Перед тем как эльфы ушли, они открыли все железные клетки внутри городка, но люди, томившиеся в неволе столь долго, уже походили на перепуганных птиц. Увидев Синтию, Челси и остальных, они тоже испугались, опасаясь, что это какая-то новая уловка вампиров, и лишь немногие осмелились выбежать из клеток.
Прежде им уже доводилось сталкиваться со стычками вампиров: если попытаться сбежать в суматохе, их ждала неминуемая смерть, но если послушно подчиняться, у них оставался хоть какой-то шанс выжить в качестве «пищевого скота».
Двери клеток стояли распахнутыми настежь, однако бежать наружу никто не спешил, отчего Челси и её спутницы испытывали глухую досаду.
В город Ноби ежедневно отправляли людей для отбора новых кровавых рабов, и они не могли вечно оставаться на этом месте. Эльфы уже ушли, а появись здесь ещё один сородич шестого поколения, и Челси сомневалась, что удача улыбнётся им во второй раз.
Посовещавшись, несколько ведьм решили сперва выманить людей из клеток. В городке насчитывалось больше тысячи человек, и оставлять их вот так просто Челси с остальными не позволяло сердце.
Нрав у вампиров был жестоким, и лишившись одного сородича шестого поколения, они наверняка потребуют куда больше крови и смертей, чтобы утолить гнев в своих сердцах, так что мысль отделаться покорностью казалась до смешного наивной.
Пока ведьмы занимались спасением людей, Синтия осталась в стороне — она с зажатым в руке длинным мечом принялась обыскивать тела убитых вампиров.
Синтии уже доводилось повидать немало кровавых сцен звериной охоты, и растерзанные в клочья туши жертв не были для неё в новинку, но человеческие трупы она видела впервые.
Хотя тела, распростёртые перед ней, принадлежали вампирам, после смерти те словно бы ничем особо не отличались от людей.
Острый кончик меча пошарил по одежде вампира, перерезал ремень, на котором висел Пространственный Драгоценный Камень, и сбросил его на землю. Синтия долго рылась в собственном Пространственном Камне, прежде чем отыскала носовой платок. Поддев им упавший Пространственный Камень, она заглянула внутрь и с некоторым разочарованием покачала головой.
Пространственные Камни этих вампиров были забиты едва ли не одной кровью либо какими-то чернёными ножами.
По мнению Синтии, всё это годилось лишь в мусор.
Синтия подняла взгляд, окинула окрестности долгим взором и быстро наметила следующую цель. Сделав шаг, она направилась к садовому кустарнику: тучное тело виконта Берта застряло в ветвях, выглядя одновременно жалко и комично.
В его груди торчала зелёная стрела, а застывшие руки былиски вскинуты к макушке — казалось, перед самой смертью он всё ещё утирал со лба пот.
Хотя виконт Берт всей душой стремился стать вампиром, до самого конца он оставался человеком, поэтому содержимое его Пространственного Камня оказалось куда разнообразнее, чем у кровососов.
Стоило Синтии бросить туда мимолётный взгляд, как её брови разгладились, а на губах заблудилась улыбка.
— Что ты делаешь? — Бетти, заметившая странные манипуляции Синтии, поначалу терпела, но в конце концов не выдержала обуревавшего её любопытства и подбежала с расспросами.
Она всё ещё помнила, как этот серебряный бог играючи перерубил цепи, и Бетти казалось, будто эту особу окутывает пелена тайны, неизменно манящая её приблизиться.
— Проверяю, нет ли в их Пространственных Камнях чего-нибудь полезного, — Синтия извлекла из Пространственного Камня виконта Берта мягкий ломоть хлеба и игриво моргнула золотистыми глазами. — Смотри, еда.
Она же говорила: с таким телосложением виконт явно наел его отнюдь не одной кровью. Продуктов в этом Пространственном Камне набралось столько, что хватило бы прокормить пару сотен человек целую неделю.
Помимо еды, там обнаружилось немало одежды из мягких тканей. Синтия достала белый плащ с ещё более нежным мехом и набросила его на плечи, позволив длинным серебристым прядям мягко струиться по спине. Мрачное желтоватое небо, казалось, ничуть её не тяготило. Бетти ошеломлённо смотрела на Синтию, охваченная нелепой мыслью, что стоящая перед ней женщина словно бы излучает сияние.
Она тряхнула головой, отгоняя странное наваждение, и с любопытством спросила:
— Там есть что-нибудь ещё?
Покопавшись ещё немного, Синтия вытащила рубиновое ожерелье, скривив лицо в загадочной ухмылке:
— И вот это.
Драгоценных камней самых разных цветов и золотых слитков там тоже лежало немало.
И впрямь, сколь бы суровыми ни были условия выживания, люди никогда не смогут отказаться от подобных вещей.
Чистый и прозрачный рубин манил соблазнительным блеском. Лёжа на ладони Синтии, он делал её кожу ещё более белоснежной.
Бетти на мгновение замерла, протянула руку и забрала рубиновое ожерелье. Зажав камень большим и указательным пальцами, она слегка приподняла его и, прищурившись, сквозь гранёную поверхность взглянула на затянутое тучами небо.
В её поле зрения мрачный свинцовый небосвод окрасился в нежно-красные тона. О чём-то задумавшись, Бетти чуть приподняла уголки губ, а её голос заметно потеплел:
— Когда я была маленькой, я тайком заглядывала в древние манускрипты нашего клана и узнала, что Континент Ситату выглядел совсем иначе.
Синтия бросила на Бетти косой взгляд и с улыбкой спросила:
— И как же?
— В прежние времена на Континенте Ситату царили и свет, и тьма. Различные расы обитали на собственных землях, не вмешиваясь в дела друг друга — включая людей и вампиров.
— Хотя по Континенту Ситату то и дело рыскали Монстры, боги расправлялись с ними в мгновение ока. И пускай небожители порой ссорились и даже развязывали войны, они ревностно защищали этот материк.
Бетти опустила рубин, уставившись в землю потупленным взором, и её голос внезапно помрачнел:
— Но в конце концов боги всё же бросили Континент Ситату.
Синтия давно хотела узнать историю этого материка, да всё не представлялось удобного случая, а раз уж Бетти заговорила сама, она, разумеется, не собиралась упускать шанс:
— Почему боги отреклись от этих земель?
— Точно неизвестно. В древних свитках записано лишь то, что они покинули Континент Ситату ради Божественного Домена, но о причинах не сказано ни слова, — нахмурившись, произнесла Бетти, чей тон утратил прежнюю беззаботность и теперь сочился долей обиды и недовольства. — Наверное, запечатав перед уходом всех вампиров первого поколения, они проявили последнюю капельку милосердия к Континенту Ситату.
Только какой от этого был толк?
Стоило богам уйти, как Континент Ситату рухнул: небеса раскололись, земля провалилась, реки иссохли. Суровая погода сделала эти места непригодными для человеческой жизни, пострадали даже эльфы и оборотни. Выстояли лишь вампиры — какую бы бурю ни приносила непогода, они приспосабливались со звериной быстротой.
И пусть боги заточили вампиров первого поколения, под предводительством второго поколения вампиры всё равно молниеносно захватили власть на Континенте Ситату. Сделав кровь своим главным пропитанием, они превратили все остальные расы в законную добычу.
Первые несколько сотен лет после ухода богов стали самой мрачной эпохой в истории Континента Ситату. Люди и ведьмы выживали и спасались бегством сквозь непрекращающуюся охоту кровососов. Оборотни и эльфы оставались единственными двумя расами, способными противостоять вампирам, но из-за проблем с рождаемостью они были вынуждены отсиживаться в собственных владениях, избегая прямых столкновений. Что же до легендарных и самых загадочных потомков божественного рода, то на деле они являлись лишь жалкими беглецами.
Никто толком не знал, в какую пору объявились потомки богов: казалось, к тому моменту, когда их впервые обнаружили, Континент Ситату уже полностью принадлежал вампирам.
К тому же численностью они уступали даже оборотням и эльфам. Помимо того, что их кровь безумно ценилась вампирами, никто не ведал, обладают ли они какими-либо иными способностями.
Чуть больше ста лет назад — то ли потому, что вампирам всё смертельно надоело, — десяток кланов во главе с кланом Вентру предпочёл покинуть Ситату и уйти в Кровавые Земли. Впрочем, пара кланов осталась и по сей день продолжала бесчинствовать на материке.
И всё же массовый исход вампиров подарил остальным расам крохотный шанс на выживание.
— Континент Ситату не должен вечно оставаться прежним, — вздохнув, тихо произнесла Бетти. — Я хочу всё изменить.
Сказав это, она смущённо потёрла нос — Бетти и сама толком не понимала, с чего это вдруг разоткровенничалась перед едва знакомым человеком. Украдкой бросив косой взгляд на Синтию, она робко поинтересовалась:
— Ты ведь не думаешь, что мои мысли звучат нелепо?
Стоило ей заикнуться об этом старейшинам своего клана, как в ответ она неизменно слышала лишь насмешки над собственной наивностью.
Синтия покачала головой и мягко улыбнулась:
— Ни капли. Если на этом материке ни у кого не останется подобных мыслей, то и сам он никогда не изменится.
