным.
И кроме того... взгляд Синтии опустился ниже, остановившись на поясе Челси — она только что собственными глазами видела, как эта девушка материализовала карту буквально из ниоткуда.
Куда ты теперь собираешься? — задала вопрос Синтия.
Синтия намеренно пыталась провести черту между ними, однако Челси, похоже, была с этим не согласна. Не поднимая головы, она бесстрастно ответила: Мы направляемся в Городок Стон.
Синтия остолбенела: А?
Выпрямившись, она настороженно спросила: Ты тоже идешь в Городок Стон? Ведь именно туда те люди собирались доставить ее, чтобы преподнести аристократам.
Челси подняла на нее глаза и спокойно произнесла: Угу.
Синтия: ...
Ей показалось, что она только что выбралась из волчьей ночи, но тут же угодила прямо в пасть тигру.
http://bllate.org/book/25489/3039706
Готово:
