Готовый перевод Are You Serious_One Sheep [Completed] / Серьёзно? Когда дружба переходит границы: Глава 13

— Шэн Шии! Иди сюда, поздоровайся с тетей Мо, — позвала его Ли Хуа.

Шэн Шии подошел, но не успел он и слова сказать, как Мо Миньминь заговорила:

— В последнее время я часто вижу Шии. По правде говоря, раз уж дети так хорошо ладят, мне следовало бы давно пригласить тебя к нам в гости, но на работе закрутилась, и я совсем забыла. Прошу меня извинить.

Мо Миньминь уже превратила свой центр продленного дня в полноценное образовательное учреждение, под ее началом трудились сотни сотрудников и обучались тысячи учеников. Головной офис располагался в финансовом центре острова, всего в одном квартале от компании Лу Вэйэня.

Лу Юньцин порой проводил там несколько благотворительных занятий, и Шэн Шии, приходя за ним, слышал кое-что из его лекций. У Юньцина была ясная логика, он мастерски умел объяснять сложные задачи простым и понятным языком, за что его очень любили студенты. После урока они обступали его со всех сторон, забрасывая вопросами, так что ему приходилось стоять на кафедре еще минут двадцать, прежде чем удавалось уйти.

В те дни Лу Юньцин казался ему невероятно далеким, словно между ними пролегла непреодолимая пропасть.

Шэн Шии часто ловил себя на мысли, что совершенно не понимает, почему безупречно чистый Лу Юньцин захотел дружить с таким праздным мажором, как он, который лишь играл в эту жизнь.

И конечно, разногласия начали постепенно всплывать наружу, хотя он вовсе к этому не стремился.

Шэн Шии сел напротив Лу Юньцина, и только тогда Юньцин повернулся к нему и бросил:

— Шии.

Вскоре подали послеобеденный чай, и Ли Хуа неожиданно произнесла:

— Вообще-то, у меня есть одна просьба к Юньцину.

Лу Юньцин ответил:

— Тетя, слушаю вас.

— Не мог бы ты почаще общаться с моим Шии? Повлияй на него, пусть он остепенится. — Ли Хуа моргнула. — Тетя Юй говорила, что вы отлично ладите, и только в компании с тобой Шии перестает каждый день шляться где попало.

Лу Юньцин спокойно заметил:

— Остепенится ли Шии, зависит исключительно от него самого, ко мне это имеет мало отношения.

Мо Миньминь поспешила сгладить углы:

— Если Шии захочет, то и Юньцин, конечно же, согласится. Он всегда очень хорошо относился к Шии, правда.

Ли Хуа громко рассмеялась:

— Ну и замечательно! Юньцин, считай, мы договорились!

В другое время Шэн Шии тут же громко стал бы возражать и защищаться, но сегодня он вел себя на редкость тихо, соглашаясь на все подряд. Ли Хуа втайне ликовала: слова тети Юй оказались правдой, Лу Юньцин действительно очень важен для Шии. Глядишь, со временем, поддавшись его влиянию, сын обретет хоть какую-то тягу к созиданию и отправится помогать отцу в компанию.

Чай в чашках почти иссяк, и Лу Юньцин поднялся со стула:

— Пойду подолью кипятку.

Стоило ему двинуться с места, как Шэн Шии поспешил за ним на кухню. Звуки смеха взрослых остались далеко позади. Шэн Шии прислонился к холодильнику и с нагловатой усмешкой спросил:

— Всё еще дуешься?

Лу Юньцин привычным движением достал из шкафчика травяной чай, налил воды и поставил чайник на плиту. Услышав вопрос, он оглянулся:

— С чего бы мне дуться?

Зная, что Лу Юньцин не держит на него зла раз уж пришел сюда, Шэн Шии подошел ближе и придвинулся лицом вплотную к нему:

— Как вкусно пахнет. Это цветочный чай, который заварил Юньцин.

Лу Юньцин бросил на него косой взгляд.

— Это я веду себя как капризный дурак? — спросил он. — Наверное, тебе и правда больше нравится проводить время с ними, а со мной тебе просто скучно, и это нормально. В тот день я проявил излишнюю мелочность. Прости меня.

Лу Юньцин неожиданно извинялся перед ним, и все заготовленные Шэн Шии слова вмиг потеряли смысл. В одно мгновение перед его глазами пронеслось всё: от их первой встречи после возвращения из-за границы до тех незаслуженных обид, которые Юньцин терпел ради него в кругу общих знакомых. Простые мыслительные процессы в голове Шэн Шии привели к однозначному выводу: я был неправ.

Лу Юньцин слегка нахмурил брови, его взгляд потупился. В нем читались тихая обида и грусть — тот самый взгляд брошенного щенка... Но если подумать, разве их прежнее общение было под запретом? Разве так нельзя?

Чжан Цючао и Сюй Цзюнь — те люди, к которым Лу Юньцин может относиться иначе, ведь это вполне допустимо. Зачем тогда в тот день он бросил Лу Юньцину: не ставь меня в неловкое положение?

Какой же он отвратительный.

Но заставить молодого господина склонить голову и признать вину оказалось выше его сил, поэтому он выдавил из себя лишь сухое:

— Ничего страшного.

Лу Юньцин вздохнул, поставил заваренный чай на поднос и, задев его плечом, попытался пройти мимо. Шэн Шии, сам не понимая, что творит, инстинктивно схватил его за руку:

— Нет... погоди... я...

Раскусив его смятение, Лу Юньцин мягко и понимающе произнес:

— Хотя тетя и попросила меня, я не собираюсь по-настоящему тебя контролировать. Я не настолько самоуверен.

— Я говорю правду, то, как ты поступишь, зависит только от тебя, ко мне это имеет мало отношения. Когда ты вспомнишь обо мне — приходи, а если решишь, что с другими тебе веселее, можешь просто забыть меня. Я не хочу ставить тебя в неловкое положение, всё обстоит именно так.

— Нет, Юньцин, ты можешь меня контролировать, я не против, — выпалил Шэн Шии. — Я знаю, что мой характер легкомысленный, и в мои почти двадцать лет это никуда не годится. У меня слабая сила воли, мне необходим кто-то, кто будет меня одергивать. Сделай так, как сказала мама, научи меня остепениться.

Произнеся это, Шэн Шии подумал, что звучит так, будто он признается в любви. Правда, прежде в его признаниях не было столько приторности, а фразы вроде «контролируй меня» и «научи меня остепениться» походили на свадебные обеты.

Лу Юньцин спросил:

— Правда? Ты не устанешь от меня? Поклянись.

Встретившись с серьезным взглядом Лу Юньцина, Шэн Шии снова утратил проблески ясности в голове и, подчиняясь его ободряющим глазам, кивнул:

— Клянусь.

Лишь тогда Лу Юньцин улыбнулся. Он опустил поднос и шагнул к Шэн Шии. Тот, казалось, давно привык к этому жесту и прекрасно знал, что сейчас произойдет, поэтому просто раскинул руки, поймал его в объятия и похлопал по спине.

На этом они и помирились.

Шэн Шии наконец выдохнул с облегчением.

Одобрение будущей тещи получено.

Глава 12. Не хочу больше ждать

Вернувшись домой от Шэн Шии, мать и сын о чем-то беседовали. Мо Миньминь отперла дверь вошла первой и с первого же взгляда заметила сидящего на диване мужчину.

Лу Юньцин захлопнул дверь с глухим стуком и крикнул:

— Папа.

— Юньцин, — мужчина бросил короткий взгляд на жену, а затем перевел его на сына. — Зайди в кабинет, мне нужно с тобой поговорить.

Мо Миньминь мгновенно напряглась, но Лу Юньцин отреагировал совершенно спокойно: сменив обувь, он направился вслед за Лу Вэйэнем.

Это жилье не было их первой квартирой в Лудао. Данную недвижимость Лу Вэйэнь приобрел полгода назад, после повышения до исполнительного директора, и этот кабинет оказался вдвое больше прежнего.

Он помимо своей воли вспомнил все те наказания, что ему довелось претерпеть в закрытых комнатах в прошлом. И хотя теперь он стал независимым и сумел вырваться из пучины боли, тени прошлого все еще таились в самых глумяках памяти, не упуская случая вновь явиться призраками и отравить душу.

Лу Вэйэнь опустился в кресло и посмотрел на него:

— Юньцин, иди сюда, присядь.

Лу Юньцин подошел ближе:

— Мы с мамой только что вернулись из дома Шэнов. Жена господина Шэна приглашала нас в гости.

Лу Вэйэнь бесстрастно произнес:

— Неудивительно, что вы выглядите такими довольными.

Развивать эту тему он не стал и вместо этого заявил:

— Я собираюсь уехать в М-страну. Буду работать там, а в будущем, возможно, получу гражданство.

Лу Юньцин на мгновенье замолк, ожидая продолжения, но отец больше ничего не добавил. Выходит, это было просто извещение. Быть может, он наконец дождался удобного случая, чтобы сбежать из этой удушающей его семьи, или же затеял очередную проверку. Впрочем, Лу Юньцина это не интересовало.

Заметив, что сын молчит, Лу Вэйэнь выждал около минуты и продолжил:

— Ты намерен остаться на родине или поедешь со мной в М-страну?

Лу Юньцин тут же ответил:

— Я остаюсь с мамой.

Лу Вэйэнь до боли стиснул зубы и кивнул:

— Что ж, ты уже взрослый, я уважаю твой выбор.

Лу Юньцин поднялся, но Лу Вэйэнь окликнул его:

— Юньцин, ты мой ребенок, и любви я вложил в тебя не меньше, чем кто-либо другой. В прошлом я свернул не на ту дорогу и теперь приношу свои извинения. Если ты все еще готов верить мне, я предоставлю тебе самые лучшие возможности. Ты ведь прекрасно понимаешь, что твоя мать способна дать тебе слишком мало, не так ли?

Не удостоив его ответа, Лу Юньцин толкнул дверь и вышел.

Мо Миньминь дежурила прямо за дверью и смогла выдохнуть только тогда, когда он показался в проеме. Он слегка похлопал ее по плечу:

— Всё в порядке, теперь он мне ничего не сделает.

К удивлению, Лу Вэйэнь не ушел до ужина, и все трое сели за один стол. Держались они чужомо друг другу, а атмосфера царила до крайности неловкая.

Посреди ночи Лу Юньцин проснулся от кошмара. Выйдя на кухню попить воды, он услышал доносившиеся из спальни родителей голоса — они ругались. Подойдя ближе, он расслышал слова Лу Вэйэня:

— Чего ты цепляешься за эту свою паршивую маленькую компанию? Разве я дал тебе мало? Почему вы оба наотрез отказываетесь ехать со мной в М-страну?

— Я не хочу ее бросать. И хотя дал ты немало, ехать с тобой я не желаю, — последовал спокойный ответ Мо Миньминь.

Лу Вэйэнь спросил ее:

— Какая тогда разница между нами и разводом?

Помолчав немного, Мо Миньминь произнесла:

— Соглашение о разводе составлено уже давно. Почему ты до сих пор его не подписал?

Лу Вэйэнь умолк. Наверное, он действительно не нашелся, что ответить, лишь тяжело вздохнул:

— Не будем об этом. В прошлом ошибались мы оба. Раз ты не хочешь ехать, я не стану тебя принуждать, но я надеюсь, что ты сможешь уговорить Юньцина. Настоящее будущее ждет его только со мной.

— Он сделает выбор сам, — ответила Мо Миньминь. — С тобой любое благо идет в комплекте с условиями, и он знает, что ты станешь шантажировать его. А я — нет. Я сделаю всё возможное, чтобы поддержать его взлет.

Лу Юньцин счел, что слушать дальше бессмысленно, и развернулся.

Возвращаться в комнату он не стал. Накинув на плечи верхнюю одежду, он вышел на улицу и немного посидел в небольшом парке у дома. Внезапно его непреодолимо потянуло к Шэн Шии, и, не раздумывая больше ни секунды, он набрал его номер.

Ему просто хотелось услышать голос Шэн Шии, но стоило тому заговорить, как Лу Юньцину захотелось увидеть его воочию. Если что-то и способно было вызвать у Лу Юньцина зависимость, так это был только Шэн Шии.

— Чего молчишь, Юньцин? — Шэн Шии вновь заговорил с ним в своей дразнящей манере. — Случайно нажал? Тогда я сбрасываю?

— Шии, — подал голос Лу Юньцин. — Скажи мне хоть что-нибудь.

Шэн Шии на мгновение замер и спросил:

— Что-то случилось?

— Ничего.

— Хочешь, я заберу тебя? — от этого предложения веяло таким соблазном.

Лу Юньцин попытался сопротивляться:

— Слишком поздно.

— Двадцать с небольшим минут езды, по ночам дороги пустые. — Шэн Шии ласковым тоном, каким обычно успокаивают котят или щенков, повторил вопрос: — Ну так что, Лу Юньцин, приехать?

Лу Юньцин глубоко вздохнул:

— Давай.

Сбросив вызов, Лу Юньцин поднялся со скамьи и направился к выходу из жилого комплекса. Поздоровавшись с охранником, он остановился под раскидистым деревом эриоботрии японской у ворот.

Шэн Шии издалека заметил хрупкую одинокую фигуру под тусклым светом уличного фонаря. Припарковав машину у обочины, он дождался, пока Лу Юньцин — прохладный от ночного ветра и пахнущий зеленью — опустится на сиденье. На нем была пижама, наброшенная поверх куртка, и сам он походил на несчастного бездомного котенка.

— Твой отец дома? — Шэн Шии мог даже не гадать.

http://bllate.org/book/25610/3054285