Одобрение Синтии приятно согрело душу Бетти. Поглаживая рубин, она стряхнула с себя остатки хандры и с горькой усмешкой протянула:
— Жаль только, что я слишком слаба — стоило мне покинуть родные земли, как меня тут же схватили.
Вообще-то пленение стало для Бетти тяжёлым ударом, но, увидав тех эльфов, она вновь обрела надежду: их народ ведьм тоже способен стать сильнее.
Синтия не ведала, какие бури бушуют в её голове, а потому, заметив помрачнённое лицо девушки, поспешила её утешить:
— Брось, меня ведь тоже поймала твоя подруга.
— Пусть и с приключениями, но мы же живы.
Бетти, уже успевшая расспросить Челси о происхождении Синтии, прекрасно знала, при каких обстоятельствах они свели знакомство. Она лишь покачала головой со смешком, пытаясь выгородить приятельницу:
— На самом деле Челси вовсе не такая уж бессердечная.
Как выяснилось из разговора, Челси утащила Синтию с собой отчасти из-за банального любопытства — она впервые в жизни видела божественное создание, — а отчасти потому, что… ей тогда требовался проводник.
Что же до риска выдать Синтию ради поисков пленников, то без крайней нужды Челси никогда бы не прибегла к столь скверному способу.
Сама Челси, ещё не подозревавшая, что Бетти с Синтией перемывают ей косточки, увидела, что люди более-менее сплотились, и махнула им рукой, давая понять, что пора выдвигаться.
Тащить за собой эту ораву вечно они не могли, так что Бетти, помучившись над картой, решила отвести людей в долину Сноки.
Долина Сноки лежала на некотором удалении от города Ноби; места там стояли глухие, вампиры заглядывали туда редко, и если повезёт, выжившим людям удастся устроиться так, чтобы их не нашли.
Впрочем, волочить за собой целую тысячу человек до долины Сноки — задача поистине титаническая.
Стоило им отойти от Городка Стон на приличное расстояние и попытаться пробраться через густой лесной массив, как они нос к носу столкнулись с тремя праздно шатавшимися вампирами седьмого поколения.
Эти трое выследили их по запаху. Завидев сплошную людскую массу, они не только не испугались угрозы, но даже оживились:
— Я что, случайно забрёл на пирушку, которую устраивает город Ноби?
Серый от рождения вампир алчным взором обшарил толпу и, заметив позади Синтию со спутницами, замер. Принюхавшись к воздуху, он ошеломленно выдал:
— Бруха? Нет… запах какой-то странный.
Клан Бруха славился как самый боеспособный среди вампиров, да и нравом обладал скверным — даже представители седьмого и восьмого поколений превосходили по силе многих сородичей из прочих кланов.
Большинство вампиров предпочитало лишний раз не связываться с этой братией.
Мешочек, выданный Челси, уже выветрился от времени, и исходивший от него аромат перестал казаться убедительным, так что даже вампиры седьмого поколения почуяли подвох.
Пока кровососы пребывали в нерешительности, скрывавшаяся под капюшоном Челси чуть приподняла посох и, склонив голову, зашептала заклинание.
Бетти и остальные ведьмы последовали её примеру: над их головами заклубился серый туман, постепенно сгущаясь в человекоподобный силуэт, чья исполинская длань ринулась на вампиров.
— Ведьмы! — едва серый туман успел материализоваться, как вампиры тут же распознали врага. Уклоняясь от призрачной тени и припоминая ходившие в народе слухи о том, насколько сладка кровь ведьм, они вмиг распалились ещё большим хищным азартом.
Серая дымка окутала макушки деревьев, обратившись в защитный Барьер. Синтия чуть сдвинула капюшон повыше и задумчиво покосилась на стоявших рядом Челси и Бетти.
Те шептали заклинания едва слышно. Навострив слух, Синтия попыталась повторить пару фраз шепотом, но толку не было. Нахмурившись, она пробормотала ещё несколько слогов — и от какого-то произнесённого ею звука её ладонь вдруг обожгло жаром.
На кончиках пальцев заплясал белый свет. Поглазев на него с любопытством, Синтия попыталась придать сиянию форму серого призрака, но сколько ни старалась, уловить суть так и не смогла.
Судя по тому Серебряному Рыцарю, что вспыхнул от белого пламени и обратился в пепел, боги вовсе не были лишены сил. Проблема заключалась в том, что в её памяти не сохранилось ни единого воспоминания на сей счёт, а потому она понятия не имела, как этим пользоваться.
Ей было жизненно необходимо отыскать других представителей своего рода. Этот континент таил слишком много смертельных угроз, и без собственной защиты не удастся стряхнуть с плеч висящую над головой тень гибели — Синтия не верила, что её удача будет бесконечной.
Пока дело не касалось сородичей шестого поколения, с колдовством Челси и Бетти вполне можно было справиться, вот только времени на это уходило порядочно.
