Тао Си шёл впереди всех, указывая дорогу, и его чёрная фигура резко выделялась на фоне снега. Шо Фэн неотступно следовал за ним, а его белая шерсть походила на движущийся кусок лунного света в сумрачных зарослях леса. Ши Чжуа и Чёрное Ухо плелись следом бок о бок.
Волчья стая в лагере молча провожала их взглядом.
Сяо Сюэ прижалась к лапе Бай Э и тихо спросила:
— Куда ушёл братец Чёрный?
Бай Э опустил голову и лизнул детёныша за ухо.
— Он отправился доказывать свою силу, — ответила волчица.
Тао Си вёл трёх волков неизвестно сколько времени.
Он ступал очень медленно, с каждым шагом сверяя маршрут. Он вёл Шо Фэна и остальных в обход всех мест, где ступала его собственная лапа, прокладывая совершенно новую тропу — минуя поляну, облюбованную Железным Зубом, и прорезая путь сквозь густой лес сбоку.
Остановившись за зарослями кустарника, Тао Си указал подбородком вперёд.
— Железный Зуб как раз на той поляне впереди.
Он опустил на снег зажатого в зубах кролика и перевёл дыхание:
— Я сосчитал: их всего семеро, они рассредоточены по разным частям поляны. Вы заляжете в засаде здесь...
Кончиком носа он указал на густые заросли по обе стороны от поляны.
— Шо Фэн — слева, Ши Чжуа и Чёрное Ухо — справа. Держитесь на некотором расстоянии друг от друга, но и не слишком далеко. Когда я завыю, вы должны громко отозваться. Выходить не нужно, сделайте так, чтобы казалось, будто волков очень много. Чем громче, тем лучше.
Ши Чжуа прищурился:
— А ты?
— Я пойду выманю их сюда.
Тао Си продолжил:
— Когда я возвращался сюда раньше, я специально прошёл через этот лес и оставил на пути свой запах. Если те чужаки всё ещё неподалёку, они обнаружат мои следы и начнутся поиски. Теперь я вернусь обратно с кроликом...
Он бросил взгляд на лесного кролика, лежавшего на снегу.
— ...и притворюсь, будто только что добыл еду. Одинокий волк раздобыл добычу и празднует. Чужаки услышат это, унюхают кровь и увидят, что я один — они не удержатся. Четверо против одного, они не станут колебаться.
К тому же следы крови, оставленные тем кроличьим капканом, не вызовут у них никаких подозрений.
Ши Чжуа немного помолчал:
— Ты заставляешь меня забрать обратно слова, которые я собирался сказать.
— Какие слова?
— Раньше ты был ни на что не годным слабаком.
Произнёс Ши Чжуа.
— Теперь — не факт.
Тао Си не знал, считать ли это похвалой. Впрочем, вдаваться в подробности у него не было времени, потому что подал голос Шо Фэн.
— Ты уверен, что сможешь убежать?
Голос Белого Волка звучал ровно, но Тао Си уловил то, что скрывалось за ним. Шо Фэн стоял перед ним, его белое тело заслоняло свет позади, а золотые глаза смотрели прямо на него.
— Я запомнил расположение Железного Зуба.
Сказал Тао Си.
— Я знаю, куда можно бежать, а куда нельзя.
— А если ты ошибёшься?
— Я не ошибусь, не накликай беду с самого начала.
Шо Фэн пристально смотрел на него целых три секунды. Три секунды — это долго, так долго, что Тао Си услышал, как в ушах гулко стучит его собственное сердце.
— Если...
Понизив голос так, что слышно было только им двоим, произнёс Шо Фэн:
— ...если ты не сможешь убежать, я ворвусь туда. Никакой Железный Зуб меня тогда не остановит.
Тао Си на мгновение замер.
— Братец Фэн...
— Я сказал.
Шо Фэн прервал его тоном, не терпящим возражений:
— Тебе лучше не давать мне повода туда врываться.
Белый Волк повернулся и направился к лесному густолесью слева. Его поступь по-прежнему оставалась размеренной, хвост слегка опущен, и не было заметно ни малейшего напряжения.
Однако Тао Си заметил одну деталь: уши Шо Фэна были развернуты назад и всё время смотрели в его сторону.
Тот слушал. Тот был готов в любой момент повернуть назад.
Тао Си глубоко вздохнул, подхватил кролика и двинулся в сторону, откуда сильнее всего разило чужаками.
Ши Чжуа и Чёрное Ухо уже растворились в зарослях справа, их силуэты поглотили тени кустарника. Вся поляна опустела так, будто на ней никогда никого не было.
Остался лишь один Тао Си.
Проходя по краю поляны, он нарочно обогнул каждый капкан. Линия его шагов была вычерчена с точностью чертежа, и чёрные лапы оставляли на снегу цепочку безопасных следов, ступая исключительно там, куда не могли дотянуться железные зубы.
Он добрался до другого конца поляны. Здесь пахло чужаками сильнее всего, но казалось, будто они ещё не успели сюда заглянуть.
Тао Си бросил кролика на землю, отступил на два шага и спрятал тот самый неработающий капкан.
Затем он завыл.
Остается надеяться, что они всё ещё ищут его.
Распевая во всю глотку...
Это был тот самый звук, который издаёт волк после удачной охоты, перед тем как приняться за пищу в одиночку: сытое, ленивое протяжное завывание с легким хвастливым оттенком.
Словно он говорил: я наелся, я так счастлив, и этот лес принадлежит мне.
В прошлой жизни он изучал звуковое поведение волков и знал, что подобный сытый вой обычно длится недолго — пара-тройка звуков, и всё.
Но сейчас он намеренно тянул ноту, выдавая звук за звуком, перемежая их короткими возбуждёнными тявканьями. Получалось точь-в-точь как молодой волк, который только-только научился охотиться в одиночку и до того возбужден, что потерял голову.
Он снова склонился над тушей кролика, сделав вид, что рвёт её на части, и размазал по снегу ещё больше крови. Запах крови быстро разнёсся по холодному воздуху и, подхваченный северным ветром, полетел вдаль.
После этого он отступил за кусты, спрятал своё чёрное тело, оставив на виду лишь янтарные глаза, уставившиеся на просвет в лесу впереди.
Он прождал около чайной церемонии по времени.
Из глубже лежащих чащ донёсся шорох. То не ветер шумел в листве — то были лапы, ступающие по снегу. И шёл не один зверь.
Тао Си затаил дыхание.
Когда из леса появилась первая чужая волчица, его зрачки сузились. Серая, средних размеров, чуть мельче Ши Чжуа, но вид имела крепкий и поджарый. Её уши торчали вперёд, а нос принюхивался к воздуху, явно выслеживая кровавый след.
Следом выскочила вторая. Бурая, покрупнее, с давним шрамом на передней левой лапе. Держалась она настороженнее первой, тело чуть прижато к земле, зубы обнажены наполовину.
Третья. Четвёртая.
Четыре особи. Все самки... то есть нет, все самцы. Все взрослые. Их шкуры были покрыты грязью дальних странствий, а в глазах читалась та особая бдительность и голод, что свойственны бродягам.
Тао Си закончил счёт. Четыре. Ровно столько, сколько он и предполагал.
Серая волчица заметила кролика и кровь на земле. Она остановилась и бросила через плечо низкий рык подельникам. Тао Си смутно расслышал их обмен репликами:
— Добыча. Только что убитая. Парная.
— А где волк? Где тот волк, что убил добычу?
— Вокруг пахнет. Один. Самец, молодой, мелкий.
— Где он?
— Неподалёку. Может, убежал. А может...
Четвёртый бурый волк — тот самый со шрамом — ухмыльнулся.
— ...а может, всё ещё здесь, прячется и глазеет на нас. Одиночка, добыл кролика и возомнил о себе невесть что. Похваляется. Хвастовство молодых волков добра не приносит, хех.
Тао Си шевельнулся в кустах. Ему не нужно было притворяться: его напряжение служило лучшей приманкой — тело дрожало, дыхание участилось, и всё это было по-настоящему.
Молодому одиночке, зажатому четырьмя взрослыми самцами, положено бояться.
— Вон там.
Серый волк покосился на кусты, где прятался Тао Си, и его уши точно нацелились на источник звука.
Четыре чужака переглянулись. Главарь — бурый волк со шрамом — склонил голову набок.
— Преследуем. И кролика прихватим. Мясо лишним не бывает.
Тао Си мысленно возмутился: погоди-ка, это ты его добыл что ли?
Все четыре волка одновременно рванулись в сторону Тао Си.
Тао Си бросился бежать.
Бежал он небыстро. Чуть медленнее предельного рывка — как раз настолько, чтобы преследователи сзади поверили, будто способны его нагнать. Чёрная фигура зигзагами металась среди деревьев, намеренно создавая видимость беспорядочного испуга.
Однако каждый шаг его был безупречно безопасным — он помнил всё, расположение капканов отпечаталось в его мозгу словно живая карта.
Сзади донёсся незнакомый волчий вой. Возбуждённый, полный охотничьего азарта.
Уголки рта Тао Си уже тянулись к ушам.
— Ему далеко не уйти! Отрежьте путь сле...
Голос серого волка внезапно оборвался.
Хруст.
Звук захлопнувшегося железа расколол тишину заснеженного леса. А следом грянул вопль — короткий, пронзительный, полный боли от раздираемой плоти.
Тао Си не стал оглядываться. Но его уши уловили каждое движение: щелчок железных челюстей, треск костей, кувыркание серого волка по снегу и резкую остановку его товарищей, испустивших испуганный рык.
Дьявольская ухмылка: инициатива перешла к ним.
— Железные зубы! Тут человеческое желе...
В этот самый момент Тао Си остановился. Он развернулся лицом к оставшимся трем чужакам, и его янтарные глаза ярко зажглись в сумраке леса подобно двум огонькам.
Затем он задрал голову и изо всех сил испустил долгое завывание.
Три коротких, одно длинное. Заблаговременный сигнал.
Из чащи слева вырвался вой Шо Фэн — глубокий, утробный, наполненный властным давлением, похожий на грохот горы перед лавиной.
Справа одновременно взметнулись голоса Ши Чжуа и Чёрного Уха: один — грубый, словно скрип гравия, второй — пронзительный, как разрываемый шёлк.
Голоса трёх волков переплелись в лесу, наложились друг на друга, усилились эхом так, что казалось, будто с обеих сторон наступает по меньшей мере с десяток хищников.
В рядах чужаков мгновенно воцарился хаос.
Бурый волк со шрамом всё ещё пытался взять ситуацию под контроль, низким рыком призывая подельников держаться вместе:
— Не паникуйте! Слушайте м...
Но второй волк уже бежал. Третий нёсся следом.
Сматывают удочки, братья, сматывают, а вон у того товарища лапа повреждена, ему ни за что не удрать.
Бурый волк на секунду растерянно замер, глядя, как серый сородич воет в тисках железных зубов, а затем, услышав приближающийся вой из лесов по обе стороны, наконец принял решение.
Он развернулся и бросился бежать, не оглядываясь.
Ему не убежать, так хоть я унесу ноги.
На земле остались окровавленный обрубок передней лапы, несколько хаотичных следов когтей и серый волк с зажатыми железными зубами задними лапами, который безуспешно пытался вырваться.
http://bllate.org/book/25616/3055077
Готово:
