Готовый перевод Love Liar: The One Who Needs Protection / Сердце лжеца: Искупление любовью: Глава 4

Фотографией служил пожарный проход рядом со старым спортзалом. Под буйными кронами платанов стоял автокран с телескопической стрелой, поднимавший нечто весьма абстрактное, укутанное в прозрачную пузырчатую пленку и совершенно неузнаваемое.

За ограничительной лентой толпилось множество студентов. Лу Исин стоял рядом с подъемным краном, в сопровождении двух перешагнувших пятидесятилетний рубеж деканов физического факультета — главного и заместителя, а рядом с ними находилась Юй Юй, первая красавица физического факультета.

— Ты что, в эти дни форум не просматривал?

— Голосование уже прошло несколько туров! Посмотри на это количество голосов, оно уже сравнилось с твоим!

— Небеса несправедливы, я еще даже не успел признаться!

Юй Юй была красивой, с прекрасными оценками и замечательным характером, на физическом факультете ее почитали чуть ли не как богиню. Гу Пан сблизился с ней благодаря покупке книг, и они очень подружились.

— Ладно тебе, а вот с этим парнем вы бы отлично смотрелись, — указав на Лу Исина, произнес один из соседей по комнате.

Гу Пан улыбнулся с наивным видом:

— Я тоже так думаю.

— Не боись, братья все равно за тебя болеют! — сосед яростно хлопнул его по плечу, имея в виду статус главного красавчика университета.

В старшей школе Гу Пан перескочил через класс, и был на год-два младше соседей, поэтому парни относились к нему очень хорошо. Заметив сейчас его рассеянность, они решили, что он переживает из-за голосов за звание главного красавчика, и принялись наперебой утешать.

Разве такое возможно?

Что касается того, насколько привлекательным было его лицо, Гу Пан вовсе не нуждался в чьих-либо напоминаниях — на самом деле он думал о поговорке: мир тесен, а случайности не случайны.

В усадьбе Хайху было так много старинных особняков, но Лу Исин зашел именно в тот, за который отвечал он; в Хайши было столько вузов, но Лу Исин приехал по обмену именно в его университет. Стоило Гу Пану забыть о Лу Исине, как небеса тут же вмешивались, создавая всевозможные совпадения и непременно заставляя его испытать судьбу.

Факты доказывали, что небеса проявляют незаурядное упорство.

После окончания утренних занятий он отправился подрабатывать в студенческую столовую и снова столкнулся с Лу Исином.

В прохладный день ранней осени Юй Юй нанесла легкий макияж и была одета лишь в тонкое обтягивающее платье. Она что-то рассказывала Лу Исину, направляясь к раздаче.

Гу Пан не ожидал, что этот избалованный молодой господин Лу Исин, способный потратить шестизначную сумму на обед в усадьбе Хайху, сможет питаться и в студенческой столовой с ее двузначными ценами. Одет он был просто и неброско в вещи малоизвестных дизайнерских брендов, фигура его была прямой, а сам он выглядел красивым и собранным.

К концу обеда у окошек раздачи было малолюдно.

Юй Юй издалека заметила стоящего за раздачей Гу Пана и восторженно помахала рукой. Гу Пан указал на разнообразные десерты перед собой, показывая жестом: «Подойдите скорее, я устрою для вас особую подачу». Не дожидаясь, пока они подойдут ближе, он первым провел карточкой сотрудника столовой:

— Сегодня угощаю я.

Юй Юй огорченно поморщилась:

— Знала бы, не стала с тобой здороваться.

Гу Пан моргнул:

— Будет в качестве ответного угощения за тот хот-пот, тем более по карточке сотрудника выходит супердешево.

— Почему ты со мной всё так скрупулезно подсчитываешь? — Юй Юй притворилась рассерженной. — Я звала тебя погулять на Национальные праздники, а ты даже не ответил на сообщения.

— Я же подрабатывал.

Произнося это, Гу Пан даже не взглянул на Лу Исина, но слова эти предназначались именно ему. В глубине души Гу Пан испытывал тонкое злорадство: я помогал тебе носить одежду целую трапезу, а теперь еще и угощаю пирожным, ты должен мне. Подумав об этом, он подвинул от раздачи еще две порции клубничного пудинга.

Юй Юй поддразнила его:

— Это в знак извинения?

Гу Пан многозначительно произнес:

— Чтобы порадовать тебя.

Сказав это, он бросил легкий взгляд из-под ресниц на Лу Исин. Оказывается, Лу Исин все это время смотрел на него.

Стекло раздачи было тусклым, но глаза Гу Пана сияли — они напоминали небо холодной зимой: чистые и в то же время сохраняющие вежливую дистанцию.

Юй Юй заботливо пригласила:

— Мой Пан, ты поел? Пойдем поедим вместе.

Как раз подошло время перерыва, и он охотно согласился:

— Хорошо, вы пока ешьте, я отмечусь в табеле и подойду.

Словно что-то вспомнив, Юй Юй поспешно представила спутника:

— Кстати, это Лу Исин, супергений, вернувшийся из Германии, а это Гу Пан с юридического факультета, наш чертовски послушный и умный младшекурсник-красавчик.

Получив повод, Гу Пан наконец непринужденно поднял голову и встретился взглядом с беспристрастным Лу Исином по ту сторону окна. Он вспомнил, как из-за него лишился работы и местами просто бесился, но при этом с милой улыбкой произнес:

— Здравствуйте, очень рад знакомству.

Глава 4

Хотя он сказал им есть первыми, они все равно дождались.

Гу Пан прибежал налегке, извиняясь на ходу, уселся рядом с Юй Юй и быстро бросил взгляд на противоположную сторону. Лучше бы не смотрел — стоило взглянуть, как их взгляды пересеклись.

На лице Лу Исина вновь появилась та ленивая ухмылка. Он пододвинул пудинг со словами:

— Ешь.

Пудингов было всего два, и Гу Пан не стал церемониться.

Когда все трое принялись за еду, Юй Юй пережевывала каждый кусочек рыбы раз по десять, а то и по двадцать. Переставая жевать, она заводила с Лу Исином академические темы. Было заметно, что она сильно зажата, но обладала высоким эмоциональным интеллектом и при этом очень естественно вовлекала в разговор Гу Пана, так что атмосфера за столом была вполне дружелюбной.

Из их разговора Гу Пан кое-что понял.

Лу Исин прибыл из Мюнхенского технического университета из Германии в качестве ассистента преподавателя на физический факультет Фуцина в качестве студента по обмену сроком на один год. Он возглавлял группу из восьми аспирантов второго года обучения, включая Юй Юй и Цинь Юя, выступая кем-то вроде полунаставника. Его специализацией была аэродинамика, в частности модельные эксперименты и теоретический обмен.

Ближе к концу обеда Гу Пан отложил палочки и тихонько проговорил Юй Юй:

— Старшая сестрица, если тетя еще не купила те книги, пока не покупайте.

Мать Юй Юй работала за рубежом, и иностранные оригинальные юридические издания Гу Пан обычно заказывал через нее почтой. За рубежом заботятся об авторских правах, поэтому даже подержанные книги стоили недешево — комплект вместе с доставкой обходился почти в десять тысяч юаней.

Юй Юй тихо спросила:

— Почему?

— Эх… — Гу Пан опустил тонкие веки и тихо пожаловался: — Понятия не имею, чьим визитом вчера пренебрегли в усадьбе Хайху, но ее закрыли на перерыв и проверку.

— А? Почему так не повезло? — Юй Юй поморщила носик. — Там же такая высокая зарплата, как жалко…

Гу Пан обиженно кивнул:

— И не говорите.

Немного погодя Юй Юй придвинулась ближе и утешила его сладким, слышным только им двоим голоском:

— Не отменяй заказ, просто будешь потихоньку отдавать сестре деньги.

Погода сегодня вполне заслуживала описания: осенний ветер метет опавшие листья.

Из-за близкого расстояния Гу Пан почувствовал приятный аромат духов Юй Юй, увидел ее длинные загнутые ресницы, розоватые губы, а также проступающие от холода сосудики на покрасневшей коже выше ключиц. Ему захотелось снять свою куртку и отдать ей, но он боялся выдать свои чувства и поставить ее в неловкое положение, поэтому искренне улыбнулся:

— Ничего страшного, перекантуюсь у соседей по комнате.

Сказав это, он украдкой покосился на Лу Исина.

Намеренное упоминание о потере работы было связано с тем, что скандал с той знаменитостью и сливом личных данных Лу Исина был у всех на слуху, и Гу Пан не был настолько глуп, чтобы не понять причину, вот только он не был уверен, чьё именно распоряжение о закрытии на проверку последовало.

Если решение исходило от руководства усадьбы Хайху, значит, просто не повезло.

Если же Лу Исин защищал свою личную жизнь, то это должно было вызвать у него угрызения совести.

Судя по всему, Лу Исин ничего не почувствовал — он отложил палочки и уткнулся в телефон.

Гу Пан скривил губы и мысленно пожелал ему неприятностей на секунду.

Покончив с едой, троица вышла из столовой. Сухой пронизывающий ветер заставил Юй Юй зайтись в череде чиханий, и Гу Пан наконец нашел повод снять куртку и накинуть на нее.

У Юй Юй были девичьи тайные мечты, но сохранялся и здравый рассудок.

Хотя весь день в уголках губ Лу Исина блуждала едва заметная улыбка и выглядел он вполне доступным, на самом деле его взгляд не задерживался на ней дольше секунды.

Дистанция, мягкая вежливость и полное равнодушие.

Теперь она поняла, что одеваться так в его присутствии — просто глупость, поэтому ей хотелось вернуться в общежитие, переодеться и принять горячий душ, но в то же время она боялась проявить к нему неуважение.

После утреннего совещания декан и по совместительству научный руководитель поручил ей проводить Лу Исин в знаменитую столовую Фуцина отведать местной еды, а после обеда им предстояло отправиться в старый спортзал для проверки оборудования.

Юй Юй посмотрела на Гу Пана.

Каким бы ни было поручение, Гу Пан всегда соглашался первым.

Лу Исин как раз вернулся из-под платанов, где разговаривал по телефону, и Юй Юй, переведя дыхание, тихонько произнесла:

— Помощник преподавателя Лу, Гу Пан проводит вас сейчас в старый спортзал, хорошо?

В лучах тусклого солнца Лу Исин стоял, скрестив руки на груди, отчего казался особенно стройным и высоким, а на переносице залегла тень.

— Куда ты?

Юй Юй виновато ответила, что вернется в общежитие переодеться.

— В три часа дня совещание? — последовало не слишком любезное напоминание.

— Поняла. — Юй Юй украдкой показала Гу Пану язык и бросилась бежать сломя голову.

После обеденного часа в столовой было безлюдно, порывом пронесся холодный ветер.

Закинув за плечо рюкзак, Гу Пан слегка приподнял подбородок, обнажив чистое лицо:

— Идем?

Всю дорогу они шли молча, направляясь к старому спортзалу.

После того как построили новый спортзал, старый перешел в разряд полузаброшенных, но ворота запирали на замок в восемь часов вечера, чтобы студенты могли играть в мяч в дождливую погоду. Сегодня в полдень патрульный охранник услышал, что привезенный из Германии гидрофойльный катамаран, хранящийся внутри, стоит 300 миллионов долларов, и на всякий случай запер двери на замок, раз внутри никого не было.

Гу Пан встал на цыпочки и заглянул внутрь сквозь затуманенные стеклянные двери — из-за отражения внутри казалось совсем темно. Оглянувшись на Лу Исина, он сказал:

— Наверное, придется ждать до половины третьего, пока его откроют.

Лу Исин подергал U-образный замок на двери, хмыкнул и выглядел крайне раздраженным.

Гу Пан тоже был не в восторге от перспективы зря делать крюк, и злорадно предложил:

— Вообще-то вы можете подождать вон там, в том кафе. — Он указал на белое двухэтажное здание, скрывавшееся в тени деревьев справа от старого спортзала. — Если сесть на открытой веранде, как раз будет видно, когда здесь откроют двери.

Лу Исин без особой охоты бросил взгляд в указанном направлении:

— Пошли.

— У них потрясающий мокко, хм… вы пьете кофе за пару десятков юаней? — взгляд Гу Пана был чист и невинн, словно он совершенно не замечал дурного настроения Лу Исина, и добавил, что может угостить его кофе.

В этот ветреный день все до единого десятки зонтов на открытой веранде кафе пустовали.

Угощать себя Лу Исин не позволил, да и Гу Пан, разумеется, не стал бы сам выстраиваться в очередь. Он выбрал столик под зонтом с прекрасным видом: отсюда отлично было видно спокойную гладь озера Динбо, а вот удастся ли разглядеть вход в старый спортзал — это уже не его забота.

Через несколько минут Лу Исин вышел из кафе с двумя стаканчиками мокко в руках.

Совершенно одинаковые стаканчики, с абсолютно одинаковыми наклейками на стенках.

Когда оба сделали по глотку, Гу Пан с предвкушением спросил:

— Ну как?

Кофе отдавал кислинкой, молочная пенка была слишком жидкой, а шоколадного сиропа налили через край — пить это было невозможно.

Лу Исин в последнее время был на взводе: исследования прерваны, возвращение на родину вынужденное, студенты слишком тупые, дверь заперта — каждая мелочь действовала на нервы, и сейчас ему совершенно не хотелось церемониться. Оценивая ситуацию объективно, а не предвзято, он ответил со всей оставшейся у него каплей воспитания:

— Так себе.

http://bllate.org/book/25581/3051072