Пока Челси с Бетти управляли серыми тенями, сковывающими вампиров, несколько других ведьм отложили посохи и извлекли множество неведомых Синтии ингредиентов. Опустившись на корточки, они принялись со сверхъестественной скоростью сортировать их и смешивать, мельтеша руками так, что у Синтии рябило в глазах.
— Быстрее! — бросив заклинание, низким голосом поторопила подруг Бетти.
Одна из ведьм бережно рассыпала по земле горстку измельчённого порошка, начертив крошечный Массив Телепортации.
— Готово, северо-запад!
Челси и Бетти направили призрачные тени, втаскивая вампиров в зону активации массива. Над заурядным кругом промелькнул чёрный свет, и запертые внутри кровососы в мгновение ока канули в небытие.
Синтия проследила взглядом за тем местом, где только что находились вампиры, и вскинула брови:
— Куда они делись?
— Их перенесло, — опустив посох, пояснила Челси. — Это миниатюрный Массив Телепортации. Точка назначения неизвестна, но должно быть далеко.
Среди их чар и массивов почти не было таких, что способны убить врага на месте, так что подобные трюки служили главным образом для спасения собственной шкуры.
— Кто разрешил тебе отправить их прочь, Челси? — мрачно уставившись на сочащуюся по пальцам кровь, прошипела Юнис, стиснув зубы: — Он ранил меня, я собиралась вырвать его сердце и истолочь в фарш!
— Слишком хлопотно, — холодно отозвалась Челси. — Так проще.
Юнис презрительно фыркнула:
— Трусиха. — Окинув Челси леденящим взглядом, она резко перевела глаза на стоявшую рядом Синтию, прищурилась и процедила с издевкой:
— Богиня?
Наложенные Челси на глаза Синтии чары, меняющие цвет радужки, были раскушены Юнис с первого же взгляда.
Синтия встретила недоброжелательный прищур Юнис лишь мягкой улыбкой и ласковым голосом:
— Привет, я Синтия, я… — её взгляд метнулся между Челси и Бетти, выбрав последнюю, — подруга Бетти.
Бетти вовремя вмешалась, разряжая обстановку. Убрав посох, она подбежала к Юнис и, с тревожным видом уставившись на её руку, пролепетала:
— Вампиры ведь такие опасные, чего тебя понесло к ним?
Она бережно поддержала Юнис под локоть:
— Давай я перевяжу тебе рану.
Перед лицом Бетти Юнис сбавила градус враждебности. Покорно усевшись по её знаку, она, впрочем, не оставляла попыток шарить свободной рукой по телу Бетти, проверяя, не пострадала ли та сама, и наигранно рассерженно бросила:
— Сама виновата, нечего было бросать меня одну, так тебе и надо.
Слова звучали резковато, но интонация оказалась куда теплее прежней.
Синтия потрепала себя по подбородку и, наблюдая за столь разительным контрастом в поведении Юнис по отношению к Челси и Бетти, с лёгкой насмешкой произнесла:
— Вы же вроде подруги? Кажется, она тебя недолюбливает.
Прислонившись плечом к Бетти, пока та возилась с бинтами, Юнис время от времени бросала косые взгляды в их сторону, и во взоре её плескалась лютая неприязнь.
Синтия готова была голову дать на отрез, что эта враждебность адресовалась вовсе не ей.
— Мы не подруги, — холодно обронила Челси. — И она мне тоже не нравится.
Помолчав секунду-другую, она добавила себе под нос с долей глухого раздражения:
— Сумасшедшая.
Челси, Бетти и Юнис росли вместе, но с самого их знакомства у них с Юнис вечно искрило между собой.
Поступки Юнис казались слишком безумными, а Челси этого не выносила.
И хотя Синтия видела Юнис впервые в жизни, она целиком и полностью разделяла мнение Челси, с улыбкой подтвердив:
— И впрямь выглядит сумасшедшей.
Пока они беседовали, из того самого места, откуда появилась Юнис, вынырнула ещё одна фигура — девчушка лет девяти. Алый плащ на ней был изорван ветками, на личике чернели царапины, и в целом вид у неё был крайне потрепанный.
Потирая ноющие ноги, девочка окинула окрестности растерянным взглядом, пока не заметила Бетти — тогда она замерла и, опустив руки, бросилась к ней.
Синтия проследила взглядом за малышкой и недоумённо спросила:
— Это…
— Младшая сестра Юнис, Камилла, — отвернувшись, бесстрастно бросила Челси. — Поистине паршивый день.
Уж лучше бы ей снова довелось столкнуться с сородичем шестого поколения, чем терпеть общество этих двоих.
http://bllate.org/book/25489/3039711
Готово:
