Готовый перевод Is This a Proper Tutoring Session / Репетиторство — дело тонкое: Древний гений в мире ЕГЭ: Глава 8

— Да, братик! — тихонько проговорил Сунь Линьси. — Я во всём буду слушать братика.

Лу Чжао, на редкость растерявшись, запустил широкую ладонь в волосы парня и легко усмехнулся.

Дополнительные занятия в первый день каникул прошли на редкость успешно, и Сунь Линьси был невероятно рад.

Мало того, что он усвоил новые знания, так ещё и подписчикам в прямом эфире старшекурсника Лу, кажется, очень понравился.

Он был просто вне себя от счастья.

Сунь Линьси, продолжая говорить, одновременно собирал учебники и тетради.

Но когда он попытался встать, то обнаружил, что его бедро кто-то крепко зажал, и сдвинуться с места было совершенно невозможно.

Сунь Линьси мгновенно умолк и лишь спустя мгновение произнес:

— Старшекурсник?

Рука старшекурсника не отстранилась, а напротив, принялась яростно скользить по нежной коже.

Занятия ведь уже закончились. Закончились же?

Однако лицо Лу Чжао по-прежнему оставалось мягким и безмятежным, и по нему нельзя было догадаться, что вытворяла его рука под столом.

— Старшекурсник, вы...

— Ничего не чувствуешь?

А?

Пока Сунь Линьси пребывал в растерянности, Лу Чжао уже открыл запись трансляции и сразу перемотал её на последний час.

На видео один объяснял материал, а второй старательно следовал за ним, но тот, кто пытался не отставать, очевидно, то и дело витал в облаках.

Неужели тогда... неужели тогда старшекурсник Лу применил особый способ, чтобы привести его в чувство?

Рука Лу Чжао уже лежала на его бедре.

Применив достаточно силы, чтобы прижать его ноги друг к другу, Сунь Линьси наконец пришёл в себя.

— Я предупреждал, но, похоже, это не помогло, — слегка вздохнул Лу Чжао. — Твоя ситуация, кажется, куда серьёзнее, чем я думал.

Насколько сильно Сунь Линьси радовался мгновение назад, настолько же огорчился теперь.

Его глаза сияли, словно россыпь бриллиантов на платье — искрящиеся, яркие, готовые вот-вот пролиться слезами.

Как я мог так поступить? Ещё в обед хвастался, что собираюсь изменить свою судьбу с помощью учёбы, а прошел всего день — и я снова расклеился.

Неужели кошмары прошлого до сих пор влияют на мою нынешнюю жизнь?

Лу Чжао поддержал его за ногу, заставляя повернуться к нему лицом.

Он мягко вытер глаза парня, в которых всё же не было слёз:

— Не расстраивайся. Возможно, есть и другой способ.

Сунь Линьси слегка растерялся, но вместо радости почему-то испытал лёгкий страх.

Подождите, он ведь не должен бояться, Лу Чжао всё это время помогал ему.

— Какой способ? — жалобно и тихо спросил Сунь Линьси. Он низко опустил голову и выглядел совершенно удручённым.

Лу Чжао улыбнулся:

— Пить кофе.

А?

Сунь Линьси думал, что услышит о каком-нибудь очередном странном методе, но никак не ожидал, что старшекурсник предложит именно это.

— Кофе бодрит. Выпей чашку перед завтрашними занятиями.

Когда Сунь Линьси пытался следить за Лу Чжао, он однажды попробовал купить стаканчик кофе и помнил, что на вкус та гадость была горькой до жути.

Но ради учёбы он был готов на всё:

— Хорошо.

Сунь Линьси тут же поспешно добавил:

— Завтра я сам принесу две чашки, не покупай. Какой ты обычно пьёшь?

Лу Чжао загадочно улыбнулся:

— Угадай.

— Айс-американо?

— Мм, а что ещё?

Добавить ещё две порции эспрессо. Хотя Сунь Линьси прекрасно знал рецепт, он предпочёл сделать вид, что ничего не понимает, и покачал головой.

— Я скинул тебе в WeChat. Возвращайся в общежитие осторожнее.

Вернувшись в комнату и открыв WeChat, Сунь Линьси с удивлением обнаружил, что старшекурсник не только подробно расписал свои предпочтения, но и перевёл деньги за две чашки кофе.

На второй день каникул в студенческой кофейне не было очереди, и Сунь Линьси купил два одинаковых стаканчика.

Расплачиваясь, он почувствовал лёгкую укол в сердце от расхода денег, а взглянув на остаток на банковском счёте, невольно тяжело вздохнул.

И тем не менее перевод старшекурсника он так и не принял.

В конце концов, в дополнительных занятиях нуждался он сам, и так уже доставил старшекурснику уйму хлопот.

Впрочем, если бы Лу Чжао сам завёл об этом разговор после встречи, тогда он бы обязательно всё принял!

К сожалению, Лу Чжао не только не заикнулся об этом, но и посмотрел на Сунь Линьси с заметным беспокойством:

— Ты уверен, что хочешь это пить? Для тебя оно покажется ужасно горьким.

Сунь Линьси решительно кивнул. Кофе действительно был горьким до невозможности, ничуть не лучше какого-нибудь отвара из традиционной китайской медицины.

Твёрдо настроившись учиться, он сорвал крышку и осушил стаканчик залпом.

Лу Чжао замер с полусловом на губах, разрываясь между желанием посмеяться и необходимостью сохранить серьёзность, и лишь поправил золотую оправу очков:

— Наш Сунь-Сунь такой послушный.

Сунь Линьси, прижимая к груди пустой стакан, глубоко вздохнул:

— Мы начинаем! — и тут же громко отрыгнул кофе.

Конечно же, перед началом занятий нужно было переодеться в платье.

Сегодня на нём было синее облегающее короткое платьице без рукавов — и только благодаря тому, что талия Сунь Линьси была невероятно тонкой, он вообще смог в него втиснуться.

Подол едва прикрывал бёдра, а плечи и бо́льшая часть спины оставались обнажёнными.

Стоило ему сесть, как платье тут же задралось ещё выше.

Он по-прежнему был босиком. Его стройные, белоснежные ноги были выставлены напоказ, когда он ступал по ковру, направляясь к своему месту.

Пальцы Лу Чжао слегка шевельнулись, на губах заиграла всё та же улыбка, а стёкла очков скрыли любые эмоции — казалось, он то ли улыбался, то ли просто задумчиво смотрел сверху вниз.

Когда Сунь Линьси надел медицинскую маску, его снова непроизвольно перекосило от отрыжки — двойная порция эспрессо ударила прямо в голову.

Трансляция началась, и занятия возобновились.

Раздался приятный голос старшекурсника, объясняющего материал, и на Сунь Линьси неумолимо накатила непреодолимая волна сонливости.

На этот раз даже Лу Чжао был слегка удивлён: он полагал, что Сунь Линьси начнёт клевать носом хотя бы ближе к полудню.

Судя по всему, его сонливость носила нездоровый характер.

Если не брать в расчет, что на дворе стояло всего лишь девять утра, то даже после той огромной чашки кофе он просто не должен был так вырубаться.

Хотя спать в привычном понимании этого слова Сунь Линьси тоже не спешил — стоило раздаться малейшему шороху, как он тут же садился ровно.

Если подбирать слова точнее, это походило на защитную реакцию: стоило ему столкнуться с обстановкой, напоминающей классную комнату, как срабатывало подсознательное желание сбежать.

Но судя по его оценкам, до такого доходить было не должно.

Лу Чжао бросил взгляд на летящие комментарии и с усмешкой подумал: если они продолжат в том же духе, трансляцию прикроют.

Какие красивые плечи.

Наконец-то я понял, что значит выражение кожа белая как нефрит.

Настоящая картина спящей красавицы а-а-а-а-у меня снова появились референсы для рисования.

Как же красиво, как же красиво, зашёл и ослеп от этой белоснежной кожи а-а-а-а-а что это за стрим такой.

Сначала я восхищался крутостью стримера, а теперь балдею от красоты моей жены.

Очень хочу узнать, кто это. Старшекурсник, это правда твой младший брат?

Почему кто-то всё ещё кричит «старшекурсник», а кто вообще стример?

Ха-ха-ха-ха, эта малышка-красавица привлекла столько новых подписчиков! Стример — просто заурядный богатый наследник во втором поколении, успокойтесь.

Облизываю экран, облизываю экран а-а-а-а-а как же красиво.

Хочу сделать с ним вот так и вот так, и вот так и вот так!

Можно я облизать эту спину?

Лу Чжао скосил глаза на задремавшего Сунь Линьси.

Светлые пряди волос мягко падали за уши, обнажая изящный изгиб шеи.

Вся его спина была открыта чужим взорам и непрерывно покачивалась прямо перед камерой.

Пальцы Лу Чжао снова шевельнулись, и он протянул руку, чтобы отключить трансляцию. Перед тем как нажать на кнопку, он с улыбкой бросил зрителям:

— Вернусь чуть позже.

А??? Совсем охренели!!! Мы же ничего такого пошлого не писали!!!

Не надооооооооо!!!

Это же твой младший брат! Пусти меня, я сам!

Стример, признайся, ты хочешь зажать всё самое вкусное себе???

Глава 9

Как только трансляция отключилась, Лу Чжао успел лишь захлопнуть учебник, как задремавший парень тут же зашевелился, собираясь проснуться.

Сунь Линьси потёр глаза, и на его лице читалась вселенская скорбь: он снова уснул! Опять!

На этот раз он не продержался и одного дня!

— Мне конец. Я точно завалю экзамены и не смогу заплатить за учебу.

А потом его отчислят, он окажется на улице и снова превратится в того, кого все ненавидят.

Лу Чжао приложил ко лбу Сунь Линьси второй, нетронутый стаканчик ледяного кофе:

— Мы что-нибудь придумаем.

— Но кофе точно не помогает, — закусил губу Сунь Линьси. — Может, попробуем что-нибудь другое?

Едва договорив, Сунь Линьси залился краской до самых корней волос, готовый буквально провалиться сквозь землю и зарыться в письменный стол.

— Что именно «другое»? — уточнил Лу Чжао.

— У меня чувствительные не только бёдра, но ещё руки и ладони! — выпалил покрасневший Сунь Линьси, а затем тут же замотал головой, сообразив, что звучит это как-то неправильно.

Лу Чжао хмыкнул:

— И что дальше?

— Может, сменить зону?

Сунь Линьси поднял руку, и его безупречно белое предплечье замаячило перед глазами, ослепляя своей чистотой.

— Давай попробуем на предплечье?

— Или на ладони!

— Можно и на шею. Каждый раз, когда ты сжимаешь мою шею, по телу пробегает дрожь.

Чем больше Сунь Линьси об этом думал, тем правильнее казалась идея. Он даже ухватил Лу Чжао за руку:

— Давай попробуем, давай попробуем!

Разве мог Лу Чжао отказать человеку с таким умоляющим выражением лица?

От предплечий к ладоням, а затем обратно к шее.

Хотя в кабинете работал мощный кондиционер, Сунь Линьси вдруг почувствовал себя весь в поту, после чего отшвырнул руку парня.

Не успел Лу Чжао и слова сказать, как Сунь Линьси встревоженно выпалил:

— Только трогай реже! А вдруг перестанет помогать?!

— Ты абсолютно прав.

Трансляция возобновилась. На этот раз в кадре оставались лишь их руки да монотонные голоса, разбирающие учебный материал.

Почему со сменой трансляции сменился и стиль!

Куда делся мой прекрасный младший брат?!

Стример и правда уединился, чтобы всё сожрать в одиночку!

Какой же он бессовестный!

Впрочем, эти две пары рук тоже ничего так, настоящий праздник для фетишистов.

Руки стримера идеально охватывают руки прекрасного младшего брата.

Так и тянет написать фанфик, желательно по рейтингу 18+.

А куда делись руки стримера??? Что ты там творишь???

Чтобы привести Сунь Линьси в чувство, рука Лу Чжао скользила по его предплечью вне поля зрения камеры.

Стоило вниманию парня снова рассеяться, как в ход шли плечи, а под конец — шея.

К моменту окончания стрима его нежно-белые уши горели ярким огнём.

Успехи Сунь Линьси в учебе росли как на дрожжах. К четвёртому дню занятий он уже повторил весь пройденный с начала семестра материал, и его разговорная речь тоже постепенно улучшалась.

Единственным неудобством было то, что Сунь Линьси уже привык к прикосновениям Лу Чжао. Нет, дело было не в том, что они перестали помогать — просто теперь требовалось чуть более сильное воздействие.

К счастью, Лу Чжао варьировал силу нажима — то едва касаясь, то действуя решительнее, — так что взбодрить парня удавалось всегда.

Спустя три-четыре дня подобных занятий Сунь Линьси почувствовал, что сдать экзамен на проходной балл стало вполне реальным.

И за всё это он должен был благодарить только старшекурсника Лу!

Теперь он при каждом удобном случае звал его исключительно старшекурсником, а по вечерам, возвращаясь в общежитие, даже заходил на школьный форум и в фан-группы Зелёного Звука, чтобы защитить репутацию Лу Чжао.

http://bllate.org/book/25501/3041957